Монофобия

— Это явное продолжение прошлой генерации. - отметила девушка. — Генерации? - спросил Первый. — Да, генерации. Когда в одном мире появляются разные виды комнат, я делю это на генерации. - говорит она, записывая что-то в блокнот. — О, как интересно. - Первый подходит поближе. — Так вы ведёте что-то вроде отчётов? И что успели написать?       С каждым шагом он наклонял голову всё выше и выше, пытаясь заглянуть в блокнот. Вторая вдруг вздëрнулась, схватила свои записи и презрительно просверлила математика взглядом. Он явно такого не ожидал, и отойдя, фыркнул. — Боже мой, ну личное и личное. - махнул он рукой. — Не нужно ко мне так относиться.       После перепалки они наконец всмотрелись в окружение. Как и говорила девушка, тут были схожие с прошлым лабиринтом элементы: пол в шахматном стиле, но классическом — черно-белом. Сыростью в этом месте не пахло от слова совсем, девушка вздохнула с облегчением; обои были фиолетовыми, причём светились как того же цвета жидкость из монитора в прошлой комнате. Она разглядела их вдалеке от узковатого тоннеля, в котором они стояли прямо сейчас. Тут, вместо фиолетовых обоев, их глаза радовали своеобразные аквариумы. Не по себе было от их фауны: абсолютно искусственных рыб, в которых нет ничего живого. Они застыли в моменте, как после фотографии, и вероятно уже никогда не сдвинутся с места, даже если были способны на это раньше.       Выйдя из тоннеля, пара оказалась в очень просторном помещении с невероятно высоким потолком. По всему его виду напрашивался вывод о том, что в нём будет несколько развилок, но они быстро обнаружили, что есть лишь одна дверь — за поворотом направо. Дальше не было ничего сверхъестественного; лишь фиолетовый коридор, потолок которого, казалось, был даже выше. От осознания предстоящего пути девушка очень тяжело вздохнула, и это переросло в зевок.       Первый слегка удивился, увидев её уставшей. Конечно, они знакомы минут десять, но с самого первого взгляда он сделал вывод — это не тот человек, который покажет усталость или, допустим, страх. Ну что тут сказать... Твои ожидания — твои проблемы. Надо меньше думать, в этом секрет избавления от многих тревог. — Сколько мы уже идём? - спросил Первый в несвойственной для себя апатичной манере. — Мы прошли двести-пятьдесят-четыре коридора. Сколько нужно пройти ещё — не знаю. — Боже, так вы действительно считаете каждый коридор? - повернулся к ней мужчина. — Вы скоро привыкнете. — Ну уж нет, привыкать я к такому не желаю. - оканчивая фразу, он на автомате тянется за дверной ручкой, но рука не нащупала ничего похожего       Вторая достала блокнот и стала что-то записывать. Взглянув вверх мужчина понял — двери стали выше. Теперь ему пришлось потянуться на носках, чтобы открыть её. Следующую дверь открыла уже она, и только сейчас он заметил, что Вторая довольно таки высокая. Сам он ростом где-то в 185 сантиметров, и при этом её глаза на одном уровне с ним; должно быть, она примерно того же роста, что и он. Этот факт его немного удивил. Но, конечно, не так сильно, как огромные ворота, которые развернулись перед ними в двухсот метрах. — А ставки всё выше. - указывает вперёд Вторая, будто он не знает и без того очевидных вещей. — Нет-нет-нет, ну что за дела! - нахмурив брови, Первый стал быстро подходить к воротам, но где-то на тридцати метрах остановился. Надежда на то, что их можно как-то открыть исчезла. — И куда теперь идти? Тут был только один путь! - крикнул он отстающей Второй.       Ворота оказались слишком большими — даже высокий рост его новой знакомой не позволит сделать нужную подсадку. Он посмотрел на неё, не надеясь что та сможет что-то придумать: уж слишком безвыходная ситуация, если только у неё не найдётся пара взрывчаток. — Давайте отойдем на двадцать метров. - вдруг сказала она.       Они отошли. — Ещё на пять.       И снова отошли. — М-м-м... - задумалась девушка. — Ещё на десять. — С ума сошла? Зачем мы это делаем? - задыхаясь, мужчина перешёл на «ты». Он прошёл уже слишком много, и от усталости выплескивал всё, что приходило ему в голову.       Вторая, наконец, остановила эту странную сцену, и потянувшись к внутреннему карману, достала... — Откуда у тебя Кольт? - удивился мужчина. — Ты знаешь его название? - она осмотрела револьвер обеими руками. — Я знаю его под другим именем. — И каким же? - нарочито спросил Первый. — Квантовый револьвер. — Какой, какой револьвер? - он подходит ближе, чтобы точно услышать её слова. — Квантовый. Выиграла в торговом автомате. - повторяет она, целясь в ворота. — Думаю из названия понятно, что он очень непредсказуемый. Даже под угрозой жизни я побоюсь из него стрелять. Но с такого расстояния — всё может обойтись.       Первому сразу стало не по себе. Для него такое оружие было ещё более непредсказуемым, ведь он не знал о "квантовости" почти ничего, в то время как Вторая говорит об этом с такой простотой. Это, конечно, если квантовая физика хоть как-то с этим связана. Порой бывает, что люди любят пихать красивые слова куда попало.       Вторая навела револьвер прямиком на ворота, но никак не решалась выстрелить. Первый мог заметить, как она то вздыхает, то опускает револьвер и бегает глазами по коридору. — Что случилось? - наконец спросил он.       Вторая опустила револьвер. — Возможно, даже так мы умрем. Я понятия не имею, как он сработает. Каждый раз это выходит по разному.       Мужчина взялся за голову и посмотрел на ворота. Он был уверен, что другого выхода не найти, и ждать здесь чего-то неясного — трата времени. Надо было убедить её сделать выстрел. — Что будет, то будет. - лучшее, что смог придумать Первый.       И это, видимо, помогло: Вторая навела револьвер на ворота, но выстрела он не услышал, так как находился слишком близко к стреляющей (его оглушило).       Из-за глухоты в ушах Первый отвернулся и замер. С каждой секундой он мысленно отмечал, насколько возвращается его слух. Повернувшись обратно он увидел, как Вторая смотрит на результат своего выстрела: ворота стали гореть, будто их подожгли. Процесс этот длился дольше чем могло показаться, как минимум больше десяти минут. Ещё тогда, когда появилась первая открытая щель, они заметили, что через неё был виден космос. Догадка эта подтвердилась, когда все ворота обратились в прах. Перед ними предстала поистине величественная картина: необъятный и бесконечный космос. — Как мы ещë живы? Если мы сейчас в космосе? - вслух подумал мужчина. — Видимо это мир, в котором я уже была. Тут можно дышать, и даже ходить. Но это как повезëт. - пояснила Вторая.       Первый опешил и устремился к краю платформы. Впереди ему открылись миллионы различных звёзд, но не миллиарды: в этом космосе было немного пустынно. Зато хватало туманностей, окрашивающих это чёрное пространство всей палитрой цветов, которые кажутся бесконечно далеко от этих двоих. Возможно даже то, что всё наблюдаемое сейчас — какое-то изображение, а не подобие космоса. Но как только Вторая схватила его и без малейших слов кинулась вниз, все вопросы насчёт объёмности этого места отпали.       Он устремился прямиком в бездну, но когда начал кричать, обнаружил, что вокруг полная тишина, не считая его самого. От неловкости Первый умолк и посмотрел на Вторую; она летела так, будто была тут как дома: приняла позу, в которой обычно лежат на диване, и при этом не было воздуха, вертящего её по сторонам. Тем не менее, они продолжали падать в неизвестность. — И как долго нам лететь? - спросил Первый. — Понятия не имею.       Вторая как всегда ответила сухо и кратко. Он не знал, сколько ещё они будут в полёте, так что решил занять свой мозг разговором. — Ты знаешь что-нибудь о физике? - он решил побольше узнать о её персоне. В частности, он хотел узнать, вернулась ли её память, если в этом действительно был бы замешан этот мир. — Может быть. - ответила она, смотря ввысь. — И откуда ты о ней знаешь? — Не знаю.       Первый вздохнул. Скорее всего это не результат нахождения в прошлом мире, а нечто другое. Тогда же на него нахлынула тревога, ведь что если он сам станет таким же? Что если он точно также потеряет свою память по ещё неизвестной причине?       Вдруг весь космос развеялся. Они стали падать уже по бесконечной белоте, но она прошла достаточно быстро, отключив их сознания.

***

      Вторая проснулась с большой болью в ногах. Судя по тому, что она смогла встать и пройти двадцать метров, её состояние вполне приемлемо, но ходила она прихрамывая. Первого вокруг не оказалось; её окружало белое пространство, впереди которого происходило слияние с каким-то входом.       Пройдя туда, девушка оказалась в огромных коридорах, судя по всему построенных в колониальную эпоху. За последнее время это был самый насыщенный интерьером уровень: через каждый десяток метров, помимо тумбочек и ваз, висела какая-нибудь картина, в одной из которых она узнала «Голконду» Рене Магритта, что странно, ведь эта работа пришлась на конец колониальной эпохи как таковой. Вторая задумалась: откуда она об этом знает? Тут она вспомнила, что видела эту картину в журнале, найденном примерно двадцать восемь миров назад.       Впереди лежал роскошный ковёр, на котором изредка красовался неизвестный девушке тип свастики. Она попыталась описать его в блокноте, ибо рисовать не любила, но узор оказался настолько странным, что даже нарисовать это было бы проблематичным. Дальнейшие находки будто бы представляют две крайности: вот она находит какой-то невероятный экзотический фрукт или очень странную карту Земли, а вот, пару коридоров спустя, прямо в центре помещения, лежит чья-то рука. Она даже удостоверилась в этом факте: взяла руку и всмотрелась во внутрь. Ни запах, ни прикосновение к руке не выдавали в ней фальшивку.       Изменения начались с новой двери. Она была не такой, как другие: не деревянной, а сделанной из металла. Прошлые двери не имели стекла, но тут оно было, да ещё и круглое. Из-за этого Вторая вспомнила о таком виде транспорта, как корабль. На них, наверное, и расположены такие двери. Она стала открывать их одну за другой; её встречали каюты, небольшие помещения с компактными кроватями, очень маленькие кухни и вид на океан. Всё это сопровождалось сильной тряской, из-за которой её больным ногам пришлось несладко.       Сильно устав, она уселась на одну из кроватей и достала из сумки огромную тетрадь, с приклеенной надписью «Каталог Ребанэ». Она не помнила, где нашла эти записи, но они всегда были с ней, и в них она вела все свои заметки о здешних мирах. "Надо будет заняться прочтением первых миров. Интересно, что там." - подумала Вторая, закрывая тетрадь с внесёнными заметками.       Мысли прервал сильный удар морских волн, который побудил её быстро ускориться. Тряска начала усиливаться: вещи на полках стали падать, а проходя кухню, Вторая чуть не словила нож в лицо. Стук её сердца соединился с каждой ударной волной, предсказывая для неё очередной толчок. Вторая уже не знала куда деваться, но вдруг всё прекратилось. В один миг.       Она не помнила, какая именно дверь её спасла: точно самая обычная, очередная на пути. Как правило выходы выделяются из общей картины, но тут, похоже, выходом является самая обычная дверь; одна из тех тысяч, которые ты будешь лихорадочно открывать в надежде спастись.       Пытаясь встать, она пощупала то, на чём лежала, после чего на её лице отразился детский трепет. Девушка оглянулась: вокруг было сплошное море, изредка подавляемое криком чаек. Она была на небольшом острове, в распоряжении которого был лишь один единственный маяк. Он одиноко стоял в самой его середине, неся абсолютно бессмысленную службу.       Вторая принялась лихорадочно рвать траву. Она сложила её в свои руки и вдохнула полной грудью. "Настоящая!".       Впервые за долгое время она улыбнулась, не веря что трогает нечто настоящее и натуральное. Впрочем Вторая не могла точно знать о достоверности этих ощущений, ведь на настоящей природе никогда не была. Единственным ориентиром было сердце, которое подсказывало ей: "Да, это настоящая трава!".       Пролежав с травой на лице где-то минут десять, ей наконец стало скучно. Пришло время заняться единственным делом на этом острове — обследовать маяк.       Вблизи он оказался куда больше, чем был изначально. Маяк стал очень узким, но вот его высота увеличилась в несколько раз. Сам он был старенький — краска еле сползала с его стен. Перед входом она ощутила трепет, который обычно появляется перед входом в какое-то грандиозное историческое сооружение. Однако же, ничего грандиозного внутри маяка не оказалось: лишь матовый синий пол окружённый белоснежным кругом, возведённым на десятки, если не сотни метров вперёд. Единственной странностью тут была полная противоположность внешнему виду — внутри не чувствовалось и доли той старины, что исходила от внешних стен. Здесь всё было очень современно: отполированный пол, стены, перила — всё здесь было в наилучшем состоянии. К слову о перилах: они уходили в настолько безграничное поле, что у Второй завязались глаза. Даже если не вглядываться в самую даль, в итоге все они сливаются в одну безродную массу, слегка притупляющую органы чувств. Вторая, подобно идиоту, минуту смотрела на гипнотический строй перил, и осознав этот пагубный эффект устремилась пройти их все, скрывая свой взгляд на ступеньки. Смотреть наверх, а спустя время и вниз, абсолютно не хотелось. Только она посмотрела на тот самый пол спустя тридцать ступенек, как голова её закружилась, а объекты вокруг стали сужаться. Быстро отведя взгляд, она начала подниматься ещё быстрее.       К концу пути, который занял, по личным ощущениям, полтора часа, она со взглядом победителя посмотрела наверх, но присущего маякам фонаря там не оказалось. Была лишь одна единственная дверь, смотрящая прямо на Вторую. То что было за ней привело её в сущий дискомфорт - проклятый шахматный пол, от которого за всё это время стало тошнить. Стараясь не смотреть на сине-белые квадраты, она отвлекалась на стену, соединяющую эти давно привычные лабиринты. Вторая даже немного успокоилась, вернувшись к привычному алгоритму, но тут же он был нарушен следующей комнатой.       Это, судя по всему, была библиотека, но не такая, какую она видела раньше: всё помещение было не квадратным, а круглым, как будто оно находиться на ещё одном маяке. Войдя в него до конца она поняла, насколько тут тесно: девушку сразу встретила огромная книжная полка, ей оставалось лишь обходить её с левой или правой стороны, обе из которых сравнимы по своей ширине с катакомбами и подземными туннелями.       Вторая пыталась протиснуться между стенкой книг и стенкой белой краски, пока наконец не нашла выход. Точнее, она так думала; на деле это был проход в ещё один точно такой же книжный проём. Всего их оказалось тринадцать — так заключила Вторая, наконец выйдя к очень просторному помещению. Тут были точно такие же стены книг, но сам центр этого круга был не занят. Единственное что в нём находилось, так это рабочий стол, а за ним, видимо, работающий змей. Он был высоким; внимательно смотрел в печатную машинку, пока наконец не заметил Вторую. Кожа его была белоснежной, а толщина пальцев была невероятно маленькой, зато их длина поражала её представления о змеях. — Гости на моём маяке — всегда желанны! - торжественно воскликнул змей.