Are you a hero or a villain?

Этот лес манил каждого подростка своей загадочностью и темнотой. Казалось, что как только ты зайдёшь в него хоть на шаг, он поглотит тебя, раздавит, заберёт в свои смертельные объятья. Создавалось ли это ощущение из-за плотной шапки еловых веток, через которые едва проникал свет, или из-за бесконечных легенд и запретов детям приближаться к нему, никто не знал. В небольшом городке, окруженном этим лесом, легенд было уже больше тысячи. Они копились столетиями, передавались через поколения, и, в отличие от любых других легенд, не пропадали под натиском современности. И все легенды сводились к тому, что по лесу бродит покровитель этих мест. Он следит за каждым человеком в городе, он знает всё, но никому не рассказывает, потому что не может говорить. Да и говорить с ним никто не решится всё из-за тех же легенд. Даже звери в местных лесах, говорят, не водятся. Для многих оставалось загадкой, кто вообще решился строить город в таком ужасном месте, потому что никто не рассказывал сказок об этом, или о том, что когда-то покровителя не было. Но прямо сейчас, в занимающемся рассвете, перед лесом стоит высокий подросток со светлыми волосами, так контрастно смотрящимися на фоне тёмной неизвестности. Не то чтобы парень был бунтарём или любил искать приключения. Он всегда был спокойным и действительно остерегался леса до этого дня. Но всю ночь он слышал плач своей матери, умоляющей покровителя не забирать младшую сестру парня. Она же ничего не сделала. Подумаешь, пыталась опровергнуть все легенды. Она ребёнок, которому хватает смелости бороться со страхами, а не просто держаться подальше от леса. Почему смелость должна караться? Парень не мог уснуть всю ночь из-за этих мыслей. Ему самому никогда не хватало отваги даже отклониться от привычного маршрута в школу, не говоря уже о том, чтобы приблизиться к лесу. Тем не менее, сейчас он стоит здесь, сжимает в руках детский деревянный меч и пытается успокоить бешено бьющееся сердце. За последние десять минут он сделал лишь пару шагов в сторону леса, и сейчас прямо перед ним находилась первая полоса деревьев. Как бы аномально это не выглядело, но у леса была четкая граница, не нарушаемая ни единым деревцем или кустиком. Парень нервно сглотнул и на негнущихся ногах шагнул в лес. За секунду стало темно как ночью. Темнота сгустилась вокруг, окрашивая ели синеватым оттенком. Блондин в панике обернулся, желая увидеть окраину города, где он только что находился, но от входа в лес его отделяло уже десять, если не больше, метров. Мальчишка чуть не упал, не ожидая увидеть такое расстояние до свободы. Страх сковал его тело. Не мог же он за полшага пройти столько?! В лесу что-то треснуло. Парень обернулся, выставляя вперёд игрушечный меч и делая пару неосторожных шагов назад. В чаще ничего не поменялось. Ни одна ветка не шевелилась, ничто больше не трещало, ни одного зверька не выбежало из теней, объясняя резкий звук. А вот расстояние до светлой поляны увеличилось снова. Парень понял это не сразу, ему потребовалось смотреть назад несколько секунд, чтобы осознать, что домов он уже не видит вовсе за рядами стволов. В чаще леса снова что-то хрустнуло. Громче, чем в прошлый раз. Оборачиваться нельзя — кто-то подходит всё ближе. Смотреть в чащу нельзя — выход становится дальше. Пути назад нет. Парень осознал это слишком поздно и не был к этому готов. Смотря на сестру, он и сам начал сомневаться в реальности легенд, но мозг не мог объяснить, что происходило сейчас, не вспоминая легенды. «Покровитель уже рядом» — прошипел странный голос в его голове, но блондин только отмахнулся. Это выдумки. Надо просто идти вперед. И не оглядываться. Но спустя несколько шагов, треск повторился где-то ещё ближе. Подросток вжал голову в плечи и выпучил глаза. Он же смотрит только вперёд, почти не моргает, хотя на глаза наворачиваются слёзы от страха. А треск повторялся снова и снова, приближаясь стремительно. Чем ближе он становился, тем отчётливее парень понимал, что источников звука несколько. Повинуясь желанию убежать, он развернулся, но позади не оказалось ничего. Тёмный лес, высокие сосны, непроглядная тьма. Грохот уже рядом. Дороги нет. Он пропал. Парень сел на землю там же, где стоял. Не трудясь спрятаться в кустах или за деревьями, закрыл уши ладонями, но всё равно слышал этот ужасный шум, создаваемый тысячами ног. Он зажмурился, когда понял, что кто-то подбежал к нему почти вплотную, шурша сухой хвоей прямо за его спиной. Этот кто-то пробежал мимо. И следующий грохот пронёсся где-то сбоку. И ещё один. Всё, что создавало треск и шум, пробегало мимо и, пересилив себя, мальчик открыл глаза. Вдаль убегали лесные животные, удивительным образом оббегающие мальчишку, и не обращающие на него никакого внимания. Куда они бежали? Почему их так много? Парень поднялся и посмотрел в чащу. Звери выскакивали из полной темноты, и их количество стремительно возрастало. Блондин уж испугался, что его снесёт такой плотный поток, но они, не сбавляя скорости, огибали его ноги, даже не смотря на него. «От чего он бегут?» — подумал парень уже слишком поздно. Сначала он подумал, что у него галлюцинации: в темноте что-то засветилось. Не потому что излучало свет, а потому что было белое, будто снег. Белое и однотонное, как пустота, в которой страшно оказаться. Это нечто было высоко и напоминало по форме яйцо. Или голову, как понял парень позже, когда разглядел очертания человеческой фигуры. Покровитель. «Бежать» — закричало сознание. И он бросился прочь, позабыв про сестру, которую собирался спасти. «Бежать» — ноги несли его в неизвестность, остающуюся такой же темной, как и в прошлую секунду. «Сестра была не права» — он споткнулся и покатился в овраг, неожиданно оказавшийся перед ним. «Бежать» — думал он, тщетно пытаясь встать на ноги, пока катился вниз. Всё быстрее и быстрее, не встречая на своём пути препятствий. «Конец» — подумал он, мельком заметив голову-яйцо на вершине оврага. — Если честно, я не помню, что было дальше, — Чонсу почесал затылок, смотря на свои ноги. — Тем не менее, я смог выбраться из этого леса. — Что за бред, — Джуён громко фыркнул, внезапно вставая на ноги. — Ты всё это выдумал, парень. — Не правда, — Чонсу слегка поморщился, но оставался спокойным, в отличие от нового длинноволосого знакомого. Он и ещё четыре парня сидели на полу в школьном спортзале. Точнее, один из них, Джуён, уже встал и большими шагами подошёл к блондину. — У тебя нет никаких доказательств. А у нас — куча других историй, что никто оттуда не выходит живым. У тебя нет ничего, чтобы подтвердить, что твоя история — правда. — А у тебя есть доказательства, что кто-то кроме меня вообще ходил в этот лес? — Чонсу надул губы, как ребёнок, которого обижали. — Ни одного трупа там не нашли, хочу тебе напомнить. — Но люди-то пропадали. И поверь, за несколько веков не только тебе пришла идея зайти в лес. Ты явно не самый гениальный человек на планете, если придумываешь такие тупые истории. Ким отвёл взгляд и промолчал. У него и правда не было никаких доказательств, но его история от начала до конца была правдой. Почти. Парень посмотрел на трёх других школьников. Гониль тут же отвёл взгляд, не решаясь ничего сказать, а Джисок, кажется, был на стороне длинноволосого. Просто не был настолько же резким, как старый друг, поэтому тоже молчал. Сынмин же просто игнорировал весь их разговор с самого начала, разглядывая уже давно знакомый ему зал. — Я пойду в столовку. Кто со мной? — Ли поднял свой рюкзак с пола и пошёл к выходу, не дождавшись ответа. Квак бросил Гонилю короткое «потом увидимся» и направился следом. Сынмин, ничего не говоря, пошёл за ними. Чонсу готов был поклясться, что, несмотря на внешнее равнодушие, у О ноги подгибались от страха. — Джуён немного резковат, когда тема заходит о Слендермене, — будто извиняясь, пробормотал Гониль. Не получив от Чонсу никакой реакции, он поправил волосы, лезущие в глаза. — Но твоя история… если честно, мне тоже не верится. Только не обижайся на меня. Ким тяжело вздохнул. Эти люди были первыми, кому он рассказал свою историю, и недоверие злило его. Хотя злиться было не на что. Неужели он думал, что подростки, семнадцать лет прожившие в страхе перед Слендерменом, так легко поверят ему? Для них это и правда небылица. Даже большая, чем остальные легенды. — Не стоило вам рассказывать, — блондин потряс головой, будто отмахиваясь от назойливых мыслей, и собрался уйти. — Для вас это и правда бред. — Куда ты сейчас? — Гониль разгладил складки на джинсах и посмотрел на Чонсу так, будто тот не рассказывал только что самую тупую историю в мире. Они направились на следующий урок вместе, думая каждый о своём. Как бы Гу не пытался сделать вид, что забыл нелепый рассказ, молчание выдавало его. Обычно он рассказывал про свою старую школу, из которой Чонсу перевёлся пару месяцев назад. Эти истории всегда оказывались по-детски забавными, особенно с учётом того, как их рассказывал Гониль. «Надо будет съездить туда однажды», — добавлял темноволосый парень после своих рассказов. Чонсу всегда кивал и улыбался, но в душе не хотел никуда ехать. Он надеялся, что эти слова были лишь пустым звуком. — Прости Джуёна, — Гониль положил руку на плечо блондину, пытаясь поймать его взгляд. — Я не должен рассказывать его историю без его согласия, но, пойми, для него это тоже больная тема. Для всех нас. — Я понял, — буркнул Чонсу, на самом деле не желавший понимать. Что такого ужасного могло произойти с Джуеном? Он уж точно не видел Слендермена вживую, в нескольких метрах от себя. — Ты пойдёшь на вечеринку к Сынмину? — до начала урока оставались считанные минуты и Ким не понимал, почему они не заходят в класс. — Джу там тоже будет, может, вы сможете поговорить. — Пойду. — Тогда я тебе сейчас скажу адрес.

***

Чонсу поначалу не поверил, что это был дом Сынмина, и прошёл мимо. Наверное, он бродил бы по району ещё долго, если бы не встретил Джисока. — Я, кажется, потерялся, — усмехнулся Чонсу, демонстрируя старый телефон с открытой картой. — О, — издал Квак один из своих «фирменных» звуков. — Не знал, что ты придёшь. Пойдём, я всё покажу. Ким послушно шёл за другом к большому особняку, выделяющемуся в городском пейзаже. Проходя мимо, Чонсу, конечно, заметил его. За высоким забором раскинулся ухоженный сад, освещённый кучей небольших лампочек. То там, то здесь Чонсу взглядом находил всё новые и новые цветы, рассаженные так, будто растут в диком лесу. За деревьями, с которых только-только начала опадать листва, виднелся трёхэтажный дом, слишком сильно отличающийся от стиля городской застройки. — Не думал, что его легко не заметить, — хихикнул Джисок. Нажав какую-то последовательность кнопок на домофоне, он отворил калитку, пропуская Чонсу вперёд. — Меня не предупредили, что он живёт не в квартире. Джисок издал ещё какой-то звук и тут же завёл разговор с парнем, видимо, пришедшим сюда уже давно. — Ты что, правда пришёл сюда с Йеджи? — изумился он. — Будто я могу ей запретить, — фыркнул высокий парень и отпил что-то из стакана. Он вдруг обернулся, внимательно разглядывая дом позади. — Ты откуда про это узнал? — Слухи распространяются со скоростью света, знал? — посмеялся Квак, похлопывая знакомого по плечу. Чонсу решил не задерживаться с ними. Джисок, как и Гониль, только притворялcя, что всё в порядке. Ким видел это и ломал голову, придумывая, как вернуть их доверие. Он никогда не любил сочинять истории и прослыть сказочником не хотел. Но пока он мог только не общаться с новыми друзьями, чтобы дать им время всё обдумать. На крыльце уже была слышна музыка. Не такая громкая, какую ожидал услышать Чонсу на вечеринке школьников, но для его чувствительных ушей это уже было испытанием. Ещё одним испытанием оказалось количество людей на вечеринке. Они были везде, мешали внимательно осмотреть интерьер особняка. Не то чтобы Чонсу любил рассматривать дизайны и вообще интересовался этим, но в толпе незнакомцев он хотел заняться хоть чем-то. Гониль позвал его сюда под предлогом разговора с Джуёном. Ни одного, ни второго не было в первых комнатах, на что Чонсу хотел бы надеться. Хотя он и не знал, о чём говорить с Ли. И стоит ли с ним вообще говорить? Пытаясь выглядеть естественно, Чонсу шёл вглубь здания. Почти никто не обращал на него внимания. В любом случае, никто не пытался заговорить, пока он не дошёл до кухни. Там за столом стояла девушка и раздавала всем желающие стаканы с напитками. Там и нашёлся Джуён. Поначалу он лишь смерил Чонсу презрительным взглядом и отвернулся, ожидая свой напиток. Тем не менее, Ким не сдвинулся с места. — О, я тебя раньше тут не видела, — девушка за столом передала Джуёну стакан и посмотрела на Чонсу. Длинноволосый отпил немного и пошёл прочь, не отводя взгляд от блондина. — Я здесь новенький. Меня зовут Чонсу, — парень улыбнулся так очаровательно, как только мог и протянул руку, чтобы поздороваться. Вдруг Джуён перехватил его руку и потянул в сторону, не давая девушке сказать ни слова. — Что происходит? — возмутился Ким, выдёргивая руку из чужой хватки, когда они остановились, скрывшись от той девушки за стеной очередного зала. — Не приближайся к ней, — Ли смотрел на парня как на главного врага, отчего в голове мешались растерянность и какое-то истерическое желание засмеяться. — То, что я не нравлюсь конкретно тебе, не даёт тебе права решать, с кем мне общаться, — фыркнул Чонсу. — Не представляю, как ты выживал до этого. Ты совсем не понимаешь, что самому себе вредишь своими бреднями про лес и Слендермена? — парень засунул сжатые кулаки в карманы, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не ударить Чонсу, который не только держался самоуверенно, но ещё и был готов изобразить жертву в любой момент. Тем не менее, если даже Гониль ему не поверил, никто из присутствующих не примет его сказки за чистую монету. — Не боишься, что от тебя отвернутся все, поняв, какие глупости ты придумываешь, лишь бы быть в центре внимания? — Я не… — Прежде чем ещё что-то захочешь сказать, запомни: мы все живём в страхе, но, тем не менее, мы уже даже не называем его покровителем, а дали какое-то стрёмное прозвище. Стройный мужчина… Можно сказать, мы уже почти побороли чувство страха, но если люди осмелеют еще больше и пойдут все в лес… Что, по-твоему, случится тогда? Представляешь? Ким тяжело вздохнул, прикрыв глаза. Белые волосы упали на лицо, и парень не спешил убрать их. — Я уже понял, что мне никто не поверит, Джуён, — медленно проговорил он. — Я не собираюсь позориться сильнее. И ты тоже, не распускай обо мне слухов. Ли хмыкнул. Не сказав больше ни слова, он вернулся в кухню и заговорил с девушкой, разливающей напитки, иногда поглядывая на Чонсу, будто следя за ним. — Я просил его поговорить с тобой спокойнее, — блондин обернулся и увидел перед собой Гониля. Он подошёл незаметно, переводя взгляд с Джуёна на Чонсу и обратно. Выглядел он расстроенным. — Может, мы сможем поговорить чуть позже, — Ким пожал плечами и опёрся о стену. Гу встал рядом. Они молчали некоторое время, рассматривали толпу и думая о своём. Чонсу готов был поклясться, что в голове темноволосого творился ураган из мыслей. Общаясь всего месяц невозможно было не заметить, что Гу дорожит каждым новым знакомым и будет вечно ломать голову, как помочь каждому в этом мире. Приятно, конечно, но сейчас Чонсу предпочёл бы просто забыть о существовании Джуёна. Или вообще всей их компании. — О, помнишь, я рассказывал тебе о том, как учился играть на барабанах? — Гониль помахал кому-то в толпе и повернулся к блондину. Тот заметил, что к ним приближается крепкий парень, здоровающийся с каждым, кого встречал на пути. — Знакомься, это Чан. Мы с ним познакомились в музыкальном классе. Он пишет классную музыку. Чан, это Чонсу, новенький в нашей школе и мой одноклассник. С Чаном разговор завязался легче и быстрее. Он оказался на класс старше и мечтал писать музыку с самого детства. — Я занимался фортепиано и пением раньше, — добавил Ким, после рассказа обо всех треках, которым было суждено вечно лежать на жёстком диске компьютера Чана. — Что, если я смогу исполнить твои треки? — Я подумаю об этом, — Чан улыбнулся, отведя взгляд в сторону. Он внимательно смотрел в толпу, будто пытаясь найти кого-то. Крис начал нервно постукивать пальцами по картонному стаканчику. — Неплохая идея, — Гониль положил руку на плечо Кима и улыбнулся, не замечая ничего, кроме новой идеи. Его глаза загорелись. — Я буду барабанщиком. — Да, круто, — Чан коротко рассмеялся, и, наконец-то найдя кого-то, продолжил. — Простите, ребят. Я вас покину. Не дожидаясь ответа, парень растворился в толпе. Гу, кажется, был огорчён таким внезапным уходом. Между ними снова повисло молчание. Как бы Гониль не пытался держаться как обычно, но было видно, что история задела и его тоже. Это огорчало сильнее, чем слова Джуёна. Чонсу и правда совершил ошибку. — Гониль, я, наверное, уже пойду, — перекрикивая внезапно заоравшую музыку, сказал Ким. Собеседник уставился на него в непонимании, но Чонсу был готов поклясться, что темноволосый парень будет только рад от него избавиться. — У меня слишком чувствительные уши, голова болит от музыки. Да и с Джуёном я уже… поговорил. Гу понимающе кивнул. Они распрощались меньше, чем за секунду, и блондин направился к выходу, думая лишь о том, что ему делать теперь.