Визит к Зверю

Так началась двойная жизнь Рокэ Алва. Одним из первых приказов только что вернувшегося на трон короля своему первому маршалу, было закрыть все дороги через перевалы на Кэналлоа. Так, чтобы пропускались лишь нужные короне грузы, но не население. Такие же указания поступили и в порты. Всё люди земель соберано от мала до велика стали заложниками.

***

Каждый день герцог Алва приходил к королю с докладом о состоянии дел в армии и государстве. Участвовал в Советах, приёмах иностранных послов, танцевал на балах. Устраивал торжественные парады и смотры войск. Получал ордена и явно пользовался особым расположением монарха. Все придворные: и пережившие перевороты на месте, и вернувшиеся в столицу недавно, мечтали свести с ним более близкое знакомство, чтобы воспользоваться его протекцией. И, конечно же, он стал самым завидным женихом Талига. По этому поводу все благородные главы семейств устроили на Ворона настоящую охоту. Благо, герцог Алва теперь жил только во дворце и всё время находился на виду. Его жизнь походила на сказку. Но она заканчивалась, как только наступал вечер. Когда из дворца разъезжались последние гости и придворные, для Алвы во всём своём ужасном великолепии распускались Закатные сады. Фердинанд вызывал его к себе, приказывал запереть за собой двери и начинал развлекаться. Отпускал он Алву только ближе к полуночи, до крайней степени измученного морально и физически: — До завтра, мой маршал! Жду вас завтра на утренний доклад, как всегда бодрого и весёлого. И не смейте больше напиваться и бить посуду по ночам. Я этого не люблю. Можете идти к себе. И ещё — я запрещаю вам пытаться умереть или побуждать кого-то убить вас. Вот так. ....... Наконец-то он остался один. На самом деле он всегда был один, даже посреди такой ненавистной ему, вечно чего-то от него жаждущей толпы. Был страшно одинок. Он отдал бы что угодно, за простой разговор по душам, за то, чтобы выплеснуть из себя всю накопившуюся там боль, гнев, обиду, … Но на это у него тоже не было права. Он должен был изображать довольного жизнью придворного днём и послушного, на всё согласного раба ночью. И ни с кем об этом не говорить. Со временем, он просто приказал себе ничего не чувствовать. Вот и сейчас. Закрыв двери в комнаты, которые теперь были его единственным хрупким убежищем, он просто сел на пол и закрыл глаза. Ворон не стал кидаться на стены, кричать, стараться напиться, рвать пальцы о гитарные струны… Всё это уже было… И нисколько не помогло… Он был в ловушке. И выхода из неё не существовало. Сколько всевозможных хитроумных планов рождалось в его голове о том, как извести Фердинанда! Но все они разбивались в прах об одну простую мысль. Он не имеет на это права. Он не может ни действием, ни бездействием причинить вред своему… Пусть будет королю. Алве стало совсем безразлично, что с ним происходит. Он просто выполнял свой долг по поддержанию порядка в стране днём. А по вечерам… По вечерам он и вовсе превращался в бездушную куклу, которой было абсолютно наплевать, что с ней делают. Фердинанд видел это и старался изобрести для него новые и новые унижения и издевательства… Но всё было тщетно. Вместо живого врага перед ним была лишь его пустая на всё согласная оболочка. И тогда король просто приказал избивать его. Приглашенный специалист из Багерлее хорошо знал своё дело. Палач работал максимально эффективно и незаметно. Кровь и боль в теле были настоящими. Их Алва не мог не чувствовать…

***

— Довольно на сегодня. Можешь быть свободен. Завтра в это же время. И принеси с собой что-нибудь новенькое. А то герцогу становится скучно в твоём обществе. Палач поклонился, молча собрал свои инструменты и вышел. Фердинанд приблизился к распростертому на столе израненному Рокэ и долго разглядывал его. — Что, готов слушать? Думаю, что готов. Смотри на меня! Вы думаете, герцог, что вас наказывают без вины? Нет, вы тоже совершали ошибки. Но задумайтесь, соизмеримы ли ваши ошибки с тем, на что вас обрекли? Нет? А вы? Вы, лично, всегда выносили заслуженный приговор? Ответьте: всегда ли вы служили правосудию, или оно стало надежным прикрытием для ваших амбиций? Что вы чувствовали, когда не в бою, а в мирной обстановке решали кому жить, а кому нет? Сравнивали себя с Создателем? Упивались властью? Гордились покровительством Леворукого? Убирайтесь к себе. На сегодня — это всё.

***

— Таково положения дел, ваше величество. — Алва закончил перечисление текущих задач по управлению государством и закрыл папку с документами. — Я могу идти? — Подождите, герцог. Скажите-ка мне, как поживают ваши подельники-бунтовщики: Эпинэ, Придд, Окделл? — Содержатся в Багерлее, согласно вашего приказа. — И?.. — король хитро прищурился. — Больше ничего не хотите мне сказать? Может быть спросить? Нет?.. — Нет, ваше величество. — Это хорошо… А вы быстро учитесь, герцог… Но им это не поможет. Через пару недель будет отмечаться день святого Фердинанда. Я хочу отметить праздник их казнью. О своей роли там вы помните? Вот и отлично. Значит приказ такой — вам нужно организовать показательный суд над мятежниками. Пытки к ним уже применялись? — Я не получал от вас такого приказа, ваше величество. — Так получите! Вечно я должен думать за вас! Начать следствие с пытками! До тех пор, пока все трое не дадут признательные показания вот по этому списку! Ясно вам! Чтобы суд прошёл без сучка и задоринки! Приступайте. Завтра отчитаетесь.

***

— Здравствуйте, Ричард. Дик лежал на кровати и смотрел в потолок. — Через неделю состоится суд, потом ваша казнь. Вот список предъявленных вам обвинений. Ознакомьтесь. Неохотно сев, Дик взял в руки свиток и начал читать. Затем отбросил от себя на стол: — Добрая половина из этого — просто чушь кошачья! — Я знаю, герцог. И тем ни менее, рекомендую вам это подписать. Иначе мне придётся передать вас в руки палачей. И, так как времени у них очень мало, на вас будут использованы особо эффективные меры воздействия. Вы подпишете всё, не читая. Признаетесь в том, что вы и есть Леворукий… Поверьте, я знаю, о чём говорю. К тому же, здесь Айрис. Король вполне может приказать использовать её, как рычаг давления на вас. Подпишите сами. Это абсолютно ничего не значит и ничего не меняет. Приговор уже вынесен, и суд будет лишь мистерией. Эти признания — только повод отдать вас в руки палачей. Не более того. Именно поэтому они так безумны. Я приду за ответом через час, после того, как поговорю с Приддом и Эпинэ. Если вы откажетесь — я просто прикажу вам это сделать.