Кошачьи фотосессии

      Приятный запах травы, летняя роса, отдалённый петушиный крик и лай собак. Утренняя прохлада прошла дрожью по телу и заставила открыть глаза. Открыть, но точно ещё не проснуться. Антон повернулся на другой бок и почувствовал запах сырой из-за росы земли.       Минуту. Как он может лежать на траве рано утром, слышать петушиный крик и лай собак, если он живёт в Питере?! —Блять. Где я? Оглядевшись по сторонам Шастун увидел неподалёку два тела. — Ну, я хотябы здесь не один. Эй, писюны, вы живые?       Диман и Серёга не подавали признаков жизни. —Э, вы чё больше меня выпили вчера? Вставайте быстро, — Антон подошёл к друзьями и начал расталкивать их. —Ёпт, Шаст, не еби мозги, хотя их возможно уже и нет. — Дима крючился на траве в разных позах, всячески уворачиваясь от шлепков Антона по разным частям тела. —Мозгов у нас видимо ещё со вчерашнего вечера нет, — пробубнил Шастун толкая в рёбра уже Серого. —Тоха, отъебись блин, дай поспать, сколько мы вчера выпили? —У меня тот же вопрос, сколько мы бухали, что теперь в каких-то ебенях? Это близко не Питер, надеюсь, что мы хотябы в России.       Парни убито, но быстро встали и начали оглядываться. Это была какая-то деревня, с атмосферой как в детстве у бабушки дома. Недалеко речка, кричат петухи, собак уже не слышно, зато под ногами откуда-то взялся рыжий пушистый кот. —Ёбушки воробушки, а мы блять где.? —Серёга был потрёпан, но в таком же удивлённом состоянии как у остальных. —А может мы к чьей-то бабушке приехали? Но не к моей точно, я деревню помню, она не такая, —Дима наклонился, чтобы погладить кота. —У меня бабушка рядом с Воронежем и деревня точно не такая.       Парни смотрели на Серёжу с непониманием. —Что вы смотрите? Я ебу, где мы. —Класс, мы за городом, возможно в другой стране, никто не помнит, сколько мы вчера выпили и при каких обстоятельствах оказались здесь, у нас есть телефоны почти разряженные, тысяча рублей и какой-то кот, который видимо от нас не уйдёт.— Антон нервно ходил по кругу, подавая ещё примеры, почему их ситуация ужаснее некуда. —А кот по-моему кайфовый — отозвался Диман —Кот зачётный, я не спорю, но как нам блять попасть домой? —О, пацаны, идея. Мы ж в деревне, пошлите у бабушек спросим.       Они пошли вдоль деревянных домиков, по пути успели избежать нападения гуся, обсудить сколько они могли вчера бухать и как добраться до дома. —Скотина ты такая, я ж тебя просила кур покормить, никогда ты блядина меня не слушаешь, пень ты старый. — в каком-то дворе бабка яро ругалась на старика убито сидящего на ветхлой лавочке.       Парни подошли ближе к еле стоящему забору. —Ух, какие страсти, а может мы дальше пойдём? Мало ли заставят огород полоть или кур кормить? — Серёга был видимо больше всех в ахуе. —Да обычное дело в деревне, у каждой бабушки, в каждой деревне так. У тебя наверно не было детства.       Троица подошла ближе, а так как бабка была очень увлечена выеданием мозга деда, то не заметила, что во двор кто-то вошёл. Шастун подошёл первый. —Здравствуйте, извините, что прерываю ваши семейные разборки, но нам нужна ваша помощь. — Антон улыбался так лучезарно, не смотря на похмелье, пытался сделать максимально яркие, милые глаза.        Бабушка видно не сразу обратила внимание на посторонние звуки, но после увидив Антона отвлеклась. В глазах деда появилась надежда, как луч света. —Ой, сыночек, а чего вы тут так рано? Худой такой, ты чей? Зинки? —Бабушка резко подобрела и стала очень милой. У парней глаза полезли на лоб. —Нет, мы не местные, просто заблудились, не подскажите где мы? Что за деревня? И как добраться до Питера? — Антон с каждым словом становился увереннее, только похмелье не давало нормально стоять, голова так и раскалывалась, поэтому он принял решение опереться на забор, который сам еле стоял. —Вы живёте в Санкт-Петербурге? Как же вас в Юрьево занесло?—на сморщеном лице старушки было заметно удивление.       Дима подошёл ближе и с нескрываемым удивлением спросил —В Юрьево? Извините, а это где вообще?       Бабушка всё больше становилась настороженной, но на вопросы отвечала и была мила. —Юрьево, Новгородский район. Недалеко Великий Новгород, а вот до Питера отсюда километров 200. Как вы так потерялись? —чуть обернувшись по сторонам, бабка видно высматривала деда, которого и след простыл.       Пацаны были в явном ахуе. Какие 200 км?! Серёга и Дима смотрели на Антона как в поиске спасения, с надеждой в глазах, прямо как у деда, который сидел на скамейке, но пользуясь случаем сбежал. Шаст не мог ничего придумать и решил импровизировать. —Аа… Нас друг привёз на машине недалеко отсюда на пикник, мы совсем чуток выпили, а ему пришлось уехать, так как его девушка заболела, ну мы и пришли сюда, чтобы не быть где-то около трассы.       Ни одно слово из сказанного не было правдой, а про то, что они чуток выпили, так вообще огромная, жирная ложь.       Бабушка сжалилась над мелкими алкашами, покормила и дала каждому по 100 рублей, чтобы купить билет на автобус до Новгорода, хотя парни сильно сопротивлялись, ссылаясь на то, что деньги у них есть.       Выйдя от этой милой женщины, которая нашла деда и продолжила на него орать, троица (к сожалению не святая, а очень даже наоборот) поплелась на автобусную остановку.       Невыносимая жара не давала нормально существовать, а если учитывать не ушедшее похмелье, то парням было проще утопиться в реке, ну и прохлада, и больше не мучаться.       Дойдя до проклятой остановки, которая была за гречишным полем, Серёжа и Антон сразу упали на траву, Дима еле держался, но стоял. —Бляяя, как мы в Юрьево оказались? Это же сколько выпить надо, чтобы попасть в другой город, в деревню! — Серёжу попёрло на вопросы, но на них не было ответов.       Дождавшись автобус, парни доехали до Новгорода, а там просидев 2 часа на вокзале, сели в автобус до Питера. Вечером уже вся троица напрявлялась домой к Шастуну.