Затаив дыхание

      После огромного количества произошедших событий наконец-то наступило затишье. Казалось, что лимит приключений на этот учебный год отгремел, и я наконец-то получила возможность наслаждаться обычной школьной жизнью.       Просыпаясь утром в чистой постели, под легкую девичью суету, впереди меня ожидал спокойный день с расслабленными приемами пищи, интересными и не очень занятиями и приятной студенческой активностью. Даже шепотки вокруг давно стали казаться собственными звуками замка, позволяя их добросовестно проигнорировать. Интерес молодых людей быстро переключается на что-то другое.       Приближающиеся экзамены идеально подходили под новую тему для обсуждений. Пожалуй, экзамены были даже более интересны, так как находили отклик буквально у всех, а особенно у пятых и седьмых курсов. Конечно, были и сильно ретивые желающие, состоящие в «Скрещенных палочках», которые каким-то неведомым образом умудрились уговорить Браттлби на дополнительные поединки в клубе с победительницей Ранрока. Меня же долго упрашивать не приходилось, как и Себастьяна, который был также рад немного развеяться как в старые, более спокойные времена. Единственным недовольным в данной ситуации оставался только Оминис, мастерски скрывающий свое негодование каждый раз, когда у меня были какие-то совместные мероприятия с однокурсниками, а особенно с Себастьяном.        - Вы двое действительно допускали мысли, что даже группа обычных студентов способна противостоять вашему боевому опыту? - иронично проговорил Мракс, встречая нас после одной из победных дуэлей.       Себастьян бормотал что-то про зануду и про то, что он предупреждал меня, исчезая в комнатах общежития. Они с Оминисом так и продолжали общаться только если выбора просто не оставалось. А я, к своему глубокому сожалению, оказалась между ними.        - В следующий раз я возьму тебя с собой. Думаю, тогда у остальных точно не останется шансов, - шепчу я Мраксу на ухо и аккуратно поправляю ворот рубашки, наблюдая как показная маска серьезности Оминиса начинает давать трещину.       Воровато оглянувшись на предмет лишних глаз, мимолетно ловлю своими губами его, в ту же секунду отстраняюсь и довольная своей маленькой шалостью, ускользаю. Сидящие на одном из диванов Имельда и Нерида Робертс как раз придумывают новую трассу для полетов на метле, чем я и пользуюсь, присоединяясь к обсуждению. Наблюдая краем глаза за Оминисом, успеваю заметить как его губы мимолетно сжимаются в тонкую линию, после чего он отправляется в сторону спален. Я мысленно облегченно вздыхаю.       С моего последнего возвращения из Больничного крыла и нашего примирения друг с другом, Оминис словно старался окружить меня собой полностью, чем вызывал весьма смешанные чувства. С одной стороны, я испытывала небывалый душевный подъем от возможности проводить много времени с человеком, который мне искренне нравился. В отличие от парней, о какой бы то ни было любви говорить пока не хотелось.       Мракс проявлял чудеса чуткости и терпения, выслушивая мои стенания по поводу количества домашнего задания и плохо укладывающихся волос. Мне самой нравилось, что теперь мы могли обсудить не количество восставших инферналов, а страниц текста по чарам. Дразнить Оминиса приобрело вид отдельного спорта, особенно сейчас, когда мне негде стало получать острые ощущения. Ну право слово, могла ли вызвать хоть какие-то эмоции внезапная проверочная работа у профессора Уизли? Конечно, нет. А вот Оминис, который поддавался на мои провокации, будь то незаметное поглаживание по ноге прямо за столом в полной студентами библиотеке или то, как я забиралась холодными руками ему под мантию во время ночных занятий по астрономии на улице, вызывал неподдельное чувство азарта и самолюбования за свою безнаказанность. Взамен же я закрывала глаза на некоторые его специфические выпады…       - Рени, посмотри, что я нашел в хронологии чистокровных родов. Похоже на нужное прокля… - на книгу, которую мне показывал Себастьян, падает несколько учебников по зельеварению и травологии.        - На завтра нужно написать эссе про самоудобряющиеся кустарники. А ещё эссе для Шарпа по умиротворяющему бальзаму, который надо будет сварить в течение занятия, - монотонно произнес Оминис, заставляя Себастьяна сжимать кулаки до побелевших костяшек, - поэтому если ты не начинала разбираться со всем этим, то сейчас самое время, - я обреченно вздохнула, беря в руки первую книгу из стопки.       - Себастьян, давай чуть позже обсудим. На сегодня ещё оказывается много дел, - Сэллоу резко поднимается с места, бросая негодующий взгляд на Оминиса, сохраняющего максимально непроницаемое лицо. Наблюдая, как удаляется от нашего стола слизеринец, боковым зрением я ловлю проскальзывающую ухмылку Мракса.       Или, например…       - Рени, мне сегодня срочно нужна твоя помощь! - выскакивает из-за угла Натсай, быстрым шагом направляясь ко мне, - мне удалось кое-что выяснить, - заговорщически шепчет она, хотя всего секунду назад буквально привлекла внимание всего коридора.  Ничему её не учит жизнь.        - Рени, я как раз тебя искал, - неожиданно практически мурлычет Оминис с другой стороны, заставляя Натсай сделать шаг назад, - профессор Онай хотела с тобой переговорить. Мне передать, что вы с Натсай куда-то отлучились? - гриффиндорка вздрагивает и начинает махать руками, говоря что-то про то, что дела могут и подождать, и что у неё много уроков, которые требуется начать выполнять сию минуту.        - Меня же никто не хотел видеть, да? - шепотом спрашиваю я, смотря как девушка спешит скрыться в толпе студентов.        - Я мог что-то перепутать, - неопределенно, пожимает плечами Мракс. Я пытаюсь уловить на его лице какие-то эмоции, но Оминис умело держит маску дежурного безразличия, и мне остается только продолжить путь на следующий предмет, чувствуя легкий осадок от произошедшего.       А ещё буквально пару дней назад…       - Крауч! Я требую дуэль один на один! - перекрывающий мне проход из аудитории Леандер Пруэтт имел как обычно вид придурковато-высокомерный, - сама знаешь где, - добавляет он тише, намекая на тайный дуэльный клуб.       - Пруэтт, буквально пару дней назад, вы впятером не смогли ничего сделать против нас двоих с Сэллоу. На что ты надеешься? - было весело наблюдать, как гриффиндорец хватает ртом воздух, не в силах выдавить целое предложение, - мне это не интересно, - я хочу просто обойти его, но парень ловит меня за рукав мантии, не давая удалиться.       - Я ещё не закончил! - практически рычит он, чем начинает меня невероятно раздражать.        - А мне кажется, что вы закончили, - спокойная речь Оминиса, смахивающего с меня руку Пруэтта, словно какую-то налипшую грязь, заставляет гриффиндорца практически пойти красными пятнами, - мисс Крауч, позвольте Вас сопроводить до следующего класса. Боюсь, что поклонники не дадут Вам прохода, - я растерянно киваю, практически интуитивно следуя за Мраксом, оставляя разъяренного Леандера где-то позади.         Впрочем, на фоне всего остального такие мелочи не казались чем-то серьезным. Скорее всего я себя подсознательно накручиваю, чтобы хоть как-то разбавить приторные школьные будни чем-то острым. С учетом этого, нет ничего удивительного в том, что, когда Рейес зовет меня на финальный в этом году полет на метле, я соглашаюсь, даже не вслушиваясь в её речь. А то, что локацией избирается побережье Клагмар особенно добавляет воодушевления. Только полет в одну сторону занимает пару часов, позволяя посетить большинство окрестностей школы. Возможность проветриться положительно отзывается в душе, даже несмотря на все неудовольствие Оминиса.        - Мне это нужно, - уверено стою я на своем, подготавливая метлу к длительному полету.        - Сторонники Ранрока никуда не исчезли, - парировал Мракс, пытаясь найти во мне хоть какой-то отклик, - ты действительно готова отправиться  в такую даль ради полета на метле? - я промолчала, продолжая натирать метлу специальными растворами.       - Если ты пытаешься напугать меня, - последнее слово я выделила особенно, - то у тебя не получится, -  наконец посмотрев на парня и увидев его искренние растерянность и беспокойство, я добавила уже мягче, - Оминис, пожалуйста, ты же знаешь, что я не стеклянная. Со мной все будет хорошо.       - Ты пообещаешь, что в этот раз обойдется без историй? - я задумчиво прикусила губу, раздумывая над ответом. Разве я могла такое обещать? Раньше да, но теперь обманывать совсем не хотелось.        - Я буду очень осторожна, - уклоняюсь я от ответа, но едва услышав разочарованный вздох в стороне, не могу себя остановить от рвущегося слова, - обещаю, - чувство внутреннего противоречия глушится аккуратным объятием со спины и легким поцелуем в макушку. Я чувствую, как Оминис вьет из меня веревки, и открыто этому потакаю. 

***

      Летное испытание Имельды прошло отлично. Трасса, проходящая по побережью Клагмар, была просто прекрасна, поражая величием большой воды. После облачного и серого Хогвартса, чистое небо побережья поднимало настроение, а легкий морской бриз и теплые солнечные лучи приносили практически физическое удовлетворение.       Я с огромным удовольствием скинула с себя теплую мантию и факультетский шарф, подставляясь солнцу и теплому ветру, нежно ласкающему кожу. Жаль, что кроме нас с Рейес этой красотой практически никто не насладился, так как многие действительно не решились отправляться в такую даль ради хлеба и зрелищ.       Не знаю насколько интересным был мой пролет, но времени на него я затратила меньше, чем Имельда, вновь обогнав её буквально на несколько секунд.        - Если в следующем году ты не окажешься в нашей квиддичной команде, я тебя утоплю в Черном озере… лично! - безотлагательно и максимально серьезно говорит Рейес, вызывая во мне смесь гордости и детского восторга. Если всё получится, то я обязательно попробуюсь в команду, а пока на этот год летный сезон был официально окончен.       Все впечатления от этого путешествия вместе настраивали на позитивный душевный лад, негативно сказываясь на моей концентрации и внимательности. Поэтому в нужный момент среагировать я не успеваю.       - Акцио! - раздается совсем недалеко, когда я пролетаю на метле над самой границей берега и моря. Метлу резко уводит в сторону, и я скорее интуитивно с неё спрыгиваю, неприятно ударившись коленкой об землю, - Остолбеней, - в последний момент закрываясь щитовыми, бросаю Бомбарду в сторону, откуда прилетели заклинания. Из поднявшейся пыли выскакивает мужская фигура, сразу посылающая в мою сторону какую-то комбинацию чар. От одной части приходится закрываться щитом, а от остальных физически уворачиваться. Песок под ногами делает все движения тяжелыми и вязкими, не позволяя здраво оценивать свои возможности. Посылая ещё несколько взрывных заклинаний в нападающего, я не замечаю за летящим в мою сторону парализующим ещё одно заклинание, - Инкарцеро! - тело опутывают крепкие веревки, неумолимо сдирая кожу на открытых участках кожи.        Заваливаясь на песок, я чувствую как становится тяжелее дышать из-за стянутого заклинанием горла. Голова кружится, и во всем этом месиве из болезненных ощущений на задворках сознания проскальзывает понимание, что неизвестный направляет на меня свою палочку. Частички древней магии, спящие все время после победы на Ранроком, словно вспыхивают в теле, направляясь прямиком к волшебнику, откидывая его в сторону камней. Путы слабнут, в то время как накопившийся гнев только крепнет, заставляя неизвестного по велению моей палочки, словно тряпичную куклу, метаться в воздухе из стороны в сторону, каждый раз вновь прикладываясь о каменный берег Клагмара. Только когда запасы иссякают, человек безвольно падает на землю, отхаркиваясь кровью на белый песок. Игнорируя то, как пылает кожа на шее и руках, я быстрым шагом приближаюсь к телу, направляя на него волшебную палочку.        - Империо, - взгляд волшебника, а это был ничем не примечательный мужчина средних лет, мгновенно теряет всю остроту, затягиваясь легкой дымкой. Кровь продолжает тонкой струйкой течь у него изо рта, а левая рука выгнута в неестественном положении. Мужчина перестает кряхтеть, словно превращаясь в бездушную куклу, - кто тебя послал? - сипло спрашиваю я, начиная откашливаться и параллельно пугаясь своего собственного голоса.       - Мы не знаем имена заказчиков, - кто бы сомневался.        - С какой целью тебя послали? - присаживаюсь я рядом, готовая в любой момент пустить добивающее заклинание точно в голову, если ситуация такого потребует.        - Нужно напугать девчонку, чтобы она была сговорчивее, - проговорил мужчина чью-то фразу безучастным голосом. Наложенное заклинание позволяет игнорировать тот факт, что в осознанном виде он мог бы уже потерять сознание.       Я до боли в пальцах сжимала палочку, удерживая себя от необдуманных поступков и импульсивных решений. А в голове был только вопрос «Почему это снова случилось»? Мне казалось, что все заинтересованные во мне стороны наконец-то мертвы, но прошло несколько недель, и мы начинаем с новой точки, когда я стою в одиночестве в какой-то глуши, колдуя непростительные заклинания.        - Убийство входило в запугивание? - риторически спрашиваю я, судорожно думая, что можно предпринять. Авада сейчас могла бы решить все мои проблемы всего одним движением.       - Не входит. Убийство не предполагалось, - ярость чуть-чуть отступила, позволяя мыслить более здраво. Хотя, как назло, в голове никак не появляются идеи о том, что ещё можно было бы спросить и узнать. Потом наверняка я буду жалеть о своей несобранности в такой ответственный момент.        - Обливиэйт, - наконец выдаю я, фокусируясь на тонкой манипуляции с памятью, стирая её с момента, как было применено связывающее заклинание, - ты выполнил задание, но на пути встретился тролль. Все раны получены в сражении с ним… Постарайся здесь не умереть,- последнее предложение добавляю уже тише, скорее для себя и своей совести. Эта смерть не должна снова быть на моих руках.       Поиски улетевшей метлы довольно скоро увенчались успехом, даже несмотря на то, что мысли были заняты появлением загадочного нападавшего.  Вознося хвалу Мерлину, что метла не успела сломаться о камни или ещё что-то, мне показалось, что будет лучшим решением в школу возвращаться с помощью летучего пороха. Никто не знал, насколько сильно я кому-то снова помешала и насколько сильно меня хотят напугать.        Вернувшись в Хогвартс и обессилено ввалившись в гостиную, к счастью более менее пустую по причине выходного дня, я была практически моментально поймана старостой факультета с уведомлением о приглашении к директору. Убедившись, что это не потрясающе изобретательный розыгрыш, мне ничего не оставалось, кроме как начать судорожно приводить себя в порядок.       Вернувшаяся раньше меня в спальную комнату Имельда с непривычным интересом попыталась узнать, в какой момент я успела так упасть с метлы, что вся в ссадинах и царапинах. Легенда была хороша, и я поддержала её, красочно описывая как зацепилась о камни при попытке поймать береговой ветер. Не знаю насколько убедительно это звучало, но Рейес, увидев мои попытки аккуратно собрать волосы в подобие прически, переключила свое внимание и с оберченным вздохом присоединилась к этому мероприятию со всей ответственностью.        - Должна будешь, Крауч, - вплетая ленту в волосы, произносит Имельда, завершая аккуратный пучок, - куда собираешься то хоть? - наконец задает основной вопрос девушка, наблюдая, как я пытаюсь скрыть ссадины на шее за воротом рубашки. Не помогает. Завернусь тогда в шарф с символикой факультета, он обычно не вызывает ни у кого вопросов.       - Блэк вызывает. Если спросишь зачем, то сама не знаю, - оглядывая себя с ног до головы, произношу я. Ну вроде ничего. Форма красит человека, - спасибо за помощь, - Рейес лишь кивает, а я быстрым шагом покидаю гостиную, желая скорее закончить с этим таинственным делом.       По пути мне встречается профессор Уизли, которая и отправляла старосту за мной. Я не вдаюсь в подробности своего отсутствия в школе, сочиняя что-то о хорошей погоде и желании провести день на свежем воздухе. Врать посторонним людям с уверенным видом я за последний год научилась мастерски.        - Профессор Блэк, я привела мисс Крауч, - проходя вперед меня в директорский кабинет, произносит женщина, следом позволяя зайти и мне. Я воодушевленно рассматриваю кабинет со всем богатством его убранства, огромным количеством различных движущихся изображений и прочими диковинными предметами декора, напитанными магией. Лишь когда взгляд падает на гостевое кресло перед директорским столом, я буквально чувствую, как волосы встают дыбом, а по спине бежит предательский холодок.        - Благодарю, профессор Уизли, - как всегда манерно произносит Блэк, приподнимаясь из-за стола, - мисс Крауч, позвольте представить моего хорошего друга и члена попечительского совета.        - Брутус Малфой второй, - вкрадчиво произносит мужчина, также слегка приподнимаясь в рамках вежливого приветствия.        - Очень приятно, мистер Малфой. Рени Крауч, - я, скрипя зубами, делаю положенный книксен, присаживаясь на предложенное второе кресло, держа спину прямо и элегантно располагая ноги. Профессор Уизли остается стоять чуть поодаль, соблюдая правило не оставлять молодую незамужнюю девушку в обществе мужчин.        - Я был так много наслышан о Вас, мисс Крауч, что при первой же возможности не удержал себя в порыве познакомиться с Вами, - растягивая слова, хорошо поставленным голосом говорил мужчина, смотря мне прямо в глаза.        - Мистер Малфой, Вы мне совершенно точно льстите, - поддержала я этот фарс. Никак по-другому это было назвать нельзя, потому что… мы были с ним чертовски похожи. Я думаю, это осознавала и профессор Уизли, которая старалась незаметно перемещать взгляд то на Малфоя, то на меня, сопоставляя образы в голове.       Здесь не было ничего странного. Передо мной сидел никто иной, как родной брат моей матери. Те же платиновые волосы, острые черты лица и холодные серые глаза. Все представители семьи Малфой были ужасно похожи, и я по иронии судьбы, не стала исключением, беря от Краучей разве что черты характера.        - Абсолютно нет, мисс Крауч, при всей занятости Лорда Блэка, он по старой дружбе выделил мне время в выходной день, удовлетворяя мои скромные желания, - словно по оговоренному сигналу директор вальяжно приподнимается из-за рабочего стола, начиная гипнотически заговаривать профессора Уизли что-то обсудить на балконе директорских покоев. Как бы женщина не сопротивлялась, но уже через пару мгновений мы оказываемся с Малфоем наедине в кабинете, противореча всем принятым нормам приличия.       Не капли не смущаясь, мужчина вынимает из трости свою волшебную палочку, очерчивая вокруг нас невидимый круг под тихое бормотание заклинания. Звуки кабинета мгновенно стихли, погружая нас в звенящую тишину. Демонстрация барьера от подслушивания меня впечатлила.        - Не сочтите за дерзость, мистер Малфой, но Вы хотели бы о чем-то со мной поговорить? - наконец задаю я свой вопрос напрямую, не желая удерживать в кабинете это томительное тягучее молчание.        - Вы весьма проницательны, мисс Крауч, - выделяя фамилию, произносит мужчина, принимая расслабленную позу в кресле. Я изящно приподнимаю бровь, задавая понятный нам обоим немой вопрос, - я действительно последнее время наблюдал за Вашими скромными успехами, - слово «скромными» отозвалось щепоткой злости внутри, - и хотел бы узнать о Ваших планах на будущее.        - Вас интересуют мои планы на будущее? - иронично протягиваю слова, коря себя за излишнее проявление эмоций. Сейчас требовалось говорить четко и равнодушно, - что же, как и любая благовоспитанная чистокровная волшебница, я желаю с наивысшими баллами окончить Хогвартс, получить предложение о браке от не менее родовитого и выдающегося представителя магического сообщества, после чего подарить ему таких же достойных и благовоспитанных наследников, - выдаю я весь текст целиком, наблюдая как Малфою на мгновение не удается удержать лицо, и уголок его губ нервно дергается.        - Полагаю такие планы действительно характерны для девушек Вашего возраста и социального статуса, - наконец выдает мужчина, перекладывая свою трость из одной руки в другую. Теперь я знаю, что в ней волшебная палочка, поэтому стараюсь не упустить ни малейшего движения, - а позвольте полюбопытствовать, кого же вы подразумеваете под родовитым и выдающимся представителем магического сообщества? Возможно одного из сыновей Лорда Мракса? Вынужден констатировать, что у потомков самого Салазара Слизерина сейчас не самое лучшее время. Вашим родителям следовало бы подыскать Вам партию повыгоднее, - я вежливо улыбаюсь, в то время как в мыслях уже вбивала надменное лицо Малфоя в директорский стол. Только такие приятные фантазии позволяли мне сохранять самообладание. Старался ли он меня действительно так вывести на эмоции? Непонятно.        - Ох, мистер Малфой, Вам не стоит так переживать за меня. Моя матушка в свое время научила меня тому, что неважно кого выберет семья. Главное - это собственный выбор! - воодушевленно произнесла я, из-под опущенных век наблюдая, как несдержанно мужчина сжал пальцы, совсем не стараясь скрыть эмоций, - мистер Малфой, я что-то не то сказала? Возможно я подняла какую-то неприятную семейную историю? - сорвалась я на открытую насмешку, держа наготове свою палочку. В игру на нервах своего собеседника могли играть двое.        - Мисс Крауч, буду с Вами откровенен, так как вижу, что изящное плетение кружева разговора Вам явно не по душе, - наконец произносит мужчина после затянувшегося напряженного молчания, теряя свою показную расслабленность и дружелюбность. Я не стала обращать внимание на такое завуалированное оскорбление, предпочитая уделить внимание произносимым словам, - Малфоям действительно было бы намного проще игнорировать Ваше сомнительное существование, - я недовольно цокаю, чем ещё сильнее поднимаю градус напряжения, - но ирония судьбы в том, что Вы выглядите как истинная представительница семьи Малфой и успели заручиться положительным отношением различных волшебных Родов, а также создать себе специфическую, но тем не менее звучную репутацию. При таком раскладе я хотел бы предложить Вам мир.        - Могу ли я услышать каков мир в глазах Лорда Малфоя? - нет, я не оговорилась. Дяди не было бы здесь, если бы не заинтересовался сам Лорд Малфой.        - Я думаю, что практически такой же, как в Ваших, мисс Крауч. Нам нужно найти точку нейтралитета. Как этого хотела бы моя покойная сестра, - моя бровь насмешливо вздымается вверх. Я не ослышалась?        - Не поминайте мою матушку всуе, мистер Малфой. Проявите к ней хоть каплю уважения, прошу Вас, - серьезно произношу я, разглаживая ткань юбки на коленях, - и скажу так, что ещё сегодня утром я могла бы уцепиться за ваше предложение, закрепив «пакт о ненападении» или что-то в этом роде. Но, как Вы и говорили, по иронии судьбы я встретила одного из Ваших приятелей, и встреча совершенно не принесла мне добрых ощущений, - глаза Малфоя сужаются, превращая его в змею, затаившуюся перед броском, - если я захочу, то по праву буду претендовать на наследие Малфоев, нравится Вам это или нет.        - И Вы не боитесь бросаться такими громкими словами, будучи не особо значимой общественной фигурой, обучаясь лишь на пятом курсе? - укалывает меня собеседник достаточно веским фактом, который мог бы сбить кого-то. Но не меня. Я готовилась к подобной встречи начиная с того момента, как умерла моя мама. Её семья многие годы хотела «поучаствовать» в нашей жизни. Мамина смерть сделала мою встречу с родственниками лишь вопросом времени.        - Общественная значимость - дело наживное, как и возраст - недостаток, который быстро проходит, - уверенно говорю я, пронзительно смотря собеседнику в глаза, - Вы знаете, мистер Малфой, что у меня есть сила, которой я не боюсь пользоваться. Прошу Вас впредь не допускать в мой адрес угроз…и не беспокоиться о моих планах на будущее, - с особой интонацией добавляю я последнюю фразу, улавливая в голове ещё одну шальную мысль, - и прошу Вас, не тратьте ресурсы семьи на такие дешевые акции устрашения, право слово, они меня только утомляют, и лишний раз напоминают о Вашем существовании - перефразируя я слова мужчины, сказанные в начале нашего разговора. Услышав приближающиеся шаги директора и профессора Уизли, я тихо добавляю ещё одну фразу, - если у Лорда Малфоя будут ко мне предложения иного толка, то я с удовольствием их выслушаю. В присутствии Лорда Крауча, разумеется, - после этого мы больше не говорим ни слова, оставшиеся минуты встречи продолжая сверлить друг друга яростными взглядами, говорящими намного больше, чем весь прошедший разговор. 

***

      Я спускаюсь в крипту с отчаянной надеждой, что там никого нет. Впервые за день мне везет, и в подземелье меня встречают только мрак и тишина. Скидывая теплый шарф, удушающий галстук и тяжелую мантию прямо на пол возле себя,  я вытягиваю на середину помещения тренировочный манекен. Первая же Бомбарда заставляет деревянную фигуру разлететься в щепки, заполняя помещение пылью. Я чувствую, как трясутся руки от невероятного напряжения во всем теле.       Весь разговор с Малфоем был словно поход через поле с инферналами. В любой момент из-под земли могла появиться рука и утащить тебя в самую Преисподнюю. Весь разговор я отчаянно блефовала, добавляя себе веса, и убеждая своего собеседника в своей невероятной уверенности, прекрасно отдавая себе отчет, что весь построенный образ мог разрушиться как карточный домик. Сейчас все накопленное напряжение нахлынуло единой волной, отдаваясь неконтролируемой дрожью в теле. Восстанавливая манекен заклинанием, я едва могу вывести правильное изящное движение.       Разрушая фигуру для тренировок раз за разом, я чувствовала, что холодное бешенство почему-то не утихало, а наоборот распалялось сильнее. Хотелось, чтобы на месте этого несчастного манекена был Малфой, с его надменным лицом и этим демонстративным изяществом. Новая Бомбарда вновь заставляет предмет превратиться в груду разлетающихся осколков. Проклятые Малфои и их непомерное эго, преследующее меня с самого рождения.        Услышав звуки приближающихся шагов и звенящей решетки, я уже который раз восстанавливаю разрушенную фигуру, пытаясь создать видимость порядка.        - Зачем тебя хотел видеть директор? - первое, что спрашивает Оминис, слегка морща нос от наполнившей подземелье пыли от разрушаемого предмета.       - Уже кто-то рассказал? - нервно передергиваю я плечами, пытаясь удержаться от того, чтобы не разнести манекен на кусочки снова сию секунду.        - Имельда… но я сам у неё спросил, когда не нашел тебя в гостиной и на ужине, - отзывается Оминис, поднимая с пола часть моей формы, недовольно отряхивая её от пыли и складывая на какой-то ящик, - что хотел Блэк?       - Блэк- ничего, - как можно спокойнее произношу я, направляя палочку точно в центр тренировочной фигуры, - Малфои великодушно о себе напомнили, - я с удовольствием представляю как вместо манекена сейчас разрывается тысячей осколков Малфой со своей мантией по цене всего Хогсмида.        - Ты как? - Оминис перехватывает руку с палочкой, в то время как я завершаю движение, чтобы сжечь остатки несчастной фигуры.       - Отлично, просто превосходно! - вырываю я свою руку, начиная нервно нарезать круги по подземелью, - обожаю встречаться с теми, кто тебя ненавидит!        - Я делаю это каждое лето, - непринужденно бросает Оминис, словно желает доброго утра, легким движением руки восстанавливая манекен и отправляя его в дальний угол помещения. Я наблюдаю за его движениями и чувствую, что все это демонстративное спокойствие скрывает под собой куда больше, чем моя пламенная злость могла бы показать.        - Хорошо. Разрешаю тебе присоединиться к моему негодованию, - пытаюсь вытащить манекен обратно, но Оминис моментально возвращает его на место, - ну что?        - Рени,- в этот раз звучание своего имени не успокаивает, а наоборот поднимает новую волну ярости. Я со злобным шипением уворачиваюсь от протянутой руки Оминиса и, делая несколько шагов в сторону, запускаю в несчастный манекен ещё одно взрывающее заклинание. От громкого шума Мракс болезненно морщится и вновь пытается сделать несколько шагов навстречу, - Рени, что там случилось? - я восстанавливаю целостность тренировочной фигуры, на мгновение задумываясь над ответом, а потом вновь поднимаю волшебную палочку для следующего заклинания.        - Ну что может случиться на встрече с Малфоями? Угрозы? Запугивания? Попытка доказать, что они самые умные и хитрые? - с каждым сказанным словом, создаваемое Диффиндо становится все сильнее.       - Мне кажется, что ты только что описала Мраксов. Возможно в кабинете сидел мой отец? - иронично произносит Оминис, слабо улыбаясь уголками губ. Я знаю, что он всеми силами пытается сбить мой настрой такими неожиданными фразами.        - Если твой отец высокомерный и надменный сноб, то возможно это был он, - судя по тому, как передергивает плечами Оминис, именно такой он и есть.        Последнее Диффиндо окончательно перерубает манекен пополам, оставляя его валяться безвольной кучей хлама на каменном полу крипты. Даже вид «поверженного врага» не приносит желаемого облегчения, а растерянный вид Оминиса пробуждает смешанное чувство расстройства за свою эмоциональность и невозможность вовремя остановиться. Не хотелось видеть ни это чертово подземелье, ни свои ободранные после противостояния на пляже руки, ни Оминиса, который вообще был не виноват ни в чем, кроме того, что сюда пришел.       Где-то внутри отозвались те крохи Древней магии, которые успели скопиться за остаток дня в школе. Бурля и переливаясь, они создавали приятное тепло в районе груди, стремясь вырваться наружу, и я не стала их сдерживать, позволяя мягкой волне разойтись вокруг, раздувая в стороны скопившуюся пыль и гася зачарованные свечи. Кажется, что однажды так уже было. Только теперь кромешная темнота вековых подземелий принесла трезвость, делая мысли громче и усыпляя эмоции. Пелена на глазах наконец рассеивается, уступая место густой усталости. Казалось, что непроглядный мрак нарушало только мое тяжелое дыхание.        - Оминис, я в бешенстве, - наконец произношу я в полной тишине и темноте, замечая насколько громко в таких условиях звучит даже шепот.        - Я понимаю, - тихо произносит Мракс, и я чувствую, как он аккуратно забирает палочку у меня из руки. Я ему не препятствую, колдовать совсем больше не хочется. Парень сам осторожно возвращает артефакт в чехол на моем предплечье, мягко касаясь подушечками пальцев чувствительной кожи на запястье и останавливаясь на свежих ссадинах на руках.        - После стольких лет пренебрежения, у них хватает наглости заявиться прямо в школу и заводить разговоры о понимании и компромиссах, - тихо проговариваю я то, что должна была кричать в полный голос. Оминис ничего не отвечает, но чувствуя его тепло совсем рядом, я бесцеремонно забираюсь ему руками под мантию, сжимая пальцами ткань форменного пиджака на спине. Его аккуратные прикосновения к плечам, переходящие в объятия, заставляют толпы мурашек побежать по телу, и с придыханием уткнуться носом в шею Мракса, - я им ничего не забуду, - скорее для самой себя произношу на грани слышимости слова, чувствуя как после них слизеринец начинает прижимать меня к себе крепче, - и Мраксам тоже, - Оминис буквально перестает дышать на пару мгновений, и я практически слышу как его сердце начинает биться быстрее.        Оминис никогда не жаловался. Он вообще старался многое держать в себе, заталкивая чувства и переживания настолько глубоко и плотно, что каждый раз когда им удавалось вырваться, это было подобно взрыву. У меня не получилось спрятать все в себе. При первой же возможности я позволяла всем накопившимся эмоциям выходить наружу, выжигая все вокруг. Наверное поэтому за мной можно было отследить кровавую дорожку из тел тех, кто оказался на пути.       Семья для Оминиса была невероятно больной темой, начиная от того кем они являлись в вопросе идеологии, что они себе позволяли творить и заканчивая тем, как они себя вели здесь и сейчас. Я знала, что в этом году на первом курсе Слизерина вроде как училась младшая сестра Оминиса, но ничего больше этого факта и того, что только завидев брата, эта маленькая светловолосая девочка готова была смотреть куда угодно и при необходимости обойти весь замок, лишь бы не допустить встречи, мне известно не было. Я даже не уверена, что у меня в памяти где-то сохранилось её имя. Сложно было представить насколько остро отзывались такие действия в сердце Оминиса, и за одно это хотелось делать с Мраксами все то, что они позволяли себе делать с одним из них и обычными людьми.        - Они того не стоят, - наконец тихо шелестит Оминис, проводя рукой по моим волосам. Я только сейчас понимаю, что они все ещё уложены в эту дурацкую благопристойную прическу, которую я делала исключительно для Малфоя.        - Распусти мне волосы, - неосознанно произношу я вслух, в ту же секунду пугаясь такой странной просьбы.       Я чувствую, как пальцы Оминиса ловко распутывают сложные схемы Имельды, уже спустя пару мгновений плавно вытягивая длинную ленту и откидывая её на пол, где она с тихим шелестом ложится на камень. Я блаженно вздыхаю, когда одна рука Оминиса с головы, плавно проследуя по всей длине волос, ложится на талию, а вторая лишь слегка опускается за затылок. Большим пальцем Оминис касается ещё одной ссадины на шее, оставленной сегодня веревкой нападавшего. Мракс не задает вопрос вслух, но его мысли буквально настолько громкие, что я могу понять каждое слово его вопроса и даже услышать упрек в том, что я обещала быть осторожнее. Не желая отвечать на немой вопрос, я накрываю его губы своими, перемещая руки из-под мантии на лицо парня, нежно проводя пальцами по ушам и скулам.       Отвечая на поцелуй Оминис продолжает, будто специально, аккуратно прикасаться к ранкам на шее, последовательно отслеживая контур веревки, завершающийся где-то на уровне ключицы, неприкрытой сейчас расстегнутой рубашкой.       - Ты снова меня обманула, - разрывая поцелуй и обдавая губы горячим дыханием, шепчет Оминис.       Я чувствую как он пытается рукой стянуть рубашку с плеча, в которое когда-то попало вражеское Диффиндо. Не позволяя Мраксу этого сделать, я стараюсь увлечь его в новый поцелуй, опуская его руку к себе на талию и позволяя вжать меня поясницей в бесполезные остатки от Омута памяти. Парень поддается, но я понимаю, что это он позволил мне отвлечь себя, а не я оказалась такая хитрая.       Зачарованный свет почему-то не желал вновь зажигаться в подземелье, даря мне удивительный шанс почувствовать все прикосновения Оминиса, не отвлекаясь на зрение. Все его скользящие движения, шелестящие фразы и едва уловимые прикосновения создавали ощущение того, что тебя окутал своим телом легендарный василиск, желая подавить волю и поглотить полностью.       - Больше я тебя никуда не отпущу, - ещё одна фраза, сказанная слегка хрипловатым голосом наполняет помещение, разливаясь сладкой патокой в ушах, в то же время чем-то темным и тягучим в глубине души, но я вновь гоню эти мысли прочь.       Сегодня я хочу чувствовать как холодные пальцы Оминиса касаются моей спины под форменной рубашкой, а я могу себе позволить растрепать его идеальную прическу и провести рукой по плоскому животу, не думая о том, что за стенами крипты течет другая жизнь, где за такие моменты надо будет бороться.