Осколки
4 марта 2023 г., 23:00
«Уважаемая Госпожа Библиотекарь,
Прошу простить за то, что столь презренный человек как я, тревожит такую занятую даму как Вы. Моя дорогая Лиза, Вы должно быть уже и забыли светловолосого юношу, с кем делили минуты досуга после занятий в Академии? Ох, припоминаю, сколько Ваших шпилек было утрачено в моей комнате за те два года.
Впрочем, я немного погорячился и наверняка смутил Вас. Даже если Вы не вспомните меня, или разозлитесь своим воспоминаниям, прошу, дочитайте это письмо до конца, а после уж сожгите.
Не так давно мой сегмент побывал в вашем городе свободы (прошу простить, что не приехал лично), и перед тем, как лишить его существования, я выслушал удивительный рассказ о некой даме, некогда покорившей мое теперь уже сгнившее сердце. И полагаю, что оно по праву принадлежит Вам одной. Ваше лицо не выходит из моей головы, и признаюсь, это очень мешает работать. Но я не жалуюсь, ведь в противном случае жизнь совсем потеряет все краски, как бы глупо это не звучало.
И если Вы все еще читаете это письмо, я бы хотел попросить об одном маленьком капризе. Напишите мне ответ. Хотя бы строчку. Обозначьте хоть как-то, что мой образ всплыл в Вашей памяти.
Еще раз прошу прощения за столь сентиментальные фразы, написанные мною в порыве вдохновения.
Искренне Ваш
Доктор»
***
«Презренный человек, Как Вы можете допускать и мысли о том, что я забуду Ваше лицо? А все дни и ночи, проведенне бок о бок? Вы не представляете, как я страдала, когда Вас выгнали за Ваши опасные идеи. Сколько же слез я пролила, считая что Вы мертв. Хотя… Даже не знаю, что из этого хуже, ведь став Фатуи, Вы действительно умерли для этого мира. Мне невыносимо больно думать о том, какой путь Вы выбрали, но я понимаю, что уже ничего не смогу изменить. Пески времени, измельчающие мои годы жизни в порошок, не могут стереть воспоминаний о Вас, и я очень надеюсь, что мы еще увидимся перед тем, как… Впрочем, не стану забивать Вам голову. Как-никак, Вы занятой человек, один из Предвестников. Знали бы наши преподаватели как все обернется… И все-таки я на Вас зла! Никогда не смогу простить издевательства над малышкой Коллеи, какими бы ни были Ваши цели. Но все же… Как бы ни было сложно это признать, мои чувства сильнее обиды. Искренне надеюсь получить еще одно письмо. Навеки Ваша Лиза Минчи»***
«Моя прекрасная Лиза, Ты не представляешь, насколько сильно я скучаю по тебе. Я вспоминаю твои чудесные лукавые зеленые глаза, и не могу сдержать трепета в сердце. Как жаль, что это лишь воспоминания, и я не имею возможности прижать тебя прямо сейчас к своей груди. Здесь, в Снежной, слишком холодно, и этот холод пробирает до костей. Лишь память о тебе согревает мое сердце и сдерживает всплески безумия, лишь выводя на бумаге эти строки я успокаиваю свой разум, предаваясь мизерным мечтам о встрече. Но милая, что ты имела в виду, когда говорила о возможности увидиться перед чем-то? Тебе что-то угрожает? Расскажи мне, я хочу помочь тебе, мой свет во тьме. Слишком уж крепко ты стиснула мое сердце в своих изящных ручках, но я и не прошу отпускать его. Просто постарайся не разбить, ведь даже мое, такое черное, злобное сердце может стать хрупким как стекло, стоит лишь обращаться с ним небрежно. И все-таки, если на его месте в твоих руках однажды окажутся лишь осколки, я буду волноваться только о том, чтобы ты не поранилась ими. Твой вечный раб Дотторе»***
«Мучитель души моей, Я, может быть, скоро умру. Прости, что вываливаю так сразу, но это гложет меня слишком долго, чтобы молчать. Я чувствую, что слабею со дня на день. И, несмотря на это, я не могу думать о будущей жизни, о попытках противостоять неизбежному. Я думаю только о тебе. Вы, мужчины, не понимаете наслаждений взора, пожатия руки. А я, клянусь тебе, вспоминаю твой голос и чувствую такое глубокое странное блаженство, что самые жаркие поцелуи не смогут заменить его. Не пугайся, если в какой-то момент перестанешь получать ответы на свои письма. Это будет значить, что время пришло. Не стоит сожалеть, жизнь коротка, но удивительна в своей насыщенности. Я жалею лишь о том, что не смогу коснуться твоих искусанных, потрескавшихся губ в последний раз, и ощутить это потрясающее чувство, когда все заботы отходят на второй план. И если когда-нибудь в твоей жизни появится другая… Я не буду против. Я постараюсь пересилить свою любовь, если только это возможно. Хранительница твоего сердца Лиза Минчи»***
«Любовь моя, Переживая не простую и довольно мнительную жизнь, я перепробовал кучу разной дряни, но никакой гашиш, опиум, не обволакивал меня так, как твой голосок. Могу сказать уверенно — настоящим наркотиком был твой пленительный, чародейственный голос, и я подсел. Любовь — это серьезное психическое заболевание. Помимо быстрой смерти, лишь она способна избавить человека от страданий. И ты, милая моя, стала прекрасным ее олицетворением. В Снежной больше не принято любить, и в таком случае я становлюсь самым дерзким нарушителем этого правила, но ничего не могу с собой поделать. Может, откажись я от всех этих чувств, прожил бы более спокойную, но менее счастливую жизнь. Ведь теперь в ней появилась новая цель, и совсем скоро ты узнаешь в чем она заключается. До скорой встречи. Твой Зандик»***
Глядя в ее прекрасные зеленые глаза, Дотторе не верил своему счастью. Беря ее ладонь в свою и целуя, ему казалось, что он спит, бредит, а может и вовсе умер, попал в Рай. Сердце бешено колотилось, а мышцы лица подрагивали. Пальцы с нежностью огладили скулы Лизы, спустились по шее к плечам, прошлись по ключицам, а затем вновь вернулись к ее лику. Она не возражала, лишь улыбалась самой нежной, очаровательной своей улыбкой. Прижалась к нему, вслушиваясь в стук чужого сердца, принадлежащего навеки ей одной. — Ты — моя тайна. — прошептал Дотторе ей на ухо. — А ты все еще любишь тайны? — она склонила голову зарываясь ему в грудь. Он кивнул. Но если бы Лиза спросила, любит ли он мышьяк, он бы тоже кивнул.
