Я главная ошибка в твоей жизни.

      В Японию пришла весна. Можно наконец-то открыть окно и насладиться теплым ветром, что будто откликается на просьбу и трепет темные пряди волос, что имели оттенок тёмно-синего и так подходили под синие глаза омеги, что сидел у окна и спокойно попивал кофе. На часах 7 утра. Пора будить сына и собирать в детский сад, благо ходить далеко не нужно. Удалось снять квартиру в хорошем районе и за неплохую цену. Спасибо за помощь Чифую. Если бы не бета, парню с маленьким ребенком пришлось бы туго после ухода от мужа. Бывшего мужа.       Выйдя из своих раздумий и оставив кружку на подоконнике, Ханагаки встал со стула и отправился в общую комнату, где находился диван с мягкими подушками, на котором он спал, маленький столик со сложенными на нем разноцветными книжками, постеленный белый и пушистый ковер на полу, а также настенный телевизор. Беря пульт Такемичи включил его, где уже началась программа «Новости». Немного прибавив громкость, чтобы слышать, о чем говорят ведущие, парень направился в комнату поменьше, где, распластавшись звездой по всей кровати, спит его малыш. Самое драгоценное, что у него есть. Его маленькая копия по имени: Мизуки Ханагаки. Его ребенку недавно исполнилось 6 лет, но он все такой же кроха. Омега был таким же в детстве. Хрупким, но это только на вид. Такемичи всегда был характером храбр, из-за чего многие считали его бетой, но никак не омегой. Правда он был плаксой. Эта черта не передалась его малышу, чему он был рад.       — Мизуки, солнце, пора вставать! — Такемичи открывает зашторенное окно, позволяя теплым лучам раннего солнца пробраться в комнату. Младший Ханагаки начал ворочаться и прятать лицо в подушку. Темноволосый омега подошел к кровати и присел на ее край, рукой пробираясь под одеяло и нащупывая там маленькую ножку, после чего начиная ее легонько щекотать. — Я уже приготовил кашу и украсил ее бананами, как ты и просил.       Ребенок наконец-то отрывает голову от подушки и смотрит на родителя заспанными, но при этом ярко-синими глазами, после чего потягивается и принимает сидячее положение. На его голове настоящее воронье гнездо. Зря Ханагаки не уложил волосы сына перед сном, пока они были во влажном состоянии после ванны.       — Мам, дети в саду смеются надо мной. Можно я не пойду, а? — Мизуки опускает голову, в то время как Такемичи подсаживается поближе и пересаживает ребенка к себе на колени, — Они говорят, что только у плохих детей один родитель, неужели я плохой?       Ханагаки прижимается щекой к виску ребенка и гладит его по плечу.       — Понимаешь, золотце, в жизни бывает так, что мама и папа не могут быть вместе. Это происходит по разным причинам, но никогда здесь нет вины ребенка. Я и твой папа поняли, что мы абсолютно не подходим друг-другу. Но у нас есть ты, как главное доказательство нашей любви, — Такемичи задрал немного голову вверх, чтобы не дать волю слезам. Он никогда не расскажет ребенку то, через что ему пришлось пройти, и настоящую историю его жизни вместе с альфой, отцом Мизуки, — Никогда не слушай тех, кто оскорбляет тебя. Ты самый лучший и милый ребенок из всех детей на этом свете. Он стискиваем малыша, и тот начинает задорно смеяться, пытаясь выпутаться из рук своей мамы.       — Мам, ты меня задушишь! — Младшему удается выбраться из объятий, и смеясь, убежать в ванную комнату, чтобы наконец-то умыться. Такемичи поднимается с кровати и возвращается на кухню, садясь на нагретый солнцем стул, и снова берет кружку в руки. Он знает, что его сын крепок духом и сможет поставить несносных детей на место. Совсем скоро он пойдет в школу. Его новая ступень в стадии взросления.        ***       Как же хорошо на улице. Ханагаки и его младшая копия уже подходят к зданию садика, как у омеги зазвонил телефон. На экране высветился номер, подписанный как «Партнёр». Такемичи усмехается. Ну кто же еще, как не Мацуно.       — Доброе утро, Чифую, — услышав, с кем здоровается мама по телефону, Мизуки потянул его за кофту, давая понять, что он тоже хочет поговорить с дядей Чифую. — Погоди, я на громкую поставлю.       В следующую секунду малыш радостно здоровается с парнем на том конце провода и поцеловал Ханагаки в щеку, после чего убегает к зданию, где на крыльце его ждет воспитатель и собравшиеся дети. Из динамика разносится смех Мацуно.       — И вам доброго утра. Отвел в садик?       — Вот как раз убежал. Меня беспокоит, что его задирают дети, но он держится молодцом, — Такемичи выключает громкую связи и разворачивается в обратную сторону, продолжая свой разговор по телефону, направляясь уже на работу. — Ты чего так рано набрал? На тебя не похоже. Обычно ты в это время пятый сон видишь.       — Да вот, есть пару новостей. Но это не телефонный разговор. Давай я тебя с работы встречу и посидим у тебя, обсудим.       — Э…Хорошо. Я в пять закончу. Хотя ты и сам знаешь. Ты один будешь или…       Договорить парню не дал Мацуно, заверещавший в трубку.       — ОДИН! Они, два урода, ночуют сегодня не дома.       — Опять повздорили? — Такемичи уже подошёл к зданию магазина проката CD и DVD, где он работал менеджером, — Смотри, разбегутся еще от тебя.       — Да знаю я, но они ведут себя как дети! Бесят, но люблю…       Пока синеглазый приводил рабочее место и себя в порядок, он еще немного поболтал с Мацуно, и еще раз договорившись, что Чифую встретит его после работы, он сбросил трубку. «Что же за новости хочет поведать ему его друг? Что-то серьезное, раз не телефонный разговор…». Но не время думать об этом. Рабочий день начался, все остальное оставим на вечер.        ***       Не успел Такемичи моргнуть, как время стукнуло за три часа дня. Правду говорят, что время скороспешно. Так и вся жизнь пролетит, а ты и не заметишь. Его малыш сейчас должен был проснутся после полуденного сна и собираться на прогулку. Главное, чтобы ему не забыли надеть кепочку.       Ханагаки сегодня везло с посетителями. Все заходили, зная, что хотят взять, и не скандалили, если на полке не оказывалось фильма, за которым они пришли. Омеге удавалось порекомендовать другой фильм, а главное, люди соглашались и довольные, шли оплачивать прокат.       Решив сделать маленькую передышку, темноволосый вышел на улицу и подошел к автомату, что находился сбоку от здания. Закинув пару монет и выбрав напиток, парень вернулся ко входу и присел на ограждение, что находилось под деревом. Хоть какая-то тень. Не спеша открыв напиток и сделав пару глотков, омега не заметил, как к нему приблизился высокий человек. Но как только неизвестный присел рядом, в нос Такемичи ударил отчетливый запах сигарет. Lucky Strike, так еще и со вкусом ментола. Запах этих сигарет Ханагаки узнал с первых нот.       Только омега хотел повернуться к неизвестному, как раздался голос, а парня будто током прошибло:       — Далековато тебя занесло, Мичи~ — голос был низким, но было слышно, как собеседник усмехается.       — Что ты здесь делаешь? — Такемичи так и не осмелился повернуть голову в сторону персоны, что наоборот, разглядывала омегу с интересом, как в первую их встречу. Юношу передернуло, но он старался не показывать, как он начинает волноваться, находясь в данной компании.       — Ох, а где же «Ты наконец-то пришел, альфа!»? Я так давно не слышал эту фразу, что это заставляло меня грустить, — мужчина рядом придвинулся еще ближе и наклонился к самому уху Ханагаки — Неужели ты не скучал по мне? А я вот соскучился. Мизуки так вырос за эти несколько лет и так и не изменился. Полностью пошел в свою мамашу, — после последней фразы альфа отстранился от синеглазого и поднялся со своего места. — Я видел его на прогулке с группой, сама прелесть, — последовала недолгая пауза, а затем собеседник произнес фразу, после которой у омеги сердце неприятно сжалось и забилось чаще.       — После твоего ухода я нашел другую омегу, уж поверь, он намного лучше тебя.       Такемичи наконец, удосужился поднять взгляд на стоящего альфу, что так старательно усмехался над ним. Он стал еще выше, но эти хитрые золотые глаза никуда не делись. Как же омеге хочется выцарапать их. Как же он их ненавидит, как и в целом их обладателя. Именно эти глаза смотрели на него и нагло врали парню. А тот и делал, что велся всему сказанному.       — И что же? Твоя новая подстилка тоже верит твоему пиздежу? — на лице Ханагаки появился оскал, а рука, в которой находилась банка, сжалась еще сильнее, из-за чего предмет начал мяться. Он не удержался ответить колкостью на ранее сказанные слова. — Повторяю вопрос: что ты здесь забыл?       — Не буду утаивать. Мне нужны деньги. И я знаю, что они у тебя есть. — мужчина сделал вид, что не слышал первый вопрос. Он во всю пялился на сидячего омегу.       — Ты сдурел? — голос Ханагаки дрогнул, и кривая банка вылетела из его рук, кое-как покатившись к краю бордюра, — Тебя не смущает, что я ращу сына и заработанные деньги расходуются на его обеспечение?       Сказать, что темноволосый был в шоке от такой наглости — это ничего не сказать. — Да как у тебя язык повернулся у меня такое просить?       — Ты сам выбрал такую жизнь, а я могу начать качать права по отношению к Мизуки. И поверь, я могу даже забрать его у тебя.       Альфа был настроен серьезно. Его голос был как метал, что резал слух Такемичи, а аромат, что исходил от него, заставлял внутреннего омегу завыть от страха. Но парень держался изо всех сил, чтобы скрыть свою дрожь. Он не позволит этому уроду забрать его сокровище.       — Сколько тебе нужно? — незаметно, но ощутимо трясущейся рукой синеглазый достал кошелек, что был в кармане его рабочей кофты. Он надеялся, что мужчина не попросит слишком много.       — 10.000 йен. Пока что хватит, — альфа улыбнулся и снова закурил, наблюдая как омега достает купюры, а затем забрал протянутые ему деньги и сунул их в карман джинс. — Я знал, что на тебя можно положиться, Мичи~       — Не называй меня так, Ханма, — парень прибрал кошелек и, глянув на наручные часы, подошел к двери здания, чтобы вернуться к работе. Он долго проторчал на улице наедине с этим ублюдком. Хотя на самом деле темноволосому просто хотелось скрыться от этих гребаных глаз, что отслеживали каждое его движение, и нахальной улыбки бывшего супруга. — Надеюсь, что ты забудешь сюда дорогу.       — Ничего не обещаю, — Ханма снова подошел в плотную к омеге и дунул дымом от сигарет прямо в лицо парня, — Был очень рад увидеть тебя, Такемичи. Надеюсь, скоро свидимся, мой милый омега. — и быстро отстранился, когда омега зарычал ему в лицо. Ханагаки, ничего не ответив, вошел в здание и хлопнул дверью перед альфой, на что тот выкинул бычок от сигареты под порожек двери и ушел в неизвестном направлении.       Как только силуэт испарился из зоны видимости, Такемичи дал волю чувствам. Из его глаз полились слезы, а руки затряслись. Да что говорить, омега весь трясся, как осиновый лист. Ему срочно нужно было привести себя в порядок. Что будет, если его в таком виде увидят посетители? Закрыв дверь на ключ, что предательски пару раз норовил выпасть из рук омеги, парень быстрым шагом ушел в подсобное помещение.       До конца рабочей смены Такемичи ходил без настроения. Он старался улыбаться, когда к нему обращались, но давалось это с большим трудом. Время замедлилось, и последний час тянулся мучительно долго. Омега сидел за прилавком, когда в здание вошла сменщица, которую он и не заметил, пока та не обратилась к нему, сказав, что Ханагаки может идти собираться, ведь до конца его смены осталось 10 минут. Кивнув, синеглазый прошел в подсобку и быстро переоделся перед выходом, чуть не забыв свой рюкзак. Парень подошел ко второй сотруднице и отдал ключ. Пожелав удачи на ночной смене, он поклонился и покинул помещение.        ***       На улице вечерело и поднялся не сильный, но прохладный ветерок. Такемичи отошел от здания к повороту на соседнюю улицу, где стал ожидать друга, что как всегда это бывает, опаздывал, хоть и не критично. В скором времени к нему подъехала чёрная иномарка, и омега быстро запрыгнул на переднее сиденье.       — Ты на машине Баджи? Вы же поругались, — Ханагаки пристегнул ремень, и машина тронулась с места.       — И тебе привет, партнёр, — Чифую улыбнулся и вырулил на соседнюю улочку, направляясь к садику. Ведь нужно было забрать маленького Мизуки. — Уже помирились. Я во всю собирался к тебе, когда они приползли домой с подарками и цветами.       — Почему я не удивлен? — омега устремил взгляд в окно, наблюдая, как протекают мимо дома, где уже начал загораться свет в окнах. А вот школьники в футбол играют после занятий.       — Ты не против, если они присоединятся к нам чуть позже? Пивка купят, завтра выходной как-никак – можно и отдохнуть, — на предложение Такемичи лишь кивнул. Вскоре бета остановился около забора, за которым находилось здание сада. Но как только темноволосый хотел выйти, Мацуно схватил того за руку, тем самым притормозив молодого отца. — Я вижу, что у тебя что-то случилось. Глаза заплаканные.       — Давай дома, Чиф, все дома. — Такемичи убрал руку друга и покинул авто, направившись за сыном.       — Дома так дома, — пока черноволосый ждал друга с ребенком, он залип в телефон, а точнее писал своим оболтусам, чтобы те не забыли купить сладостей для Мизуки, иначе спать они будут на диване и ему плевать, кто-кому не напомнил о них, пока они были в магазине. Послушав в голосовых сообщениях нытье своих любовников о том, какой он злой и вредный, бета усмехнулся и отложил телефон. — Идиоты, любимые.       Стоило Мацуно вернуть взгляд на ворота, оттуда уже выбежал ребенок, чуть не потеряв кепку и подбегая к машине, сразу открыл дверь и запрыгнул в нее.       — Дядя Чифую, я так рад тебя видеть. А мы сегодня рисовали животных, и я нарисовал твоего кота. Смотри! — малыш протянул рисунок парню, показывая своё творение.       — Вау! Мизуки, ты так натурально изобразил Пеке Джея! Ну просто красавчик! Не отличить от настоящего.       Чифую, как настоящий ценитель искусства, рассматривал старательные каракули ребенка.       Когда Такемичи сел в машину, они рванули с места, направляясь к дому семейства Ханагаки, слушая, как малыш рассказывал про день в саду, на что бета разбавлял разговор шутками и историями об их с партнером приключениях в возрасте Мизуки, ну или чуть постарше. Правда, получал от самого омеги, ибо Чифую любил приукрасить и постебаться над темноволосым перед его сыном. — А еще был случай, когда твоя мама с дерева упал, — стоя на светофоре вспомнил еще одну историю Мацуно, — Точнее, был на грани поцеловать своим лицом землю. — Бета следил за тем, как люди переходят дорогу, а затем посмотрел в зеркало заднего вида, лицезрев распахнутые глаза Мизуки. — То есть, мама, не упал? Ему кто-то помог удержаться? — ребенок сел на край сиденья, тем самым просунув свое личико между передними сиденьями. Такемичи такой расклад не понравился и он поспешил осадить ребенка. — Солнце, сядь обратно. Так ездить опасно, особенно детям, — Мизуки послушно сел на место, но взгляд от Чифую не отвел. Ждал продолжение истории, но ее продолжил сам Ханагаки. В этот момент машина продолжила своё движение. — Я тогда уже на одних пальцах только держался, но в последний момент меня успел поймать мальчик. Я уже не помню, как его звали, да и неуверен, что он представлялся. — Слушай, я тоже не помню. Но он исчез также быстро, как и появился, — бета начал заезжать во двор, где располагался дом Ханагаки. — У него были волосы светлые. Блондин. Самый натуральный блондин. Таких редко встретишь. — И черные, как воронье крыло, глаза. Хотя проблеск в них был. Это единственное, что я запомнил в нем. — Да, точно-точно. Очень необычная внешность для японца. Машина наконец-то остановилась, и все начали из нее вылазить. Чифую проверил, что авто никому не мешает, и маленькая компания двинулась в дом. — Я рад, что мама не пострадала. Но я никогда не встречал детей с черными глазами… — Мизуки держал маму Мичи за руку, пока они поднимались на лифте к их квартире. — Мы тоже. Но тот парень был крут. Он будто знал, что Мичи вот-вот сорвется, действовал как настоящий герой, — глаза Чифую загорелись от воспоминаний, — Кстати, после того случая я начал общаться с Кейске, — Мацуно почесал затылок, пытаясь вспомнить то время более подробно. Лифт как раз остановился, и омега с ребенком вышли по направлению к входной двери, краем глаза наблюдая, как черноволосый успевает выскользнуть перед закрытием дверей. — Да! Точно! Баджи был в компании того пацана. Там еще кто-то был, но сам факт.       Как только Ханагаки открыл дверь, все дружно вошли внутрь, и разувшись, прошли в гостинную. Мизуки поспешил к себе в комнату, чтобы надеть свой любимый кигуруми в виде хомячка. Дядя Казутора подарил. Ребенок вернулся ко взрослым и сел на диван рядом с омегой, что листал каналы телевизора в поисках музыкального. — Значит, расспросим Баджи, когда он и Казу присоединятся к нам, — стоило Такемичи договорить фразу, как раздался звонок домофона. — А вот и гости пожаловали. Младший Ханагаки соскочил с дивана и побежал открывать дверь. Омега и бета переглянулись, поднимаясь с нагретых мест, и направились встречать двух альф, что должны были принести всяких вкусностей и алкоголь для их совместных посиделок.