Я главная ошибка в твоей жизни.

      Такемичи не умеет пить. Такой вывод делают каждый раз друзья омеги, но не останавливают его. А зачем? Так же веселее. Да и была у Ханагаки хитрость в его организме, о которой мечтают многие любители выпить. Он умел быстро трезветь, поэтому после подобных посиделок утро у молодого отца было спокойное, а выглядел Мичи, как самый свежий и лучший огурчик в огороде у какой-нибудь бабушки. Мацуно же знал то, что под алкоголем язык Ханагаки расплетается, чего Чифую обычно и добивался. В жизни у его друга была тяжелая ноша в виде ребёнка, которого он ставил сам на ноги, проходя через все трудности. Чаще всего парень все держал в себе. Вот и сейчас бета вслушивался в пол уха в весьма интеллектуальную беседу одного из своих любовников и своего лучшего друга. — А я тебе говорю! Хули ты со мной споришь вообще? Чифую с улицы подобрал кота, а следом за этим в его квартире появился Баджи. Как обычно это бывает, омега начинает сраться с Казуторой о какой-нибудь ерунде по типу расцветки голубей, которых они встречали на улице. Но в этот раз Ханагаки доказывал Ханемии, что Кейске, как бездомный кот, прибился к Мацуно, а тот ему и не отказал. Укрыл своими руками, даря любовь и заботу. — Не правда! — Ханемия театрально закатил глаза и скрестил руки на груди, — Блять, я еще раз повторяю. Они состояли в отношениях еще до появления Пеке, будучи подростками. Просто хорошо скрывали это, — альфа с татуировкой тигра на шее чихнул в подтверждение своих слов, а его серьга с колокольчиком на конце звонко отозвалась. Все дружно пожелали ему крепкого здоровья, счастья, и чтобы член колом стоял. — Слушай, а я тогда типа птица? Случайно в окно залетел и такой: «ебать, буду с вами жить и ебаться». Так что ли, по-твоему? — уши Казу были красными, показывая, что тот уже тоже под неплохим градусом. Да и по речи было понятно, что парень разошелся не на славу. В умении пить он ничуть не уступал Ханагаки. Правда, не трезвел так скоро. — А ты как псина! — уточнил темноволосый омега. — Носиком потерся, поскулил и взял в плен бедного моего друга. Охомутали вы его вдвоем! — Такемичи обнял Чифую, чуть ли не плача ему в плечо, приговаривая, какой он бедный и какие у него альфы ебанутые. На подобные действия и слова друга зеленоглазый никак не отреагировал, только, тихо усмехаясь продолжал разглядывать состав на банке из-под пива, что являлось весьма увлекательным занятием. Да и притворяться великим глухим ему нравилось больше, а то сейчас и его втянут в этот словесный балаган. — И вообще, я первый с ним подружился, поэтому любит он меня больше вас! И идите нахуй, какими бы крутыми альфами вы не были. — Ханагаки показал язык сидячему на полу Ханемии. — Ах ты! — договорить желтоглазому альфе не дал кулак, что прилетел ему по макушке от другого альфы. Раздался звук «боньк» и Казутора затих, посмотрев на клыкастого взглядом а-ля «предатель». Баджи сегодня не пил, поэтому большую часть вечера он просто ржал над остальными. Обнимал своего любимого Чифуеныша, сидя с другой стороны дивана и наблюдал за перепалкой двух, казалось бы, взрослых и весьма разумных людей. В один момент бета сказал ему так, между словом, что Кейске также себя ведет, когда напивается. Альфа надул щеки и отсел от него на пол, ближе к столу, где находились закуски. Раз пить ему запретили, тогда уж он будет объедать остальных, ехидно щурясь. Так-то решение о том, что Баджи не пьет, было принято общим голосованием, где голос самого кареглазого не учитывался. Обосновали тем, что кто-то сильный, широкоплечий и не буйный. Хотя с последним можно и поспорить. В общем Кейске должен довезти своих любовников до дома и уложит спать. Чифую сразу открестился от этой идеи. Во-первых: Мацуно был ниже и худее своих альфа-самцов. Во-вторых: он бы, конечно, кое-как с горем на пополам спустил альф к машине и довез их домой. Бета благодарил всех богов, что они не додумались приехать на другом автомобиле или вообще на байке Баджи, который он недавно отремонтировал у старых знакомых. Опять же, вложив не мало сил, затащил их в квартиру, а там бы просто скинул двух пьяниц на пол в прихожей, после чего сам ушел бы ластиться в мягкой постели. Кровать то широкая, умещает троих взрослых мужчин. Да и в добавку такой случай в их отношениях уже был. Повторять ему как-то не сильно хотелось. Тогда бедному парню, что успел прихватить кота в последний момент, пришлось даже спальню закрывать на ключ, чтобы двое пьяных альф дали ему выспаться перед работой. Впервые ему пригодились беруши. Правда на утро Мацуно покрывал альф трехслойным матом за разгром в остальных частях квартиры. Да даже балкон был загажен. В тот день к приходу Мацуно домой Баджи удалось вымыть полностью их укромное гнездышко, а Казутора приготовил шикарный ужин. И все это время их сопровождало не самое лучшее физическое и моральное состояние. Но они справились и были вознаграждены. В этот вечер Чифую был пьян совсем немного. Точнее ему всегда хватало двух баночек, просто чтобы расслабиться, от чего он мог не прекращать соображать. И поэтому, поставив банку на стол и усадив Ханагаки поудобнее, забирая у того такую же банку, только по счету это баночка так 4 или 5, зеленоглазый начал разговор: — Мичи, ты же помнишь, что мы тут собрались для обсуждения нескольких новостей? — омега попытался сфокусировать взгляд на друге, и когда ему удалось это сделать, он спокойно кивнул. Кейске встал со своего новоиспеченного места и подошел к двери комнаты Мизуки, чтобы прикрыть ее, вспоминая очень вовремя, что за стенкой спит ребенок, а они тут орут, как бабки на базаре. Сон у младшего Ханагаки был очень крепким, в добавку он наелся разных сладостей, и теперь ему снились зефировые леса и шоколадные реки. Черноволосый сел обратно, после чего между его ног распластался Ханемия, спиной прижавшись к торсу старшего альфы. На действия желтоглазого и пьяного альфы Баджи уложил свою голову ему на макушку, оперившись в нее подбородком. Кажется, сам альфа под ним довольно порыкивал, залипая в телевизор, где шел какой-то концерт популярного исполнителя. Взгляд Ханемии плыл, из-за чего он не различал силуэты, что скакали по сцене. Вроде подтанцовка, а вот самого артиста он не разглядел. Так, к слову, иногда со стороны можно было подумать, что альфы приходятся друг-другу братьями. Одинаково распущенные черные волосы. Только у Казу передние пряди были покрашены в блонд, хотя больше походило на желтый, из-за чего Кейске стебал его, что тот волосы в гуашь обмакнул. Рост, кстати, у них был тоже одинаковый. Да и телосложение похожее. Глаза, правда разные, но сути не меняет. Чифую не без греха, любит позалипать на них, пока те были полуголые или вообще оголенные. И ясное дело, трезвые. О да! Как же на них гармонично смотрятся царапины и укусы, оставленные Мацуно после сладостных ночей. Правда, после этих самый ночей он не может с кровати встать, что уж говорить о том, как альфы накидываются на бету во время гона. Тут даже никакой ключ не поможет ему спрятаться в спальне и переждать денек. За Чифую остаётся только в храме похлопать в ладоши, зачитать мысленно молитву и поклониться. А вот Ханагаки часто со спины их путал по-молодости и путает до сих пор. Но клыкастый и татуированный уже привыкли и не обижались на омегу. Короче, если подводить итог, два брата-акробата — это точно про них. Понаблюдав за всей этой картиной со стороны, Чифую вернул свой взгляд на Ханагаки, что уже вместо пива пил сок через трубочку, оставленный благополучно Мизуки на столе. Виноградный. Омега тоже его любит. — Первая новость, которой я хотел поделиться с тобой, это то, что Ханму видели в нашем районе, и он пытался связаться с Казуторой, — на услышанные слова Такемичи никак не отреагировал. Омега продолжил попивать сок и смотреть на бету весьма незаинтересованным взглядом, немного приподняв правую бровь. От алкоголя зрачки темноволосого сузились до размера крупинки, от чего они были еле заметны в синих глазах, что, казалось, потемнели еще сильнее и по цвету были похожи на океан после бури, — Интересная у тебя реакция на новость о бывшем муже, от которого ты так усердно прятался. — Мацуно перевел взгляд на двух альф. В ответ старший альфа только пожал плечами. Ханемия же отвлекся от телевизора и находился в состоянии полудрема. — Я с ним уже встречался, — Мичи откинул под столик пустую пачку от сока и потер пальцами свои глаза, что начали зудеть. Видимо парень уже хотел спать, все же день был тяжелый, а время перевалило за полночь. Да и смотря на Казутору, ему тоже захотелось уже лечь, — Он приходил ко мне на работу. Поболтали о том, о сём. Денег ему дал. Видимо он все также зависает в игровых клубах. А может всё также занимается противозаконными действиями. Еще сказал, что у него другая омега. — темноволосый омега поджал ноги к себе и обнял их руками. Повисла гробовая тишина. За окном был слышен смех местных подростков, что часто зависали именно во дворе дома Ханагаки. По телевизору заиграла новая песня. Более тихая и умиротворенная. Но Ханемия все же удосужился заговорить первым и прервать обет молчания, что длился не так долго, как могло показаться остальным. — Мне на днях позвонил Чоджи. Если помните, мы тогда от ментов угоняли с ним, когда магазин решили грабануть по фану. Так вот. Ханма с ним встречался и расспрашивал про меня, якобы встретиться тоже хотел и что-то обсудить. О чем именно обговорить он хотел, увы, не знаю. Может как раз про местонахождение Ханагаки. Также от него я узнал, что та самая омега, о которой упомянул Шуджи — это Кисаки. — альфа не то чтобы говорил, больше было похоже на бубнешь. И снова повисло молчание. Все устремили взгляд на Ханагаки, что сидел с широко распахнутыми глазами и, кажется, не дышал. В этот раз обстановку разрядил Баджи, обращаясь к младшему альфе в их «семье». — Тетта Кисаки — омега Ханмы? Да ты гонишь! — Кейске резко дернулся вперед, из-за чего Казутора скатился с его торса на пол, оказавшись тем самым между ног клыкастого, — Какого хера ты мне не сказал? Нахера этот очкозавр снова связался с убожеством в виде Шуджи? Они же тогда еще при всех устроили сцену. Долго выясняли отношения. Вроде как Ханма Тетту в каком-то деле кинул, после чего Кисаки улетел в Америку и сыграл там свадьбу. Или я что-то путаю? — А я ебу? Я за их личной жизнью не следил. В добавку ты меня не спрашивал, а я не говорил. Че ты так закипятился? — Ханемия кое-как принял сидячее положение и уставился на кареглазого. — С каких пор тебя колышет жизнь посторонних людей? — Хера себе, как ты заговорил. Так напомню тебе, как тогда ты громче всех орал, что они цитирую: «твоя братва на все времена», — пародируя голос Ханемии Баджи изобразил ладонями сердечко и сделал губы бантиком. — А я говорил, что они не так просты, как кажутся. У альфы со светлыми прядями аж венка вздулась на лбу. Как его взбесило поведение старшего. Но он был прав. С самого начала прав. — Я, блять, не знал, какие они уроды, — он было уже вскочил с места, чтобы прописать в лоб Баджи, но быстро осел, — Я все еще виню себя, что тогда познакомил вас с ними. Особенно перед тобой, Мичи, стыдно. Если бы я только знал, во что это все вытечет. — Казу опустил взгляд на свои колени. Казалось, еще немного и альфа разрыдается. Кейске опустил руки на плечи младшего альфы и посмотрел на Мацуно, что поймал взгляд своего альфы и глянул на омегу, когда тот в свою очередь продолжал молчать и пялился на пустую коробку из-под сока, что одиноко валялась под столом. А ведь начиналось так классно и весело. *** В здании громко играла музыка, что была слышна еще за несколько кварталов до него. Компания из шести человек шла по улочкам и весело что-то обсуждала. Они направлялись как раз в это здание, которое являлось местным и самым лучшем на их районе клубом. Вся молодежь, у кого, конечно же, имелись деньги, сегодня собирается там. Как-никак все праздновали окончание учебного года, а впереди жаркое и долгожданное лето. Сегодня будет много выпивки, вкусных закусок и возможность кого-то подцепить. Хотя наша компания не за последним туда шла. Они хотели просто хорошо провести время. Компания состояла из двух омег с волосами цвета блонд, которым на тот момент было по 16 лет. Трёх альф. Двум было 18, а другому в добавку самому высокому в их компании было 19. У этого альфы была прикольно покрашена челка в яркий блонд, что была зачесана вверх, как и остальные волосы, но только уже темного цвета. А между других двух темноволосых альф, чьи волосы были завязаны в неуклюжие хвосты, шел бета. Его макушка была тоже окрашена в блонд, но выбритые виски имели темный цвет. Ему было 17 лет. Все были веселы, очень красивы и статны. Сегодня они были одеты в самую лучшую одежду, что смогли найти у себя в гардеробе. Друзья впервые шли в такое заведение благодаря тому самому высокому альфе, что смог достать приглашения через связи. Ну а может, он просто выбил их у каких-нибудь крутых ребят. Крутых только на словах. Как же началась их дружба. Где-то полгода назад в компанию из четырех человек пришли еще двое. Казутора привел своих друзей по школе знакомиться с остальными и сообщил, что они неплохие типы и должны обязательно подружиться. Ханагаки их тоже знал, но друзьями назвать друг друга было тяжело. Так одноклассники или просто знакомые. Омега учился классом младше Казуторы и Ханмы и был одноклассником Кисаки. И они неплохо ладили. Тетта был парнем тихим и собранным, часто помогал Ханагаки с домашкой за какую-нибудь булочку из магазина, что находился напротив их школы. Да и жили они не далеко друг от друга, поэтому часто виделись перед походом в школу. Но дружбу не водили. А Ханма казался настоящим лидером и человеком слова. Его золотые и хитрые глаза так и наровились разглядеть синеглазого блондина получше. Ему хотелось его изучить. А сам омега и не был против. Показывал всю свою слаженность и оказался тем еще недотрогой, хотя манил чертяка, чем еще больше привлекал к себе альфу. Затем последовали комплименты и ухаживания, и Мичи поплыл окончательно, но благополучно умалчивал об этом. Хотя его феромоны сигнализировали о положительном настрое по отношению к Шуджи. Это замечали и все остальные. Чифую часто устраивал допрос блондину, но тот отнекивался. Подумаешь. Ну и что, что альфа ему очень понравился. Разовая влюбленность, не более. У него много раз такое происходило. Омеге просто нравилось внимание, вот он и ластился. Кисаки же делал вид, что ему абсолютно плевать на всё и всех. Но запах омеги не даст обмануть. Каждый раз, когда он видел Ханагаки и Шуджи вместе, то от Тетты исходил аромат горелой резины. Хотя запах точно был приглушенный, да и течек за ним никто не замечал. Здесь только мелькала мысль о том, что омега злоупотреблял подавителями. Но все благополучно молчали. А как-то раз Кейске вспомнил, как прогуливался до магазина поздно вечером за лапшой и баночкой колы и застал Кисаки в парке с розововолосой девушкой. Они сидели на лавке и мило беседовали. Альфа тогда не предал этому значения. Сидят и сидят. Лапша важнее, а то магазин скоро закроют, а до круглосуточного чапать аж два квартала. Вскоре выяснилось, что Тетта встречается с Хинатой Тачибаной. И все знали, что девушка была альфой. Все вопросы отпали сразу. Кейске и Ханемия просто воротили нос. Их уже давно не привлекают омеги, ибо член у обоих встает только на одну и единственную в своем роде буйную бету. Правда тот ломает комедию и вообще весь из себя пай мальчик. Но при этом лишний раз он любил подразнить двух альф, а те только и могли рычать ему вдогонку, да зубки скалить. К слову, Баджи и Чифую учились в соседней школе, поэтому новых ребят видели от силы пару раз, когда ждали Мичи и Тору после уроков. Да и на проходящих мимо учеников они внимания не обращали, какая им то разница. Хотя сами стоят и воркуют у всех на виду. Прекращали только тогда, когда разъяренный Ханемия напрыгивал на кареглазого альфу, и они устраивали что-то на подобии мордобоя у территории школы. Тогда-то уж все внимание было приковано к шумной компании. Многие думали, что драка происходит из-за омеги, что стоял рядом с бетой и умолял разнять двух буйных персон, но затем понимали, что разборки уж точно не из-за него. При знакомстве ребята понравились друг-другу и нашли много общего между собой. Ну, почти все. Баджи с самого начала был против новых лиц в их тусовке, да и наслышан он был про эту парочку. Но Чифую обладал умением убеждать и заверил, что все будет нормально. Кейске согласился, но сам продолжал относиться к новеньким с какой-то опаской и брезгливостью. Внутренний альфа рычал каждый раз, когда видел высокую макушку недалеко от одного из своих друзей, на что все его называли собственником. Может оно так и есть, соглашался клыкастик. Но так и норовил пометить своих близких своим ароматом. Он как старший альфа, ответственный за своих малышей. Так он сам называл Мичи и своих возлюбленных. Вернемся к походу в клуб. Ребята уже прошли внутрь и заняли столик на втором этаже. Оттуда открывался отличный вид на танцпол, где двигались пьяные тела и подпевали очередную иностранную песню. Энергия была заражающая, а ароматы, исходящие от молодых людей в перемешку с алкоголем, заставляли голову отключаться и тонуть в этой атмосфере. — Мы пойдем закажем напитки, а вы тут обустраивайтесь. — Баджи постарался произнести слова как можно громче, чтобы его услышали. Дождавшись одобрительные кивки головой трех сидячих парней Кейске, Казутора и Шуджи ушли к бару. Чифую и Такемичи быстро влились в обстановку вокруг. Чего не скажешь о Кисаки. Омега то и дело поправлял очки и кривил лицо, когда мимо него проходили развеселые люди. Ханагаки подсел к парню и наклонился к его уху. — Кисаки, расслабься, мы же отдохнуть пришли. Ты чего такой зажатый? — Тетта поднял взгляд на синеглазого, после чего наклонился к уху сидящего рядом омеги. — Я не люблю подобные места. Пришел я сюда только из-за того, что Шуджи попросил. — голубоглазый омега достал телефон и уткнулся в него, показывая, что ему и впрямь неинтересна обстановка вокруг. Такемичи лишь покачал головой и вернулся к Чифую, что уже успел снять свою темную джинсовку и довольный сидел в разноцветной футболке. Играла его любимая песня, и бета покачивал головой в такт музыки. — Чего это Кисаки в телефоне? Мы же пришли сюда отдохнуть. — Мацуно перевёл взгляд с Мичи на Тетту и обратно. Ханагаки лишь помахал ладошкой, говоря о том, что тот в своем мире. Как раз в этот момент на столе появились алкоголь в разных бокалах и закуски на плоских тарелках. Альфы расселись рядом с омегами на полукруглом диване и раздали всем их напитки. Ханма же решил произнести тост. Он поднялся со своего места и поднял бокал, где плескался ром со льдом. — Я хочу сказать, что вы крутые ребята, и я надеюсь, что мы получим все самое лучшее от этого вечера. Давайте не будем себе ни в чем отказывать по жизни, и тогда она у нас у всех сложится самым наилучшем образом. После сказанных слов взгляд золотых глаз устремился на Такемичи, что сидел рядом и улыбался во все тридцать два. Послышались веселые и громкие возгласы. Все поднялись со своих мест, и над столом послышался стук бокалов друг о друга. Все опустошили свои бокалы, и сев на свои места, завели непринужденную беседу. Время летело незаметно, а людей становилось все больше. Из-за стола компании доносились и споры, и смех. Был слышен даже звук какой-то разбитой посуды. Это Казутора столкнул рукой стопку из-под шота. Но никто не обратил внимания. Все только громко рассмеялись. Даже Кисаки. Кажется, после алкоголя он все же расслабился и поддался соблазну напиться. Вскоре Чифую и Такемичи захотели танцевать. Им нужно было выйти из середины стола. Справа от Ханагаки сидели Шуджи и Тетта, а слева от Мацуно сидели темноволосые альфы. На лицах омеги и беты проскользнули ухмылки, и они начали действовать. Чифую специально прошелся своей пятой точкой по коленям альф, на что те даже поперхнулись. Но Казутора, сидевший на краю дивана, все же сумел отомстить проворному бете. Он ухватил его за бедра, и притянув к себе, оставил еле заметный поцелуй на открытой шее. Мацуно засмеялся и начал тыкать Ханемию в бок, а тот пытался ухватить бету за его проворные руки и снова усадить к себе на колени. Баджи весело наблюдал за этим, продолжая жевать рыбные снеки. Такемичи же в это время пытался проползти мимо старшего альфы, ведь его ноги были свободно расставлены в разные стороны, а сам он откинулся на спинку дивана, на котором они сидели. При этом Мичи специально оттопыривал зад. Шуджи не глуп. Он схватил омегу, что так старательно крутил бедрами перед его носом, и резким движением усадил Ханагаки к себе на пах. Прямое попадание. Благо свет был приглушен, и только свет от неоновых ламп и подсветок помогал более-менее фокусироваться. Но никто за столом не обратил на это действие внимания. Хоть омега в очках и сидел рядом, он был не заинтересован, что происходит у него под боком. Он наблюдал за соседним столом. Кажется, там компания разошлась не на шутку и уже начала закидываться чем посильнее, нежели просто алкоголь. Кисаки скептически поправил очки. Над тем столом висела небольшая лампа, и все было прекрасно видно. Походу, очень крутые люди, раз позволяют себе таким заниматься в открытую. Омега с растрепанными светлыми волосами оставался сидеть меж ног Ханмы, но решил все же подняться и продолжить свой путь на танцпол. Но сначала он поерзал на месте, на что почувствовал отклик в штанах альфы. Повернув голову в сторону и глянув на старшего через плечо, он наткнулся на ухмылку и горящие золотые глаза. Такемичи сделал вид, что ничего не заметил, и выпрямившись, все же смог выбраться из-за стола. Чифую уже стоял у лестницы, что вела вниз и смотрел на блондина выжидающим взглядом. Ханагаки, недолго думая, хватает Тетту под локоть и тащит с ними танцевать. Тот в принципе и не был против. Юноши, наконец, спустились вниз и утонули в толпе. Время зажечь это место. Альфы остались втроем. Хорошая возможность поговорить о своем. — Ну что? Получается завоевать зад Ханагаки? — Казу садится ближе к Ханме и берет предложенную сигарету. Баджи же остается сидеть на своем месте и просто пододвигает этим двоим пепельницу. — Знаешь, а он оказался крепким орешком. Но сегодня он точно будет мой. — в подлинность своих слов альфа вставляет сигарету меж губ. После чего достает пачку презервативов из кармана своих джинс и крутит коробок меж своих длинных пальцев. — Ох, мама дорогая, да вы настроены серьезно, — кареглазый альфа закидывает ногу на ногу и подносит бокал с мартини к губам, затем медленно делает глоток. — Не боишься, что в последний момент тебя отошьют? У Такемичи никогда не было постоянного партнера. Не смотря на внешность, он та еще сука. Кейске берет с тарелки перед собой пару фисташек и закидывает их в рот. Казутора же сидит и пускает дымовые кольца, задрав голову к потолку. Ханма тоже делает пару затяжек и скидывает пепел в пепельницу. Его взгляд устремляется на ехидно улыбающегося Баджи. Его клыки так и сверкают на мигающем свету. — На твоем месте я бы беспокоился о том, чтобы твоя сучка перед другим альфой ноги не раздвинула, — на эти слова Ханемия давится дымом и тянется к своему бокалу с пивом. Кареглазый начинает улыбаться шире и опустошает залпом свой бокал, но взгляд от наглого альфы не отводит. — А может уже ~? — не унимается Ханма. — Ты на что это намекаешь? — альфа с татуировкой на шее прищуривает взгляд и тушит бычок об пепельницу, оставляя его там же, — Наш Чиф уж точно перед кем попало ноги не раздвинет. Больно он верен в первую очередь себе и своим словам. А про его привязанность к Баджи я молчу. — Казутора как-то обидно хмыкает. — Конечно-конечно. Вам лучше знать вашего бету. Но беты и омеги отличаются, если вы не забыли. Омегу легко можно подавить. Тем более он не трезв, а его жесты по отношению ко мне доказывают обратное. Он хочет меня. Закончив свою тираду, высокий альфа опрокидывает в себя очередной бокал с ромом и встает со своего места, направляясь к лестнице. Отсалютовав своим собеседникам, он спускается вниз. Пора бы найти омегу и присвоить его себе. Больше желтоглазый терпеть не намерен. Темноволосые альфы провожают его взглядом, а затем задумчиво смотрят друг на друга. В этот момент к ним подсаживается Мацуно и берет со стола свой напиток, после чего выпивает его залпом и, наконец, облегченно выдыхает. — Такемичи разошелся. Еще немного, и мы будем снимать его с барной стойки. — бета садится ближе к Кейске и кладет свою голову ему на плечо. Его сердце стучит как бешенное. Казутора садится рядом с зеленоглазым и кладет свою руку ему на колено, поглаживает. — Есть тот, кто его снимет и усмирит, — Баджи приобнимает бету за талию, а затем пробирается рукой под футболку. Он целует младшего в макушку. — Чиф, ты весь мокрый. — Конечно он мокрый, Баджи. Наш бета решил показать на танцполе, кто тут настоящая звезда, я прав? — Чифую кивает и начинает смеяться. Ему щекотно, когда старший альфа пробегает пальцами по его ребрам, тем самым задирая футболку выше. Казутора усмехается и убирает руку с колена, перемещая свою ладонь в область плоского живота беты. Его рука как всегда холодная и Мацуно стонет от удовольствия. Сейчас он ощущает себя раскаленным чайником. Он наплясался, и пора бы ему остыть. Его грудь все также быстро вздымается. Клыкастый альфа поднимает руку еще и выше и проходиться по вставшему соску. — Милый, ты перевозбудился. — Шепот альфы доносится над самым ухом младшего, и он начинает улыбаться еще шире. Алкоголь, танцы, музыка, запахи. Все это бьет в голову и да, он определенно возбужден. Недолго думая, Чифую хватает Ханемию за ворот его черной футболки и прижимается своими губами к его губам. Мацуно чувствует привкус табака на них. И от этого голову кружит еще больше. Казуторе приходится наклонится к бете, из-за чего ему становится неудобно сидеть, но он потерпит. Ему приятно ощущать, как младший старательно вылизывает его рот своим языком. Изучает, как в первый раз, каждый уголок ротовой полости и посасывает язык Ханемии. Тот только с наслаждением прикрывает глаза и поддается. Баджи усмехается в светлую макушку беты и сжимает тому сосок. Мацуно протяжно мычит и отпускает язык Казуторы из захвата своих губ. — Малыш, ты же не хочешь, чтобы твой первый раз прошел в туалете клуба? — альфы продолжают оглаживать тело Чифую, после чего оба оставляют по засосу на шее зеленоглазого. Они еще какое-то время перешёптываются о своем, и Мацуно, наконец, приводит мысли более-менее в порядок, что очень вовремя. За стол вернулся Кисаки. Он снял свои очки и положил их на стол. Три пары глаз глянули на него. — Мне кажется, я ослеп. Свет от прожектора ударил прям по глазам. Кейске протягивает омеге стакан с соком, на что тот кивает в знак благодарности. Опрокинув содержимое в себя и поставив стакан на стол, он смотрит на воркующую троицу. — А где недоголубки? Еще внизу? — Тетта возвращает очки на законное место на его носу и смотрит на наручные часы. Половина пятого утра. Пора бы расходиться. На день у него были планы, и променивать их на сон он не очень-то хотел. — Они танцуют. Такемичи уж точно. Но раз он не на барной стойке, значит, и Ханма с ним, — Мацуно нежится в объятьях своих альф, затем что-то шепчет им на ухо. Те кивают ему в ответ и выпускают из своих объятий. — Пойду поищу их, и пора бы уже по домам. Кисаки отправляется вниз с бетой, а альфы остаются собрать оставленные вещи и оплатить их стол. Как оказалось, платить им не нужно, алкоголь входит в стоимость их пропусков. Темноволосые оценили сервис и тоже спустились вниз. Людей в клубе поубавилось, значит, найти омегу по его пушистой светлой макушке, так еще и с высоким альфой в придачу будет не трудно. Но как оказалось, они ошиблись. Компания уже стояли на улице, и все пытались дозвониться на телефон синеглазого омеги. Но трубку не поднимали. А вскоре телефон вообще оказался вне зоны доступа. Неужели сел? А может, с Мичи что-то приключилось? Мацуно уж думал вернуться в клуб и продолжить поиски, но телефон Тетты затрезвонил, уведомляя о сообщении. — Хм. Это Ханма. Пишет, что Ханагаки отключился и, что он вызвал такси и отвез его домой. — Вот же Бакамичи! Напился и отрубился. — Ханемия засмеялся и достал телефон, чтобы позвонить в такси и заказать две машины. — Не похоже на Такемичи. Он весьма стойко переносит алкоголь. — Мацуно поморщился от прохладного ветерка. Кейске, заметив это, накинул на него его джинсовку и обнял со спины, прижимая к себе, тем самым согревая. — Ну а что ты удивляешься? — темноволосый альфа потерся о блондинистую макушку. — Перепил. С кем не бывает, даже впервые? Бета лишь вздохнул и ожидая такси, они еще немного поболтали о сегодняшней ночи. Кисаки признал, что весьма хорошо провел время. Они стояли посреди улицы и наблюдали, как небо приобретает красный оттенок от восходящего солнца. Наконец-то до ушей компании начали доноситься звуки приближающихся машин. Ребята попрощались и расселись по автомобилям, после чего разъехались в разные стороны. «Ханагаки, я тебе такой расспрос устрою, не отвертишься!» — последнее, о чем подумал Мацуно, засыпая на плече у Казуторы. И ведь никто из них не знает, что Такемичи все еще в клубе, как и Ханма.