Под ветвями сакуры: встреча двух ветров

– О чём задумался, Каэдэхара? – раздался в тишине голос Странника. Кадзуха ответил не сразу. Казалось дождь, заставший их врасплох, полностью поглотил сознание самурая, отгородил его от всего мира. Лишь немного погодя, Кадзуха оторвал взгляд туманных глаз от крупных капель и посмотрел на своего спутника. Тот полулежал на земле и будто вообще не заботился о том, что его одежда намокнет, а его широкая шляпа лежала рядом. Тут Кадзуха понял, что впервые видит Странника без неё. Без неё он выглядит более открытым... Лучше видно лицо, ведь поля, окаймлённые золотом, не скрывают его. Стало видно даже единственную светлую прядь, что словно молния пронзала тёмные волосы... – Обо всём и ни о чём, – наконец ответил Каэдэхара. – Размышляю о глупостях разных. – Он перевёл взгляд обратно в мутное небо и усмехнулся. – Вот ведь шутка – шторма и дожди всегда обходили меня стороной, а тут уже второй ливень за последние три дня. Раньше природа сопутствовала мне, а сейчас я чувствую, словно и она отвернулась от меня. Он замолчал, но Странник не спешил отвечать: что-то подсказывало ему, что если он сейчас заговорит, то нарушит хрупкий ход человеческих мыслей и эмоций. А ему не хотелось этого. И он оказался прав. Помолчав с минуту, Кадзуха вздохнул и вновь начал говорить: – В последнее время моя жизнь стала похожа на вечно пасмурную погоду, а я чувствую себя деревом в поле, в которое так и норовят ударить молнии, дабы спалить дотла. Но... – он перевёл взгляд на Странника и слабо улыбнулся, – с твоим появлением сквозь серую дымку и непрекращающийся дождь словно проглянулось солнце. Странник всё это время неотрывно смотрел на самурая, улавливая каждый звук его тихого голоса. Но последнее предложение заставило его содрогнуться: впервые в жизни он ощутил что-то подобное, впервые внутри него вспыхнуло такое непонятное чувство. Оно разительно отличалось от всего того, что он испытывал во сне, однако от этого не становилось менее приятным и согревающим. Стараясь не выдавать всю бурю эмоций, которые он испытал от какого-то случайно сказанного предложения, Странник усмехнулся и ответил: – До рассеивания грозы ещё далеко. Можно сказать, она только начинается. Но я сделаю всё возможное, чтобы солнце показалось вновь как можно скорее... – ...Спасибо, – еле слышно пробормотал Каэдэхара. А после недолгого молчания он вдруг сказал: – Странник... – он замялся на секунду, – Прошу, называй меня просто Кадзуха. Нам ни к чему эти формальности. Мигом рядом послышался сдавленный смех. – Я уж думал, не предложишь, хе-хе, – хитро сверкнул тёмными глазами Странник. – Как скажешь, Кадзуха. Самурай благодарно улыбнулся. Кажется, после их разговора дождь стал тише. *** «...и прошу Вас соблюдать осторожность. Детектив комиссии Тенрё, Сиканоин Хэйдзо» Конечно, оба Камисато уже знали о трагедии, но уведомить полагалось по регламенту. Отправив письмо, Сиканоин направился в имение. На душе вновь повисло это отвратительное и гнетущее чувство. Ведь, «детектив уже проиграл, если преступление совершено». Когда Хэйдзо подъезжал к имению, восходящее солнце уже начинало подниматься прямо над зданием, пробиваясь сквозь редкие тучи. Через пару часов наступит рассвет, а грозовые облака окончательно уйдут. – Здравствуйте, госпожа Тода, – учтиво поздоровался Хэйдзо, завидев встречающую его девушку в одеяниях жрицы. Кажется, она работала здесь. – Ох, господин Сиканоин! Хвала Вечности, вы пришли! – пробормотала она, бледная, как снег, и низко поклонилась. – Комиссар и госпожа Аяка уже направляются сюда... Сиканоин удовлетворённо кивнул и попросил разрешения пройти к конкретному месту. Жрица засуетилась и провела его чуть дальше, к дальнему краю входа в имение. Уже на подходе было видно, что произошло что-то страшное, ибо там образовалась небольшая толпа из персонала. Кто-то переговаривался, кто-то испуганно вздыхал, кто-то плакал от страха. Стоило Сиканоину появиться в поле зрения, как к нему метнулись сразу несколько человек и начали в панике говорить что-то несвязное. Детектив сначала опешил от подобного, но вскоре ему вместе с каким-то человеком в военной форме удалось разогнать всех. – Извините, господин Сиканоин, – подавленно проговорил этот самый человек. – Просто все так напуганы... – Ничего, – поднял руку Хэйдзо, успокаивая солдата, а потом наконец приземлился рядом с телом. – Как звали жертву? Служащий замялся: ему явно было трудно говорить о таком. – Его звали Хиротацу. Хэйдзо кивнул и продолжил осматривать тело. И тут же едва не выругался: ну конечно, дождь смыл все улики! Вот ведь... Цыкнув, детектив предпринял ещё одну попытку найти хоть что-то. И внезапно его внимание привлекло что-то яркое, торчащее из кармана жертвы. Аккуратно достав этот предмет, Хэйдзо едва не задохнулся от гнева. Кленовый листок. Способ показать своё превосходство над законом? Выделиться? Или что? Хэйдзо помотал головой, стараясь мыслить трезво. Если это был некий способ привлечения внимания, то всё понятно. Но если... – Скажите, – обратился он к солдату, – вы что-то знаете о прошлом Хиротацу? Хотя бы примерно. Военный неловко потёр затылок, раздумывая, а потом ответил: – Мы были товарищами, но не настолько близкими. Знаю только, что он всегда был предан боевым искусствам, любил пробовать разные виды оружия, а когда стал работать на Комиссара, то был безумно этому рад... Хэйдзо задумался. Никакой связи с кузнечеством. Это идёт в разрез с остальными жертвами. Значит ли это, что цепочка прерывается, и Каэдэхара действует хаотично? Но и кленовых листьев он никогда прежде не оставлял. Может быть, это некий знак отличия жертвы от других? Внезапно в глаза детективу бросилась рана на шее несчастного. Маленькую, еле видную царапину поглотило что-то чёрное. Словно человек умер не от кровотечения, а от чего-то иного, проникшего в организм. Чёрный дым неизвестного происхождения – настоящий символ преступлений Каэдэхары. На кого-то он действует слабо, а кого-то заставляет в считанные секунды погибнуть в мучениях. – Что же ты делаешь?.. – пробормотал Хэйдзо и поднялся. Выдохнул и решил для себя: по возвращении в участок порыться в старых делах, может быть удастся что-то зацепить. А пока ему остаётся только гадать, что же происходит с тем самураем, которого он когда-то знал... *** Солнце уже поднялось над горизонтом, освещая своими лучами водную гладь моря. После ночного дождя повсюду пахло свежестью, что делало дорогу заметно приятнее. Кадзуха и Странник перебежками сумели добраться до побережья острова Наруками и сейчас опасливо шагали по земле, кое-где переходившей в песок. Через какое-то время они присели на крупный камень, лежавший неподалёку. – Мы проходим мимо имения Камисато... – задрал голову Каэдэхара, с грустью посмотрев прямо и чуть наверх, в сторону здания. – Ты был знаком с ними? – задал вопрос Странник, мельком глянув в ту же сторону. Сейчас нужно быть начеку, однако пока что ничего опасного рядом нет, так что можно перевести дух. – Да, был частым гостем в имении... – ответил Кадзуха, опуская взгляд, а потом вдруг замотал головой. – Мне нужно сосредоточиться на настоящем. Я обязан. Давай скорее продолжим путь. Странник горько усмехнулся в ответ на этот маленький монолог и встал вслед за самураем. Они вновь двинулись в дорогу. Однако, стоило им поравняться с имением, как вдруг... – Ах! – Странник внезапно схватился за голову и скривился от боли. Ноги его подкосились, словно хрупкие ветки, а тело потеряло контроль. – Странник! – выдохнул Каэдэхара и в последний момент успел поймать его в свои руки. Оглядевшись, самурай подтащил спутника к стволу дерева и помог ему присесть, вмиг оказываясь рядом. – Странник, эй, ты меня слышишь? Не волнуйся, я сейчас что-нибудь придумаю... – Кадзуха пытался достучаться до его сознания. Сам же Странник сейчас переживал маленькую смерть. Его внезапно обдало неимоверным жаром и волной оглушающей боли. В ушах звенело, голова раскалывалась, а тело свело в судороге. Кажется, он упал на бок. Что-то чёрное, большое и...такое знакомое. Хотелось закричать, но горло будто сдавило крепкой-крепкой хваткой... И вот он снова там. Горн Микагэ, пылающий огонь вперемешку с этой смертоносной дрянью, что медленно, но верно истребляла всех его бывших товарищей. Кукольные пальцы плавятся, а он сам горит заживо – но ему нет дела до этого, ведь боль от предательства в разы сильнее боли физической. Жарко, жарко, жарко!.. – Странник!! – Что-то приятное и знакомое схватило его за щёки и буквально вырвало из этого кошмара. Он распахнул глаза и увидел перед собой не металл и дым, а испуганное лицо Каэдэхары. Самурай держал его за щёки и активно пытался привести в себя. – Как ты?.. – осторожно спросил он, слегка водя руками по лицу. В бреду Странник не совсем понимал, что происходит, однако чувствовал, что от этих прикосновений веет искренним беспокойством. Не бушующим жаром, а приятным теплом. Стало лучше. – Я...в порядке, – промямлил Странник в ответ. – Я так испугался... – выдохнул Кадзуха. – Что вообще прои- – Хэй, вы! Вы что тут забыли?! – раздался вдруг голос каких-то бандитов, которые сидели без дела у берега. Они явно не были настроены дружелюбно. Кадзуха цыкнул и машинально схватился за катану, когда один из кайраги внезапно понёсся на них. Ловко отбив удар, Каэдэхара произнёс: – Оставьте нас в покое и не усложняйте себе жизнь. – Он быстро оценил ситуацию и понял, что прямо сейчас Странник вряд ли сможет идти, а значит избежать битвы не удастся. Кайраги в ответ лишь рассмеялся. – Ты случаем не тот самый Каэдэхара, про которого все говорят? Притащу тебя полицаям и получу кучу денег, ха-ха! – Кадзуха... – пробормотал Странник и попытался подняться, как вдруг увидел, что самурай закрыл его собой. – Не волнуйся, я справлюсь. Странник снова почувствовал слабость в теле и обмяк у ствола дерева, способный лишь размытым взором наблюдать, как Каэдэхара сражается с кайраги. Он двигался легко и быстро, словно ветер, но бандиты орали так, что, кажется, их было слышно даже в резиденции Сёгуна. В ушах всё ещё звенело, а сам Странник лихорадочно думал, что же только что произошло. Это чёрное нечто было до боли знакомым... – Ты в порядке? – уже скоро подбежал к нему Кадзуха, вновь приземляясь рядом. Неведомо как, но ему удалось всего за пару минут отправить в небытие семь человек. «Быть может этот парень не так прост...» – Не волнуйся обо мне, – уже более уверенно ответил Странник. – Я буду в порядке. Давай убираться отсюда... Стоило ему это произнести, как над их головами раздались испуганные возгласы. – Это они!! – Скорее бежим! – Не упустите их! Кажется, вопли кайраги привлекли внимание представителей комиссии Ясиро. Кадзуха и Странник переглянулись и поняли, что дело дрянь.