Джессика

      Весь день прошел как-то странно и несколько напряжённо, хотя в университете не происходило ничего необычного или из ряда вон выходящего. Все дело в Эдварде, который с утра на меня смотрит взглядом побитой собаки. При этом на мои вопросы отвечает, что все в порядке, и мне не о чем переживать, хотя я вижу, что это далеко не так. Ложась ночью спать, меня не покидало чувство беспокойства, из-за которого я постоянно просыпалась проверить рядом ли Эдвард.       Утром я проснулась совершенно разбитой, хотя проспала до обеда, чего давненько за мной не наблюдалось, и больной головой. Видимо из-за стресса проблема вернулась. После плотного завтрака-обеда, приготовленного Эдвардом, моя нервозность начала немного затихать, да и состояние улучшилось. И именно в этот момент Эдвард решил поговорить. — Джессика, я не хотел тебя раньше времени расстраивать, но нам надо сегодня вернуться в Форкс, — вина так и слышалась в его голосе. — Что случилось? — спрашиваю его с беспокойством, на что Эдвард отводит взгляд и говорит, не смотря мне в глаза. — К Карлайлу приехал посланник из Вольтеры, Аро хочет видеть нас в Италии, — после его слов у меня встал комок в горле, теперь я понимаю, почему Эдвард заставил меня хорошо поесть, потому что после таких новостей мне кусок в горло не влезет. — Когда? — единственное, что я смогла прохрипеть. — Как можно раньше. Прости меня, Джессика, — он вновь начал винить во всем себя. — Эдвард, перестань, — устало вздыхаю, — твой вины в этом точно нет. Просто так сложились обстоятельства. Лучше скажи, когда мы выезжаем? — Минут через пятнадцать приедет Элис с Джаспером, все вместе поедем домой. — Хорошо. Буду готова к этому моменту.       Уже стоя в ванной и умываясь ледяной водой, пытаюсь придти в себя и заставить свои мысли хоть на минуту перестать взрывать мой мозг. Больше всего меня пугает неизвестность. И то, что все происходит слишком рано и быстро. Карлайл много рассказывал о лидере Вольтури, поэтому я имею некое представление, что он за существо. У него совершенно другие ценности и мировоззрение, если так можно выразиться.       Сомневаюсь, что он захочет меня убить, как планировал Элеазар. Скорее наоборот, захочет побыстрее обратить и прибрать к своим рукам, что меня пугает едва ли не больше смерти. Я думала, что у меня есть ещё несколько лет учебы в университете, за которые я бы успела сделать то немногое, что планировала будучи человеком. Родить ребёнка, либо хотя бы заморозить свои яйцеклетки на будущее. Но если меня обратят в эту поездку, все мои планы пойдут прахом.       Поездка до Форкса выдалась напряжённой и тихой. Мы не общались между собой, боясь говорить о том, что нас ждёт. Подъезжая к дому Калленов, все заметно нахмурились, увидя на подъездной дорожке ожидающих нас Карлайла с Эсме и незнакомого вампира с ярко-красными глазами. — Это Феликс, — произносит Эдвард, давая нам понять, с кем мы будем иметь дело.       Карлайл рассказывал о нем: вспыльчивый, безжалостный, жестокий и эгоистичный. Его лично обратил Аро, поэтому его главная цель — служить Вольтури. К тому же он обладает нечеловеческой силой и невероятным иммунитетом к способностям других вампиров, видимо из-за последнего его и сделали посланником.       Знакомство, если это так можно назвать, прошло скомкано и недружелюбно. На меня смотрели, будто я микроб под микроскопом, ещё и улыбались так плотоядно, что заставляло меня то и дело вздрагивать, что не осталось незамеченным «гостем». По итогу встречи нас просто поставили перед фактом, что мы обязаны полететь с Феликсом в Италию. Немедленно. Он и так потерял много времени, дожидаясь пока мы приедем в Форкс.       Спасибо Роуз, которая узнав о ситуации, вернулась в город. Она смогла уговорить Феликса дать нам пару часов на сборы, а конкретно мне время встретиться с родителями, возможно я увижу их в последний раз будучи человеком. Страж Вольтури был поклонником женской красоты и тем ещё бабником по рассказам, поэтому Розали осталась на это время с ним, чтобы заговорить ему зубы на как можно больше времени для нас.       Но как бы мы не пытались растянуть время до неизбежного, увы, время уезжать пришло. Я прощалась с Карлайлом и Эсме со слезами на глазах, со своими родителями я каким-то чудом сдержалась от подобного проявления эмоций, но с вампирами могла дать волю своим чувствам. Феликс, наблюдая за всем этим, лишь фыркал и качал головой, не понимая нас.       Оказавшись в аэропорту Сиэтла, мы очень быстро прошли все досмотры по выделенному коридору. Вольтури очень богаты. Они не утруждают себя перелетами с обычными людьми, поэтому нас ждал небольшой частный самолёт, который доставит нас напрямую в Италию. Со мной поехал Эдвард, что само собой подразумевалось, и Элис, которая вызвалась добровольцем и настояла на своей кандидатуре. Джаспер было тоже хотел присоединиться к нам, но Элис не позволила.       Казалось полет продлится вечность, хотя прошло всего двенадцать часов. За это время я ни разу не сомкнула глаз и так и не поела, из-за нервов на еду даже смотреть не могла. Единственное, что удалось Эдварду, это уговорить выпить сок, чтобы хоть как-то поддержать необходимый уровень сахара в крови, и не грохнуться в обморок от слабости, которая обязательно меня настигнет в самый неподходящий момент.       Заезжая на тонированной машине в солнечный итальянский городок, резиденцию правящего клана, я настолько себя накрутила, что ещё немного и поддамся панике. Сейчас мне очень не хватало Джаса с его успокаивающим эффектом. У входа в замок нас уже ждали Джейн с Алеком. И мне в очередной раз очень не понравилось, как эти вампиры смотрят на меня. Особенно Джейн, она прожигала во мне дыру с какой-то ревностью и злобой, при этом с ее губ не сходила вежливая улыбка, которая смотрелась довольно жутко.       Стоило дверям за нашими спинами захлопнуться, как по моему телу пробежала дрожь. Я была в ужасе от предстоящей встречи с Аро. Эдвард, держащий меня за руку, чувствовал, как у меня дрожат руки, а ноги готовы в любой момент подкоситься. Переступая порог тронного зала, я невольно задержала дыхание и встретилась взглядом с тем самым владыкой. Его глаза, поддёрнутые пеленой, излучали любопытство и интерес, чего нельзя сказать об остальных.       Мы оказались посреди зала, наши провожатые остались на нашими спинами буквально в метре от нас. Неужто Аро настолько опасается моего дара, что приставил к нам своих главных цепных псов? — Добро пожаловать, Эдвард, Элис, а это полагаю Джессика?       Аро старался говорить максимально дружелюбно, на что Кайус, сидящий на своём троне, закатил глаза, Маркус же продолжал сидеть без движения, не подавая никаких признаков жизни, будто мраморная статуя. — Да, Аро, это моя девушка и невеста, Джессика, — ответил Эдвард.       Я, мягко говоря, удивилась его словам, мы не обсуждали брак, поэтому его слова стали для меня полной неожиданностью, что не укрылось от лидера Вольтури. Аро не спешил подходить ко мне, как и прикосаться, хотя ему было определенно любопытно. Поэтому он подозвал к себе Эдварда и дотронулся до его рук. Прошла какая-то пара секунд, как он отпустил его с блеском в глазах. — Удивительно! Ты человек и уже настолько сильна! — в его словах звучал нездоровый энтузиазм, который меня пугал.       Мои колени дрожали, и если бы не рука Эдварда, которая вновь держала мою ладонь, я бы давно упала. Тремор моих рук мог не заметить только слепой. Пока всех забавлял мой страх, Элис смотрела на меня с явным беспокойством и тревогой. Кровь так громко била в ушах, что я не до конца разобрала, что говорил Аро, лишь услышала одно слово: «Джейн». — Нет! — громко закричал Эдвард и попытался зачем-то напасть на неё.       Но как только с ее губ сорвалось «Боль», упал как подкошенный и начал кричать, биться головой об пол. Элис хотела подбежать к нему на помощь, но ее схватил Феликс и держал, не давая выбраться из его захвата. — Прекратите! — я наконец-то поняла в чем дело и закричала, но ничего не менялось.       Джейн не прекращала свою пытку, а Аро не останавливал ее, хотя мог это сделать одним взглядом. Казалось, все наслаждаются представлением и болью, которую испытывает Эдвард. Не знаю, сколько прошло времени, для меня каждая секунда агонии любимого показалась вечностью. В итоге я сама не поняла как, чисто на инстинктах, преодолела дистанцию между мной и Джейн, взяла своими обеими дрожащими руками ее ладонь и закричала. — ХВАТИТ!       В ту же секунду крики Эдварда прекратились, а я почувствовала, что мне становится очень плохо. На еле стоящих ногах, я из последних сил подошла к лежащему на полу Эдварду и просто упала на колени, больно ударяясь об пол. Заваливаясь на его грудь, попыталась его обнять. — Эдвард, что-то мне не хорошо, — шепчу ему заплетающимся языком и чувствую что-то влажное на своём подбородке.       Провожу ладонью и понимаю, что это кровь. Моя кровь, которая идёт из носа и капает на белый мраморный пол. Закрываю глаза, пытаясь остаться в сознании, что даётся с трудом. Но благодаря холодной руке Эдварда на моем лбу, становится легче. — Я посплю немного, будь рядом, хорошо? — жалобно прошу любимого. — Да, любимая, я рядом, отдохни, — говорит Эдвард и целует меня в лоб. Я отключаюсь. ——————       Пробуждение было болезненным: все тело ощущалось словно ватное, а в голове то и дело возникали вспышки боли. Я застонала и попробовала открыть глаза — в них будто песка насыпали, а в горле кошки насрали. Эдвард, уловив, что я наконец-то проснулась, молниеносно оказался рядом и помог мне принять вертикальное положение. — Воды, — прохрипела я, не узнавая свой голос. — Держи, пей маленькими глотками, — в ту же секунду в моей руке оказался стакан с водой.       После нескольких глотков стало немного полегче. В горле перестало так сильно першить, и голос больше не был таким каркающим. — Что случилось? Я помню, как ты ужасно кричал, а потом пустота, — напрягаю память, пытаясь вспомнить, что же произошло, и почему я нахожусь в какой-то комнате без окон и в кровати. Рядом стоит прикроватная тумбочка со светильником и кувшином воды.       Элис с Эдвардом странно переглянулись. — Ты вообще ничего не помнишь? — решила уточнить сестра Эдварда. — Помню, что Эдвард бился об пол, что мне было ужасно страшно за него, и я не знала, что делать, а вот что было дальше не имею ни малейшего понятия, — честно призналась. — Аро хотел проверить, будет ли дар Джейн влиять на тебя, но Эдварду это не понравилось, и он попытался помешать этому и сам попал под ее воздействие. Я хотела помочь, но меня удерживал Феликс. Ты просила прекратить, кричала, но Аро не останавливал пытку, тогда ты подбежала к Джейн и схватила ее за руку, — начала рассказывать Элис, — никто не ожидал от тебя подобного, поэтому не успели среагировать. Стоило тебе дотронуться до неё, как она прекратила. Ты забрала ее дар себе в тот момент. Из-за этого тебе стало плохо, и у тебя пошла кровь из носа, — дальше Элис продолжила с виноватым видом, — Вольтури не удивить человеческой кровью, но я… прости меня, Джессика, я чуть не набросилась на тебя, но Феликс мне помешал. — Элис, я понимаю, но все обошлось, не кори себя, сейчас это нам ничем не поможет. Лучше скажите, как отреагировал на мою выходку Аро. Вот что меня беспокоит больше всего. — Аро в восхищении и в бешенстве одновременно, он ещё не решил, как реагировать на подобное неуважение, — решил ответить Эдвард, — Джейн в истерике и жаждет твоей крови, хоть ее и приструнили, одной тебе лучше не оставаться, — говорит банальные вещи.       Сама понимаю, что теперь мне стоит держаться от этой мелкой садистки подальше. Устало вздыхаю. — Что дальше? — не успеваю до конца задать свой вопрос, как кто-то стучит в дверь.       Мы все переглядываемся, Элис подходит ближе ко мне и загораживает меня собой. Эдвард идёт открывать дверь. На пороге стоит улыбающийся и слишком уж довольный Феликс и протягивает Эдварду свернутый лист бумаги. — Это для неё, пусть прочтёт, — кивает в мою сторону и, отдав Эдварду послание, уходит. — Что-то он больно счастливым выглядит, — не могла не прокомментировать его внешний вид. — Он терпеть не может Джейн, называя ее соплячкой в своих мыслях. И он рад, что ты забрала ее дар, — объясняет странное поведение стража Эдвард. — Дай мне записку, — прошу его.       Каллены тактично отходят от меня на пару шагов, чтобы не мешать мне читать. Спустя минуту глубоко вздыхаю и передаю записку Эдварду. — В целом, понятно чего он хочет, — проговариваю содержание записки больше для себя, чем для них, — поговорить наедине. И наедине значит тебе, Элис, не стоит «подсматривать». Он дал понять, что проверит тебя перед нашим отъездом. Надеюсь, его «гарантирую, что вы, Джессика, будете в целости и сохранности», — пародирую дружелюбный тон Аро, — не пустой звук. — Я не хочу оставлять тебя с ним одну, — хмурится Эдвард. — У нас нет выбора, — не соглашается Элис с братом. Не могу не согласиться с ней. — Я не хочу оставаться здесь дольше необходимого, кто-нибудь сходите к Аро, сообщите, что я буду готова поговорить с ним через десять минут, — решила не тянуть кота за хвост, — чем дольше мы тут остаёмся, тем выше риски, что та же Джейн доберётся до меня. — Хорошо, я схожу, — вызвалась добровольцем Элис, желая оставить нас с Эдвардом наедине.       Стоит ей выйти, как Эдвард подходит ко мне и садится рядом. Придвигаюсь ближе к нему и обнимаю. — Мы найдём выход, — пытаюсь успокоить себя, хотя совсем не уверена, что мы справимся. — Я не знаю, как буду жить, если с тобой что-то случится, — Эдвард смотрит мне в глаза. — Все будет хорошо, уже завтра мы будем дома, — со стороны моя улыбка наверное кажется вымученной. — Я люблю тебя, — признаётся в любви Эдвард.       Вместо слов просто притягиваю его лицо ближе и целую. В этом поцелуе все мои страхи, сомнения и горечь. Он выходит совсем не страстным, скорее прощальным, но, надеюсь, что это лишь мои ощущения, и он не последний за сегодня. Не знаю, сколько времени мы целовались, в один момент Эдвард отстраняется и говорит. — Они идут. Мне пора.       Нехотя отпускаю его и встаю с кровати. Как раз вовремя, дверь открывается, Элис заглядывает и смотрит на Эдварда, предлагая ему выйти к ней. Стоит Эдварду покинуть комнату, как заходит Аро. Он смотрит на меня с ещё большим любопытством и опаской. Не приближается и не начинает диалог. Видимо ждёт, пока Каллены отойдут на достаточное расстояние, чтобы нас не услышали. — Мне нет смысла предлагать тебе присоединиться к моему клану? — начинает он разговор сразу с вопроса, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Увы, нет. Боюсь, ваш тип питания мне чужд, — стараюсь отвечать максимально коротко, но однозначно и емко. — Дело же не только в этом, — укоряет он меня с улыбкой на губах. — Не только, — нет смысла скрывать. — Я понимаю, почему Элеазар хотел тебя убить, и не будь мне так любопытно, какой ты станешь после обращения, я бы так и поступил. Потому что ты явная угроза, если решишь пойти против нас. Что же нам с тобой делать? Вопрос остаётся открытым, — говорит, будто размышляет вслух.       Я же пожимаю плечами, не зная, что ему ответить. После минутного молчания, решаю сделать ему предложение, о котором раздумывала последний день. — Вы хотите меня к себе в клан, но понимаете, что это плохая идея, если я буду у вас не добровольно. Скорее всего на меня не подействует дар Челси, из-за чего я могу в любой момент ударить вас в спину. Угрожать моим близким вы тоже не станете, ибо это породит во мне лишь ещё большую ненависть к вам, и рано или поздно я убью вас.       Аро молчит, но кивает на мои слова. — Я пока не знаю, насколько я смогу развить свой дар, когда стану вампиром. Но это единственная альтернатива служению вам, которую я могу вам предложить, — собираюсь с духом и озвучиваю, — после обращения, если я смогу не только воровать, но и отдавать дары, вы узнаете об этом первым. И будете тем, кому я буду их отдавать.       Аро явно удивился моему предложению и заинтересовался. По крайней мере блеск в глазах, который я успела заметить, пока он не отвернулся от меня, говорит об этом. — Выбирайте, какой вариант вам нравится больше. Озлобленный одаренный вампир, который со временем может убить как вас, так и весь ваш клан, если его неволить и заставлять жить так, как ему чуждо, либо союзник, который будет отдавать вам самое лучшее из доступных даров, кроме блока от чтения мыслей, — уточняю этот важный для меня нюанс, все-таки я не хочу, чтобы Эдвард копался в моей голове, как у себя дома. — Есть ещё третий вариант, — подал голос вампир. — Да, вы меня просто убиваете и потом корите себя, что упустили такую возможность стать сильнее.       Я вполне признаю, что он может выбрать этот вариант и избежать в будущем головной боли. Вся надежда лишь на его любопытство и желание избавиться от скуки бессмертия. — Согласен, выбрав третий вариант, я испытаю сильное огорчение, потеряв такой «бриллиант» среди талантов, — не стал со мной спорить.       Ничего не ответив на мое предложение, он решил сменить тему диалога, что меня немного сбило с толку. — Если я сейчас дотронусь до тебя, ты заберёшь мой дар? — Нет, я не всегда могу это делать, нужно испытывать определенные сильные эмоции, как было с Джеймсом и Джейн, — объясняю ему принцип работы своей способности. — И Беллой, — добавляет он, прочитав всю память Эдварда и узнав о ней. — И Беллой, — подтверждаю.       Немного сомневаясь, он все же подходит и протягивает мне руку. Я протягиваю свою в ответ, и мы соприкасаемся. Его рука даже холоднее, чем у Эдварда, а кожа заметно тоньше и белее. Проходит пять, десять секунд, ничего не происходит, и он отпускает меня. — Ничего, пустота, — комментирует он наш «контакт» удивленно. — Это способность Беллы. Думаю, она бы вам понравилась, — рассуждаю вслух, — у неё даже имя подходит для Вольтеры: «Изабелла», — не понимаю откуда это во мне взялось, какая-то горечь внутри, будто я заняла чужое место.       Аро лишь махнул рукой, я поняла это, как знак прекратить. Кому хочется выслушивать подростковое нытье. — Эдвард считает, что забирая чужой дар, ты берёшь частичку характера того, у кого его отобрала. Как это работает? — спросил он. — Я до конца не понимаю, если честно. Просто наиболее выраженная черта, которая характеризует способность. Белла была замкнутой, я стала тоже более закрытой и эмоционально скрытнее, чем была, полюбила одиночество, хотя раньше предпочитала находиться среди людей. С Джеймсом же, просто стала лучше ориентироваться в пространстве, логически понимать, что где лежит, или кто находится. От Джейн, — начала и бросила на Аро короткий взгляд, посмотреть на его реакцию, но он никак не отреагировал на имя своей подопечной, — думаю, достанется жестокость. Я уже чувствую, как ее способность влияет на меня не в лучшую сторону. Надеюсь, это останется в секрете между нами, не хочу расстраивать Эдварда, — добавляю в конце и смотрю ему прямо в глаза. — Он может случайно прочесть это в моих мыслях, — смотрит в ответ и гаденько улыбается. — Не держите меня за дуру, — улыбаюсь ему в ответ, — уверена, что вы позволяете ему читать только то, что вам выгодно. Что-то действительно важное вы держите при себе, в конце концов, в вашем возрасте стыдно не знать пару тройку мертвых языков недоступных никому из ныне живущих.       Аро начинает хлопать и смеяться. — Ты меня определенно заинтересовала, и ты права. Эдвард читает только, что я хочу, — он подходит ко мне вплотную и принюхивается, пытаясь сбить меня с толку.       Его рука проводит по моим волосам, гладит щеку и останавливается на моем подбородке, чуть его приподнимая, чтобы наши взгляды пересеклись. Как бы мне не было неприятно от его прикосновения, я стараюсь не шевелиться и не дергаться назад от его руки. Сердце бежит вскачь громко стуча по рёбрам.       От него не остаётся не замеченной моя реакция. Не знаю, на что он ее списывает, но я испытываю лишь дикий страх перед ним. Спустя какое-то время он наконец отпускает меня, напоследок погладив мою яремную вену и заставив меня все же вздрогнуть от холода его рук и омерзения. — Тебя нужно обратить, — сказал, словно озвучил мой приговор. — Я не против обращения, — соглашаюсь с Аро, — после столкновения с Джеймсом, я поняла, насколько человеческое тело слабое и беспомощное. Но я хочу закончить университет перед этим, к тому же у меня были планы на последние годы в человеческом виде.       Аро хмурится, ему явно не нравятся мои слова, и куда я клоню. Уверена моя просьба ему напомнила ситуацию с кочевниками. Но что тогда, что сейчас, я не лгу, а действительно говорю то, что думаю и хочу. И он это прекрасно знает по моему сердцебиению, как минимум. И по воспоминаниям Эдварда. Мы не раз обсуждали тему моего обращения. — Я заметила, что психологически вампиры застревают в том возрасте, в котором их обратили. Эдвард, сколько бы лет ему не было, навсегда останется подростком. Я не вижу в этом ничего плохого, но сама хотела бы остановить своё развитие в более зрелом возрасте. Хотя бы в двадцать один или в двадцать два, — объясняю ему свою позицию, — я не так много прошу. Вы знаете, что я права, поэтому и нельзя обращать детей. Те же Джейн с Алеком, вы их обратили на грани допустимого. Отсюда их характер и порой непослушание, потому что они дети и всегда ими будут.       Да, это камень в его огород, тем более Карлайл рассказывал, что Аро хотел дождаться их взросления, но увы, ситуация сложилась иначе. Но это ему гарантированно даст понять, что я имею в виду. — Я дам согласие на отсрочку, но я хочу дар Элис, — ставит своё условие глава Вольтури.       Теперь уже хмурюсь я. Как минимум, я не вправе распоряжаться способностями своей будущей семьи. А причину максимум я озвучиваю Аро. — Я бы не советовала, — качаю головой и вижу немой вопрос в его глазах после моих слов, — Элис родилась с этим даром и была создана для него. Ее способность была настолько сильной в ее человеческой жизни, что она сошла с ума. Вы видели воспоминания Эдварда, когда он читал мысли Джеймса. Да и сейчас Элис часто живет в своих видениях, а не в реальности. Я часто опасаюсь к ней прикасаться, когда испытываю сильные эмоции, чтобы ненароком не забрать ее дар себе, потому что это гарантированно повлечёт за собой сумасшествие. И я не уверена, что вы останетесь в своём уме даже будучи вампиром.       Судя по выражению лица Аро, он не задумывался об этом. Мы опять замолчали на какое-то время, каждый думая о своём. — В любом случае стоит дождаться твоего обращения, — подводит итог мужчина, — возможно ты не сможешь передавать дары кому-то другому, тогда… — не заканчивает предложение, давая мне возможность продолжить. — Вы захотите меня устранить, и избавиться от проблемы раз и навсегда, — высказываю своё предположение. — Умная девочка, — смотрит на меня с усмешкой, — даю тебе три года. В двадцать один ты должна быть обращена. — Благодарю, — говорю абсолютно искренне.       Я и не надеялась на такой подарок судьбы, три года большая отсрочка. Хоть Аро и не выглядит сейчас довольным своим решением. Больше не говоря ни слова, мужчина разворачивается и уходит, закрыв за собой дверь. Я устало сажусь на кровать и закрываю лицо руками, пытаясь снять с себя то напряжение, что испытала во время разговора с ним.       Не проходит и десяти минут, как в комнату вбегают Эдвард с сестрой. Видя, что со мной все в порядке, он крепко меня обнимает, шепча себе под нос: «Жива!». Я вымученно ему улыбаюсь, но единственное, что я сейчас хочу, это искупаться и смыть с себя всю усталость и чужие прикосновения к моему лицу. — Поехали домой, — нахожу в себе силы ответить ему. — Аро? — спрашивает Элис. — Расскажу в самолете. — Хорошо, нам пора домой. ——————       Обратный перелёт прошел не так комфортно, как на частном самолёте, хоть мы и летели первым классом. Но увы, рейсов без пересадок не было, перелёт занял пятнадцать с лишним часов. Поэтому когда мы наконец-то добрались до дома Калленов, единственное, что я хотела, это принять душ и завалиться спать.       Тем более после такой длительной дороги от меня несло «будь здоров». Что не забыл упомянуть Эммет, стоило ему обнять меня, когда мы все зашли в дом. Им было все равно на мой запах и грязь, они обнимали меня, чувствовали мое сердцебиение и выдыхали с облегчением. Уверена, если бы вампиры могли, то Эсме с Роуз расплакались бы.