Семья? Ну ладно...

И так... что я могу сказать? Мы стоим перед входом в аудиторию, в которой я должна буду сдавать этот чёртов экзамен. Папа выглядит абсолютно спокойным, потому что возле нас сидят ещё очень много всяких людей, со своими отпрысками, которые кричат, смеются и ведут себя очень неспокойно. Я же стараюсь сидеть на попе ровно, молчать и тихонько читать легкий роман максимум которого - поцелуй в очень романтической обстановке, на фоне химикатов. - Ох... куда же сесть?.. - Женщина лет 40, а может и больше, обеспокоено озирается по бокам, в поисках места для себя и своего сына. Ну, я могу и постоять, да и заднее полушарие побаливает от того, как много я уже сижу. - Прошу прощения, красивая девушка, садитесь, - Я встаю, кладя руку на стул, который предлагаю. - Ох, "красивая девушка"? - Я улыбаюсь, пока она садиться на место. - Какая воспитанная девочка... ваша дочь? - Папа отвлекается от своих мыслей о мире стран, и приветливо улыбается. - Да, всё верно, - Я отвлеклась от их разговора, видя, как какой-то ребёнок очень быстро бежит в мою сторону, и, похоже, в скором времени он либо врежется в меня, либо упадёт и разобьет нос. - Пап, прости что отрываю от разговора. Но, кажется, этот мальчик сейчас упадёт... - Возле меня промчался этот ребёнок, зацепив плечом. - А! - Аня! - Я поморгала, приходя в себя. Холодный пол меня отрезвил, но голова почему-то кружилась. - Ты в порядке? - Да, разумеет...ся, - Я села, подставляя руку к носу, из которого лилась кровь. - Ой... - Я сосредоточено смотрела на ладонь, на которой образовалось большое красное пятно крови, пока отец аккуратно приложил к моему носу свой платок. Я слышала что кто-то, а именно мать ребёнка, ругалась на своё чадо, пока тот громко плакал. Папа сказал что всё в порядке, а та милая дама предложила нам салфетки, которые мы позднее скрутили и вставили в мои ноздри, стараясь прекратить кровоизлияние. Как ни странно, одежда не запачкалась от слова совсем, только рука, которую в скором времени вытерли. Теперь, из-за папиного волнения что подобное повториться, я спокойно сидела у него на коленях, слушая размеренное сердцебиение. Через минут 15, нас всех, то есть детей, позвали в аудиторию, рассаживая каждого на место с именем. Все наши бланки были подписаны с самого начала, так чтобы те, кто захочет списать не смогли этого сделать. Над нами стоял мужчина, а у стен стояли надзиратели, чтобы никто уж точно не смог списать. Ну что ж, первая математика, потом Английский, после Японский язык. Сдаём мы только самые основные, даже истории нет. Надеюсь, я напишу и попаду в пятёрку лучших, или хотя бы в десятку. "Рассчитываю на тебя, Аня! Ты сможешь!" - Это папа? "Как же это сложно!" "Ничего не понимаю!" "Вышел месяц из тумана..." "Мамочка!" У... как много лишних мыслей. Ну ничего! Я постаралась использовать блок, поэтому 95% мыслей пропало, остались только маленькие почти не слышные отрывки. О? Тут такие просты е уравнения... Так даже лучше! Я вышла из аудитории полностью уставшая. Каждый час нам меняли бланки на следующий предмет, восемь детей закричало, трое расплакалось, ещё парочка начала истерику. Хорошо что их всех вывели... Один из смотрителей не отрывал от меня взгляда, подозревая в списывании, но, когда он обыскал меня и мои вещи, принёс извинения и додал всё время которое он меня обыскивал мне на таймер, ведь он его отнял. - Папа, я всё, - Большинство детей ещё писали, но я закончила и ушла пораньше, чтобы не мешать остальным. "Так быстро?" - Как всё прошло? - Папа протянул ко мне руки, с серьезной миной смотря на меня. - Вопросы были не очень сложными, я вышла потому что сделала всё быстрее других. А! Ещё там был мужчина, он подумал что я списываю и обыскал мои вещи без моего разрешения. Но у меня не было ничего, поэтому он добавил к моему таймеру ровно столько, сколько отнял у меня времени. Я устроилась поудобнее, подбирая ноги под себя и с удовольствием прилегла на плечо отца, почти невесомо утыкаясь лбом о его шею. Я только заметила, но от отца пахнет чем-то легким. От него пахнет листьями, и... порохом? Как странно, я думала он отлично скрывает свой запах, он же шпион. Должна ли я ему об этом сказать?.. Всё же, не помешает ему маленький укольчик. - Пап, от тебя странно пахнет. Ананас?.. Дыня? Или белый перец? - Папа хоть никак не изменился в лице, я слышала как его супер-тараканы бегают в голове подавая сигналы. - А, это... готовил нам ужин, вот и пропах, - Папа почти-что беззаботно посмеялся. - Ясно... - Я выровняла спину и мы медленно двинулись на выход. - А, нам сказали что через пол часа результаты будут на той штуке... - Из-за морального истощения мой мозг просто прекратил работу. Я уже, считай, отдыхаю, молча спя на папином плече. И когда я стала засыпать? - ...ня. Аня, - Папа нежно похлопывал меня по плечу, пытаясь разбудить как можно нежнее. - Скоро будут результаты, вот, - Я встала и оглянулась. Мы сидели на лавочке возле входа, точнее папа сидел, я сидела на его руках, небрежно пуская слюни на его пиджак. - Я подумал, что ты могла проголодаться, - Я кивнула, потирая глаза. - Я заснула... прости, - Папа небрежно бросил "всё в порядке", пока я брала из его рук пластиковую баночку бананового молока. - А... - Только я хотела спросить где трубочка, мне её тут же воткнули в крышечку. - Спасибо. - Не за что. К нам подошла та милая женщина со своим сыном, заводя с папой диалог. Папа говорил и обдумывал то, кем являлась эта женщина. А женщина то из богатых, жена какой-то шишки, но раньше жила в бедности, поэтому очень скромна. Почти никто её в лицо не знает. Я посмотрела вниз, наблюдал очень красивый и милый мальчик. У него были короткие светлые волосы, белая рубашка, шорты с чёрными подтяжками, у него были красивые большие глаза и очень обворожительная полуулыбка. Выглядел он мега спокойным. От его взгляда я даже как-то засмущалась, поэтому, наткнувшись взглядом на большую упаковку такого же бананового молока, решила, что если предложу ему его, ничего страшного не случиться. Я похлопала папу по руке, отвлекая на несколько секунд от разговора, и, случайно, привлекая к себе внимание. Я спустилась на ноги, точнее на лавку. Быстро отсоединив от большой упаковки две баночки, я, переложив всё в одну руку, протянула папе ладонь, сжимая и разжимая несколько раз, пока он не положил туда трубочки. - Вот, - Я протянула мальчику банановое молоко. Он смотрел на него так, будто не понимал что от него хотят. Я уже начала думать как сказать чтобы он его взял, но он мило улыбнулся, беря предложенное молоко в руки. Я уже хотела предложить другую баночку той леди, но этот мальчик взял меня за руку, мягонько сжимая её. - Благодарю, - О, какой милый! Ну просто не могу! Так и хочется потрепать его по головке, да только чёрная шляпка и этикет мешают! - Не за что! - От такого милого поведения я невольно улыбнулась, наслаждаясь прекрасным лицом. Ну что за милашка? Красавчиком вырастет! Мою руку быстро отпустили и я протянула красивой леди её молоко. - О, дорогая, какая ты милая девочка! - Девушка была очень, очень, красивой! Такой, что её красотой можно было бы свернуть мосты и горы! - Красивая... - Ой! Я что в слух это сказала? Стыдоба-то какая... Я смущенно отвернулась от немного зависшей леди, смотря на папину реакцию. Он был вполне себе доволен. Ой, я же трубочки им не положила. Подойдя к пареньку поближе, я вставила ему в крышку трубочку, которая с характерным звуком проткнула её. Потом аккуратно и немного насторожено подошла к той леди и проткнула её крышечку. - Вот. - А-а-а! Какая же ты милашка! - Меня подняли на руки и пару раз поцеловали в щеку, заставляя краснеть все сильнее и сильнее. - Ну в кого же ты такая мила-ая? - Я приложила руку к щеке, ощущая как всё моё лицо медленно багровеет от шеи и до корней волос. - Ох! Я тебя смутила? Прости-прости, - Леди поставила меня на ноги, а я схватилась за передние локоны, пряча лицо в них. Ну кто так делает?.. Стыд то какой... - Пап, я пойду... подожду вас там, - Я указала на маленькие красные качели, и, не дожидаясь ответа, схватив молоко побежала туда. - Ты... как тебя зовут? - Я округлила глаза, смотря на паренька. - А, точно, моё имя Тошайо, - Я улыбнулась. Тошайо значит "гений". - Моё имя Аня. Приятно познакомиться, Тошайо! - Я спрыгнула с качали, протягивая руку своему новому знакомому для приветствия. - Взаимно, Аня, - Он нежно улыбнулся, прищуривая глаза. - Аня, чего бы ты хотела? - Я отрываюсь от вкусных блинов с клиновым сиропом. - О чём ты? - Я проглатываю вкуснятину, запивая всё это вкусным зелёным чаем без сахара. - Ты заняла второе место, - Моя вилка со звоном падает на тарелку. Второе!? - Да, я тоже был удивлен, но, похоже, у тебя есть талант в учёбе, - Я соскакиваю со стула, рывком подбегая к папе, просясь на руки. Я заметила, что отец вовсе не против когда я сижу у него на руках. - Так что ты хочешь? - Романы! - Папа сделал лицо кирпичом, внутренне удивляясь, почему и как меня так тянет к любви. - Я люблю читать о любви, ведь истинная любовь - способна менять людей к лучшему, лечить их и позволяет вершить милосердие! - Я сложила руки у щеки, прикрывая глаза. Но, как только я вспомнила о реальной жизни, всё моё счастье тут же испарилось. - В реальности же, люди не такие. Большинство пар живут вместе не из-за любви а ради детей, не понимая, что тем самым заставляют их страдать ещё больше. Большинство семей живут в жестокости, дети же, видя как отец бьет мать, вырастают такими же. Психологическое насилие, измены, физическое насилие, долги... - Я обессиленно положила голову папе на грудь. - Лучше бы развелись, да и дело с концом. - Ты так думаешь? - Да. То, что родители не любя друг друга продолжают жить вместе, делает детям только больнее. Это заставляет почувствовать вину перед ними. Ты ощущаешь себя виноватым в в их несчастье, - Я выдохнула. - Только читая романы, я могу забыть об этом. Ну и помечтать о такой любви. - Ты же ещё мала, какая ещё любовь? - Папа потрепал меня по волосам. - Ты не должна о таком думать. Пока ты ребёнок просто живи, - Я посмотрела на его лицо, ища признаки лжи. Но их нет. Он говорит правду... - Папа, ты очень хороший, - Я обняла его за шею, крепко, так, чтобы показать ему всю свою любовь. Ну, я наелась... Громко чмокнув его в щеку, я побежала в комнату за пижамой и тапочками. - Я пойду в ванну! Последнее что я увидела перед тем, как скрыться за углом, ошарашенное лицо папы.