Полымя

Анатолий, проводив взглядом Ирину, которой пару секунд назад сказал идти домой, глубоко вздохнул. Бросил взгляд на тёмные окна квартиры и принялся дожидаться момента, когда в них загорится свет. Хотелось немного побыть в одиночестве. Никогда бы не подумал, что его будет так сильно напрягать чье-то общество, особенно общество любимой женщины. — Анатолий Борисович, вам ещё куда-то нужно? — Поинтересовался Константин, который не знал, куда себя деть. Тот обернулся и покачал головой. Нужно ему было найти ключ к сердцу Ирины, но вряд ли кто-то, включая её саму, знает точное местонахождение. — Завтра только не опаздывай, нам ещё надо будет в Склиф заехать, — бросил напоследок и поёжился. Константин кивнул и быстрым шагом направился в нужном направлении, оставив чёрную машину на стоянке. Анатолий тяжело вздохнул и снова посмотрел на светлые окна. Считал ли он это место домом? Когда-то определенно да, а сейчас? Он чувствовал нутром, что Ирина что-то ему не договаривает, что-то было не так — неужели его отношения к ней в последнее время было недостаточно для того, чтобы вымолить прощения за ту выходку в кабинете? «Надо побыть с тобой до дня рождения, а там уже будем смотреть… Если ничего не изменится, то и смысла оставаться рядом нет. Я тоже, знаешь ли, не на помойке себя нашёл, чтобы прыгать вокруг тебя постоянно!» — с этими мыслями вошёл в подъезд.

***

Ирина в очередной раз поймала себя на мысли, что немного алкоголя этому вечеру бы не помешало. Хотелось расслабиться, хотелось изгнать раздумья о Леониде хотя бы на несколько часов. «Зачем он приехал в этот раз? Мы же всё обсудили! А я ещё думала, что он просто не так понял мои причины отказа… Что ему ещё надо-то? Если бы хотел что-то узнать про своё здоровье, не стал бы сидеть в приёмном так долго… Может быть, сказать охране, что его не нужно впускать? А как я могу отказать человеку в получении медицинской помощи? Господи, лучше бы он тогда сбежал и не возвращался! Кто только его впускает постоянно! Спасибо, что в этот раз оказался не в моём кабинете, честное слово!» — размышляла, медленно уничтожая ужин. Анатолий, закончив со своей порцией, посмотрел на Ирину. Казалось, что она находится где-то не здесь. «Интересно знать, что же у тебя сейчас в голове, и о чём ты думаешь…» — Как тебе? Это из другого ресторана, — решил попробовать её расшевелить бессмысленной беседой. — Что? — Она посмотрела на него, сообразила, что говорит об ужине и пожала плечами. — Вкусно, как и всегда. Иначе бы не стала есть. — Ну, — поднялся, чтобы убрать тарелки на место, — сильно сомневаюсь, что ты не стала бы есть… Не припомню, чтобы ты отказывалась от еды, — усмехнулся. Ирина покачала головой — отвечать на его колкости уже не было сил, но и давать ему зелёный свет на дальнейшие унижения тоже не собиралась. Быстро доела, тоже поднялась, поставила тарелку на столешницу возле раковины. — Так найди себе другую, которая мало ест, не выносит мозг, всегда в хорошем настроении, не заставляет тебя за ней заезжать, прыгает до потолка, когда ты даришь подарки, — пожала плечами, открыла холодильник, начиная изучать содержимое, — почему ты вечно мне претензии какие-то высказываешь? — Достала йогурт, развернулась и пожала плечами. — Я тебя не держу, и ты об этом прекрасно знаешь. Это я тебе зачем-то нужна, твои слова. Анатолий ощутил, как из глубин его души медленно, по капле, вылезает раздражение. Чем больше он старался наладить отношения с Ириной, тем больше она закрывалась от него своими иголками. — Прекрати так со мной разговаривать, — проговорил, желая остудить начинающуюся истерику, — либо ты мне говоришь, что у тебя случилось, либо выливай это всё на кого-нибудь другого. У тебя столько людей в подчинении, а нервы ты почему-то треплешь мне. Я не железный. «О да, не надо мне говорить о том, какой ты не железный… Я прекрасно это знаю и помню» — подумала и решила отступить. Сжав бутылочку с питьевым йогуртом, направилась в сторону спальни. — Я спать. — Не хотела разжигать скандал дальше, несмотря на то, что очень хотелось. Анатолий резко поймал её за запястье и притянул к себе — однажды он уже позволил ей уйти, и они так и не поговорили в тот вечер. В глубине души он был рад этому, потому что не знал, что нужно говорить — вернуть доверие Ирины после первого удара было очень дорого, преимущественно в моральном плане, и что-то подсказывало, что после второго раза она и близко не послушает. С другой стороны, она всё ещё была с ним, несмотря на недавнюю попытку разойтись и закрытую тему свадьбы, и это давало шанс… «До дня рождения» — в очередной раз повторил себе. — Тебе не говорили, что в отношениях надо доверять. Я могу тебе помочь? Кого-то надо уволить? Нужно новое оборудование? — Устроил ладони на её талии, обрубая пути к отступлению. Ирина тяжело вздохнула, смотря в его глаза. Рассказать ему? Так он в курсе. И что он тогда сказал? Отмахнулся, как от ерунды. А может вообще, мысль о том, что её кто-то мучает, может приносить ему удовольствие… «Нет, об этом я думать точно не хочу» — отмахнулась от своих мыслей — не могла поверить в то, что остаётся в отношениях с таким монстром. — Да ничего не случилась, — покачала головой, — просто… Просто устала. Может быть, перед днём рождения какая-то хандра, не знаю. Очень давно не отдыхала по-человечески. И, между прочим, то, что ты говоришь иногда неприятно слышать, — прикрыла глаза на несколько секунд — терпеть не могла так в открытую признаваться о том, что её задевает. Анатолий аккуратно обнял её, устроил подбородок на макушке, погладил по спине. «Вот с этого и надо было начинать… Сама кого хочешь словами затопчешь, откуда ж мне было знать…» — Твоё желание подвозить и забирать меня из Склифа ещё в силе? — Тихо проговорила она, отстранившись. Так она хотя бы будет защищена во время пути на работу и с работы. И так меньше шансов для пересечений с Леонидом. Не дай бог, выследит ещё. Ирина не была уверена в том, что ему это нужно, но сейчас хотела максимально себя защитить. Анатолий улыбнулся уголком губы и кивнул. — А, чёрт… Завтра отвезти и привезти смогу, но послезавтра у меня командировка… Всего на сутки. Я бы позвал тебя с собой, но всё так внезапно решилась… Мне и самому не хочется туда ехать, уже не по статусу, но… Ирина дальше уже не слушала. Нахмурилась и выпуталась из его рук. — И когда ты собирался мне об этом сказать? Никогда? — Одарив его недовольным взглядом, ушла в спальню, не желая больше разговаривать. Он тяжело вздохнул, затем развернулся. Дёрнул губой, чувствуя, как лицо начинает покалывать от приступа злости. Сделал глубокий вдох, выдох и швырнул столовые приборы в раковину. На несколько секунд кухня наполнилась неприятным звоном.

***

Ирина подперла голову рукой, усиленно делая вид, что не заметила появления Анатолия в спальне. Бездумно смотрела на экран телевизора, пытаясь уловить суть мелодрамы одновременно с этим раздумывая над разговором в гостиной. «Ну, сутки без тебя я как-нибудь продержусь… В конце концов, можно вообще не выходить из Склифа… Или взять два дня за свой счет и остаться дома? Вряд ли этому приспичило выслеживать твою машину?» Анатолий, тем временем, поудобнее устроился на постели, снял часы, отложил на тумбочку, уложил ладони на живот и посмотрел на экран. Потом бросил взгляд на Ирину и снова на телевизор. — М-да, — протянул, потянулся за очками, взял еще и телефон. — Никогда бы не подумал. Ирина промолчала, поерзала, чтобы было комфортнее под теплым одеялом, на которое сейчас собираются посягнуть. Снова посмотрела на экран, порадовалась про себя, что запомнила имя героини и потеряла всякий интерес к происходящему на второй половине кровати. Анатолий, полистав пару минут для приличия новости, посмотрел поверх очков на экран, потом снова на Ирину. Приступ ярости удалось купировать еще на кухне, и теперь хотелось как-то сгладить очередную вечернюю шероховатость — терпеть не мог ложиться спать будучи в ссоре со своей женщиной. — М-да… Удивительное дело, — проговорил, делая вид, что не замечает ничего кроме своего телефона. Подождал еще немного, осознал, что реакции не последовало и сказал еще громче: — Вот чудеса-то происходят. Ирина скосила на него взгляд, закатила глаза и выдохнула: — Ну, что там у тебя? Ты мне мешаешь смотреть. Итак уже громкость прибавлена, ты там что-то бурчишь себе под нос. Что случилось? — Да знаешь, — он продолжал смотреть в телефон, — когда я тебе сюда покупал телевизор, я думал, что мы будем смотреть что-то вместе… В итоге каждый вечер я вынужден слушать этот бред… Какая это уже серия? Сто шестьдесят восьмая? — Сто двадцать вторая, — буркнула Ирина, — и не каждый вечер! Я уже пропустила несколько, теперь ничего не понимаю, еще и ты мешаешь. — А в них есть какой-то смысл? — Серьезно посмотрел на неё. — Как-то я раньше этого не замечал… Подумать не мог, что тебе, женщине с железным характером, будет нравиться вот это… Она пожала плечами. «О да, я тоже очень многого от тебя не ожидала…» — Это расслабляет меня, — снова посмотрела на экран, — а твои сериалы про маньяков — нет. Анатолий тяжело вздохнул, подвинулся к ней ближе и заглянул в её глаза, в который раз для себя отмечая их красоту. Медленно очертил подушечкой пальца её скулу. — Так можно совместить… Мужчина, влюбленный в девушку, готов на все, чтобы её заполучить. Маньяк есть? Есть. Любовь есть? Есть. — Это не любовь, — фыркнула Ирина, на мгновение оцепенев. «Может быть, этот тоже хочет меня заполучить? Так я вроде бы уже не девушка, уже сто раз сказала, что мне ничего с ним не нужно…» — А я понимаю, но тем не менее. — Пожал плечами. Что по-твоему любовь? Вот это? — Развернулся к телевизору. — Видишь, как он за ней ухаживает. Цветы дарит, на свидания водит… Как с принцессой обращается. Анатолий почувствовал в её словах упрёк и сощурился. — А я тебе мало дарю чего-то и мало тебя куда-то вожу? — Между делом приютил ладонь на её бедре. Ирина поморщилась — как всегда, не услышал самого главного. — Серия скоро кончится, и ляжем спать. Не все в этом мире сводится к тебе. — Повернулась на бок, подперла голову рукой и снова, казалось, потеряла интерес к Анатолию. Тот обозлился про себя, все-таки забрался под одеяло, чтобы быть ближе, пару минут молчал, а потом все-таки не выдержал: — Нет, что тебя не устраивает? Ирина цокнула языком, перевела на него взгляд. — В данный момент то, что ты мешаешь смотреть мне сериал. Закончится — можем поговорить. — А нет, — поморщился, — после этого ты ляжешь спать, потому что тебе с утра вставать на работу, а потом… — А потом, — развела руками, — ты уедешь в свою командировку. — Ну, в командировку я уезжаю послезавтра, и не уезжаю, а улетаю. Я вообще не понимаю, чего ты так взъелась на это? Я через сутки уже вернусь. Ирина не собиралась ничего отвечать на это. Понимала, что Анатолий удивился её такому поведению, учитывая её настроение, но… Не рассказывать же сейчас, что ей страшно оставаться одной? Хотя, из него защитник будет никакой, но если он не будет знать, то одной иллюзии, что у неё заботливый мужчина, может хватить. — Теперь мы можем поговорить? — На экране телевизора показались титры. — Да ты душу из меня скоро вытянешь. Вот знаешь, никогда бы не подумала, что ты будешь так хотеть разговаривать, — проворчала она, — что ты хочешь услышать? Что при всех твоих подарках я не чувствую тебя рядом с собой принцессой? Да! Не чувствую, — пожала плечами и легла на спину. По лицу Анатолия было понятно, что информация его шокировала. Внимательно смотрел на Ирину, пытаясь понять, шутит она или нет. Стало понятно, что не шутит. «Принцессой себя хочешь чувствовать? Ты издеваешься? Тебе лет-то сколько? В твоём возрасте уже королевы на пенсию уходят!» — благоразумно решил не озвучивать, зато поймал в голове одну идею и поднялся. — Ты куда? — Настороженно поинтересовалась Ирина, приподнявшись. — Принцессой говоришь… Хорошо… — Толя, я опять за дурацким платьем не поеду! — Крикнула ему вдогонку нахмурившись. Несколько минут лежала в тревожном ожидании, прислушиваясь к шуршанию на кухне. Анатолий заявился с открытой пачкой гороха. — Тебе одной хватит? — Внимательно посмотрел на Ирину. — Чего? — Та на всякий случай села на кровати, отодвинулась, боясь, что может ему сейчас прийти в голову. — Ты выпить уже что ли успел? Верни пачку на место! Он хмыкнул, аккуратно достал одну горошинку, положил её на кровать рядом с Ириной и присел. Кивнул ей, ожидая реакции. Реакция выразилась в приподнятых бровях и тишине, нарушаемой рекламой, которая доносилась из включенного телевизора. — Ложись, чего ты, — аккуратно поставил пачку возле своей подушки, затем наклонился, — на горошину. Если ты принцесса — ты её почувствуешь. — Ты… — Ирина смотрела на него, как на сумасшедшего, на мгновение перестав отслеживать движения, а пришла в себя в тот момент, когда ощутила, что его наглая ладонь упорно просовывает горошину под её спину, — ай… Щекотно, — засмеялась, вцепившись пальцами в его плечи. Тот, однако, не собирался отказываться от задуманного, и как только маленький, но крепкий шарик оказался где-то под лопатками, прислушался к смеху. Поймал себя на мысли, что уже давно не слышал его. — Чувствуешь? — Посмотрел в её глаза, вытащил одну ладонь и погладил по волосам, желая сейчас отложить в памяти этот момент — когда она лежит практически под ним и улыбается, слегка ёрзая. — А вот чувствую! И буду очень признательна, — поморщилась, — если ты вытащишь… — А мне к тебе как теперь обращаться? Ваше величество? — Наклонился к ней, бросая взгляд на губы. — Ваше высочество, — она снова искренне засмеялась, посмотрев на него, — дурак… — А ты Афина… Зачем тебе быть принцессой, если ты для меня богиня? — Всё-таки поцеловал её, желая прервать этот разговор и продлить её хорошее настроение. Ирина ответила, обняв его за шею, слегка приподнявшись, чтобы избавиться от неприятного ощущения горошины в области лопаток. Поцелуй постепенно становился глубже, сбивая дыхание, заставляя учащаться, пересечение взглядов заставило сильнее погрузиться в ощущение обладание друг другом… Дурацкое негласное соревнование друг с другом сделало своё дело, и теперь никому не хотелось противостоять нахлынувшим чувствам. Ирине хотелось расслабиться и позволить этой ночи притупить негативные мысли, а Анатолию просто хотелось её.