Волк и ворона

— Пойдешь первой? — спросил Джеймс, закидывая свой рюкзак на кровать. На единственную кровать в комнате. Мужчину этот факт, по его виду, не смутил. Лизу же он взволновал, но она не подала виду. Кивнув, она перехватила свой рюкзак и направилась прямиком в ванную комнату. Этот мотель был в десять раз лучше всех предыдущих. Душ здесь был чистым, без желтых разводов по стенам. Зеркало блестело и оттого показывало все излишки лица. Лиза недовольно повела носом, разглядывая свое отражение. Эти неровные черные брови, потрескавшиеся и слишком маленькие губы, острые скулы и подбородок. Абсолютно всё на ее лице, как и шрам под левым глазом в виде четырехконечной звезды, не устраивал девушку. Кроме глаз. Глаза ей нравились. Единственное, что ей нравилось во всем теле. Снимая всю грязную одежду, Лиза будто снимала с себя и весь груз. Когда хлопковые трусики упали на пол, присоединившись к остальной куче брошенной одежды, Лиза почувствовала такое облегчение, будто все это время таскала на себе мешок в сто тысяч тонн и сбросила его только сейчас. Даже дышать стало легче. Стоя под душем, Лиза неспешно проводила губкой по своему телу. По ненавистным шрамам, которые испещрили ее тело с ключиц до самого низа таза. По длинным ногам, которые изнывали от усталости. Девушка хмыкнула. Она и тысячи шагов сегодня не прошла, а такое чувство было, будто она поднялась на Эверест и спустилась обратно. Лиза провела губкой по животу и уставилась на дорожку шрамов. Хотела бы она гладкую и чистую кожу, как у тех девушек на баннерах, понаставленных вдоль всех дорог. Может быть, тогда ее тело было бы красивым и точно нравилось бы ей. Подставив под душ лицо, Лиза закрыла глаза и отмела все мысли назад. Ей просто необходимо было постоять пару минут в тишине. Развесив постиранные вещи: футболка, брюки, трусики, носки; Лиза вышла из ванной. Джеймс лежал на кровати. Увидев её, он быстро взял уже приготовленные вещи и прошел мимо нее в ванную. Тишину номера разрезал облегченный выдох девушки. Она знала, что рано или поздно он заведет разговор о случившемся, и была рада, что не прямо сейчас. Решив не мочить постель, Лиза устроилась на полу у кровати. Только прикрыв глаза, она вспомнила, что так и не вернула свой пистолет. Куртка Джеймса висела на спинке стула у окна. Пошарив по внутренним карманам, девушка быстро нашла отобранное оружие. — Без тебя я никак, приятель, — сказала она, садясь обратно.Никак, ведь только он и дарил ей чувство относительной безопасности. Пистолеты никогда не привлекали Лизу. Да, они были эффективны, очень эффективны. Но эта сталь, зачастую громоздкость и шум от них убавляли интерес девушки к подобным вещам. Другое дело ножи. Эти малыши всегда занимали в сердце девушки особое место. Да и первым ее оружием были именно они. Лиза разложила перед собой два своих пистолета: «Смит и Вессон», Таурус, и целая дюжина различных ножей. Начиная от маленького тычкового ножа и заканчивая настоящим турецким кинжалом, который она в наглую отобрала у Джеймса во время одной из их стычек пару дней назад. Тот, разумеется, упрашивал ее вернуть вещицу, но сдался. Лиза умела быть упрямой. Каждый ножик девушка тщательно протерла, хотя на них и так не было и пятнышка, проверила их остроту и, чтобы вдоволь налюбоваться, уложила их на полу. А сама принялась собирать и разбирать пистолеты, так же протерев и проверив их функциональность заранее. — Думаешь, каким бы себя убить? — дверь в ванную отворилась, и в комнату завалился Джеймс, на ходу вытирая мокрые темные волосы, доходившие ему до плеч. — Почему себя? Тебя. — Ты слишком жестока. — Жизнь такая, а не я. Собрав свой наборчик, Лиза поставила рюкзак на стул и встала перед кроватью, где с удобством развалился Джеймс. — Не мог бы ты лечь с той стороны? — она указала на сторону, что была ближе к двери. — С чего бы? — спросил Джеймс и бросил мокрое полотенце куда-то в сторону ванной. — Мне не комфортно лежать у двери. — Ты в машине всегда сидишь у двери. — Это машина. Там деваться некуда: или так, или всю дорогу пялиться на тебя в зеркало заднего вида. Лизе от этого было неловко. Сиди она посередине, все время бы ловила исходящий от него аромат.Ну, или просто пялилась бы на его глаза. Его глаза ей тоже, кстати, нравились, наверное, даже больше, чем свои. — Можешь сесть рядом со мной, — предложил Джеймс, задорно глядя на девушку. — Спереди. Лизе не комфортно находиться слишком близко к людям. Джеймс это знал, как знал и то, что, в конце концов, ей все же придется начать бороться с этим. Почему бы не сейчас? Самое время: пару часов назад она пыталась покончить с собой. — Мы сейчас говорим не о машине, а о кровати, — девушка застыла посреди комнаты как каменное изваяние, не сводя взгляда с мужчины, лежащего на кровати. Он отвечал ей тем же самым. Это была некая игра взглядов. Тот, кто моргнет первым, проиграет. Лиза проигрывать не умела. Джеймс сдаваться не хотел. — Ладно, господи, — но все же сдался. То ли устал, то ли на этот раз решил ей поддаться. Довольно хмыкнув, Лиза залезла под одеяло. — А свет кто выключать будет? — спросил Джеймс. Для него Лиза уже уснула. Натянув одеяло на голову, она лежала, не шевелясь. — Ладно, — обреченно выдохнул мужчина и встал с кровати. Возвращаясь, он подумал, не снять ли ему брюки, потому что спать в них было жутко неудобно. Но благоразумно остался в них, иначе ему влетело бы повторно. И вряд ли в этот раз Лиза обошлась бы одной челюстью. Вспомнив о пострадавшей части своего тела, Джеймс нежно провел по нижней челюсти. От прежнего вывиха не осталось и следа. Мужчина думал, что, как только завалится на мягкий матрас, тут же уснет. Его ждало разочарование. Сна не было ни в одном глазу. Это еще учитывая, что он поспал от силы час за последние сутки. — Ты бы правда убила себя? — выдохнул Джеймс в темноту. Он знал, что Лиза тоже не спала, хотя старательно притворялась, что да. — Правда, — послышалось из-под одеяла. — А ты бы смог? — Нет, — признался он. То была чистая правда. Как бы тяжело ему ни было за эти годы, он ни разу не осмелился на такой шаг, даже если мысль том посещала его довольно часто. Он и вполовину не был так храбр, как Лиза. — Почему? — из-под одеяла высунулась голова. Джеймс посмотрел на свои руки, принимая сидячее положение. — Раньше бы не смог, но, если бы ты тогда все-таки убила себя, — он не хотел этого говорить, но слова сами вырывались из него. — Не уверен, что смог бы жить дальше. — Почему это? — усмехнулась Лиза, окончательно вылезая из-под одеяла. Теперь они с Джеймсом одинаково упирались на спинку кровати, были на одном уровне. — А зачем мне дальше жить? У меня ведь ничего и никого нет, кроме тебя. Он говорил максимально честно. Дело Логана — это дело самого Логана, и, если бы Джеймс вдруг передумал бы ему помогать, то он не стал бы его заставлять. А в этом мире, кроме Логана, у Джеймса была только Лиза. Путь в свой мир он так и не найдет, уже смирился с этим, да и там его ничего не ждало. Ничего и никого. Девушке же понадобилось пару секунд, чтобы понять сказанное. Во рту как-то неожиданно пересохло. Дрожь прошла по всему телу от осознания того, что ее жизнь или смерть может повлиять на кого-то так сильно. То есть, Джеймс пытается сказать, что, по сути, пустив себе тогда пулю в висок, она убила бы не только себя, но и его? Или он ей врет? Лиза не сказала бы, что это похоже на вранье. Или, может быть, Джеймс настолько искусный врун? А если нет? А если нет, то… — Могу я тебя кое о чем попросить? Он повернулся к ней, и они почти столкнулись лбами. Лиза чувствовала его дыхание на себе. Расстояние было слишком маленькое. Его запах ударил ей в нос. Если бы были такие духи, она бы точно их купила. Ну, или украла. Денег то у нее нет. — Что? — спросила Лиза, чуть не забыв, что ей вообще-то задали вопрос. — Не убивай себя, хорошо? Неожиданно мягкий тон. И тембр Лизе совершенно не нравился. И то, как светились его глаза в ночи, когда он говорил эти слова. Чувствовала себя Лиза до нельзя странно. То, каким голосом он говорил, заставляло все ее конечности размякнуть, как тающее на солнце мороженое. В ту же секунду хотелось ответить ему: «Да, хорошо. Больше не буду!», но вместо этого она сказала: — И что же мне за это будет? Джеймс на секунду задумался. Что бы могло заинтересовать ее, что бы могло заставить ее идти дальше и попытаться распробовать эту жизнь на вкус, как пробует она новые вкусы молочных коктейлей? — Я ведь говорил тебе, что знаю место, где тебе было бы безопасно? Лиза кивнула. — Я везу тебя туда, и постараюсь, чтобы он хотя бы немного стал для тебя домом. Дом нужен каждому человеку. Лиза сомневалась, что такое место в мире вообще существует. Правда, это не помешало ей задуматься о нем. Да, она определенно хотела бы себе дом. Место, в которое она может прийти и знать, что здесь — именно здесь, она будет в безопасности, что ее никто не достанет. Свой райский уголок. Хотя бы не надолго, только познать бы ей это ощущение. — Я бы посмотрела, как ты пытаешься это сделать, — усмехнулась девушка, не особо веря в эту затею, и залезла под одеяло. — И безопасность. Ты будешь меня охранять, — пробурчала она напоследок. Джеймс кивнул головой: то ли себе, то ли темноте. Его не волновало, верила она в него или нет. Лиза приняла его предложение, это главное. Теперь он сделает все возможное и невозможное, чтобы сдержать свое слово. Теперь у него была определенная цель. От нее сердце наполнилось теплом, а в теле забурлила такая энергия, что Джеймс готов был прямо сейчас встать и отправиться в путь. Но, решив, что разумным решением будет для начала отоспаться, завалился на бок и закрыл глаза, тут же отдаваясь сну.

***

Мягкие подушки, матрасы и прохладные одеяла, под которыми было так удобно спать, приняли путников, как родных. Джеймс и Лиза проспали эту ночь без единого кошмара, что было удивительно для них обоих. Каждый из них привык видеть, как по ночам их терзают ужасы прошлого, не дающие нормально поспать, отчего они всегда просыпались гораздо раньше запланированного. Лиза и вовсе была уверена, что после той «прогулки» кошмары ей будут обеспечены, но единственное, что она видела во сне, была дверь. Та самая, которая изредка навещала ее все эти годы. Когда дверь не заявлялась к ней во снах долгое время, Лиза начинала думать, что и вовсе про нее забыла. Однако в следующую же ночь она видела ее снова. Девушка не знала, что было за этой надоедливой дверью. Не знала она и того, где и когда видела ее, или видела ли наяву вовсе. Незнание только злило ее. Лиза не знала ничего о себе, ничего о том, что творится в собственной голове. Одно только понимание этого приводило ее в ярость. Потому она предпочитала не задумываться об этом. По ее мнению, игнорировать проблему было лучше, чем решать. Тем более, что решения этой проблемы она не видела. — Решила все под чистую смять? Дверца багажника хлопнула, по салону автомобиля прошлась характерная волна вибрации. Альпина недовольно мяукнула и продолжила есть свой корм из миски. Внешней поверхностью указательного пальца погладив животное по головке, Лиза обернулась к заправлявшему машину Джеймсу. — Уже считаешь, сколько я ем? Если не в силах оплачивать, так и скажи, я найду деньги, — сказала она, дожевывая чипсинку и отправляя пачку обратно в пакет. — Как? Украдешь их? — счетчик на автомате остановился, и Джеймс вытащил пистолет из горловины машины. — Одолжу, — пожала плечами Лиза и отвернулась от мужчины, вызывая у того лишь усмешку. — Твое «одолжу» и кража не особо отличается. Дай сок. Лиза вытащила коробку из пакета и передала его ему через открытое окно. Джеймс стоял у бензобака, мерно попивая сок. Спешить было некуда. В этой заправке машины останавливались очень редко. Можно было постоять прямо у автомата, не волнуясь, что нетерпеливый водитель не начнет сигналить, подгоняя их. — Куда дальше? — спросила Лиза, высовываясь из окна. Они только что выехали из мотеля. — Вперед, — ответил Джеймс, но девушку такой ответ не устроил. Раз уж он не дает ей умереть, пусть хоть обеспечивает мою безопасность, подумала Лиза. На том и сошлись: она больше не пытается убить себя, а Джеймс в ответ пытается как-то скрасить ее бессмысленное существование. — Я же пообещал тебе дом. Будет тебе дом. — Еще ты пообещал мне безопасность. Мне интересно, как ты собираешься сдержать свое слово с моим… — Лиза запнулась, думая, какое слово больше подойдет для ее ситуации. — С моим-то образом жизни. — Это уже мои проблемы, не твои, — заверил ее Джеймс и сел за руль. Впереди их ждала долгая дорога и неизвестно, где придет ее конец и какими ямами она будет заполнена. Но для мужчины это было неважно. Он обещал, и он сдержит свои обещания.

***

Она видела перед собой только намеченную цель в виде маленького отверстия, сделанного каким-то животным еще до нее, в дереве. Тишину поля оглушил звук выстрела. Альпина на пассажирском сиденье дернулась, но не испугалась, что удивляло и Джеймса, и Лизу. Кошка отказалась выходить на улицу прогуляться. Видимо, снег она не любила. — Промазала, — объявил Джеймс, приглядевшись к дереву. Лиза прищурила глаза и тоже устремила взгляд на подстреленное дерево. Действительно, пуля попала слева в миллиметре от предполагаемой цели. Цокнув языком, Лиза убрала пистолет подальше и достала нож. Маленький тычковый ножик блеснул сталью на солнце и улетел в дерево, посланный девичьей рукой. Скрежет ломающейся коры, кажется, услышала даже Альпина. Она заинтересованно подняла голову и посмотрела в сторону своих хозяев, стоявших чуть поодаль от машины напротив пары тройки одиноких деревьев. Не самое лучшее место для остановки, но ехать дальше сил уже не было у обоих. У Альпины, тем более. Кошка начинала призывно мяукать, требуя срочной остановки. Приходилось давить на тормоза, иначе мочевой пузырь у бедного животного лопнул бы прямо на пассажирском сиденье. Никто не знал, откуда Альпина научилась этому. Однако отрицать полезность данной ее привычки не могли, как и жаловаться на это тоже. Для самих же полезно. Как сказал Джеймс: «Главное, чтобы в машине не гадила». — Удивительно, — сказал мужчина, глядя, как довольно улыбается Лиза. — Ты промазала с пистолета, но с ножа попала. Как такое возможно? — Не люблю пистолеты, — просто ответила Лиза, уходя за брошенным ножом. Еще одна причина, по которой девушке больше нравились ножи, нежели пистолеты, была именно в прицеле. С пистолетом Лиза хорошо управлялась, и, по большей части, посланные ею патроны поражали цель. Однако были и промахи, чего не скажешь о ножах. Отчего-то с ножами управляться ей было в разы легче, хотя для обычных людей как раз-таки наоборот все было. С ножом она никогда не промахивалась. Ни разу за свою жизнь. О чем и поведала Джеймсу, возвращаясь с ножом. — Да ну, быть такого не может, — не поверил мужчина. — Промахивалась же когда-нибудь. — Ну, если только в начале обучения. Но этого я уже не помню. — А чему и где ты обучалась? — осторожно произнес Джеймс. Каждый раз, обращаясь к ней, он ощущал себя охотником, преследовавшим пугливую лань. Одно неправильное слово, и Лиза снова закроется в себе и не будет с ним разговаривать. Она скривила губы и тяжело вздохнула. — Обязательно отвечать? — с надеждой оглянулась она на него. — Обязательно, — кивнул ей Джеймс. Засунув ножи в ремешки для них, Лиза запрыгнула на капот автомобиля, поджала под себя одну ногу и начала: — Ты же знаешь про «Круг огня»? — Злодейская организация, которая мучает мутантов, -с намеком на смешок произнес, несмотря на окатившую его по спине волну холодного воздуха. Ему вспомнилась его «родина» — «Гидра». — Правильно, — кивнула Лиза, пропустив мимо ушей слегка настороженный взгляд Джеймса. — Его предводитель —Лейф Лагертссон, не очень приятный человек. И не человек вовсе. — Шутишь? — Я серьезна, он потомок богов. — Богов? — недоверчиво произнес он. По его красивым голубым глазам Лиза поняла, что он совершенно ей не верит. — Просто слушай, — махнула она и продолжила. — В общем, он потомок богов и имеет огромнейшее эго и власть. Ему подчиняется практически весь космос. Его люди есть повсюду: на Земле, на Марсе, на гораздо более далеких планетах и звездах. Джеймс замахал руками, останавливая ее. — Хочешь сказать, в вашем мире люди живут не только на Земле? — Люди, — выделила Лиза. — Живут, в основном, на Земле. На других планетах живут их обитатели. — То есть, инопланетяне существуют? — усмехнулся Джеймс. Лиза кивнула. Джеймс недоверчиво рассмеялся. — А в твоем мире не так? — В моем мире тоже есть боги, но я не слышал, чтобы на других планетах жили какие-то существа. — Боги? — вспыхнули искрой интереса глаза Лизы. — Какие боги? — Ну, вроде, Тор был и Локи тоже. Скандинавские боги, которых викинги почитают. Скандинавские боги. Лиза хмыкнула. Именно так они известны Джеймсу. Для нее же они были прошлым, далеким, да, но все же прошлым. Лейф рассказывал ей, что именно их кровь течет в его жилах. — Что? Они у вас тоже есть? — Нет, их у нас нет. У нас есть кое-что другое, связанное с ними. Джеймс нахмурился. — Лейф — их потомок. — Не понял? — Я не уверена, что он потомок именно твоих богов. В мультивселенной столько миров, она могла прийти не из твоего, а из совершенно другого мира, и твои боги совершенно с ней связаны. — Постой-постой, я запутался. Кто она? Ты про кого? — Начнем с самого начала. Тысячи и тысячи лет назад этот мир мог умереть. Он уничтожал самого себя. Планеты, целые системы сгорали в огне, хаос царил повсюду. В это время в другом мире шла небольшая война между отцом и дочерью. Дочь проиграла, а уже ее дочь сослали в этот умирающий мир доживать свои последние минуты в агонии. Джеймс поморщился. Лиза рассказывала это, словно сказку, и воспринималась ее история как сказка, но он почему-то ей верил. В этой жизни он успел много чего повидать, и теперь подобные истории не казались ему чем-то ненастоящим. Тем более, что-то похожее он уже слышал. — А эта девочка решила по-другому. Решила наперекор своему деду и его решению жить, и жить прекрасно. Сосланная из своего мира, где она была принцессой, богиней, она построила второй дом здесь. В этом мире, и сердцем ее империи стала эта захудалая планета — Земля.Она же богиня, и смогла обуздать бушевавший здесь огонь и заперла Хаос в надежном чистилище. Возвела огромную империю, насчитывавшую миллионы звезд и планет. Ей подчинялся весь космос. Императрица творила такие вещи, которые человеку и не снились. Под ее защитой жили вместе мутанты и люди. Представляешь? Мутанты и люди жили вместе и не ссорились. Не было никакой дискриминации, никакого страха, осуждения, недоверия. — И что стало с этой императрицей? — Она постарела, — ответила просто Лиза. — Уступила свой трон и вверила власть дочери, а она всё разрушила. — А я слышал другую версию. Джеймс поднялся на ноги. Альпина, дремавшая на переднем пассажирском, недовольно подняла морду и раскрыла глаза. Солнце светило, а от тепла, исходившего от нее, таяли последние остатки снега — напоминания о прошедшей холодной зиме. — Императрица действительно уступила дочери, но империю разрушила не она, а ее братья. Брови Лизы сошлись на мгновение на лбу и тут же разгладились. — И кто рассказал тебе это? — Один знакомый, — пожал плечами Джеймс, подходя к машине. Он оперся на открытую дверь переднего пассажирского, вставая лицом к Лизе. — Две версии одной правды. Какая настоящая? — Может быть, они оба врут. — Может быть, они оба правдивы. — Жаль, мы никогда не узнаем правду. Она спрыгнула на землю и направилась к своему месту. — Мы долго тут стоять будем? — Пока наша королева не решит, что она готова ехать, — мужчина, наперекор недовольному голосу, нежно погладил кошку по белой шерсти. Понятно, меняет тему. В этот раз она может так сделать, но в следующий ей никуда не деться. — Ты случайно не хочешь отстричь свои волосы? —внезапно выдала Лиза. От ее слов он крутанулся на месте, удивленно глядя на спутницу. — Зачем мне это делать? Зачем ты вообще спрашиваешь? — его рука осторожно потянулась к собранным в хвостик волосам, словно в страхе, что Лиза прямо сейчас набросится на них с ножницами. — Подумала, как бы ты выглядел с короткими волосами, — пожала она плечами. Не то что бы ей не нравились его длинные волосы, просто… Ладно, она признает, длинные волосы Джеймса не пришлись ей по душе. Еще в самом начале их пути она могла как-то их стерпеть, но небольшое раздражение с каждым днем нарастало в ней, и Лиза вдруг отчетливо поняла, что ей не нравится, когда у мужчины длинные волосы. Отчего-то ее это раздражало. — У тебя такой взгляд, будто ты прямо сейчас возьмешь и обкорнаешь меня до лыса, — произнес Джеймс, нервно усмехаясь. Ему совершенно не нравился этот взгляд Лизы. Слишком уж он был кровожаден. Если его длинные волосы приводили ее в такую ярость, он с радостью с ними расстанется. Лишь бы не с самой жизнью. — Расслабься. Я не собираюсь притрагиваться к твоим паклям. — Паклям? Никто еще так не оскорблял мои волосы. Лиза задорно улыбнулась. Было приятно просто сидеть так и подкалывать его. Холодный воздух успокаивал ее легкие, и дыхание выравнивалось само по себе. Ей нравилась зима. Снег, холод, пронизывающие до костей ветра приносили девушке спокойствие. Жаркое солнце обжигало, под ним неуютно было находиться. — Может, все-таки отстрижешь немного? — Да чем тебе так не угодили мои волосы? — Они длинные, — воскликнула девушка. — И? — Эм. Ну… мужчины не отращивают такие длинные волосы, — не найдя, что ответить нормально, выпалила Лиза. — Вот. — Это дискриминация по волосяному признаку. — Скорее уж по ее длине. Джеймсу длина не нравилась, да, но, если уж она так раздражает Лизу, он готов походить с ней еще некоторое время. Он даже готов терпеть ее ворчание и этот устрашающий взгляд, лишь бы она с ним разговаривала. — Я тебя обкорнаю, честно говорю. Сразу предупреждаю тебя, — прищурив глаза, заявила Лиза уверенно. — Отрежешь их, пока я буду спать? Учти, у меня чуткий сон. — Даже ты со своим чутким сном меня не почувствуешь, уверяю. Джеймс довольно усмехнулся. Ему в голову пришла прекрасная идея. — Давай так, я отрежу длину, а ты, — он выдержал эффектную паузу, притворяясь, что задумался. — А ты пересядешь на переднее пассажирское. Идет? — Мне не настолько не нравятся твои волосы. Носи их, сколько хочешь. Лиза отвернулась от мужчины и устремила свой взгляд на три покатых дерева вдали. Не поведется она на его игру. — Трусишка, — прошептал Джеймс, уверенный, что это заведет девушку. — Я трусишка? — Лиза не заставила его долго ждать. Она развернулась к нему корпусом и ткнула своим длинным указательным пальцем в своего спутника. — Ты дурак. Предупреждаю, Джеймс, я ведь могу и разозлиться. — Вперед, — он призывно раскинул руки и поднялся на ноги. — Даже если я дурак, что маловероятно, я хотя бы предпочитаю бороться со своими страхами. В отличие от некоторых. — Какими еще такими страхами? — недовольно воскликнула Лиза. — Я ничего не боюсь. Она боялась всего. Но не признаваться же ему в этом в лицо. — Да, и именно поэтому ты близко к людям не подходишь. Не потому что боишься их, а потому что слишком сильно уважаешь их личное пространство. И спишь с пистолетом в руках, не потому что боишься, а потому что это твоя любимая игрушка, без которой ты не уснешь. Угадал? Пришло время отбросить свои страхи. И, если Лизе для этого нужен пинок под зад, Джеймс с удовольствием ей его обеспечит. Лиза прищурила глаза и сжала в кулаки свои ладони. Не стоило Джеймсу говорить ей этих слов. Она быстро заводилась. В этот раз он успел увернуться, прежде чем кулак Лизы «нежно» поцеловал его лицо. Тогда девушка атаковала его ноги, но мужчина успел блокировать удар. Сам он идти в атаку не собирался. Лиза, пока Джеймс не опомнился, со всей силы толкнула его в грудь. Он споткнулся, но на ногах удержался. Довольно усмехнувшись, мужчина удержал руку Лизы, которой она хотела ударить его, и притянул к себе. Лиза тоже не пальцем деланная, она лбом заехала по носу мужчины. Джеймс тут же отпустил ее руку, и Лиза, воспользовавшись этим, влепила ему звонкую пощечину. Альпина, все это время наблюдавшая за балаганом своих хозяев, протяжно мяукнула, как бы говоря, что она против всего, что они сейчас делают. — С ума сошла?! — прохрипел Джеймс, держась за разбитый нос. Сколько можно? Сколько еще его бедному носу придется терпеть избиения от этой невыносимой дикарки? — Ты следишь за мной! — Мы, блять, чуть ли не живем вместе! Сумасшедшая! — прохрипел он, держась за больной нос. — Нельзя кидаться с кулаками на того, кто говорит правду. — Я не виновата, что ты такой придурок и что у тебя нет связи между мозгом и языком, — смущенно произнесла она. Лиза протянула к его лицу руки, и он, подумав, что она решила добавить еще что-то, отшатнулся от нее. Шлепнув ее по руке, Джеймс отошел от девушки на два шага. — Как хочешь, — пожала плечами Лиза, засовывая руки в карманы куртки. — Хотела нос тебе вправить. Справляйся тогда сам. — Тебя не понять, — Джеймс сам вправил свой несчастный нос. Хруст вышел очень громким. — Ты сначала бьешь, а потом вправляешь. Это не дело. Может быть, он был прав. Но Лиза не трусиха, и никто не смеет указывать ей на ее ошибки. Она побьет любого, кто посмеет с ней так общаться. Может, Джеймс знал какой-нибудь другой выход опровергнуть не понравившиеся слова, но Лиза знала только метод кулаков. Так ее научили. Точнее, только так она добилась своего имени. Жестокая. Кровожадная. Лиза пускала на расход всех, кто был ей не угоден и до кого она могла добраться. Охранники, няньки, учителя. Ее окровавленные руки не доходили только до самых главных. Они же не были против ее кровожадности. Наоборот, они поощряли ее, отдавая девчонке всех несчастных. Именно ее неуемная жестокость заставила Лика пустить ее на волю, на ее первое задание. Лизе было всего шестнадцать или семнадцать. Точного возраста она не знала. — Ладно, поехали уже, — Джеймс пощупал ноющий нос. Не более, чем за час это пройдет. — Хватит отдыхать. Он направился к водительскому месту. Лиза захлопнула дверь переднего пассажирского, на котором сидела Альпина, и шагнула к заднему ряду. Однако дверь открывать не спешила. Она не была трусихой. Лиза много чего боялась, да, и, может быть, именно из-за целого багажа страхов кто-то назовет ее трусихой, но точно не из-за боязни сесть на жалкое переднее место. Горло сдавило от осознания, что именно она собирается сделать. Левой рукой девушка успокаивающе провела по передней части шеи, по верхней поверхности ключиц. Лиза не собиралась отступать. Она это сделает. Резко выдохнув оставшуюся часть воздуха из легких, Лиза открыла дверь, подняла лежавшую Альпину и, не глядя на удивленного Джеймса, молча уселась на переднее место, по правую руку от своего спутника. Стараясь скрыть довольную улыбку, Джеймс завел машину и аккуратно вырулил на трассу. Он добился, чего хотел. Не так, как планировал, но разве сейчас, когда Лиза наконец сидит рядом с ним, а не прячется на задних сиденьях за его спиной, это важно? Сидеть впереди было не так уж и плохо. Единственное, что волновало Лизу, когда она сидела впереди, это как бы ударить Джеймса побольнее. Видя его довольную, еле скрываемую улыбку, Лиза поняла, что, оказывается, попала в его ловушку. Она сделала то, что он хотел, иона, как дура, повелась на его игру. Может быть, в том, что он сыграл с ней шутку, была польза и для самой девушки, но злость от того, что она оказалась так наивна, не утихала. Джеймс чувствовал, как Лиза сжигала его взглядом, и слегка нервничал. Лишь самую малость. От этой девчонки можно было ожидать чего угодно. Успокаивала Джеймса лишь Альпина на руках у Лизы. Пока она там, девушка вряд ли что-то ему сделает. — Давай я сяду за руль, — произнесла она неожиданно мягким голосом. Джеймс настороженно на нее посмотрел. Она точно что-то задумала, и это что-то ему определенно не понравится. — Зачем? Мне и так удобно, — ответил Джеймс, покрепче сжимая руль левой рукой. — Ты и так весь путь за рулем. Сколько можно? Тебе наверняка уже надоело. — Да нет, — мужчина всего на миллиметр отсел от девушки, поближе к окну. — С чего ты взяла? — Давай со следующей остановки поведу я, — предложила девушка, поглаживая по спинке Альпину, по ее белоснежной шерсти. — Не долго. До следующей остановки. От остановки до остановки. Как тебе? Он с прищуром оглядел ее с головы до ног. Не нравилось ему это. В этом явно чувствовался подвох, и он медлил с ответом. — Ну? — настойчиво произнесла Лиза. — Ладно, — пришлось согласиться ему. Она откинулась на спинку сиденья и всерьез задумалась. Идея отстричь ему волосы до корней, пока он спит, была отброшена в самом начале. Подкидывать Джеймсу побольше соли в его еду Лиза не хотела. Как-то не серьезно это было. А других идей у нее не было. Тупик. Мысленно послав Джеймса на все три буквы, Лиза отвернулась к окну с лежащей на коленях кошкой. Мозг девушки усиленно работал, придумывая разные проказы для сидящего рядом мужчины. До окончательного решения она так и не пришла. От досады закусив губу, Лиза вдруг поняла, что совершенно не волнуется. По идее, она должна была места себе не находить, сидя здесь. Чтобы сидеть так спокойно и даже не задумываться о том, как ей не комфортно или не приятно, Лизе должны были понадобится все ее силы. На деле же, ей не понадобилась и малая часть ее самообладания. Лиза сидела по правую руку Джеймса так же спокойно, как сидела и позади него. Уйдя в раздумья о сладкой мести, девушка позабыла о всяком беспокойстве. — Как тебе здесь? — спросил Джеймс, разрезая тишину в салоне, которая прерывалась лишь рычанием мотора и негромким сопением Альпины. — Расскажи о своих впечатлениях. — Как я заметила, ты большой любитель пошутить, — Лиза повернулась корпусом к мужчине. Альпина проснулась от этого и недовольно мяукнула. — Ой, прости, родная. Извинившись, Лиза осторожно перенесла кошку на задние сиденья, где та с огромным удовольствием устроилась между рюкзаками своих хозяев. Альпине нравилось точить свои растущие коготочки о висящие лямки черных рюкзаков. И она усердно принялась за свою работу. Джеймс хмыкнул, глядя на животное через зеркало заднего вида. Этой кошке определенно было комфортно сидеть в машине. — Без шуток и жизнь скучна. — Если шутки хорошие, согласна. Но если нет, шутки становятся еще одним орудием пыток. — Ты намекаешь, что мои шутки плохие? — удивленно спросил Джеймс, глядя на девушку. — Не намекаю. Я тебе прямо говорю: юморист из тебя херовый. — Спасибо, Лиза, — мужчина склонил голову. — Ты, как всегда, добра. Лиза довольно улыбнулась. Она просидела на этом месте всего-ничего, а ей уже нравилась атмосфера этой части машины. Шутить, непринужденно болтать, чего не получалось на задних рядах, было до волнения в животе приятно. Джеймс тоже был рад. Сидеть здесь одному было до невозможности скучно. Теперь хотя бы есть, с кем поговорить. У Лизы развязался язык, не понятно, надолго ли, но он намеревался насладиться этим моментом сполна. Если Лиза вдруг захочет вернуться назад, он ни за что ей этого не позволит. Препираться с ней было весело, как и видеть ее возмущение и злость. С собеседником рядом двести километров пролетали, как все двадцать. — Ты так и не ответила на мой вопрос, — сказал он спустя некоторое время. Лиза успела подремать, как и Альпина. — Какой вопрос? — не поняла она. — Чему и где ты обучалась? Ты же не думала, что увильнула от этого вопроса, сведя всё к рассказу, который я и так знал? — Неправда. Мою версию ты слышал впервые. — Чему и где ты обучалась? — настойчиво повторил Джеймс. В этот раз он добьется от нее ответа. Лиза тяжело вздохнула. Она не хотела бы это говорить, но данное ею слово жгло язык. — В «Круге огня» меня научили выслеживать и убивать. Я киллер. — Коллега, — усмехнулся он, и Лиза улыбнулась ему в ответ. — Я тебе, кстати, уже это говорил. Помнишь? Она покачала головой. — Но я догадывалась, что ты из того же теста, что и я. — Как? — Как? Ты серьезно? — посмеялась Лиза. — По тебе же видно. Ты весь такой высокий, такие мускулы у тебя, тело у тебя мощное, лицо серьезное, каменное, ни одной эмоции. И рука металлическая. Как я уже говорила, такую обычным людям не дают, — закончив свой монолог, она победно закинула себе в рот печеньку. Шоколадную, так полюбившуюся ей. Джеймс довольно покачал головой. — Впечатляет. И зачем ты согласилась на такую работу? Где ты ее вообще нашла? В газету объявление дали? — Очень смешно. Меня никто и не спрашивал, — вскинула она вверх руки возмущенно. — Сколько себя помню, я в «Круге огня», делаю то, что мне велят. Начало этого пути стерлось у меня в памяти, но подозреваю, что никто моего согласия официально не спрашивал. — Понимаю. — У тебя также? — повернулась к нему корпусом Лиза, и в ее глазах загорелся такой же интерес, как и тогда в мотеле, когда он упомянул, что пришел из другого мира. Джеймс кивнул. Теперь ему в голову пришла другая мысль. В тот день Лиза была так взволнована своей находкой — им, пришельцем из другой вселенной, но едва он сказал ей после того, как они встретились вновь, ее почему-то это не впечатлило. Она не помнит ничего из того, что они прошли после «Рая». Однако не могла же она кардинально так поменять личность. И, не желая гадать, он прямо задал этот вопрос ей. — Я была взволнована? — переспросила Лиза. — Да. Просила рассказать, как я перешел из своего мира в этот. Лиза задумалась. На ее лбу пролегла дорожка, взгляд замер на одной точке. Пытается вспомнить утраченное? — Интересно, я хотела уйти, — задумчиво протянула девушка. — А это идея! Джеймс покачал головой. — Не самая хорошая. У меня в мире… — Да кому нужен именно твой мир? — перебила она его. — В мультивселенной миллиарды других, нужно только выбрать. Если не понравится один, всегда будет второй. — Ты так говоришь, будто это также просто, как купить эти печенья в магазине. — С нужными умениями, да. Без них эта затея потонет, словно бумажный кораблик. — У нас такого нет. У меня точно. У тебя? Лиза удрученно покачала головой и вновь откинулась на спинку кресла, грустно откусив печенье еще раз. — Будешь? — спросила Лиза, вытаскивая из пакета пачку шоколадного печенья. — Давай. Поедая лакомство, они оба раздумывали о словах Лизы. И о том, что ее идея никогда не будет доступна им. Судьба подкинула им надежду и тут же отобрала ее.