Абсолютная власть

Ганс передал Кэйлу чек на десять миллионов галлонов. Дерут сегодня был особенно щедр. Даже странно. Они встретились с ним впервые после избиения. Но тот ничего не сказал. Даже не поинтересовался, что могло произойти, что его сына принесли домой посторонние люди с улицы в состоянии фарша. Разве что он спросил через Ганса куда делся Рон. Кейл равнодушно пожал плечами и промолчал. В прошлой жизни он на этот вопрос впервые поднял на Ганса руку. Да, он не ударил его, каким бы он отбросом не был бить слуг было неприемлемо, но все же кинул бутылку в его сторону. Та разбилась о стену рядом и осколки могли задеть Ганса, но даже тогда отец не сказал Кэйлу и слова. Кэйл был зол. Сейчас он шел по улице, в темп шагу позвякивая монетами в нагрудном кармане. Они приятно отягощали одежду, отчего на сердце у Хенитьюза становилось чуть спокойнее. Деньги его не предадут. Погода сегодня была солнечная, довольно редкая для северо-востока, где находилась территория Хенитьюз. Но Кэйл не обращал на нее ни малейшего внимания. Взгляд его был прикован к дороге перед собой. А голову занимали мысли о предстоящих делах. Как бы ему сейчас ни хотелось оказаться в постели с каким-нибудь романом в руках, Боги очевидно были не на его стороне. Надпись вывески чайной, рядом с которой он замедлил шаг, гласила: «Чай с поэзией». Билосс Флинн. С этим человеком Кэйл был знаком с давних пор. Он был весьма талантливым торговцем, ко всему прочему ублюдком рода Флинн, не признанным семьей и вынужденным носить отличную от отца фамилию. Хенитьюз про себя усмехнулся, решив, что старый знакомый наверняка будет ошеломлен, увидев его на пороге своей скромной обители. У Кэйла и всех его «хороших знакомых» было установлено негласное правило: «никогда не подавать виду, что они знакомы». Когда юноша вошел в чайную, посетители на секунду примолкли. Кто-то стал откровенно пялиться, кто-то наоборот отвел взгляд, чтобы ненароком не привлечь внимание знаменитого отброса Хенитьюз. Кэйл взгляды проигнорировал и сразу направился к стойке, за которой человек, наружностью своей напоминающей большую копилку в форме свиньи, обслуживал одного из клиентов. Их взгляды пересеклись, и Билосс слегка вздрогнул от неожиданности. — М-молодой мастер Хенитьюз? Кэйл злобно цокнул и отвел взгляд, доставая из кармана золотую монету. Та полетела в руки застывшего торговца, а сам Кэйл, направившись наверх, бросил через плечо: — Я зарезервирую третий этаж на сегодня. Проследи, чтобы никто не поднимался, и подай чашку чая и лучший роман, который у тебя есть. Билосс Флинн заозирался: — Ммм. да, Молодой мастер! Конечно! Через пятнадцать минут два человека уже сидели напротив друг друга. Перед ними стояли две чашки дымящегося фруктового чая. Хенитьюз вопросительно поднял бровь. Билосс кивнул на немой вопрос: — Мне внезапно поплохело после встречи с вами в холле внизу. Я вышел подышать свежим воздухом на задний двор. В обслуживание клиентов меня заменил мой помощник. Уголки губ Кэйла слегка дрогнули, что скрылось за чашкой: — У тебя отличный чай, Билосс. Что насчет книги? Торговец протянул Молодому мастеру толстый роман с неброской надписью на обложке: «Овод». Кэйл замер всего лишь на секунду, чтобы усмехнуться: — Я настолько предсказуем? Билосс покачал головой и тоже отпил из своей чашки: — Нет, что вы. Просто слухи быстро распространяются. Лично для меня стало неожиданностью, что вы так подставились, хотя это и так… так… — В моем стиле? — кажется Билосс и Кэйл не совсем правильно друг друга поняли. Хенитьюз несколько успокоился. Что ж, значит для Флинна его предстоящая авантюра все же станет сюрпризом. — Хах, — торговец почесал щеку, — Именно, Молодой мастер. Это так в вашем стиле. Я, должно быть, знаю слишком много? Кэйл пожал плечами: — Пока ты полезен, это не имеет значения, — Кэйл открыл книгу и сразу перелистнул в середину. Между листами бумаги было зажато письмо. Хенитьюз аккуратно переложил его в нагрудный карман, — В ближайшее время я направлюсь в столицу. Мне нужно будет, чтобы к завтрашнему дню ты достал кое-что для меня. И еще кое-что к тому моменту, как я вернусь. В обмен на письмо из книги Кэйл достал другую записку из кармана, сложенный в несколько раз листок бумаги, и передал его торговцу. Тот, в отличии от юноши, сразу же развернул ее и пробежался по тексту глазами. Зрачки его задрожали, приближаясь к концу записи. Билосс осторожно поднял взгляд и встретился им с холодными карими глазами напротив. По спине его пробежал легкий озноб. — М-молодой мастер Кэйл, могу я поинтересоваться? — Нет? — Хенитьюз усмехнулся. — Ммм… я все понимаю, даже то, что к завтрашнему дню вам нужно достать артефакты, которые сложно достать и за месяц. Это я все понимаю, и сделаю все по мере возможностей. Но… зачем вам последнее? На губах юноши расцвела холодная улыбка. Он нагнулся вперед, и голос его перешел на шепот, становлясь слишком легким, почти ласковым: — Но Вы же справитесь с этой моей маленькой просьбой? Билос вздохнул, сам чуть отодвигаясь от стола. Иногда он жалел, что связался с этим чудищем. Голос его прозвучал преувеличенно спокойно: — К вашему возвращению все будет готово. — Все же, ты наверняка хочешь знать зачем… — Не хочу! — Билосс сказал это слишком громко, о чем пожалел. Но его собеседник не выглядел расстроенным. Наоборот, на его холодном лице читалось мрачное удовлетворение. Тот выпрямился и закинул ногу на ногу. — Тогда есть еще кое-что, — Хенитьюз усмехнулся своим мыслям, — Меня не будет около двух недель. За это время собери мне людей, готовых за деньги на некоторое время сесть в тюрьму. Скорее всего, до этого не дойдет, но нужно перестраховаться. Конечно же, всю ответственность я беру на себя. Торговец закачал головой, словно болванчик. Лицо его уже не выглядело сколько-нибудь ошарашенным. «Черт! Я работаю с ним уже два года. Стоило задуматься над адекватностью этого парня еще в тот момент, когда он впервые попросил меня достать пятьдесят литров куриной крови и дрель. Пятьдесят литров! Боже мой! Теперь я понимаю, что они были мелочью! Его запросы растут в геометрической прогрессии.» — проносилось в голове Билосса, но тот лишь заискивающе улыбнулся и протянул Молодому господину руку. На его рукопожатие с охотой ответили. Узкая ладонь в черной тканевой перчатке чуть сжала его руку, заставив ненадолго заглянуть в глубину красных глаз, и наконец отпустила. — Ты исключительно полезный человек, Билосс Флинн. Желаю тебе оставаться таким и дальше. Кэйл с грациозностью истинного аристократа поднялся с места и бесшумно выскользнул из помещения, так же бесшумно спустился по лестнице и неторопливо вышел на оживившуюся ближе к вечеру улицу. Билосс Флинн проводил его взглядом из окна, пронаблюдав, как юноша скрылся за поворотом, и глубоко выдохнул. Затем в помещении из ниоткуда появилась сухонькая женщина в костюме домработницы: — Вы звали, господин? Билосс едва взглянул на нее: — Как можно быстрее свяжись с дядей. Нужно кое-что сделать.

***

Лето в королевстве Роан было довольно затяжное. И все же ближе к его завершению с севера начинали дуть холодные ветра. Широкие рукава рубашки Хенитьюза трепетали. Парень сожалел, что повелся на ласковое послеобеденное солнышко, потому что к вечеру от него остался лишь обманчиво теплый диск у самого горизонта. Кэйл, убедившись, что за ним никто не наблюдает, завернул в узкий переулок. В руках его была бутылка дорогого вина, купленного в баре по дороге, которую он почти осушил, так что можно было подумать, что подвыпивший юноша из-за явных проблем с координацией не туда свернул. Хенитьюз же, скользя пальцами по холодной кирпичной стене, обогнул сваленные в кучу мешки с мусором и ловко перепрыгнул через ящики. За одним из них, в узкой нише под стеной лежала темная куртка с капюшоном и кинжал, завернутый в холщовую ткань. Куртку Кэйл накинул поверх рубашки, кинжал пристегнул к поясу. Капюшон скрыл его лицо и ярко-красные волосы. Свернув еще несколько раз и попетляв в переулках городка, Хенитьюз неожиданно оказался на одной из оживленных улиц. Юноша быстро растворился в толпе и наконец в самом начале улицы, где почти не было народу, остановился у небольшого, симпатичного с виду домика и постучался в милую светло-розовую дверь. Не дожидаясь ответа, Кэйл вошел внутрь. За дверью находилось небольшое помещение лавки, заставленной всевозможными причудливыми товарами. Особенно выделялась дальняя витрина, на которой были размещены небольшие скульптурки. Один симпатичный таракан напомнил Кэйлу Бога смерти. Неожиданностью стало то, что в лавке помимо Кэйла было еще несколько человек. «Кто-то действительно покупает ЭТО? Хох!» Но они уже обслуживались женщиной, владелицей лавки. Кэйл в это время равнодушно оглядывал стеллаж за стеллажом. — Господин, приглянулось что-нибудь? Кэйл обернулся, внутренне вздрогнув, но никак не показав этого внешне. Эти чертовы убийцы… Что Рон, что эта мадам… — Кое-что, — Кэйл вежливо улыбнулся и наугад ткнул в первую попавшуюся скульптуру, которая изображала… он сам не мог понять, что она изображала, — Впрочем, у вас наверняка есть что-то особенное для меня? Представшая перед ним темноволосая женщина средних лет в запачканном глиной фартуке и закатанными рукавами травянисто-зеленой рубашки кивнула улыбаясь. Она склонила голову и показала рукой в сторону неприметной двери за стеллажами, пропуская Молодого мастера вперед. Юноша сложил руки на груди, заходя внутрь. Узкий коридор за дверью вел в куда более широкое помещение, которое как казалось снаружи не должно было помещаться в крохотном домике. Здесь было грязно и шумно. — Молодой мастер Кэйл! — Кэйл-ня!