Ты знаешь где найти меня

— Я притворяюсь, что не ощущаю боли и иду по миру, будто мне весело. 10 лет назад Телефон завибрировал в кармане, что кстати вывело Осаму из раздумий, он более менее пришел в себя. Выйдя из кабинки и подходя к зеркалу, он увидел следующую картину. Глаза красные, лицо опухло, на щеках виднелись мокрые следы, волосы растрепались, торчали по сторонам, а рубашка вся была смята, из-за того что он хватался за нее в порыве истерики. Пропущенный от отца. Дазай перезванивает и честно, сейчас на него накатил страх. Как черт возьми ему сейчас объяснять что произошло? -…Да? — Дазай сглотнул, тревога подбиралась ближе. — Я подъехал, ты где? — Вы… Выхожу. — Голос дрогнул, но пора действовать. Выйдя из туалета, быстрым шагом, Осаму направился к запасному выходу возле лестницы, на удивление дверь была открыта, проскользнув через него, он попал на небольшое крыльцо. Двинувшись к главному входу, руки начали дрожать. *Осаму возьми себя в руки* Он старался себе внушить что все нормально, надо успокоиться и все объяснить отцу. Ноги подкосились, а в глазах темнело, начали мелькать непонятные огни, тревога накрыла с головой. Дазай начал терять связь с реальностью, дышать было сложно, страх проносился по всему телу и плотно засел в голове. Мори увидел его и не понимал что происходит, но тут… Дазай упал в припадке. Он хватался за волосы пытаясь их вырвать, кричал, слезы лились рекой, казалось что его подменили. Огай никогда его не видел таким. Пугающее зрелище знаете ли, на твоих глазах у человека паническая атака, а твое тело сковало. На самом деле Мори не особо интересовался своим сыном, он был достаточно холоден и отвечал всегда сухо Привет, как в школе? Ужинал? И в принципе все, вопросы были односложные, заинтересованности в них не проглядовалось. Он уставал на работе, приходил домой, перекидывался парой слов и ложился спать. Так проходил каждый день, кроме этого. Его устраивала такая рутина, хоть и в душе он понимал что детям надо уделять больше внимания и интересоваться насчет их состояния, дел в школе, интересов. Но Мори был просто воспитан так? В нем не блестала отцовская любовь и нежность, это было присуще его жене, которая до безумия любила своих детей и каждую секунду была готова уделить им внимания. Огай ровная противоположность. Мори подбежал в сыну и схватив за плечи, начал трясти, чтобы привести того в сознание. — Осаму, ты меня слышишь?! Что произошло?! *** Одиночество. Это знакомо большинству людей, каждый справляется с этим по разному. Кто-то ищет себе человека чтобы заглушить пустоту, а такие как Осаму утопают в нем. До 12 лет он не чувствовал себя одиноко, рядом была любящая мать, которая души в нем не чаяла, всегда водила его на прогулки в парк, они любили смотреть на птиц, Дазай всегда брал с собой листок и карандаш, чтобы запечатлеть пейзаж. Талант к рисованию у него был с раннего детства, мама всегда хотела чтобы в будущем он стал великим художником. Она была его поддержкой и всегда наставляла на нужный путь в его начинаниях. Шатен был похож на мать и Мори всегда это говорил, с возрастом эти сходства усиливались. Главная схожеть была — тяга к смерти. Когда Осаму было 10, мать начала пить. Было тяжело на это смотреть, каждый раз когда он видел ее нетрезвой, она говорила о нежелании жить. — Мам, я дома. — Разувшись, Дазай окликнул мать, ожидая что та его встретит как обычно. Молчание. — Мам? — Тишина напрягала, он пошел на кухню, в это время она накрывала на стол, чтобы все сели обедать. Но войда на кухню, он увидел что на столе валялись пустые бутылки сётю, его мама сидела со стаканом в руке. — Привет милый, как дела? — Язык заплетался, лицо покраснело, а каштановые волосы были взъерошенны. — Хорошо, а что ты делаешь? — Запах алкоголя был по всей кухне, Дазай сморщил нос и подошел к раковине чтобы помыть руки. — Мама устала и решила немного отдохнуть, садись рядом. — Ее взгляд действительно был уставшим, но скорее уставшим от жизни, стеклянным, грустным. Веки слегка опущены, рука еле держала стакан. Дазай сел рядом, отодвигая рукой бутылки, стол был мокрый. — Все хорошо? — Взгляд переместился на исхудавшее лицо — Не совсем, милый, но ты вряд ли поймешь. — Ее клонило в сон, голос был тихим и отражался по всей кухне — Я пойму! Я уже взрослый! — Дазай надул губы, он не любил когда его считали маленьким ребенком, хотя так и есть -Знаешь, когда люди вырастают — Икота мешала, связные предложения едва получались — начинается удручающая рутина — продолжила она, переводя взгляд на сидящего сына — это начинает тебя вгонять в тоску, ты пытаешься всеми силами убежать от нее, но она настигает каждый раз, мне тяжело стало справляться со всеми этим — натирая виски, она пыталась нормально выразить то что хотела сказать — и когда совсем плохо, хочется все закончить, уйти чтобы тебя не трогали. Дазаю стало страшно, мать будто смотрела сквозь него и атмосфера в комнате мрачнела. Она произнесла слова, которые не должна была говорить 10 летнему ребенку — Я хочу умереть, Осаму. — Все также смотря сквозь него, проговорила полушепотом — Но я не могу вас оставить, я вас люблю и не прощу себе если так поступлю. Он молчал. Не понимая что она имеет ввиду. — Мам, почему ты так говоришь? — Глаза были на мокром месте, вот-вот и он заплачет, от не понимания почему мама хочет их покинуть — Мамочка, не бросай нас пожалуйста — Слезы по текли по щекам и он бросился ее обнимать, было страшно что если он ее отпустит, она исчезнет — Мама, я тебя люблю, только не уходи никуда… — Тихо всхлипнув, он уткнулся ей в грудь. Он чувствовал ее родное тепло, ее руки обвили его лицо. Она начала вытирать слезы рукавом кимоно. — Не плачь милый, пока мама рядом После того как ее не стало, появилось ощущение что дом опустел. Не привычно было заходить на кухню и видеть что ее там нет, она не стоит возле плиты, не возиться возле стола, ставя тарелки и раскладывая палочки. Она больше не заходила к нему в комнату, не садилась рядом, рассматривая рисунки, которые Дазай старательно рисовал, чтобы ее порадовать. Она больше не рядом. Не обнимает его, когда ему страшно засыпать в темноте, не приносит ему лекарства, когда тот болеет, не ходит с ним по набережной, показывая безграничность моря. Всего этого больше никогда не будет. Одиночество стало сжирать его когда мать умерла, он приходил домой, заходил в комнату, даже не включив свет, садился на кровать и просто сидел пялился в пустоту. Осаму не любил плакать, но каждый раз когда он вспоминал ее лицо, улыбку и с какой любовью она смотрела на него, он рыдал. Его терзала несправедливость, почему она оставила его одного? Фактически у него ещё был отец и брат, но с братом они не были так близки, Осаму заходил иногда к нему чтобы поговорить, но это происходило максимум раза 3 в неделю. А так они перекидывались парой фраз, сталкиваясь дома. Рюноске был ближе к Мори, он и характером на него походил, такой же холодный, отстраненный и всегда занятой. Морально ему никто не помогал и не поддерживал. У него было много способов саморазрушения, но самым эффективным было самоповреждение. Во время очередной истерики в комнате, он начал царапать руки и ноги, это помогало немного заглушить душевную боль внутри, она была слабее по сравнению с физической и для него это стало облегчением. Но после, просто царапание рук ногтями, перестало помогать, он кусал щеки и губы, и в один момент ему в руки попало маленькое лезвие. Первый порез — все покатилось по наклонной. Жгучая боль стала лучшим решением заглушения всех проблем. Но каждый раз, нанося новые раны, его стало гложить чувство вины. * Мама была бы расстроена, узнав что я делаю* Ужасно больно. Он не показывал что ему плохо, наоборот. Дазай выглядел как самый обычный, веселый подросток и отец даже не замечал что, что-то не так. В школе он много шутил, гулял с ребятами, рассказывал смешные истории. У него был всего один настоящий друг, который старался быть рядом и говорил что он может ему высказаться, но рассказывать что-то было страшно. Вдруг он не поймет и посчитает его больным? Тогда Дазай лишится и его. Николай — ученик, который прилетел из Украины, учиться в Йокогамскую школу. Его родители сначала хотели отправить его учиться в Токио, но Токио огромный город, а знакомых там нет, кто бы мог приглядывать за Колей. Зато были родственники в Йокогаме, которые обрадовались новости, что Николай приедет сюда учится. Он часто рассказывал Дазаю про свою страну и любил рассказывать анекдоты на украинском. Коля даже пытался научить Осаму говорить на своем языке, правда они почти сразу отбросили эту идею, потому что Дазай не мог даже простое предложение выговорить. На самом деле Николай, бывал тут с родителями и язык немного знал, хоть и говорил с явным акцентом. Дазаю нравился этот акцент, он говорил что так Коля кажется грознее. Чаще всего они слонялись по торговым центрам, заходили частенько к Коле в гости. В один из дней, Блондин как обычно сидел за партой и глядел в окно, наблюдая за падающей листвой с деревьев, ожидая друга который не появлялся несколько дней. Но когда тот пришел, было видно, что-то произошло. На нем лица не было. Дазай зашел в класс, поставил рюкзак, сел за парту и… Стал пялится в пустоту. Это вообще на него не похоже, обычно он сразу подходил к Коле и рассказывал ему о всякой ерунде или показывал что нарисовал вчера. А тут он сел и молчит. Блондин подошел к нему, положил руку на плечо и попытался заглянуть в лицо. //- Я хочу умереть, Осаму -// Николай не понимает, что произошло. — Дазай? Прием, как слышно? — Он слегка тряснул его плечо, чтобы тот вышел из раздумий. Но он сидел неподвижно. Как статуя. — Все хорошо? Что с тобой? — Колю пугало его поведение, Дазай был весь бледный, не говорил ни слова. Осаму встал и вышел в коридор, он понимал, если сейчас расскажет ему что стряслось, то контролировать поток слез он не сможет. // -Мама, я тебя люблю, только не уходи никуда… -// Эти слова эхом проносились в голове, ноги стали ватными, живот неприятно скрутило, вокруг все резко потемнело, голова сильно закружилась. Что происходит? Тело обмякало и переставало его слушаться *Что-то мне совсем плохо* Только эта мысль пронеслась в голове… Грохот. Дазай рухнул без сознания на пол. Он не ожидал что на самом деле все так плохо и его самочувствие ухудшается. Коля выскочил в коридор, услышав шум. Он не думал что когда-нибудь увидит такую картину: его друг лежит на полу, лицом в паркет. Приехали. Сначала странное поведение, а теперь это, все ужасно судя по всему. Блондин подбежал к нему, попутно крича чтобы кто-то вызвал скорую. Из классов стали выглядывать ученики, чтобы узнать кто кричит и что случилось. — Осаму! — Он попытался поднять его и привести в чувства, но получалось у него откровенно не очень, потому что не было базовых навыков оказания первой помощи. К ним подошли учителя с расспросами — Я не знаю что с ним, он пришел весь бледный, ничего не говорил — Все так же трясся друга, бормотал Коля. — потом он молча встал и вышел в коридор, я услышал грохот, выхожу и вижу что он валяется на полу без сознания. Один из учителей сразу вызвал скорую, которая должна была приехать минут через 9. В это время вокруг них уже столпился народ, всем было интересно узнать, откуда шумиха. Скорая приехала быстро, они сразу же подняли его, вынесли из школы и занесли в машину. Давление было низкое, лицо поцарапано из-за удара об пол, но в остальном все было в порядке. — Вазовагальный обморок, скорее всего стресс — Пробубнил один из медиков, другому который что-то записывал. — Нужно позвонить родителям, почему учителя параллельно не позвонили им? -Фыркнул первый, осматривая Дазая. — Как его зовут? — Дазай Осаму — другой медик поднял взгляд — Что-то знакомое — Это случайно не сын Огая? — Щипля переносицу, парень переводит взгляд на лицо — Кажется, да. Как и все рабочие дни, этот был нудный и тянулся долго. Мори уже почти закончил возиться с бумагами и собирался пойти на перерыв, постоянная волокита сильно изматывала, сейчас хочется хотя бы кофе выпить по человечески. Звонок. — Мори Огай, слушаю вас. — потирая висок, произносит он сухо. -Мори-сан, я из неотложной помощи, ваш сын, Дазай Осаму, потерял сознание в школе, сейчас его забрала скорая и везет в вашу больницу. -Что? Как это произошло? — Чувствовалась хладнокровность, но на самом деле Мори заволновался — Сегодня он пришел в школу в плохом самочувствии, и где-то в районе 9 утра потерял сознание, вазовагальный обморок, АД сильно ниже нормы. Он будет в норме, но ему лучше остаться в больнице на день. — Хорошо, свяжитесь со мной как только будете на месте. — Понял вас. Дазая привезли и сразу закатили в свободную палату. Мори сразу пришел, как узнал что Осаму уже тут. В подсознании он понимал из-за чего это произошло, но не хотел поднимать эту тему. Она была слишком болезненной для них всех. В день ее смерти, он сам был далеко не в себе от случившегося, что уж тут говорить про детей. Это ужасная утрата, безумно тяжелая. Огай не находил себе места, когда узнал что произошло. В тот день он не смог нормально поговорить с детьми, ему самому нужна была поддержка, которую никто не мог дать. Поэтому все сложилось так, как сложилось.