Сжигая мосты прошлого

      Новенькая, начищенная до блеску иномарка, приветливо мигала фарами, приглашая сесть в неё и мчаться по ночному городу под громкую жизнеутверждающую музыку. Я с восторгом наблюдала, как Арсений достал из кармана внушительную пачку денег и протянул её продавцу. Молодой парень принялся одну за одной проверять новенькие пятитысячные купюры. — Сень, — я потрогала его за рукав, — я не верю. — Малышка, это не сон, это теперь наша с тобой машинка. — Парень обнимал меня, пока кассир заканчивал проверять и пересчитывать деньги. — Считай, первая совместная серьёзная покупка. — Угу, — словно в тумане ответила я, крепче прижимаясь к нему. — Может, в ресторан поедем? Это отметить надо. — Конечно, малыш, но сперва нам нужно ещё в одно место. — Арсений ещё крепче обнял меня, опустив руку ниже талии. — Точнее, мне нужно, а ты просто посидишь в машине. — Сень, что за тайны? — нахмурилась я, слегка удивлённо глядя на парня. — Сюрприз, — загадочно произнёс он, — но сегодня мне понадобится твоя помощь. — Что я должна буду делать? — Лер, всему своё время. — Арсений поцеловал меня в щёку. — Просто верь мне, и тогда всё будет хорошо.       Я кивала в такт его словам, слепо глядя в его серо-зелёные глаза. Да разве можно не верить человеку, с которым ты счастлива почти 2 года, который заботится о тебе, как о маленькой, беззащитной девочке и с которым ты действительно чувствуешь себя как в сказке? Конечно же, каждое его слово ты жадно ловишь и воспринимаешь как самую большую правду на свете. — Садись, малышка! — парень ловко открыл дверцу машины.       Я с опаской смотрела на роскошный салон автомобиля. Права Арсений получил всего два месяца назад, а я привыкла ездить с отчимом или его водителем Тимуром — у обоих был почти пятнадцатилетний стаж вождения без единого штрафа. — Смелее, — парень подтолкнул меня к авто, и я покорно села. — Ты не сказал, куда мы едем, — напомнила я, пристёгивая ремень безопасности. — Увидишь. — Сеня медленно покинул стоянку и через дворы выехал на проспект. — Нам нужно заскочить к одному человечку, чтобы забрать у него кое-что. — И что именно забрать ты, конечно же, мне не скажешь? — слегка обиженно спросила я. — Пока нет. Но ты обязательно всё узнаешь, обещаю. — Арсений произнёс эту фразу довольно жёстко, и я решила пока не трогать эту тему.       Уставившись в окно, я задумалась. Впервые в жизни я еду в машине с любимым человеком. Что за странное недоверие к нему поселилось в сердце? Арсений меня любит и не сделает мне ничего плохого. Мне всего шестнадцать — рановато для паранойи и всеобщего недоверия к этому миру. Видимо, криминальные сериалы сделали своё дело: я практически не верю людям, даже столь близким. — Вот мы и приехали. — Парень остановил машину у ворот парка. — Сейчас мне нужно сделать один звонок, — он вытащил из кармана джинсовки телефон. — Мика, я на месте. В сером «Ауди», да. — Мика? — переспросила я. — Кто это? — человека с таким именем или кличкой в обществе Сени я никогда не знала. — Да так, чел один. О, привет. — Арсений пожал руку севшему на заднее сиденье бритоголовому парню лет двадцати. — Привёз? — с порога спросил тот. — Конечно. — Сеня достал из бардачка пакет, который переложил туда из внутреннего кармана джинсовки сразу, как только мы сели в машину. — Здесь остаток. Теперь-то я могу получить сам-знаешь-что? — Теперь, да. — Парень достал из кармана ветровки смятый пакет. — Извини, что меньше, чем в прошлый раз, просто кризис, сам понимаешь. — Ладно, давай, сколько есть. — Здесь на пару-тройку раз хватит. Если, конечно, меру знать. Сень, а тёлка твоя в теме? — Пока нет, — ответил парень.       Я ничего не понимала в этом странном разговоре, поэтому молча переводила взгляд с одного парня на второго. В голове пульсировала мысль, что речь идёт о чём-то незаконном, но я силилась отогнать её. Разве может быть Сеня — мой Сеня — замешан в противозаконном деянии? — Жаль. — Бритоголовый собеседник усмехнулся. — А то мы с Русей одну новую штучку недавно изобрели, она как раз для юных барышень подходит. Но вот желающих попробовать пока не нашли. — Сеня, что здесь происходит? — выдавила я. — Что это за перец? — Слушай, Сень, а пусть твоя куколка попробует? А я тебе взамен завтра партию новую за полцены пригоню, а? — парень, похоже, воодушевился только что пришедшей ему в голову идеей сделать из меня подопытного кролика. — Сеня, что, чёрт возьми, тут происходит? — почти кричала я. — Ничего. Мика, я согласен. — Вот и славно. — Он достал из кармана новый пакет, где было пару таблеток идеально круглой формы. Одну из них он протянул мне. — На, прими. — Не собираюсь, — отвернулась я, — сами травитесь, если хотите. — Слышишь, шлюшка, полегче на поворотах, — резко заговорил Арсений, хватая меня за руку, а его приятель изловчился и сунул таблетку мне в рот, которую я, по собственной глупости, проглотила. — Вот и молодец. — Мика погладил меня по голове. — Сень, я пошёл, ты мне потом расскажи, как её торкнет. Интересно ведь. Новинка, как-никак. Если дело выгорит, мы сильно поднимемся на рынке. Только представь, какие перспективы и какие там бабки! С первой же выгодной партии куплю себе тачку покруче твоей. — Мечтать не вредно, — усмехнулся Сеня, обмениваясь с Микой прощальным рукопожатием.       И, что-то насвистывая себе под нос, бритоголовый парень вышел из машины. — Лер, что-то устал я. — Сеня потянулся на сиденье. — Сядь сама за руль, а я вздремну. — Ты с ума сошёл? У меня прав нет. Да, я умею неплохо рулить, но…. — Ты умеешь, а этого вполне достаточно. — Он заставил меня сесть за водительское сиденье.       Трясущимися руками я повернула ключ зажигания, и машина вырулила на проспект в сторону области, где мы тогда жили. Дорога, к счастью, была полупустая, и я немного успокоилась. Когда до дома оставалось чуть больше двух километров, я заметила велосипедиста, едущего нам навстречу по обочине. Неожиданно машина вильнула в его сторону, набирая скорость. Я силилась вернуться обратно на дорогу, но тщетно. Удар пришёлся на мою сторону, я закрыла глаза и выпустила руль. Неуправляемый новенький автомобиль несся непонятно куда, пока не произошёл ещё один удар. Потом темнота и тишина.

***

      Голова и руки болели. У меня не было сил даже просто открыть глаза. Звуки до моих ушей доносились глухо и сопровождались непонятным треском, как из плохо работающего радио. Наконец, я открыла глаза и тут же закрыла их, спасаясь от солнечного света, заливавшего комнату. Конечно же, я была в больнице. Белые стены, три пустые кровати, едкий запах лекарств с примесью хлорки, которой в коридорах по старинке моют полы. — Лера, как ты? — мать и отчим сидели около меня. — Где ты взяла машину?       Какие у меня предсказуемые близкие люди! Ни грамма сожаления, ни радости от того, что я пришла в себя. Самое главное — это узнать правду. — Это машина Сени, он купил утром. — Я открыла глаза, давая им привыкнуть к яркому помещению. — И он дал тебе порулить? — мама ужаснулась, но как-то натянуто. — А сам он где? — На пассажирском сиденье был. Что с ним? — к горлу подступил липкий комок. К плохим новостям я сейчас точно не готова. — Лера, не ври. Когда тебя нашли, его не было в салоне, полиция нашла на руле только твои отпечатки, а в крови лошадиная доза наркотиков. — Мать покачала головой. — Лера, ты давно употребляешь? И откуда у тебя деньги на машину? — Я говорю правду! — я пыталась сесть, но сил не было. — Да-да, это ты бормотала и в машине «скорой». Сначала тебе поверили, позвонили Сене, трубку взяла его мать, сказала, что он отдыхает на море вторую неделю. — Аркадий Борисович усмехнулся. — Совсем ты завралась, девочка. — А как же камеры в салоне? Ведь он отдавал деньги за машину! — я задохнулась от этой несправедливости. Кто-то из нас сошёл с ума. — Какое море? Сеня сам лично покупал машину, на его деньги. — Покупка автомобиля была от твоего имени, а камеры в салоне в тот день были на профилактике и не работали. — Мать строго глядела на меня, на их лицах не было ни капли жалости. — Оснований не верить Арсению у полиции нет. Они проверили списки регистраций на рейс — он действительно улетел ещё 16 числа. Я не думала, что ты окажешься такой проблемной девочкой. Мне пришлось оставить все свои дела и примчаться в эту чёртову Россию. — Тебя сюда никто не звал, — огрызнулась я, мечтая остаться одной. — Ты свалила сто лет назад за богатой жизнью и длинным рублём. Так зачем нужно было возвращаться, если я тебе так противна?       Отчим начал что-то говорить, но я не слышала. В тот миг меня предали все трое: мать, отчим и тот, кого я всем сердцем любила.