Сжигая мосты прошлого

      Наконец, Артур ушёл, оставив меня одну разбираться со своими мыслями. Никогда за все мои семнадцать лет мне не было так плохо. Я мечтала об одиночестве, но подсознание требовало надёжного плеча, на которое можно опереться и хоть немного выдохнуть. Груз проблем давил невыносимо.       Раздался звонок телефона. Кое-как достав противно пищащий мобильный из кармана, я приложила трубку к уху. — Слушаю. — Павлова Валерия Аркадьевна? — осведомился приятный мужской голос. — Да. — Это Николай, я работаю с Вашим отцом… — Он мне отчим, — резко прервала я: ненавижу, когда его называют моим отцом. Он мне никто, слава богу! — Отчимом, — поправился мужчина, — но это не столь важно. Мы с Вами договорились о встрече на сегодня, помните? Хотел узнать: всё ли в силе. А то я живу загородом и планировал выезжать на встречу. — Простите, пожалуйста, — чуть слышно выдавила я, — давайте перенесём наш разговор на неделю. — Что-то случилось? Мне казалось, ещё вчера Вы настаивали на срочной встрече. — Я на больничном, — практически не соврала я. — Ничего серьёзного, банальная простуда. Но лучше перестраховаться. Если Вы не возражаете, я напишу Вам, как буду готова. — Конечно. Выздоравливайте.       Закончив разговор, я направилась в кабинет отчима — искать визитку нашего домашнего врача Ангелины Валерьевны. С момента нашего переезда в столицу я ни разу не переступала порог его кабинета, и сейчас чувствовала себя не очень уютно.       Комната была не слишком просторная, а благодаря обилию мебели и предметов декора выглядела не больше кладовки. Большая часть интерьера была перевезена с нижегородской квартиры и была мне хорошо знакома. Я горько усмехнулась, вспомнив, как боялась в детстве этих латиноамериканских масок, которые висели на стене напротив окна. Маски привёз старинный друг отчима, когда мне было лет пять, то ли из Чили, то ли из Перу. Массивный стол из красного дерева я тоже помнила, у него забавные ручки на выдвижных ящиках — в форме головы дракона. А вот кресло было явно новое, хотя и в ретро-стиле. Прежнее мне нравилось куда больше: оно было глубокое и уютное. Для семилетней меня не было большей награды, чем разрешение отчима посидеть в этом кресле хотя бы несколько минут.       На столе как всегда были горы бумаг. Вот вам и двадцать первый век с его хвалёным электронным документооборотом, усмехнулась я. И как найти среди этого многообразия договоров, дополнительных соглашений, инструкций и прочей нужной и не очень бумаги ту самую, я не представляла. Я даже не особо представляла, как выглядит этот номер телефона — оформлен ли он в виде визитной карточки или просто нацарапан на листке. Или вообще записан в ежедневнике отчима, который он всегда таскает в своём портфеле.       Мне показалось, что прошла вечность, хотя настенные часы с крупными цифрами на каком-то библейском фоне и витиеватыми стрелками показывали, что прошло чуть более четверти часа, когда в моих руках оказалась заветная визитка: «Маркелова Ангелина Валерьевна, частный терапевтический кабинет». Ниже шли два номера — семизначный домашний и одиннадцатизначный мобильный.       Трубку взяли не сразу, я планировала уже прекращать слушать длинные гудки, когда услышала чуть приглушённое и сухое «Слушаю». — Ангелина Валерьевна, добрый день. Это Лера Павлова беспокоит. — Лерочка! — голос заметно потеплел и зазвучал громче. — Что-то случилось, детка моя?       Я закатила глаза, сдерживая резкие фразы в адрес людей, которые питают слабость к уменьшительно-ласкательным обращениям независимо от возраста собеседника. — Я бы хотела отдохнуть от школы, — произнесла я хорошо знакомую ей фразу. — Лерочка, но ведь сегодня только второе сентября! Неужели новая школа тебе совсем не подошла? — Мне просто нужен перерыв. Сиюминутно. Дело не в уроках и не в школьной нагрузке. Я сегодня неудачно упала в школьном туалете, стукнулась головой о кафельный пол. — Милая, что же ты раньше не сказала! Считай, что я уже у тебя!       Ангелина Валерьевна отсоединилась, а я направилась в свою комнату собирать все необходимые для больницы вещи. За годы знакомства с Маркеловой я знала, что меня ждёт одноместная палата, вкусное пятиразовое питание, состоящее из завтрака, второго завтрака, обеда, полдника и ужина. А разнообразию блюд может позавидовать любой мишленовский* ресторан.

***

      Через час с небольшим я выходила из салона белого «Ситроена» Маркеловой у ворот фешенебельного здания. Это была частная клиника санаторного типа, главным врачом которой и была Ангелина Валерьевна. Насколько я помнила из рассказов отчима, в новое здание клиника переехала не так давно — чуть более полугода. Я с интересом осматривалась по сторонам, примечая фонтаны, пешеходные дорожки, по обеим сторонам которых тут и там располагались уютные кованые скамейки. К нам быстрым шагом подошла девушка лет тридцати пяти в белом халате с зелёной каймой на воротнике и карманах. — Лера, знакомься, это Наталья Андреевна — она будет твоим лечащим врачом на ближайшую неделю. — Очень приятно. Валерия, давайте я проведу Вам экскурсию по территории, а уже потом мы пройдём в мой кабинет. — Да, конечно. — Сумку можете отдать Виталику, — она махнула рукой молодому человеку также в медицинской форме. — В 415 комнату, — скомандовала женщина, стоило парня подойти поближе. — Прошу, Валерия, следуйте за мной.       Территория больницы оказалась внушительных размеров — помимо десяти жилых корпусов здесь располагалось несколько административных зданий, хозяйственные пристройки, небольшой фитнес-клуб и даже заведение быстрого питания для вегетарианцев. Вместе с Натальей я прошла по широким пешеходным дорожкам, разглядывая ухоженные газоны, на которых ещё продолжали радовать глаз яркие цветы, небольшой яблоневый садик, пруд с парой-тройкой уток и весело журчащие фонтаны.       Когда начал накрапывать мелкий дождик, Наталья предложила перейти к обзорам интерьеров, и мы прошли в главный корпус. Несмотря на не самые внушительные виды снаружи, внутри здание оказалось гораздо просторнее. В светлом холле с панорамными окнами стояло коло десятка диванчиков и кресел, на невысоких журнальных столиках около каждого из них лежали книги или глянцевые журналы. — Внушительно, — улыбнулась я, осматриваясь. — Надеюсь, жилые корпуса меня тоже не разочаруют. — Не сомневайтесь, Валерия. Ваш номер точно ничем не хуже, -заверила меня женщина. — Хотелось бы уже его осмотреть. — Пройдёмте сперва в общий зал, — Наталья открыла ближайшую ко мне светлую дверь с массивной ручкой. — Тут у нас проводятся различные мероприятия, концерты, даже встречи с интересными людьми. Многие живут тут несколько месяцев, — предвосхитила она мой вопрос, — людям нужен какой-то досуг.       Через четверть часа мы зашли в жилой корпус №7 — мой дом на ближайшую неделю. Наталья пояснила, что корпуса под номерами с седьмого по девятый отнесены к категории «люкс» — в каждой комнате своя душевая кабина, ванная комната, мини-кухня, гостиная с плазменным телевизором и доступом к спутниковым каналам. Корпус номер десять предназначен для проживания целых семей или пациентов с детьми.       Наконец, Наталья открыла дверь с железной табличкой «Комната 415, общая терапия». Что ж, ради такого убранства действительно стоило взять недельку больничного. Я невольно восхитилась огромной кроватью с целой горой пухлых подушек разных цветов и размеров. В горшках на широких подоконниках стояли цветы, названия которых мне были незнакомы. В разных концах комнаты рядом с розетками располагалась кнопка вызова медсестры. Платяной шкаф по размерам явно превосходил тот, что стоял в моей комнате и вполне мог подойти для гардеробной какой-нибудь звезды.       Напротив окна располагался книжный шкаф из пяти полок, заставленные книгами из одной серии. Торшер, занимавший место у кровати, был оформлен в винтажном стиле, его абажур казался мне грузным и пыльным из-за глубокого бордового цвета и тяжёлых золотистых кистей.       Наталья стояла в дверях, наблюдая, как я исследую номер. Наконец, я опустилась в кресло, около которого уже стояли на полу мои вещи и улыбнулась. — Впечатляет. Пожалуй, я бы перекусила, — только сейчас я поняла, как проголодалась со времён завтрака. — Конечно. — Наталья протянула мне лежащую на тумбочке папку, которую я первоначально приняла за рекламный проспект. — Обед, к сожалению, Вы уже пропустили, а ужин будет только в 19:00. Сейчас можете выбрать себе что-то из меню полдника. Вам подадут в номер или можете спуститься в общую столовую на цокольном этаже корпуса. — Я так и сделаю, пожалуй. — Я отложила меню, которое только что бегло просмотрела. — Я бы не отказалась от сырников с земляничным джемом. Минут через двадцать я буду готова, только переоденусь. — Как скажете. — Наталья слегка поклонилась. — Если что, Вы знаете, где находится мой кабинет. Мой контактный телефон есть в телефонной книге, она на второй полке библиотеки. Ваши сырники с земляничным джемом будут ждать Вас ровно через двадцать минут.       Как только за ней закрылась дверь, я с улыбкой опустилась на подушки. Выпавшую мне неделю отдыха я решила провести с максимальной пользой для себя, участвуя во всевозможных активностях, знакомясь с разными людьми и не позволяя себе ни секунды думать о плохом.       Ещё из дома я написала краткое сообщение Диме, объяснив ему ситуацию. Парень неоднократно спрашивал у меня, не связано ли моё пребывание в больнице с его проблемой, и мне стоило немалых усилий убедить его в обратном. Также я в самых общих чертах обрисовала ситуацию Вике, которую интересовало моё состояние даже больше, чем меня саму. Она всецело поддержала идею больничного лечения и загорелась желанием примчаться с визитом. Я пообещала обоим дать знать, если обстановка позволит устроить небольшую вечернюю сходку.       С одной стороны, я горела желанием побыть наедине с собой, усердно саморазвиваться и наслаждаться природой и последними, как обещали метеорологи, тёплыми деньками. Что может быть лучше неторопливой прогулки под хорошую музыку по лесопарку вдали от города? Обычно я критично относилась к высказываниям людей о том, что «тут даже воздух другой», но сейчас не могла с ними не согласиться. Вне загазованного мегаполиса дышалось действительно приятнее.       Но другая моя сторона поддерживала идею активного отдыха в компании знакомых людей моего возраста. Как я заметила во время экскурсии, я подростками здесь дела обстоят туго, в основном пациентами являются люди среднего и старшего возраста. Поскольку без компании я вряд ли протяну неделю даже при моём стремлении к одиночеству. Я была абсолютно уверена, что Маркелова не будет возражать против небольшой подростковой вечеринки с негромкой музыкой, настольными играми из комнаты отдыха и местной едой. С таким разнообразием в меню мы вполне обойдёмся без доставки из ближайшего ресторана. — Завтра же составлю себе культурную программу! — в пустоту произнесла я и начала искать в сумке вещи для переодевания.