Инвалидность не приговор

Жизнь продолжается. Ее нельзя поставить на паузу. У каждого человека есть свои обязанности, ценности в жизни, цели, близкие люди, которых мы не можем подвести. Вот и у Ким Тэхёна они тоже есть. А в отличие от других, на его плечах куда больше обязанностей и долг перед каждым членом стаи. Он не может вот так просто исчезнуть и оставить всё на произвол судьбы. Пролежав дней пять дома, вожак стаи полностью отгородился от всех. Закрылся у себя с бочкой вина и пьет с утра до вечера. Не ест, пока к нему на третий день не пришли друзья и не стали насильно кормить. Пытались как-то подбодрить его. Совсем потух. Без Чонгука жизнь будто потеряла все краски. Всё казалось таким бессмысленным. Только одна сплошная боль и злость. Злость на себя, на Чонгука, на весь этот мир. Во всем виноват тот инцидент. Если бы альфа был повнимательнее. Если бы он берег своего омегу как следует, этого всего не было бы. Чонгук был бы цел и здоров. Всё было бы хорошо. Но. Всегда может быть это «но». Жизнь это череда хороших и плохих событий. Она непредсказуема. Никто не знает и не узнает, что случится завтра. Мы не можем предвидеть будущее, изменить и исправить всё. Так устроена жизнь. Нужно уметь ценить то, что мы имеем на данный момент. Ценить каждый свой день. С каждым днем стараться, выполнять свою мечту и достигать целей. Они у Тэхёна есть, как и любого другого. И одна из этих целей – счастье Чонгука. Если дела в стае будут улучшаться, это будет самым малым, что он может сделать для него, как для ее члена. Однако к таким мыслям Ким пришел не сразу. После визита Пак Чимина он явно задумался. В тот день Чимин относил еду, а то бедолага от голода помереть мог. Зайдя в дом, видит, как начала собираться пыль в доме. Заглянув на кухню, видит гору немытой посуды, на полу пятно от разлившегося вина. Находит хозяина дома в собственной комнате, куда не проникал солнечный свет, уже долгое время. Альфа спит в обнимку с подушкой, а рядом с кроватью, на тумбочке, лежит деревянная большая кружка с недопитым вином. — Проснись и пой! — достаточно громко произносит Пак, открывая шторы, благодаря чему солнечный свет озаряет помещение. — Когда ты в последний раз проветривал комнату, ужас какой. Тэхён лишь недовольно мычит и закрывается полностью одеялом. — Вставай давай. Час дня, а ты лежишь как не знаю что! — Подойдя к кровати, сдирает одеяло и заодно забирает подушку. — Оставь меня в покое, — всё так же мычит альфа, закрывая лицо подушкой. Но, не проходит и пару секунд, как его бьют, его же подушкой по лицу. — За что? — Чего ты тут разлегся. Дел совсем нет, что ли? Соберись уже, возьми себя в руки, не будь тряпкой, — после чего следует еще несколько ударов. — Прекрати пожалуйста, — устало произносит, перевернувшись в другую сторону. — Тэ, я понимаю, тебе больно. И ты вправе отдохнуть, выплакаться. Но не может же так продолжаться вечность. Жизнь не стоит на паузе, она продолжается. К тому же, ты вожак. Ты нужен стае. Ты поклялся защищать ее и ты не можешь вот так вот просто бросить ее. Ты нужен нам. Мы, твои друзья, очень волнуемся и нам больно видеть тебя таким. Ты сам себя губишь. Ты нужен ему. — Не нужен, больше я ему не нужен. — И ты в это поверил? Вот так просто? — омега аккуратно садится на край кровати. — Мы все прекрасно видим в каком состоянии ты и в каком он. Вы одинаково страдаете. Ему тоже больно. Делает вид, что всё хорошо. Сам невзначай спрашивает о тебе. Плачет, когда остается один. — Зачем ты это говоришь мне? — Я говорю тебе, возьми себя в руки, вернись в строй, займись делами стаи и верни Чонгука! — Но он сам не хочет больше быть со мной. — И ты в это поверил? Так легко? В ответ тишина. Конечно же, его Чонгуки не мог так поступить с ним… — Ему тяжело, Тэхён. Все мы это видим. Он говорит, что всё в порядке, но это далеко не так. И ты это знаешь лучше всех. Чонгук до сих пор не может принять то, что случилось. И зная его, он пошел на «героизм», отказавшись от тебя. — Я столько раз говорил ему… — Пока что он не может поверить, — перебивает его Пак. — Это не так легко, как кажется. Он видел и продолжает видеть в себе обузу. Строит из себя мать Терезу. Ты не должен был так легко сдаваться. Поэтому соберись и докажи Гуки как ты его любишь, — взглянув на задумавшееся лицо Кима, в недопонимании смотрит минуты две. — Ну? Чего ты замолчал? — Я придумал! — резко выкрикивает альфа, принимая сидячее положение. — Испугал ведь, придурок. Что ты там придумал? — А теперь слушай… *** Всю неделю Тэхён прикладывает все усилия и работает с утра до ночи. Близится осень, и работы стало совсем много. Молодые омеги и небольшое количество альф собирают урожай на полях, а омеги в возрасте делают заготовки на зиму, катают банки с овощами, вареньем, компотом и многим другим. Как и каждый год, делают достаточное количество бочек с вином, которое отправляется храниться на несколько лет. Большинство альф, разделившись на группы, уходят на охоту, ведь запасы мяса на зиму нужны. Тэхён бегает с одного места в другое, проверяет, всё ли идёт как надо. После, оставив своих приближенных за главных, идет с остальными на охоту. Всё это время Чонгук сидел у себя, жизнь вроде как начала налаживаться, и всё ставало на круги своя. Каждый день к нему стали приходить близкие друзья, они сидели как раньше и вели свои беседы. Вечерами прогуливались неподалеку, наслаждаясь прекрасной погодой. Омега начал заниматься выпечкой и в принципе готовкой, с чем ему помогал и обучал любимый папа. Но оставалось ощущение, что чего-то не хватает. Точнее кого-то. Но он сильный и сможет вскоре справиться и с этим. Невзначай, парой все равно узнавал как дела у Тэхёна. И по-настоящему был рад, узнав, что тот снова в строю и выполняет свои обязанности, кушает хорошо, можно считать пришёл в себя. Ну как же без слухов. В один из дней до Чона доходят слухи, что вожак стаи собирается сделать одному из омег предложение руки и сердца. — Ты точно уверен? — спрашивает молодой парень, проходящий недалеко от дома Чонгука, который восседает на своем кресле. — Думаю, что да. Я видел и слышал, как Тэхён что-то планирует, говорил, как всё должно пройти идеально, ведь этот омега очень любим им. К тому же, я видел небольшую шкатулку, которую он держал в руке. Обычно, люди хранят в ней обручальные кольца. — Интересно, кто же этот омега? Не Чонгук ведь? — Говорили, что они расстались. Жалко конечно, но что еще поделать. Больно. В груди неприятно щиплет. Но он по-настоящему рад, что Тэхён похоже уже нашел свою вторую половинку и собирается построить семью. Ким этого заслуживает. Наверняка этот омега достоянная ему пара. Однако, где-то глубоко внутри очень больно. Они ведь столько раз планировали своё будущее, то, как альфа сделает ему предложение, какая у них будет свадьба, семья, какие дети. Этому всему не было суждено сбыться, но Чонгук навсегда запомнит те незабываемые моменты рядом с ним. *** Вот так вот и приходит последний день лета. Вся стая с самого утра бегает, готовится к вечернему торжеству. Вся община сядет за праздничный ужин и будут праздновать. Это значит сегодня Чонгуку суждено пересечься с Тэхёном. Так хотя бы хоть глазком взглянет на Кима. Хотя с самого утра вся смелость куда-то делась. Стало даже страшно, но он твердо решил со всеми идти. К часам шести вечера собирается малая часть, омеги бегают туда-сюда и накрывают столы. В это время Чон сидит рядом, играется и присматриваем за детьми. Те бегают вокруг него, маленькие щенки норовятся залезть к нему на колени и обнять со всех сторон. Так же им очень интересна кресло с колесами, на котором он сидит. Омега весело смеется с них, чувствуя себя максимально счастливым. Он всегда любил детей и частенько приглядывал за соседскими. — А ну кыш, на голову так ему залезете, — остаточно громко звучит голос сзади омеги. Этот голос он узнает из тысяч. Только не сейчас. Только не он. Чонгук еще не готов морально к этой встрече. Думал, вожак его даже не заметит сегодня, но видимо не тут то было. Ким подбегает к щенкам и валится на землю, начиная щекотать каждого. — Как ты? — внезапно спрашивает альфа, смотря на Гука, на чьих коленях уже успел уснуть один из щенков. — Хорошо. А ты? — никогда он не мог подумать, что разговор с Кимом может быть таким неловким. Глаза отводит вниз и переводит внимание на щенка, гладит его нежно. — Так же. Я рад, что ты пришел, — альфа искренне улыбается и смотрит на младшего, пока дети вокруг убегают к другим. — Хотел тебя еще поздравить. — С чем? — Я правда счастлив, что у тебя всё так сложилось. Ты огромный молодец и я желаю вам счастья. Ты будешь отличным альфой и отцом в будущем, — губу прикусывает, на деле сказать эти слова оказалось намного сложнее, чем он думал. — Спасибо, конечно. Но я не понимаю, зачем… Не успевает он договорить, как раздаются голоса рядом. Община видимо уже собралась и вечер нужно начинать. Встав с травы, оттряхивает вещи, чешет затылок и слегка кашляет. — Давай я помогу, — встает сзади кресла и ведет омегу к остальным. — Чонгук, можем, пожалуйста, поговорить после ужина, хорошо? Никуда не уходи, нам нужно поговорить, — наклонившись, шепчет это уже омеге на ухо. После чего отводит за стол, рядом с друзьями. Сам же альфа восседает во главе стола, рядом со старейшинами. Когда все собираются, благодарит всех за их труд и вклад в стаю. Говорит итоги и как прошла вся работа. После разговаривают по очереди старейшины. После этого все начинают трапезу, весело каждый о чем-то болтает. Чон хорошо проводит время, весь вечер громко смеется, разговаривает с друзьями, немного выпивает и с уверенностью может сказать, отдохнул по-настоящему. Только вот весь вечер старался не смотреть в сторону одного конкретного альфы. А тот же наоборот, от начала и до конца следил за ним. Не мог отвернуться, всё любовался издалека. Когда время перевалило за полночь, все начали собираться по домам, предварительно убрав всё за собой. Когда же Гук начинает катить свое кресло в сторону дома, его останавливают. — Я же просил, никуда не уходить, — конечно же это Ким Тэхён, который после встает сзади и ведет омегу к лесу. — Нам нужно поговорить и обсудить многое. Думаю и тебе, и мне есть что сказать. Чонгук только голову опускает, молчит, смотрит на свои ладони и перебирает пальцы. Он должен был понять, что тот разговор был не последним и после всего альфа его так просто не отпустит. Идут они в полной тишине, слышны лишь птицы, что сидят на деревьях, сверчки, легкий летний ветерок и река, что находилась не так далеко. Спустя минуты десять омега замечает… свет? Подняв голову, замечает, как на деревьях повесили гирлянды, тем самым образуя круг из светящихся деревьев. А в самом центре этого всего стоял плед с корзинкой. — Что это? — всё же поднимает голову, удивленно смотря на Тэхёна. — Надеюсь, ты не против такой обстановки. Раньше ты очень любил пикники и такую атмосферу, — обходя коляску, проговаривает он, слегка улыбаясь. — Эм, так же надеюсь, ты не будешь против, если я тебя перенесу? До Чона не сразу доходит, что имел в виду альфа, но позже смущенно, медленно кивает, соглашаясь. Ким подхватывает омегу аккуратно и медленно, поднимает как пушинку, легко. Замечает так же, что за эти дни младший похудел слегка. Тэхён обязательно еще откормит его. Посадив Чонгука на плед, берет из корзинки еще один плед и укрывает им омегу. — Тепло ведь… — но все равно поудобнее укрывается, не зная куда спрятать свой взгляд. — Вечером всё равно прохладно. А ты еще и не особо тепло одет, — садится рядом, упираясь руками сзади и прикрывая глаза. — Поздравляю тебя с помолвкой, кстати, — тихо нарушает тишину первым. — Что? — В непонимании приподнимает бровь и заинтересованно смотрит на Чона. — Ну, я слышал, ты собрался построить семью с кем-то. И я искренне поздравляю тебя с этим. — Послушай, пожалуйста, Чонгук. Я хотел поговорить с тобой о многом. Об этом, о том дне и прочем. Знаешь, когда я впервые увидел тебя, вот в самом начале, когда мы еще детьми были. Тогда я понял, что хочу чтобы ты всегда был рядом. С тобой мне было так комфортно и спокойно. Ты был моим лучшим другом и любовью. Ты заменил мне всех. Ты был моим всем, — спокойно говорит всё, искренне смотря в темные глаза напротив. — И это было хорошее время, но пора двигаться дальше, — чуть улыбается, вспоминая те беззаботные моменты. — Все эти годы ты был рядом. Я любил тебя всем своим сердцем. Мы строили столько планов. Мы говорили, что никогда не бросим и будем опорой друг для друга. И знаешь… То, что случилось. С тобой произошло так много всего, казалось бы, за такой короткий промежуток времени. Всё так изменилось. Я виню себя во многом. В первую очередь, я виню себя, что заставил тебя усомниться в себе. Гуки, иногда мне так хочется, чтобы ты хоть раз увидел себя таким, каким вижу тебя я. Прекраснее тебя людей я не встречал и не встречу. Мне всё равно, можешь ты ходить или нет. И это никак не влияет на мою любовь к тебе. Мне важен сам ты, и я не знаю никого лучше тебя. В тот день, я так виноват. Я не должен был уходить. Я поступил как слабак. Я должен был обнять тебя и просто быть рядом с тобой. И мне очень жаль, что я так поступил, — аккуратно берет чужую руку в свою, поглаживает. — Но, я ведь сам… Сам прогнал тебя, наговорил столько всего… — еще тише, практически шепчет омега. — Ты был на эмоциях, решил, что так будет лучше. Хотя ты мог поговорить со мной. Я сам дал слабину, когда должен был быть сильным, рядом с тобой. — Ты не должен был терпеть это всё, — опускает голову, вспоминая, как вел себя в тот день. — Впредь, я никогда не допущу таких ошибок. Я стану лучше. Да, я был никудышным парнем, но стану лучшим мужем. С этими словами Ким слегка прокашливается, делая глубокий вдох. Аккуратно пересаживается еще ближе к Чонгуку, подгибая под себя левую ногу, оставляя праву полусогнутой. Медленно тянется к карману штанов, вытаскивая оттуда маленькую, деревянную шкатулку. — Поэтому, дай мне шанс всё исправить, — открыв ее, снова берет Чона за руку и омега видит перед собой два серебряных кольца, где посередине выгравирована луна. — Я говорил и буду говорить как сильно люблю тебя. И только тебя. Я исправлюсь, стану еще лучше. Без тебя я не смогу. Хочу всю жизнь просыпаться – видеть твое личико и засыпать, обнимая тебя. То, что говорили в деревне, да, я хочу семью. Но только с тобой. Я не особо красноречив, но думаю, ты понял, то что я хотел передать. Поэтому, выходи за меня, Гуки! Омега ошарашено сидит, смотря в сверкающие глаза напротив. Молчит какое-то время, кусая нижнюю губу. После же тянет руки к альфе и обнимает за шею. Тэхён не теряется и вмиг заключает в свои теплые объятья, нюхает волосы парня, слегка улыбаясь и прикрывая глаза. — Я думал, ты уйдешь к другому. Думал, что уже потерял тебя, — голос Чонгука дрожит, крепче обвивает чужую шею. А для удобства обоих, Ким присаживается поудобнее и садит на колени омегу, прижимая так же крепко. — Я бы никогда. Не хочу я других омег, мне нужен лишь один единственный и любимый, — шепчет, целуя в макушку. Как же он скучал. До невозможного скучал. — Я тебя люблю, — так же тихо говорит омега, кладя голову на крепкое плечо. — И я тебя люблю, Гуки, сильнее всего на свете. — Я согласен выйти за тебя, — улыбается, прикрывая глаза, и расслабляется. Он в крепких объятьях своего альфы и чувствует омега себя прекраснее некуда. — В таком случае, начинаем подготовку к свадьбе и проведем ее до начала холодов. И ты уже никуда не сбежишь от меня, как пиявка прилипну к тебе, мой дорогой будущий супруг, — смеется со своих же слов, в голове уже представляя это торжество. — Даже не верится, что ты всё это устроил, — осматривается вокруг, смотря, как всё красиво и уютно украшено. — Ну, в одиночку я бы точно не справился. Все наши близкие друзья помогли мне, — пододвигает корзинку с едой ближе. — Подарок от Джина и Чимина, — и вытаскивает несколько бутербродов, сок и печенья. Не какие-то там. А любимые Чонгука, с шоколадной крошкой. — Но, перед этим, позволь мне надеть это на тебя. Достает из шкатулки кольцо поменьше и продевает на безымянный палец, целуя, чужую руку и любуется ею. А омега не остается в стороне, вытаскивает оттуда второе кольцо и надевает на палец Кима. — Вот, теперь всё так как надо. Долго искал в деревне людей подходящее и считаю, я справился, — с гордостью произносит, смотря на счастливого омегу, что не может глаз отвести от кольца. — Они прекрасны, — восхищенно шепчет, поднимая глаза. — Не прекраснее тебя, — так же шепчет альфа, наклоняясь и наконец-то целуя такие любимые губы напротив.