Инвалидность не приговор

С того злосчастного дня проходит три дня. Альфа послушался Чонгука, не трогал все это время и не мозолил глаза омеге своим присутствием. Но наблюдал. Наблюдал и ухаживал за ним издалека. После срыва омеги и пробежки в лесу он вернулся под утро к дому семейства Чонов. Тихо зашел в дом и увидел, как на кухне сидят отец и папа Чона. Они переводят взгляд на молодого альфу, кивают на стул за столом. Ким же послушно садится, пока перед ним ставят кружку зеленого чая. — Я всё слышал и крайне обеспокоен своим ребенком, — тихо начинает омега в возрасте, отпивая немного чая и продолжает. Он очень добрый мужчина сорока лет. С приятной внешностью. У него темные коричневые волосы и большие глаза. Это и унаследовал его сын. — Он столько плакал, никого не подпускал к себе. Только недавно смог заснуть. Ты не обижайся и не злись на него, пожалуйста. — У меня и в мыслях такого не было! — сразу говорит он, не задумываясь. — В такой сложный для Чонгука период, мы все будем рядом с ним и уверен, всё наладится. Ему тяжело и как никогда ему нужна поддержка близких. Особенно твоя. Мы в тебе не сомневаемся, сынок. Ты – хороший парень, — говорит уже отец семейства. Он же в какой-то степени строгий альфа брюнет с такими же, как у своей семьи, темным цветом глаз. Но с единственным сыном-омегой он самый заботливый человек на свете. Чонгука же с детства берег как зеницу ока и не доверял всяким альфам. Даже соседскому ребенку своего друга-бывшего вожака. Но время шло, и Тэхён проявил себя только с лучшей стороны, всегда показывая окружающим и самому омеге, как ценит и любит его. Тем самым полностью завоевав полное доверие главы семьи Чонов. — Спасибо, — честно, Тэхён польщен. Если папа его парня всегда обращается к нему, как к своему сыну, то отец его никогда не говорил что-то настолько хорошего о нем. — Чонгуку нужно время, и я дам ему его. Несколько дней. Пусть эти дни он отдохнет от моей вечной опеки. Парой, я и вправду перегибаю. Думаю, ему нужно собраться с мыслями и осмыслить всё что происходит, — после этих слов берет в руки кружку со слегка остывшим чаем и отпивает понемногу. — Может оно и будет правильно, — тихо шепчет омега. После недолгой беседы Ким заходит в комнату Чонгука, из которой несколько часов назад с полной обиды уходил. Открыв дверь. замечает что омега спал, укрытый наполовину одеялом, которое тот видимо отбросил. Лежал в позе эмбриона, обнимая подушку двумя руками. Глаза распухли, а на щеке видны засохшие следы слёз, лицо до сих пор чутка краснее обычного. Лежал весь такой маленький и беззащитный, которого хотелось лишь обнимать крепко-крепко, защищать от внешнего мира и не отпускать. Хотелось всего его покрыть мягкими поцелуями и прижимать к себе. Но альфа понимал – не сейчас. Чонгук хотел побыть один – он даст ему время. Столько сколько тому потребуется. Тэхён лишь укрывает свою пару, дарит легкий поцелуй в лоб и пытается как можно больше вдохнуть его запах. В наслаждении прикрывает глаза, слегка успокаиваясь. Еще некоторое время наблюдает за ним, сидя на корточки около кровати. Не может наглядеться, перебирает правой рукой пряди волос. Спустя где-то час находит в себе силы уйти. Он правда не обижен и не зол. Ким всё понимает. Он понимает, что сейчас приходится переживать Чонгуку. Понимает, какие у него в голове могут быть мысли. Но он постарается сделать всё, чтобы осчастливить омегу. Будет нелегко, тоже это понимает. Но слишком уж глубоко и сильно соседский парнишка вторгся в сердце и не собирается уходить оттуда. А Тэхёну этого и не нужно. Он его любит очень сильно. Всегда любил. Еще при первом взгляде на младшего понял – омега ему нравится. Но довольствовался своим статусом друга ровно до тех пор, пока к Чонгуку не начали проявлять внимание другие альфы. Вот тогда и начал действовать, понемногу начинал ухаживания, приносил цветы, что насобирал в полях, гулял с ним с утра до вечера. Тогда же и прознал в самом себе, какой он ревнивый собственник. Никаких альф вокруг этого прекрасного омеги, кроме себя не мог представить. Всё так и сложилось, когда при очередной вечерней прогулке около небольшого пруда, Чонгук подарил свой первый поцелуй альфе. Просто легкое и невинное прикосновение к губам. Сначала не понял, что произошло, и стоял в ступоре. После чего резко приближает за плечи к себе, целуя уже по-настоящему. Тот потом еще долгое время целовал и целовал его, не хотя отрываться теперь уже от таких любимых губ. Обнимал крепко и прижимал к себе. Хотел свой запах на омеге оставить, чтобы другие поняли – его и только его омега. На утро проснувшись, Чон понимает, что альфа приходил к нему. Всё равно вернулся, не бросил его. После всех неприятных слов в сторону альфы, грубого тона и истерики. Всё равно пришел к нему. Из-за этого теплеет в груди и хочется плакать с новой силой. Все три дня Тэхён готовит любимые блюда младшего, чтобы хоть как-то чутка поднять тому настроение. Передает через его папу. В принципе через родителей узнает о состоянии оборотня. Узнает, что тот стал меньше кушать, практически не контактировал со всеми, закрылся у себя в комнате и сидит там. И это огорчает. Ему больно, что его омега в одиночестве, и уже тысячу раз сожалеет, что в тот день ушел. Что не остался утром, не прижал к себе и не дал поплакаться, не дал высказаться. Возможно с Тэхёном рядом омеге было бы легче.

***

— Вы ничего не забыли? — чутка нервно спрашивает Ким, продолжая мыть клубнику. Кладет ее к остальным фруктам и ягодам. — Да прекрати так волноваться. Всё пройдет отлично, — пытается хоть как-то успокоить друга Чимин, раскатывая получившееся тесто на столе и посыпая его сахаром. Сначала альфа подумал просто побежать к младшему и поговорить, извиниться. Но устроить пикник ему показалось куда лучше идеей. Сегодня всей дружной компанией они помогают Тэхёну организовать пикник для Чонгука, приготовив все самые любимые лакомства омеги. Альфа уверен, что это должно помочь поднять его настроение. Раньше Чон очень любил такие посиделки. Чимин готовит булочки, Джин во всю украшает пирог ягодами, Юнги делает бутерброды, Хосок с Намджуном помогают нарезать все нужные ингредиенты. И с помощью стольких рук всё было готово в кратчайшие сроки. — Сейчас я иду к Гук-и, вы же подготовите всё там. Место прямо перед озером! — в который раз повторяет он, боясь, что что-то может пойти не так. Стоя перед зеркалом и пытаясь собраться. Он хочет, чтобы этот вечер был идеальным. — Ты же ему не предложение руки и сердца идешь делать, так что успокойся, дыши, не нервничай и иди! Это же Чонгук, он будет рад всему, что ты сделаешь для него, — берет Кима за плечи Намджун и буквально выталкивает из собственного дома. — Спасибо вам! — напоследок кричит тот, убегая в сторону определенного дома.

***

Когда же добегает, стучится и заходит в дом. На кухне что-то готовит папа Чонгука. Заметив гостя, мило улыбается, а Тэхён в знак уважения слегка кланяется. — Он в комнате, — только и говорит мужчина и снова приступает к готовке. Перед дверью в комнату какое-то время стоит, пытаясь собраться с мыслями. — Заходи, Тэхён, — слышится изнутри голос Чонгука. Чон же сидел на своей кровати, укрыв ноги пледом. Выглядел он очень спокойно и как-то холодно. Ким медленными шагами подходит к нему, целует в макушку и вдыхает запах, по которому безумно соскучился. Опускается рядом, смотря в любимые карие глаза и обнимает. Обнимает крепко, показывая, как скучал по нему. Чонгук же хватается за футболку альфы, сильнее льнет, да вдыхает как можно больше чужого запаха, прикрывая глаза. Скучал. Как же он, черт возьми, скучал по этому любимому запаху и по его владельцу. Жмурит глаза, пытаясь запечатлеть данную обстановку еще на долго. Он в крепких и надежных объятьях альфы, вдыхает его запах, а тот лишь сильнее прижимает к себе. В таком положении они сидят несколько минут, пока тишину не прерывает Тэхён. — Давай прогуляемся, развеешься, я кое-что подготовил. Уверен, ты… — не успевает он договорить, как его перебивают. — Нет, — совсем тихо произносит омега, медленно отстраняясь. — Хочешь посидеть дома? Всё хорошо, хочешь, приготовлю чего-нибудь из твоего любимого? — протягивает руку к волосам, сидящего напротив, перебирая мягкие пряди волос. — Тэхён, я хочу поговорить, — сглатывает ком в горле, нервно покусывая нижнюю губу. — Да, конечно, солнце моё. Слушаю тебя, — альфа слегка напрягается, серьезно смотря на не менее серьезного Чона. Тот молчит какое-то время, опустив голову вниз, всё так же терзая губы. — Давай расстанемся, — как гром среди ясного неба вырывается из уст омеги. Тэхён сидит в оцепенении, не верит своим ушам. Нет, он просто ослышался, не мог Чонгук сказать такое. Не мог. По крайней мере, он не хочет в это верить. Не хочет. Они ведь столько прошли. Когда втихую Ким приходил глубокой ночью под окна омеги, разговаривал с ним часами, до самого рассвета. Как «крал» его из дома, гуляя всю ночь, держась за руки, обращались в волков и бегали по полям. Получал потом как и он, так и Чон от старших, но это никого из них не волновало. И это лишь малая часть. У них были как и веселые, так и сложные периоды. Были ссоры, скандалы, но никогда, ни разу ни один из них и не думал о расставании. Они столько раз представляли и планировали своё светлое будущее. О своей семье, своих детях. — Нет… Подожди, нет, — шепчет старший, несильно мотая головой в стороны. — О чём ты, Чонгук? Что случилось? Что не так? Я в чем-то ошибся? Провинился? Скажи где, я все исправлю. Ты только скажи, что тебе не нравится, что тебя беспокоит. Я всё исправлю. Я сделаю всё, что в моих силах, — тараторит нервно, смотря в глаза напротив, руки кладет на колени Чона. — Тэхён, не надо. Пожалуйста, — устало прикрывает глаза, после снова так же устало смотря в лицо напротив. — Ты ни в чем не виноват. Как говорится, проблема не в тебе, а во мне. Я не вижу больше будущего с тобой. Я не хочу продолжать эти отношения. Они меня душат. Ты хороший парень, вожак и просто хороший человек. Но на этом нашим отношениям пришел конец. Ты еще найдешь себе подходящую и достойную пару, который родит тебе волчат, и вы будите счастливы. — Чонгук, всё же было хорошо. Что-то ведь случилось. Давай обговорим это всё, решим все проблемы, — младший лишь отворачивается от него, молчит. А Тэхёна эта тишина медленно убивает. С болью во взгляде лишь пристальней смотрит, ждёт. — Гук-и… — Я тебя не люблю, — внезапно произносит омега, окончательно убивая всё живое в Тэхёне. — Скажи это снова, — совсем тихо говорит. — Я не люблю тебя, — уже громче проговаривает Чон. — Скажи это снова, глядя мне в глаза. Когда Чон поворачивает голову к альфе, то застывает. По его щеке катится одна одинокая слеза. А сам Тэ пытается сдержать их поток, но ему это не удается. Смотрит с болью, выглядит таким разбитым. От этого самому Чонгуку хочется плакать, дать себе пару ударов по лицу за это и броситься обратно в теплые и такие надежные объятья старшего. Зацеловать его слезы, что катятся по лицу, долго-долго целовать такие любимые губы, просить еще много извинений. Но нельзя. Больше ему этого нельзя. Он прекрасно помнит каждый момент проведенный рядом с этим прекрасным альфой. Он единственный такой в своем роде. Прекраснее этого парня он никого не встречал и не встретит. Помнит все свидания, что пытался устраивать старший. Неловкие прогулки в самом начале. Еще более неловкие поцелуи и первый раз. Чтобы не было, Тэхён всегда был с ним ласков и заботлив. Всегда оберегал и помогал. Как они веселились или просто лежали в обнимку, наслаждаясь тишиной рядом друг с другом. Всё это он запомнит на всю жизнь. Будет хранить как самые теплые и лучшие воспоминания. Все эти три дня омега долго думал. Раздумывал о будущем и о своем альфе и пришел к выводу, что оставит его, чтобы тому жилось лучше. Он его любит, очень. Хочет лишь самого лучше, и это лучшее не наступит, если Чонгук будет рядом. Тому пора двигаться дальше, заниматься делами деревни, заводить семью и волчат. У Тэхёна должна быть самая лучшая омега. А такой, как Чонгук, ему лишь жизнь испортит, будет обузой. Принял решение, как бы больно не было, нужно отпустить Кима. Дать ему возможность к нормальной, хорошей жизни. — Я тебя не люблю, — по слогам говорит и смотрит в чужие глаза. Сдерживает слезы, пытаясь выглядеть максимально холодным. — Я принял решение, что хочу расстаться. Я бросаю тебя. — Гук-и… — Не плачь. У тебя всё еще впереди. А теперь оставь меня, пожалуйста. Тэхён медленно встает с кровати, так же как в прошлый раз уходя к двери. Смотрит еще какое-то время так разбито на омегу. — Спасибо тебе за всё. Ты правда лучшее, что случалось в моей жизни, ты просто невероятный. Спасибо. Но без тебя я не смогу полноценно жить, могу просто существовать, — слегка улыбнувшись чуть, увереннее говорит, разворачивается и выходит из комнаты. Видимо на этот раз последний. Больше он не ступит сюда. Медленно он покидает и дом семейства Чонов и идет к своему. На лице больше никаких эмоций, лишь пустота. Сердце болит, хочется плакать, вернуться туда и умолять Гука вернуться. Но он уважает выбор когда-то теперь своей пары. Не будет больше мозолить глаза и надоедать. Больше не посмеет беспокоить этого омегу. Заходя в дом, ловит на себе вопросительные взгляды друзей. Все пятеро сидели в зале, явно что-то весело обсуждая ранее. Видя состояние вожака, они начинают беспокоиться сильнее. Хосок первый, кто решается встать со своего места на кресле и подойти к нему, соответственно первым нарушая тишину в доме. — Всё хорошо, Тэхён. Если он не захотел сегодня, может ему нужно еще времени, — пытается как-то поддержать, обнимая одной рукой за шею. — Придумаем все вместе еще лучше идеи для свидания и как поднять настроение Гук-у. — Больше не надо, — тихо шепчет альфа, сбрасывая чужую руку, и уходит в сторону своей комнаты. — О чем ты? — еще больше не понимают остальные, пристально смотря на Кима, требуя ответа. — Чонгук меня бросил, мы расстались, — говорит без эмоционально, перед тем как закрыться за дверями собственной комнаты, где ни один день он будет проливать слезы. Друзья понимают, что тому нужно личное пространство и время побыть с самим собой. Чонгук с Тэхёном взрослые, зрелые люди и лезть в их отношения они не имеют права. Один за другим выходят из дома, прикрывая за собой дверь. Ким же в это время безжизненной тушкой валится на кровать, зарывшись лицом в подушку и плачет. Плачет тихо, перебирая в голове все моменты со своим солнышком, представляя его образ в своей голове. Кто говорил, что альфам не подобает плакать? Сейчас ему абсолютно все равно на всё. Сердце до сих пор изнывает болью, словно частичку вырвали. Хотя, так оно и есть. Это правда конец?