Он не поверил своим глазам...

-Анна, дай мне слово, что ты привезёшь моё сердце обратно в Стамбул, - тихо сказал Махмуд смотря на удаляющийся город. Обняв руку мужа и точно так же смотря на Стамбул, Анна ответила: -Тогда ты тоже должен мне дать слово, что ты привезёшь моё сердце домой в Стамбул. На палубе возобновилась тишина. Вот уже больше часа Анна и Махмуд стояли на палубе и смотрели на Стамбул, а он становился всё меньше и меньше, а расстояние между ними и Стамбулом увеличивалось. И у него, и у неё уже не было слёз в глазах. Они просто стояли и смотрели вдаль на исчезающий город. Всего лишь пять часов тому назад, Махмуд вернулся во дворец с утреннего намаза. И вся семья собралась в обеденной зале на завтрак. Все, кроме самых маленьких внуков, сидели за столом с Повелителем и Хасеки-Султан. Все были грустны, а Анна и Махмуд пытались всех развеселить. Они шутили и были бодры. Все знали, что после завтрака, Повелитель и его супруга попрощаются со всеми и поедут в порт, чтобы сесть на корабль и отплыть в Россию. По дороге в Знаменское они остановятся в Одессе, где их ждал не официальный приём у Генерал-Губернатора Михаила Сергеевича Воронцова. Потом сухопутным путём они проследуют до Киева, где тоже будет не официальный приём у Губернатора города Ивана Ивановича Фундуклея. Они надеялись, что до Москвы они смогут добраться без других «не официальных» приёмов, где их будет встречать Генерал-Губернатор Алексей Григорьевич Щербатов. После остановки в Москве они продолжат путь в Знаменское. Весь путь должен был занять шесть-семь недели, всё зависело от «не официальных» приёмов. Когда завтрак закончился и все начали подниматься из-за стола, то бабушка и дедушка начали целовать и обнимать внуков, и вытирать глазки малышей, которые никак не хотели отпускать бабушку с дедушкой. Постепенно, внуков вывели или вынесли из обеденной залы и начали прощаться дети со своими родителями. Накшидиль не могла успокоиться и всё время плакала. Анна погладила её по животу и сказала: -Маленькая моя, пожалуйста не плачь. Не расстраивай малыша. Мы с папой через год вернёмся, и я хочу увидеть моего внука или внучку крепеньким и здоровеньким малышом. Обняв дочь и посмотрев на зятя, Анна добавила: -Мирак-паша, я прошу вас, позаботьтесь о моей дочери и моих внуках. -Конечно же Хасеки-Султан, это моя обязанность, - ответил зять и мельком взглянул на Повелителя, который с улыбкой наблюдал за этим напутствием. Анна ещё раз обняла Накшидиль и пожелала ей лёгких родов. Каждый из детей получил напутствие от родителей. Анна подошла к Джеври-калфе сидящей в инвалидном кресле. Джеври взяла Анну за руку и встала. Держась за Анну, Джеври сказала: -Лёгкой вам дороги. -Спасибо тебе Джеври, я буду скучать за тобой, - со слезами на глазах сказала Анна. -Я тоже, девочка моя, буду за тобой скучать, - сказала старушка и женщины обнялись. Анна помогла Джеври сесть в кресло. Джеври удержала руку Анны в своей и сказала: -Аннушка, девочка, привези мне горсть земли из Знаменского, чтобы на Колину могилку положить, - немного подумав калфа попросила – Если тебе не будет трудно, то может и берёзку сможешь привести. Коля очень жалел, что в Стамбуле нет берёз… - сказала пожилая женщина. -Я передам всё с первым посыльным. Берёзку лично в березняке выберу, выкопаем с землёй и в кадку посадим для перевозки. Надеюсь, что к нашему возвращению берёзка приживётся, - с улыбкой сказала Анна. -Спасибо родная. Я буду ждать, - ответила калфа и вытерла глаза от слёз. Посмотрев на Повелителя, Джеври добавила – Повелитель, Вы уж простите меня если, что не так было. Я за Вас и жизнь готова отдать. -Ну, что ты Джеври-калфа. Мы с тобой столько пережили. И сейчас в твоих надёжных руках я оставляю детей и внуков. Ты уж присмотри за ними, - с улыбкой сказал Повелитель. -Присмотрю, не беспокойтесь, - ответила пожилая женщина. И попросив руку Повелителя поцеловала её и прикоснулась головой к ней, попросив благословения. -Джеври-калфа, я через год вернусь и надеюсь увидеть тебя во дворце, - сказал Повелитель, прощаясь с дорогим ему человеком. -Я постараюсь дождаться Вас, мой Господин. Но Вы на меня не обижайтесь если не дождусь, - со слезами на глазах ответила калфа. Не менее тяжёлым было прощание с Ашубиджан-султан. И Анна, и Ашубиджан плакали обнимая друг друга. За столько лет они стали больше, чем подругами, они стали сёстрами. Ашубиджан пообещала Анне помогать детям и следить за внуками, а Анна дала слово, что она будет писать и держать её в курсе того, что происходит с Повелителем и его здоровьем. Махмуд просто подошёл к Ашубиджан, поцеловал ей руку и сказал спасибо. Наклонившись к её уху, он шепнул ей, что если они больше не увидятся, то он просит её помолиться за упокой его души и простить ему всё то, в чём он перед ней виноват. А она, посмотрев на него тихо сказала: -Я давно всё простила. Но если Вам, Повелитель всё ещё нужно моё прощение то оно у Вас есть, - улыбнувшись ему, она поклонилась со словами «Мой Господин». В порт поехали Абдул-Меджид, Абдул-Хамид, Селим, Кемаледдин, Намык-паша и Дживанмерт-паша. Кемаледдин уплывал в Сорбонну на пассажирском фрегате через час после отплытия родителей. Проводы Повелителя были как всегда большим зрелищем для зевак. Народа в порту собралось очень много. Повелитель приветствовал всех с улыбкой. Дойдя до трапа, он поднялся до середины и поднял руку с открытой ладонью прося у людей возможности что-то сказать. Когда люди притихли, Повелитель начал свою речь: -Люди пророка. Многие годы я правил вами, и вы поддерживали меня во всех моих начинаниях. Мы с вами смогли победить многих врагов и невежество. Я уплываю с визитом в Россию и оставляю вам своего сына. Абдул-Меджид теперь будет вами править. Я надеюсь, что вы поддержите его в его начинаниях точно так же, как вы поддерживали меня. Я знаю, что все те преобразования, которые я начал, с благословления Всевышнего, Абдул-Меджид продолжит. Да хранит вас всех Аллах и да поможет вам во всех ваших начинаниях. Когда Повелитель закончил свою речь народ взревел: «Да хранит тебя Всевышний!!! Да продлится твоё правление на долгие годы!!! Да защитят тебя наши клинки!!!» Спустившись с трапа, Махмуд обнял Абдул-Меджида и сказал ему: -Теперь это твой народ. Правь им, по справедливости. Помни, что всё, что ты делаешь ты делаешь для них. -Я понял, отец, - ответил Абдул-Меджид через слёзы. Подозвав Дживанмерта, Повелитель сказал: -Ты во главе семьи. Помогай ему во всём. -Как Вы пожелаете, Повелитель, - ответил Дживанмерт. По его лицу можно было понять, что он едва себя сдерживает. Повелитель попрощался и с другими своими сыновьями. Кемаледдину он напомнил, что следующим летом его ждут в России. Юноша сказал, что он помнит и будет рад вернуться домой с родителями. Анна тоже попрощалась с мальчиками, но её прощание было огорчено слезами. Когда дошла очередь до Намыка-паши, Анна уже не могла говорить. Намык улыбнулся и сказал: -Мы скоро увидимся. Я и Гюльфидан будем в Знаменском в начале ноября, так что нечего плакать, - и взяв Анину руку он поцеловал её. -Вы правы, Намык. Мы будем вас ждать. И если вы захотите привести с собой кого-нибудь из внуков, то я возражать не буду, - ответила Анна. -Мы подумаем, бабушка, - с улыбкой ответил Намык-паша и, как всегда, подмигнул Анне. -Анна права, если кто-то из малышей захочет приехать, то привези их, - сказал Махмуд. – Мы не будем выезжать из Знаменского, пока ты не приедешь. В Петербург будем ехать все вместе. -Я всё понял, Повелитель. Постараемся не опаздывать. Будем надеяться, что, осенняя распутица не задержит нас в пути, - ответил Намык и обнял друга. После этих слов, Повелитель и Хасеки-Султан поднялись по трапу на борт корабля и с разрешения Повелителя, капитан отдал приказ отчаливать и выходить в море. Анна и Махмуд прошли на корму, где для них были поставлены кресла, но ни он, ни она не присели на них, а так и стояли и смотрели на удаляющийся город. Только тогда, когда на небе появилась первая звезда и на корабле позвали к вечернему намазу, Махмуд посмотрев на Анну, улыбнувшись ей спросил: -Как ты думаешь, мы ещё когда-то вернёмся в Стамбул? -Я не знаю. Но я всем сердцем хочу вернуться обратно домой. А мой дом там, где ты и где мои дети, значит он там в Стамбуле, - ответила Анна. -Как хорошо, что твой дом там же где и мой, - сказал Махмуд. – Значит мы просто едем в гости и сможем вернуться. -Ты прав, мы едем в гости, - сказала Анна. -Ты знаешь, я не думал, что когда-нибудь покину Стамбул, но мне кажется, что мы поступили, правильно оставив всё в руках детей, - спокойно сказал Махмуд. -Дети уже выросли, они должны сами управлять без нас. Мы им только мешаем. Когда мы вернёмся домой, давай переедем в домик у моря. Там спокойно и никто нам не будет мешать, - сказала Анна. -Ты права, нам там не будут мешать, - ответил Махмуд со вздохом. -Иди помолись и поужинаем. Нам ещё двое суток плыть на корабле. Я пойду посмотрю наши каюты. Надеюсь, что тебе будет удобно, - с улыбкой сказала Анна. -Только не говори, что ты захватила мою любимую подушку? – с улыбкой спросил Махмуд. -А ты как думаешь? Ты с ней в обнимку спишь чаще чем со мной, - с такой же улыбкой ответила Анна. -Я сегодня могу и тебя пообнимать, - с блеском в глазах сказал Махмуд. -Действительно? Посмотрим на твоё поведение, - с такой же улыбкой сказала Анна и пошла вниз в каюту. А Махмуд присоединился к матросам на их вечернюю молитву. На небе становилось всё больше и больше звёзд. Стамбул исчез из виду, а Знаменское и новые приключения приближались. Ни Анна ни Махмуд ещё не знали, что их ждёт впереди встреча со старым знакомым, и много новых встреч с хорошими людьми.