Он не поверил своим глазам...

Махмуд Хан Второй и Михаил Игнатьевич, одетые в простые чёрные брюки и белые рубахи, раскрытые на груди, с удочками сидели на берегу речки Уманки под ивой и тихонько разговаривали. Возле них стояло ведро с водой и в нём уже плескались пять карасей и два карпа. Узнав от местных, что они могут и судака выловить в речке, и если повезёт, то и щуку, мужчины решили посидеть подольше. Солнце уже начало катиться к закату, но в шесть часов вечера жара ещё не спала и мужчины послали в обоз за квасом. -Дяденьки, а что вы делаете на моём месте? – услышали тихий голосок за своими спинами рыбаки. Следом за вопросом, они услышали окрик одного из казаков и Мусы-аги, которые никак не могли понять откуда появился мальчишка рядом с господами. Повернувшись к ребёнку, но не выпуская удочки, мужчины посмотрели на говорившего. Это был высокий, но очень худой мальчик лет семи-восьми, в грязных портках и оборванной понизу рубахе. Он был бос и его ноги были черны от грязи. Светлые почти белые волосы были растрёпаны и прикрывали лоб. Загорелое, но на удивление чистое лицо, с живыми огромными серыми глазами, выражало удивление и испуг. В руках у него была удочка и котелок. Вокруг ребёнка стояли четверо высоких мужчин из охраны. Но самым удивительным было то, что мальчик не смотрел на людей из охраны, он смотрел на двух мужчин, сидящих на берегу с удочками. Когда Махмуд обернулся и посмотрел на мальчика, их взгляды встретились, и мальчишка не отвёл взгляд, а также, как и Махмуд продолжал смотреть ему в глаза. У Султана на лице появилась улыбка, не многие позволяли себе так открыто смотреть ему в глаза. Продолжая улыбаться, Махмуд ответил: -Мы здесь ловим рыбу. -Все знают, что это моё место, - сказал мальчик. – Я здесь прикармливаю рыбку, чтобы быстро её словить и мамке отнести. -Мы не знали, что это твоё место, - ответил Махмуд. – Ты нам разрешишь ещё посидеть и порыбачить? Нам, много рыбы не надо, мы просто хотим порыбачить. -Так вам рыба не нужна? – удивлённо спросил мальчик. Посмотрев на Михаила, Махмуд сказал: -Вообще-то нужна, жена хотела карасей поджарить, - сдерживая улыбку и подмигнув Михаилу, сказал Султан. -Жареные караси — это вкусно. А уха ещё лучше, - сказал мальчик. Перемявшись с ноги на ногу, он опустил голову и сказал – Мне надо наловить рыбы, а то сестрёнки голодными лягут спать, - и чуть приподняв голову, посмотрел на окруживших его мужчин. -Иди лови, - с улыбкой сказал Махмуд, и рукой показал охране пропустить мальчика к берегу. Проходя мимо ведра, в котором плескалась рыба, мальчик заглянул в него, и как знаток сказал: -У вас хороший улов, дяденьки. Махмуд и Михаил в унисон сказали: «Спасибо», и продолжили смотреть на мальчика. Как настоящий рыбак, мальчишка пристроился на берегу и забросил удочку. Мужчины продолжили ловить рыбу и тихо разговаривать, посматривая на своего соседа. Мальчишка быстро вытащил два карася и закинул удочку в третий раз. В это время к рыбакам подошёл человек принесший им корзинку с закусками и жбан с квасом. Мужчины достали бутерброды, разлили в кружки квас и продолжили разговаривать. Почувствовав на себе взгляд, Махмуд повернулся к мальчику. На него смотрели голодные глаза ребёнка. Никогда в своей жизни Махмуд не видел таких глаз, у него защемило сердце. -А ну ка иди сюда, - позвал Султан мальчика. -Зачем это? – спросил ребёнок. -Я хочу тебя угостить, - ответил Махмуд. -Спасибо, но я не голоден, - ответил мальчик. Махмуда удивила реакция ребёнка на его приглашение. Посмотрев на Михаила, Махмуд сказал по-турецки: -Гордец. -Если вырастит, то толк из него будет, - так же ответил Михаил. Повернувшись к мальчику, Махмуд сказал: -Я не сказал, что ты голоден, я хочу тебя отблагодарить за то, что ты позволил нам здесь порыбачить. Ещё помявшись немножко, мальчишка закрепил удочку и подошёл к мужчинам. Посмотрев на руки ребёнка, Махмуд сказал: -Вымой-ка руки. Мальчишка недовольно посмотрел на мужчину, но всё-таки вымыл руки в речке и вытер их об подол своей оборванной рубахи. Когда мальчик вернулся от реки, Махмуд протянул ему бутерброд и кружку с квасом. Мальчик жадно стал есть бутерброд и почти залпом выпил весь квас. -Не торопись, тут ещё много чего есть, - с улыбкой сказал Махмуд. Посмотрев на Махмуда, мальчик кивнул и сел на землю рядом с ним. -Как тебя зовут? – спросил Михаил Игнатьевич. -Стёпка, - жуя очередной кусок ответил мальчик. -Степан значит. А чей ты? – задал следующий вопрос Михаил. Глотая очередной кусок, Степан ответил: -Мы ничьи. Папка в батраках был. -А где он сейчас? – спросил Михаил. -Помер. В январе под забором замёрз, выпимши был, - жуя ответил Степан. -А мать где? – спросил Махмуд. -Дома с сестрёнками и бабушкой. -Сколько у тебя сестёр? – спросил Михаил. -Четыре. Последняя этой весной родилась после того, как папка помер, - жадно жуя ответил мальчик. -Выходит ты один кормилиц в семье? – спросил Михаил. -Угу. Мамка, с сёстрами и бабушкой. У бабушки ноги отнялись после папкиной смерти, а то она Хмелёвым стирала. А когда ноги отнялись, Хмелёвы другую прачку наняли, мамку не захотели, - объяснил мальчик. Доев, мальчик поблагодарил и вернулся к своей удочке. -А у вас корова есть? – спросил Михаил. -Не а. Коза была, но папка пропил её. А без козы плохо, сестрёнкам молока нет. Мамка только младшую кормит, а старшим нет ничего, - ответил мальчик. Мужчины переговаривались. Махмуд спросил можно ли чем-то помочь семье. Михаил ответил, что таких семей очень много и всем помочь невозможно. Через несколько минут мальчишка посмотрел на мужчин и спросил: -Дяденьки, а вы не знаете султан уже приехал или ещё нет? Махмуд удивился и спросил: -А зачем тебе султан? -Мне мамку надо спрятать, - ответил Степан. -Зачем? -Султан едет себе женщин в гарем набирать, а мамка у меня дюже красивая. Папка её бил, чтобы такой красивой не была. Если султан её увидит, то он её в гарем заберёт, а я сам с сестрёнками и бабушкой не справлюсь, - объяснил Стёпка. Переглянувшись с Михаилом, Махмуд спросил: -А с чего это ты взял, что султан твою мамку в гарем заберёт? -Федька в книжке читал, что татары женщин в гарем к султану увозили. А они теперь этого не делают, вот султан и едет сам себе женщин в гарем набирать, - пояснил Степан. -Говорят, что султан женат, - сказал Михаил. -А у него может быть тьма тьмущая жён, - ответил мальчишка. Это рассмешило мужчин. Михаил, посмотрев на Султана сказал: -Вот так то, даже тут про гарем знаю. -Я никак не могу понять, почему все говорят только о гареме. У нас же учёные, поэты, да строители великолепные, - со смехом спросил Махмуд. -Наверное потому, что мамку в гарем могут забрать, - с усмешкой ответил Михаил. -Что-что, а мамку точно в гарем к султану не заберут, - посмотрев на Михаила с такой же усмешкой ответил Махмуд. -Даже если очень красивая? – переспросил Михаил. -Были случаи, что евнухи пропускали женщину или уже беременную, так евнуха и женщину выгоняли из гарема. У Сулеймана Великолепного был главный евнух, Сюмбюль-ага, когда привезли наложниц, лекарша пропустила одну из женщин, а через месяц оказалось, что она беременна. Сюмбюля, лекаршу и женщину отправили на корабле в паломничество, но на корабль напали корсары и убили Сюмбюля. Сулейман очень любил евнуха и за его смерть отомстил корсарам уничтожив почти все их корабли. С тех пор, если лекарша была не уверена в чём-то вызывали вторую, а то и третью, чтобы точно знать, что «не мамка», - с улыбкой объяснил Султан. (Это действительная история жизни Сюмбюля-аги из Великолепного Века. Примечание автора.) -Только девушки? – подняв бровь спросил Михаил. Кивнув, Махмуд ответил: -Да, чтобы только Османская кровь на престоле осталась. Поэтому большинство евнухов чернокожие. Если что, то по цвету кожи ребёнка понятно, что не Осман. -Интересно, - поджав губы и кивнув сказал Михаил. Мужчины и мальчик продолжили рыбачить. Мальчишка быстро выудил семь рыбёшек положил их в котелок, накрыл сорванным лопухом, повернувшись к мужчинам улыбнулся и сказал: -Вы только всю рыбу не выловите, оставьте мне что-то на завтра, а то сестрёнки голодными будут. -Всю не выловим, - с улыбкой пообещал Михаил. Махмуд смотрел на мальчишку и когда тот сказал: «Ладно я пошёл», Махмуд сказал: -А ну погоди. Махмуд встал, вытащил удочку, смотал бечёвку с крючком и отдал удочку бостанджи. Обув сапоги, он приказал подать ему лошадь. Подозвав Стёпку, он с улыбкой сказал: -Я тебя отвезу, чтобы знать куда султана не пускать. Посадив мальчика впереди седла, сам сел на лошадь и сказал мальчишке показывать куда ехать. Михаил, посмотрев на это, тоже собрал удочку и быстро обувшись сел на лошадь. Он приказал отвезти рыбу и удочки в лагерь, а сам поехал догонять Султана и его охрану. Дорога была недалёкой, но всю дорогу, Махмуд, так же как он делал это со всеми своими детьми, показывал Степану как управлять лошадью. До конца своих дней Степан Серафимович Дедовский будет управлять лошадью отдавая команды по-турецки. Подъехав к «дому», Степан попросил дяденьку остановить лошадь. Махмуд удивился, посмотрев на полуподвальную развалюху с покосившимся забором. Его брови взлетели к волосам, и он спросил: -Ты здесь живёшь? -Ага, это мой дом, - ответил Стёпка. Махмуд спешился, помог спешиться Степану, подал ему его котелок и пошёл следом за ребёнком к землянке. Как хозяин, приглашающий гостя в свой дом, Степан пригласил Махмуда пройти в дом. Согнувшись чуть ли не в двое, Махмуд вошёл в двери. Вонь, перемешанная с гарью, ударила ему в нос. Свет еле пробивающийся через маленькое слюдяное окошко едва ли мог осветить комнату, в которую вошёл Султан. Потолок был очень низким и касался волос Махмуда. В «красном углу» он увидел маленькую икону и еле тлеющую лучину перед ней. Слева от входа стоял то ли топчан, то ли лавка и на нем полулежала пожилая женщина. Возле неё висела прикреплённая к потолку колыбель, которую она качала. В левом дальнем углу стояла маленькая печурка, возле которой возилась молодая женщина. Две маленькие девочки сидели на лавке, стоящей неподалёку от печурки. А третья, совсем маленькая, сидела на полу на какой-то тряпке и что-то засовывала в рот. Посередине комнаты стоял небольшой стол, на котором стояли какие-то миски, кувшин, и два горшка. Услышав, что кто-то вошёл, женщина, не поворачиваясь сказала: -Стёпушка, что-то смог выудить? -Смог, - ответил Стёпушка, подходя к матери. – Вот посмотри, - сказал мальчик, убирая лопух с рыбы. -Хорошо, поставь на стол, я сейчас её почищу, а ты пока принеси воды и попои сестёр, - всё ещё не оборачиваясь сказала мать Степана. -Сейчас принесу, - ответил мальчик и поставив котелок на стол, повернулся к Махмуду. – Вы присаживайтесь, - пригласил он и показал на единственную табуретку, стоящую возле стола. Услышав это, женщина повернулась к дверям. Она действительно была очень красивой, но её лицо было очень худым и выглядело изможденным. Махмуд подумал, что ей не больше, чем двадцать пять лет, но она была похожа на человека, который постарел раньше времени. Посмотрев на стоящего у входа человека, женщина сказала: -Здравствуйте, а вы кто? -Я сына вашего привёз домой, мы вместе рыбачили, - ответил Махмуд. -А, - протянула женщина. – Стёпушка вам своё место рыбное показал? У него очень хорошее место, каждый день рыбку приносит, - посмотрев на сына, женщина улыбнулась. -Мы сами случайно на его место набрели, - ответил Махмуд. -Вы присаживайтесь, - сказала женщина и провела тряпкой по табуретке. -Нет. Спасибо. Я уже должен идти, меня жена ждёт, - ответил Махмуд. Попрощавшись, он вышел из хибары. Выйдя, он глубоко вдохнул, он даже не заметил, когда начал задерживать дыхание. Подойдя к спешившемуся Михаилу, Махмуд спросил по-турецки: -Что это такое? Это называется дом? -Ваше Величество, у Вас в Турции есть такая же нищета, - ответил Михаил Игнатьевич. -Да, у нас есть нищета, но я не видел ни одного раза такого ужаса, а я очень часто хожу по бедным районам, - ответил Махмуд. Посмотрев на Мусу, он сказал – Муса, немедленно узнай есть ли какой-нибудь дом, который можно купить, и найди мне ростовщика, которого все уважают. -Ваше Величество, Вы не можете всем помочь, - сказал Михаил. -Вы правы, всем я помочь не могу, но Стёпке я помогу, - грозно смотря на Михаила сказал Повелитель Османской Империи. Внимательно посмотрев на Махмуда, Михаил перевёл взгляд на Мусу-агу и сказал: -Муса-ага, возьмите с собой моего секретаря Шелестова, он вам поможет. Сев на коней мужчины поехали в лагерь. Подъезжая к лагерю, Михаил сказал: -Поедим и будем собираться в дорогу. -Нет, мы переночуем здесь и уедем завтра, - сказал Махмуд тоном, не ожидающим возражений. Михаил очень внимательно посмотрел на Султана, улыбнулся и сказал: -Хорошо, как прикажете Ваше Величество. Поздним вечером, сидя возле костра Махмуд думал о том, что, будучи Султаном, постоянно делая всё, что только можно чтобы людям жилось лучше, он не смог осуществить и малой толики того, что он задумал. Утром к лагерю подъехали дрожки, в них сидел пожилой еврей. С трудом выбравшись из дрожек, еврей прочёл быструю молитву и последовал за Мусой-агой к шатру, возле которого сидел Султан. Увидев Мусу и незнакомого человека, Махмуд встал, сложил руки за спиной и внимательно посмотрел на обоих. Поклонившись, Муса-ага сказал: -Повелитель — это Моисей Кац, он ростовщик, все о нём говорят как о честном человеке. Говорят, что он с людей три шкуры не дерёт, и никого никогда в долговую яму не отправлял. Насколько я понял его уважают и евреи, и русские, а это редкость, - закончил свою речь Муса. -Хорошо, - сказал Султан. – Муса, ты дом нашел? -Да, Повелитель. Секретарь должен привезти купчую Вам на подпись, - ответил Муса. -Хорошо, - сказал Султан и перейдя на русский подозвал господина Каца. – Ростовщик, ты знаешь под чьей защитой находятся сироты и вдовы? -Да, - смотря на Султана ответил Моисей Кац и замолчал. Махмуд смотрел на пожилого человека, оба молчали. Через минуту Махмуд спросил: -Так кто же защищает вдов и сирот? -Всевышний защищает их, так же, как и путешественников, - спокойно ответил Кац. -А что будет с человеком, который украл у сироты или вдовы? – спросил Махмуд. -Ваше Величество, Вы позвали меня для того, чтобы я преподал Вам урок из Торы? Если так, то Вы обратились не по адресу, Вам нужен раввин, он объяснит Вам все законы даденые Всевышним нам смертным, - спокойно сказал Кац. -Мне не нужен раввин. Мне нужно, чтобы ты помнил, что произойдёт с тобой если ты украдёшь у сироты и вдовы, - грозно сказал Повелитель. -Я каждый день помню об этом. Я ростовщик, ко мне приходят за помощью, за советом, за деньгами. Вдов и сирот хватает. Вы мне просто скажите, что Вам нужно, а я подумаю, могу ли я Вам помочь, - ответил ростовщик. Прищурив глаза Махмуд сказал: -Хорошо, я тебе поверю, но, если хоть копейка пропадёт, я через год с тебя голову сниму. -Я это уже понял. Давайте ближе к делу, меня ждут клиенты, - сказал Кац. -Ростовщик, сколько ты возьмёшь за свои услуги? – спросил Султан. -Обычно я беру 15%, но, когда речь идёт о вдовах и сиротах я беру десятину, - ответил ростовщик. -Я так и думал, - сказал Султан. Достав из сундучка, стоящего на походном столике кошелёк, Махмуд протянул его Кацу, - Здесь триста золотых рублей, это больше десятины, но и работа тебе предстоит большая. Это вексель на две тысячи золотых рублей. Ты их можешь получить либо в Одессе, либо в Киеве. Тысячу ты разделишь на четыре приданных для девочек; каждой дашь двести-пятьдесят золотых рублей. Если сможешь увеличить их, то и приданное увеличится. Вторую тысячу ты пустишь в оборот и дашь ей рост. Из неё ты будешь оплачивать всё, что нужно семье пока Стёпке не исполниться двадцать лет. В двадцать лет ты передашь ему всё управление деньгами и делами, которые ты для него приобретёшь или откроешь. Раз в год, ты будешь присылать мне отчёт о том, что ты сделал. Ты меня понял? -Да, Ваше Величество. Единственное, что я не понял это о каком Стёпке идёт речь и почему Вы выбрали меня, - спокойно спросил ростовщик. -Все о тебе говорят как о честном человеке. А мне нужен честный человек. Ты свои триста рублей в миллионы превратишь, и Степану жизнь поможешь устроить. С этой минуты Степан Серафимович Дедовский твой клиент. Его судьба и судьба его семьи в твоих руках, - сказал Султан. В это время подъехал секретарь Шелестов с секретарём из городской управы и привёз купчую на дом. Показав, где Император должен расписаться и поставить свою печать, секретари закончили оформлять документы. Эта купчая, подписанная Императором Махмудом Ханом Вторым, в 1918 году, поможет семье Степана Серафимовича Дедовского устроиться в Турции и основать собственную ювелирную фирму. После Турецкой революции 1922 года и приказа всем Османам покинуть Турцию, Дедовские уедут вместе с ними и будут скитаться по миру до начала Второй Мировой Войны. Во время войны они переберутся в Соединённые Штаты и продолжат своё ювелирное дело. А купчая на дом с подписью и тугрой (личной печатью) Императора будет помещена в рамочку под стекло и повешена в кабинете главы ювелирной фирмы. А пока, господин Кац очень внимательно изучил все переданные ему документы. Поклонился Императору и уехал домой. Ростовщик оказался честным, он не просто преумножил деньги, он превратил их в одно из самых больших состояний юга России. Каждая невеста Дедовская пришла в дом к мужу с преданным превышающим пять тысяч рублей золотом. А Степан в двадцать лет получил в собственное управление три доходных дома в Киеве, по два в Москве и в Одессе. Крупорушку в Умани, и две мельницы в окрестностях Киева. Полотняные заводы в Калужской и Ивановской губерниях. И это не полный список всего, что передал Кац Степану. На имя Дедовского в Швейцарском и Немецком банках лежало более полумиллиона рублей золотом. Эти деньги помогли семье перенести все невзгоды, и уже в двадцать-первом веке оставаться меценатами и помогать нуждающимся. Отпустив ростовщика и пообедав грибным супом, сваренным Анной, Повелитель прилёг отдохнуть перед дорогой на Киев. Анна присела на каретную подушку рядом с постелью мужа. Правая рука Махмуда лежала, прикрывая его глаза, Анна видела обручальное кольцо на пальце мужа и не удержалась притронулась к нему. Махмуд приоткрыл глаза и посмотрел на Анну. -Я горжусь тобой, - тихо сказала Анна. -Гордишься? Что я сделал? – удивлённо спросил Махмуд. -Ты спас семью, изменил их судьбу, - с улыбкой сказала Анна. -Анна, если бы я мог так просто помочь всем, - со вздохом сказал Махмуд. -Ты меняешь мир к лучшему. Мальчик вырастет и станет таким же честным человеком как ты и будет помогать другим, - сказала Анна. -Иншаллах! (Да, будет так! или Во имя Аллаха! * примечание автора) – сказал Махмуд. Они ещё немного помолчали и Махмуд спросил: -Ты хочешь поехать со мной навестить Стёпку? -Ты хочешь ему рассказать, что ты и есть султан которого он так боится? – с улыбкой спросила Анна. -Я хочу его успокоить и объяснить, что султан ничем не отличается от простого смертного, - ответил Махмуд. -Хорошо, давай тогда соберёмся и съездим. Надо конфет и сладостей для детей купить, сказала Анна. Махмуд медленно встал со своей постели, переоделся в один из своих «султанских костюмов» с чалмой. Дождавшись, когда будет готова Анна, он приказал подать карету. Михаил Игнатьевич и Глафира Афанасьевна на эти приготовления смотрели с улыбками. Когда Повелитель и Анна были готовы, Михаил Игнатьевич сказал: -Как Цезарь, идущий в дом к бедняку… Махмуд усмехнулся: -Нет, скорее как дед идущий проведать внука, о котором только узнал. -Может Вы и правы, - сказал Михаил, смотря на Султана. – Я приказываю разбирать лагерь. Вы хотите вернуться сюда или встретимся за городом? -Когда всё соберёте, пошлите посыльного сообщить, где вы уже находитесь, мы там к вам и присоединимся, - ответил Махмуд. -Слушаюсь, Ваше Величество, - ответил Голубев и поклонился. Сев в карету Махмуд и Анна сопровождаемые Мусой-агой, Заиром-агой и охраной поехали смотреть новый дом Дедовских. Весь городок шумел: «Какой-то богатый родственник объявился у Дедовских. Он им дом купил! Бывшую усадьбу князей Потоцких! Всю скотину на базаре скупили! В дом двух служанок, слугу и конюха взяли. Стёпку в школу определили. Прислали за евреем портным, а у него только господа шью. Он у самого Келлера из Германии в подмастерьях в Санкт-Петербурге был!» «Да нет же, это Мариин Венгерский отец объявился! Он миллионщик! Силантию говорили, что Мария незаконнорождённая, а он не верил говорил, что это наговоры. А видишь, как получилось? Родную кровь решил поддержать.» «Да нет, вы не правы, Силантий её уже брюхатую брал. Это Стёпкин отец объявился. Говорят, когда он увидел, где сын живёт, сразу усадьбу купил.» Мария ходила по усадьбе ни жива ни мертва. Когда к ней приехал ростовщик Кац и сказал, что на имя её сына куплен дом, она не поверила. Моисею Давидовичу пришлось уговаривать её посмотреть дом, она всё отказывалась. А Стёпка подошёл к матери взял её за руку и сказал: -Давай посмотрим, авось не брешет. Кац попросил жену помочь ему с к Дедовскими. Сара Лейбовна была в доме и распоряжалась служанками. Дом был закрыт уже четыре года и пыли в нём хватало. Со всей мебели надо было снять чехлы, вымыть полы и окна, и приготовить спальни для детей. Когда Моисей Давидович приехал в поместье вместе с Марией и Стёпкой, их на пороге встретила Сара Лейбовна. Пригласив новых хозяев в дом, она начала всё показывать. У Марии подкосились ноги, и она бы упала если бы Сара Лейбовна не подставила ей стул. Подав Марии стакан воды, Сара Лейбовна села напротив её и сказала: -Мария Ивановна успокойтесь. Это не обман, я сама бумаги видела, этот дом записан на вашего сына и тысяча рублей золотом в Киевском банке на его имя. Моисей Давидович в Киев через неделю съездит и всё получит. Вашим девочкам уже приданное есть. Вы только успокойтесь. На людей не обращайте внимание. Говорить будут много. Я вам дом покажу и ваших деток перевезём суда да выкупаем, я приказала баню затопить. А свекровь вашу доктор Левинсон посмотрит, может чем и помочь сможет. Не плачьте, я обед уже приказала сварить. Всё будет хорошо. Моисей Давидович сказал, что вы можете зайти в любую еврейскую лавку и купить всё что вам захочется, он для вас во всех еврейских лавках кредит открыл. Только через час Мария начала верить в то, что это не сон. Привезли детей и свекровь. Всех вымыли в бане и переодели в одежду, которую привезла Сара Лейбовна. Днём всех покормили досыта. Стёпка две тарелки борща съел и попросил третью. Два каравая хлеба ушли за обедом. На поданную к обеду курицу все смотрели огромными глазами. После обеда всех положили спать, а Мария Ивановна решила посмотреть дом. Она ходила из комнаты в комнату и дрожащей рукой дотрагивалась до предметов. Сара Лейбовна ей не мешала, она со служанками приводила всё в идеальный порядок. Когда во дворе послышалось постукивание колёс, Сара Лейбовна подумала, что Моисей Давидович приехал за ней, но увидев большую карету, да ещё и охрану, она поняла кто приехал. Быстро дойдя до входных дверей, Сара Лейбовна открыла их и застыла на пороге ожидая, когда гости выйдут из кареты. Закончившая Киевскую гимназию с отличием, свободно владеющая пятью языками, Сара Лейбовна вспомнила уроки этикета, преподаваемые в гимназии, и встретила гостей с поклоном и словами «Ваши Величества, прошу вас проходите. Хозяйка дома ждёт вас в гостиной.» Султан и Анна вошли в дом, Сара Лейбовна проводила их в гостиную, где всё ещё не верившая в такое счастье ходила по комнате Мария. Поздоровавшись с гостями, Мария внимательно посмотрела на мужчину: -Вы вчера Стёпушку домой привезли. -Привёз, - ответил Султан. -Кто вы? – спросила Мария. -Друг, который хочет, чтобы Степан вырос и выучился, и стал хорошим человеком, - сказал Султан. -Вам, что-то нужно от моего сына? Вы хотите его у меня забрать? – спросила испугано женщина. Султан улыбнулся: -Нет, я просто хочу ему помочь жить и учиться. Мария опустила голову и сказала: -Я ничем не смогу вас отблагодарить, у меня ничего нет кроме моих детей. -Мне не нужна ваша благодарность, я просто хочу, чтобы Степан стал человеком, - сказал Султан. Мария кивнула и внимательно посмотрела на стоящего перед ней человека: -Вы так и не сказали кто вы. -Я Султан. Меня зовут Махмуд Хан, - ответил Махмуд. В это время в двери вошёл одетый в исподнее и протирая глаза после сна Степан. Увидев разодетого дяденьку, он застыл с открытым ртом. -Здравствуй Степан Силантьевич. Ты меня видеть хотел, - с улыбкой сказал Султан. – Вот я и решил к тебе сам прийти. Степан посмотрел на мать, потом на Султана и спросил: -Ты действительно султан? -Султан, - ответил Махмуд. -Ты за мамкой моей пришёл? Ты её забрать хочешь? – испугано спросил мальчик. -Нет, не хочу. Я пришёл тебя с моей женой познакомить, - ответил Султан и посмотрел на Анну. Анна сделала шаг вперед, у неё в руках была корзинка полная конфет, пряников, и всяких сладостей. Подойдя к мальчику, Анна сказала: -Здравствуй Степан Силантьевич. Я очень много слышала о тебе от Султана. Он говорит, что ты очень умный и заботливый мальчик. Маме помогаешь и учиться хочешь. Стёпка с открытым ртом смотрел на Анну. Когда она договорила он проглотил комок в горле и сказал: -Ты красивая. -Спасибо за комплимент, давно мне таких комплиментов не делали, - с улыбкой сказала Анна. -А ты точно жена султана? – спросил мальчик. -Точно, - ответила Анна. -И у вас дети есть? – спросил Стёпка. -Есть, - ответила Анна. -Ты в гареме живёшь? – задал очередной вопрос мальчишка. -Нет, не в гареме. Гарем — это школа для девочек, - объяснила Анна. -А разве в гареме не живут жёны султана? – спросил мальчик. -Раньше жили, а теперь нет, - ответила Анна. -А у султана много жён? – последовал очередной вопрос. -Я одна, - усмехнувшись ответила Анна. -Он точно мою мамку не заберёт? – с надеждой в голосе спросил Степан. -Нет, не заберёт. Она же твоя мама. Она тебе нужнее, - ответила Анна и погладила мальчика по голове. Протянув ему корзинку, она сказала – Это тебе и твоим сестрёнкам. Только не ешьте всё сразу. Взяв корзину, Стёпка голодными глазами посмотрел на все сладости. Подняв глаза на Анну, он сказал: -Спасибо. -На здоровье, - ответила Анна. – Мы через год будем ехать назад, я хочу, чтобы за этот год ты многому научился в школе. И потом мне всё расскажешь. Договорились? С огромной улыбкой на лице мальчишка ответил: -Договорились. -Нам пора ехать, - сказал Махмуд. – Степан Силантьевич, я тебе дал шанс на хорошую жизнь, теперь ты должен постараться стать достойным человеком. Не забывай помогать другим, - напутствовал его Султан. Стёпка кивнул и сказал: «Хорошо, не забуду». Он не забыл данное обещание Султану. До конца своих дней Степан Силантьевич Дедовский будет помогать бедным и попавшим в беду. Он это же завещает своим детям и внукам, и они будут выполнять его завет каждый день. Попрощавшись с домочадцами Дедовских, Махмуд и Анна сели в карету и поехали к обозу, который их уже ждал на другой стороне города. До Киева оставалось шесть дней, они прошли без приключений, но на въезде в Киев, обоз догнал посыльный из Петербурга и передал конверт Михаилу Игнатьевичу. Вскрыв конверт и прочитав содержимое письма, Голубев побледнел, закрыл глаза, а когда их открыл и посмотрел на жену, он взревел: -Мерзавец!!! Да я его своими руками придушу! Сколько он будет меня позорить. Глафира Афанасьевна — это всё твоё воспитание! «Васенька-сыночек, Васенька самый лучший. Васеньке всё можно.» Доигрался, мерзавец! -Михаил Игнатьевич, что случилось с Васенькой? - с испугом спросила Глафира Афанасьевна. -Что случилось?! Этот мерзавец вызвал на дуэль сына князя Разумовского!!! – взревел Михаил Игнатьевич. – Оба ранены. Василий в руку, Разумовский в плечо. Оба ждут решение начальства. Скорее всего разжалуют и выгонят из полка! -Мишенька, что же делать? – со слезами на глазах спросила Глафира Афанасьевна. -Не знаю, - резко ответил Михаил Игнатьевич. – В первый раз я был в Петербурге и смог всё уладить, сейчас я в Киеве… -Михаил, вы можете его прикрепить к нам как посыльного? – спросил Махмуд. Посмотрев на Султана, Михаил прищурился. Подумав, ответил: -Могу. Надо написать Иллариону Алексеевичу Мамонову. Он сможет отдать приказ о его зачислении в Ваше сопровождение. -Тогда пишите и отправляйте с гонцом. Пусть догоняет нас в пути, - сказал Султан. С благодарностью посмотрев на Султана, Михаил сказал: -Спасибо. – Вздохнув огорчённый отец сказал – Мерзавец…