Он не поверил своим глазам...

-Здравствуйте, Александра Викторовна. Я так рада вас видеть, - произнесла красивая девушка, подходя к старушке, сидящей в гостиной в высоком кресле. Княгиня поднесла к глазам лорнет и внимательно посмотрела на девушку. Чуть задумавшись, она сказала: -Я не имею чести вас знать… -Действительно? А я всё ещё использую ноты которые вы привезли мне из России, - с улыбкой сказала девушка и перейдя на турецкий добавила, - Неужели тётушка Хасеки-Султан не помнит её племянницу? -Хатидже!!! – вскрикнула старушка. – Господи, девочка, как ты выросла! Какой красавицей ты стала! Когда ты приехала? -Мы приехали сегодня. Матушка осталась во дворце, а Армаан и поручики пригласили меня покататься на коньках. Князь сказал, что вы и ваша невестка приглашаете нас на обед, - ответила Хатидже. -Да-да, Анна Петровна прислала записку с просьбой принять и её племянницу… Я запамятовала… Совсем старой стала, а бог меня не призывает… - ответила княгиня. -Ну, что вы. Я так рада вас видеть, - ещё раз повторила Хатидже и глянула на Армаан. -Армаан, что ты там стоишь? Иди сюда девочка. Я никак не могу поверить, что ты уже такая взрослая, - со слезами на глазах сказала княгиня. -Александра Викторовна, почему всегда, когда вы меня видите вы плачете? – спросила Армаан. -Я просто помню, когда ты родилась… Как ты тяжело досталась своей маме… - ответила княгиня. -А мама говорит, что я её самый большой подарок, - с улыбкой сказала Армаан. -Да-да, подарок… Конечно же подарок. Султан имя тебе дал «подарок, дар», ты была им подарком… - сказала княгиня и замолчала задумавшись. Ольга Филипповна, супруга князя Виктора Владимировича Разумовского, вошла в гостиную и поприветствовав девушек подошла к старой княгине. -Мама, как вы себя чувствуете? – спросила Ольга Филипповна. Она говорила по-русски с ужасным французским акцентом. До восемнадцати лет княгиня говорила только по-французски. Одним из условий, которые поставили князья Разумовские графине Талич перед заключением брака с их старшим сыном, было выучить русский. Александра Викторовна лично говорила с юной Ольгой, она без обиняков спросила у нею считает ли она себя русской; девушка ответила, что она русская и любит всё русское всей душой. Княгиня посмотрела на свою будущую невестку и сказала: -Тогда через год, я хочу говорить с вами только на русском. Ольга Филипповна не смогла избавиться от акцента, но владела русским очень хорошо, она даже научилась писать по-русски, правда с ошибками, но её все понимали. Она не допустила ошибку своих родителей, и с первых дней у её детей были только русские нянечки. Она с детьми говорила по-французски, но в присутствии свёкра и свекрови, всегда говорила только по-русски. Александр был её четвёртым ребёнком. Его назвали в честь бабушки Александры Викторовны, а так как её супруг был назван в честь своего усопшего перед его рождением деда, то четвёртый ребёнок Ольги Филипповны и Виктора Владимировича оказался полным тёской своей бабушки. Александр, так же, как и все его братья и сёстры, обожал бабушку. Когда Александра Викторовна приезжала из Турции повидать детей, это было не часто, она проводила очень много времени с внуками. Она им рассказывала о далёкой стране, Султане, гареме, и сказочной принцессе, которая смогла растопить сердце грозного Султана. Вернувшись десять лет тому назад в Россию, и потеряв мужа через три года, княгиня Разумовская осталась жить в доме своего старшего сына. К тому времени Ольга Филипповна уже была полноправной хозяйкой в доме, и её муж ожидал, что его мать и жена начнут воевать друг с другом. Но Александра Викторовна оказалась гораздо умнее многих свекровей, вселившись в выделенные ей комнаты, она стала хозяйкой только в них. А Ольга Филипповна, помня разговор с княгиней перед свадьбой, решила ни в чём не перечить ей, но и всё делать так, как у неё уже было заведено. За пару месяцев стало понятно, что обе женщины до безумия любят Виктора Владимировича и детей, и ради них готовы на всё. Супруга и мать князя стали подругами. Ольга Филипповна во всём поддерживала свекровь, а свекровь была всегда на стороне невестки. Даже когда дети, которые к тому времени уже были подростками и пытались показать характера, начинали «шалить» и отец их наказывал за какие-то провинности, обе женщины никогда не перечили мужу и сыну. Они звали провинившегося отрока к себе и проводили с ним душещипательные беседы, заканчивающиеся тем, что провинившийся отрок пристыженный и посрамлённый шёл к отцу с повинной головой просить прощение. Александр, будучи младшим сыном, но не младшим ребёнком (после него на свет появились ещё две сестрёнки, одна из которых уже была замужем и ждала первенца, а вторая была ещё очень юна, но её выход в свет готовился на новогоднем болу в Зимнем, куда князья Разумовские были приглашены всем кланом) понимал, что его перспективы очень малы. Он имел титул князя, но не мог получить семейное поместье. Он пошёл в военную службу надеясь дослужиться до чина полковника, чем обеспечить себе и своей семье неплохое будущее. Но, каждый в его полку, за исключением Василия и ещё двух-трёх юношей у которых были большие состояния, хотели дослужиться до полковника. Александр понимал, что скорее всего ему придётся продать свой титул за большое приданое которое он получит вместе, скорее всего, с нелюбимой женой. Ольга Филипповна очень переживала из-за сына, и очень часто говорила об этом со свекровью. А Александра Викторовна отвечала невестке, что у Сашеньки светлая голова и у него всё получится. О том, что приехала дочь Султана в Санкт-Петербург, узнали все в тот же день. А через неделю все заговорили о том, что принцесса благоволит к низкородному дворянину. Александр за обедом рассказывал, со смехом, о том, как его друг влюбился в принцессу. Но Ольга Филипповна поняла, что сыну было больно, так как ему тоже понравилась девушка. Зная благородство своего сына, она понимала, что Александр не посмеет помешать Василию. Ольга Филипповна знала, что её сын считает Василия Голубева братом, и когда она приехала за сыном после их дуэли, она только сгоряча накричала на Василия. Когда княгине доложили, что Александр приехал и привёз с собой не только Василия и Армаан, а ещё одну девушку, и они сразу же прошли к Александре Викторовне, Ольга Филипповна решила посмотреть на вторую девушку и прицениться. Войдя в гостиную свекрови, Ольга Филипповна спросила: -Мама, как вы себя чувствуете? Княгиня подняла глаза на невестку и улыбнувшись сказала: -Хорошо, Оленька. Ты только посмотри кто пришёл меня навестить, - сказала княгиня и показала на Хатидже. – Это племянница Анны Петровны, Хатидже. Она дочь Эсмы-султан. Те ноты, которые ты помогала мне покупать, были для неё. -О, мне очень приятно с вами познакомиться, Хатидже-султан, - с поклоном поприветствовала княгиня девушку. – Я не знала, что вы приехали в Петербург. Хатидже поприветствовала княгиню реверансом и смутившись сказала: -Мне очень неловко вас исправлять, но я не имею титул султан. Я просто Хатидже-ханум, или госпожа Хатидже. Моя матушка носит титул Султан потому, что она дочь Султана. Армаан тоже Султан потому, что она тоже дочь султана. Гюльфидан носит титул Султан потому, что дядя его ей даровал, по-другому она бы была как я ханум до брака, а после брака хатун. -Действительно, я не знала этого. Прошу простить меня, - сказала Ольга Филипповна. – Если вы позволите, то я буду обращаться к вам Хатидже-ханум. Правильно? – переспросила княгиня. -Да, правильно, - ответила Хатидже. – Но вы окажете мне честь если будете просто говорить мне Хатидже, - добавила девушка. Ольга Филипповна наклонила голову в знак согласия и спросила: -Когда же вы приехали? -Четыре часа тому назад. Армаан и ваш сын сразу же пригласили меня покататься на коньках, - с улыбкой ответила Хатидже. -И как вам катание? – спросила княгиня. -Это, что-то сказочное. Не так ли, Армаан? – воскликнула Хатидже. -Да, это превосходно. Мы правда падали в самом начале, но потом мы научились держаться. На катке было очень много детей, и они все такие умницы, все так хорошо катаются, - сказала Армаан. -Я рада, что вам понравилось, - с улыбкой сказала княгиня. – Ваше Высочество и Госпожа, гости на обед начнут собираться через час, я думаю, что вы хотите освежиться. Её Величество прислала ваши вещи и служанок. Если вы пройдёте со мной, то вы сможете сменить ваши платья и привести себя в порядок. -С удовольствием, - ответила Армаан. -Спасибо, - сказала Хатидже, и пожав руку Александре Викторовне, она добавила, - Княгиня, если вы позволите, то я хотела бы вам поиграть, чтобы вы убедились, что ваши ноты не просто так лежат у меня дома. -Это будет прекрасно, Хатидже. А Армаан нам споёт, - с улыбкой добавила Александра Викторовна, - правда если она захочет. -Конечно же я хочу. Мы сегодня с Александром пели дуэтом. Если вы захотите, то мы можем исполнить дуэт и для вас, - сказала Армаан. -Как хорошо. У нас ещё будет и маленький концерт! – воскликнула молодая княгиня. И с этими словами, девушки поклонились княгине, и пошли в гостевую спальню, приготовленную для них переодеваться. -Оленька, ты даже представить себе не можешь какой красивой стала Хатидже. Я её помню совсем маленькой когда её только привезли из Франции, - сказала Александра Викторовна. -Из Франции? Я не знала, что сестра Султана жила во Франции, - ответила Ольга Филипповна. -Нет, Эсма-султан никогда не покидала Турцию. Я очень удивлена тому, что она приехала в Россию… Хатидже француженка. Если я не ошибаюсь, то девочка приходится кузиной Султанше. Я точно не помню, там была очень запутанная история, но я помню, что Махмуд давал разрешение на удочерение девочки. Эсма-султан была под домашним арестом, а после того, как привезли Хатидже, её домашний арест был снят, - начала рассказывать княгиня. – Я не знаю если Хатидже знает, что она удочерена. -Принцесса удочерила ребёнка с разрешения Султана? Это интересно. А она точно не незаконнорождённая дочь Эсмы-султан? – спросила Ольга Филипповна. -Это точно, Султанша была влюблена, как кошка, в Намыка-пашу, а он женился на племяннице своего друга чтобы спасти девочке жизнь. Я об этом знаю только потому, что Анна Петровна мне рассказала по секрету, - рассмеялась старая княгиня. – А потом был очередной бунт янычар, и Анна Петровна как ангел смерти пролетела через весь Стамбул, чтобы спасти мужа. Владимир Сергеевич вернулся из дворца и почти кричал о безумии женщин. Он тогда сказал, что на Султане не было лица, что он был готов запереть жену в гареме и не выпускать её оттуда никогда. -Господи, Султанша похожа на наших декабристок, они бросались в огонь, и она тоже, - всплеснув руками сказала Ольга Филипповна. -Она чуть не погибла. Говорят, что она остановила коня между янычарами и бостанджи, - по секрету приглушив голос рассказала Александра Викторовна. – Весь Стамбул шумел о том, что Султанша была раздета с непокрытой головой!! Во как. Я потом у неё спросила, а она отмахнулась, она потом ещё и ребёночка потеряла… Плакала без остановки. Но и Султан тогда жару дал, всех казнил без разбора. Страшно в Стамбуле было, а потом всё затихло и мир наступил пока Египтяне бунт не подняли. Владимир Сергеевич с Николаем Николаевичем принцев и принцесс из Турции вывозили, они под Москвой в имении больше полугода жили. -И Хатидже тоже? -Нет, Хатидже осталась в Стамбуле с матерью и бабушкой. Синепервер-султан перед самой свадьбой Шехзаде Абдул-Меджида скончалась. Хатидже так плакала на похоронах, ей только исполнилось шесть лет. Обычно детей не берут на похороны и мужчины иду отдельно от женщин. А тут Султан нёс её на руках, а она плакала и тянула ручки к гробу. Я видела всё из кареты. Эсму-султан тоже подпустили к самому саркофагу, Синепервер-султан почти год была Валиде-султан. Ей все почести при погребении отдали. Махмуд настоял на этом. -Он же вроде брата своего приказа убить, - сказала Ольга Филипповна. -Оленька, что ты, он приказал ему жизнь сохранить. Он хотел его в ссылку в Эдирне отправить, а когда он спал ночью, Великий Визирь и Шейх Аль Ислам подписали приказ о казни Мустафы Четвёртого. Утром Махмуду доложили о казни, он до сих пор не может им это простить. При первой же возможности он обоих снял с должностей, - объяснила Александра Викторовна. – Они потом ещё к янычарам примкнули и козни ему строили. -Интересно, - сказала Ольга Филипповна. Посмотрев на свекровь, она спросила, - Мама, а за Хатидже хорошее приданное дадут или она ничего не получит? -Ну, что ты, она получит отличное приданное. Во-первых, она единственная дочь Эсмы-султан, та даст за ней очень хорошее приданое, и как племянница Султана, она получит дорогие подарки от дяди. Он за Гюльфидан-султан дал десять миллионов акче. Я не думаю, что он даст столько же за Хатидже, но миллион она получит. Почему ты спрашиваешь? – поинтересовалась свекровь. -Саше очень нравится Армаан-султан, но по девушке видно, что она влюблена в Василия Голубева. Саша никогда другу дорогу не перейдёт. Вы же сами видите, что он ни на кого из барышень не смотрит, а когда они пришли, Серафима сказала, что он был очень обходителен с Хатидже, и она ему улыбалась. Сашенька ведь почти ничего не получит из семейных денег, всё останется Илариону. Павел удачно женился, и я рада этому. Если Саше понравится Хатидже, то может из этого что-то и получится, - объяснила невестка. Александра Викторовна задумалась. Внимательно посмотрев на невестку, сказала: -А тебя не смущает то, что она мусульманка? -Александра Викторовна, наши все царицы лютеранки и протестантки, и все приняли православие. Если полюбит Сашу, то примет православие. А свинину мы в доме и так не держим, только на продажу из поместий, - ответила Ольга Филипповна. Свекровь рассмеялась: -Отвыкла я от свинины в Турции. Спасибо тебе, Оленька. Ладно, давай посмотрим, что сегодня вечером будет, а потом я съезжу во дворец и с Анной Петровной поговорю. -Спасибо вам, матушка. Что бы я без вас делала? – с улыбкой сказала невестка. -От подлиза, - ответила свекровь и покачала головой. – Со мной поедешь, познакомлю вас. Если помру, так хоть будете знать друг друга. -Ну, что вы. Вам ещё у Саши на свадьбе танцевать, - ответила Ольга Филипповна и перекрестилась. Обед вышел на славу. На обеде были почти все дети и внуки Александры Викторовны. Она просто светилась от счастья. Ещё были приглашены несколько кузенов и пару друзей. Всего набралось человек под тридцать. Армаан-султан и Хатидже-ханум были представлены всем, и за спинами девушек и поручиков все тихонько переговаривались и подымали брови, что мол через день-два будет объявлено о помолвке Армаан и Василия, и с божьей помощью Александр до конца обеда наберётся смелости и сделает предложение Хатидже. Все говорили об этом как о свершившемся и уже принятом обеими семьями решении. После обеда всех пригласили в музыкальный салон. Василий и Хатидже не успели оглянуться как их усадили за рояль и попросили сыграть что-то в четыре руки. Благо оба очень хорошо знали Бородинскую Польку «Хелене», написанную в 1843 году, для четырёх рук, исполнив её, молодая пара вызвала овацию. Следом к роялю попросили выйти Армаан и Александра, те исполнили песенку об Анри Четвёртом. После этого, Хатидже аккомпанировала Армаан которая исполнила несколько романсов. Пока девушки исполняли романсы, Василий подошёл к Александру и спросил у него: -Сашка, ты «Признание» Пушкина знаешь? -Стихи или романс? – спросил Александр. -Романс, - с опущенными глазами ответил Василий. -Знаю, - ответил Александр внимательно смотря на друга. -Споёшь? – спросил Василий. -Только при одном условии, что ты после этого поведёшь её в оранжерею и сделаешь ей предложение, - ответил Разумовский. -А я тебя для чего прошу его исполнить? Мне смелости не хватает, - сказал Василий опуская глаза. -Я уже это понял, - с усмешкой сказал Александр. После того как девушки окончили исполнять очередной романс, Василий подошёл к фортепиано и поцеловав руку Хатидже, занял её место. Александр галантно проводил Армаан к стулу, стоящему возле дверей, с этого стула, девушка могла видеть лицо Василия без всяких преград. Василий начал играть композицию Глинки к стихам Пушкина «Признание». Александр начал петь, смотря на бабушку. Она ему подмигнула, он начал улыбаться и после третьей строки посмотрел на Армаан и рукой показал на Василия. Армаан перевела глаза на Василия, и их взгляды встретились. Александр спел короткую версию романса и поклонился. Василий сидел за фортепиано и смотрел на Армаан. Видя, что его друг не двигается с места, Александр подошёл к Хатидже и спросил: -Хатидже-ханум, вы случайно не знаете романс «Я помню чудное мгновенье»? -О, это один из моих самых любимых романсов, - ответила девушка. -Окажите мне честь и сыграйте, а я спою. У Василия он очень плохо получается, - с улыбкой сказал Александр. Хатидже протянула руку Александру и тот подведя её к фортепиано, шлёпнул Василия по плечу, чем вывел его из оцепенения. Посадив девушку к роялю, Александр стал перед роялем и приготовился петь. При этом он мельком взглянул на своего друга и убедился, что тот подошёл к Армаан и встал за её креслом. Александр начал петь:

Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты. В томленьях грусти безнадежной, В тревогах шумной суеты, Звучал мне долго голос нежный И снились милые черты.

Когда он допел до этой строфы и Хатидже сыграла проигрыш, он увидел, что Василий что-то шепнул на ухо Армаан и девушка, кивнув тихонько встала и взяв Василия под руку, вышка с ним из музыкальной комнаты. Чтобы отвести внимание от своего друга и его «невесты», следующие три строфы Александр пел, смотря на Хатидже. Девушка как заворожённая смотрела на Александра, и слушала его голос:

Шли годы. Бурь порыв мятежный Рассеял прежние мечты, И я забыл твой голос нежный, Твои небесные черты. В глуши, во мраке заточенья Тянулись тихо дни мои Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви. Душе настало пробужденье: И вот опять явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты. И сердце бьется в упоенье, И для него воскресли вновь И божество, и вдохновенье, И жизнь, и слезы, и любовь.

Допев, Александр поднял руку Хатидже с клавиш и поцеловав сказал: -Я готов петь под ваш аккомпанемент до конца своих дней, вы так хорошо играете. Хатидже опустила глаза и зарумянившись сказала: -Благодарю вас. Мне тоже доставило удовольствие слышать ваше пение. Все, кто был в музыкальной комнате, аплодировали и просили бис, но Александр извинился и сказал, что ему нужно немного отдохнуть. Ольга Филипповна пригласила всех к чаю с пирожными, тем самым позволив сыну остаться на едине с девушкой. Александр пригласил Хатидже в оранжерею. Та немного замялась и спросила, что Александр хочет ей показать. -Если вы пойдёте со мной, то может быть мы сможем увидеть что-то очень красивое, - ответил Александр. Когда Василий и Армаан вышли из музыкальной комнаты, Василий повёл Армаан в оранжерею. В дальнем углу росла китайская роза, в оранжерее было тепло и на китайской розе было несколько раскрывшихся бутонов. Возле неё стояла железная витиеватая скамейка, выкрашенная в белый цвет. Подведя девушку к скамейке, Василий предложил ей присесть и сам сел рядом с ней. Опустив глаза, он смотрел на свои сложенные руки и молчал. -Василий Михайлович, для чего вы меня сюда привели? – спросила Армаан. -Я хотел вам что-то сказать, но всё, что приходит мне в голову, либо пошло, либо глупо, - ответил Василий. -Если — это глупо, то может не нужно и думать об этом? – сказала Армаан. Подняв глаза на девушку, Василий сказал: -Я не умею говорить так красиво как Пушкин, но я не знаю, как вам сказать то, что я хочу вам сказать. Внимательно посмотрев на юношу, Армаан спросила: -Вы любите меня? Василий усмехнулся: -С того мгновения как я увидел вас там на дороге. Я не мог от вас отвести глаз. Если вы думаете, что я целуюсь со всеми дворовыми, то вы ошибаетесь… Армаан улыбнулась. -Армаан-султан, я не князь и мой титул не очень высок, но я богат и смогу достойно содержать семью. Я буду несравненно счастлив если вы окажете мне честь стать моей женой, - на одном дыхании выговорил Василий и опустил глаза. -Василий, вы знаете, что сказал мой папенька великому князю, когда предложил вам танец со мной? – спросила Армаан. Василий поднял глаза на неё и покачал головой в знак того, что он не знает. -Он сказал, что вы моя ровня, а он не годится мне даже в подмётки, - ответила Армаан. -Неужели? Я этого не слышал, - удивлённо сказал юноша. -Мне маменька рассказала перед сном. Она ещё мне сказала, что если я не перестану вас мучать, то вы бросите меня и уйдёте к другой, - взяв глубокий вдох, Армаан сказала, - Я больше не буду вас мучать, и если вы того хотите, то я стану вашей женой. Василий встал со скамейки и приклонил колено, взяв руку девушки в обе свои, он поцеловал её пальцы, и прижав её ладонь к своей груди сказал: -Армаан, я сделаю всё, чтобы вы были счастливы. Я клянусь вам, - и снова поднеся её руку к своим губам поцеловал её. На эту картину из-за кустов роз смотрели Хатидже и Александр. Хатидже всхлипнула и начала открывать ридикюль, чтобы достать носовой платок, Александр протянул ей свой. Чтобы не спугнуть молодую пару, Хатидже сказала шёпотом: -Я так за неё рада. Она заслуживает самое большое счастье в мире. -А вы? – спросил Александр. -Двадцать-седьмого декабря мне исполнится двадцать лет, матушка сказала, что если я не выйду замуж до двадцати, то она меня выдаст замуж за первого встречного. Так что у меня осталось семь дней до того, как меня выдадут замуж за первого встречного. Я только молю Всевышнего, чтобы он был добр, - с улыбкой и грустными глазами сказала Хатидже. -Вы серьёзно? – с удивлением спросил Александр. -Увы, но да. Матушка не любит шутить. Если она сказала, то так оно и будет, - ответила Хатидже. -Я надеюсь, что ваша матушка пошутила. -Нет. Вы можете у неё спросить. Она это подтвердит. -А ваш дядя? Неужели он позволит такое насилие? – спросил Александр. -Матушку так выдали замуж. Её муж был более чем на тридцать лет старше её, - ответила Хатидже. Александр задумался. Когда Хатидже и Александр увидели, что Армаан и Василий идут в их сторону, они пошли им навстречу. -Кузина, родная моя, поздравляю! Я так рада за тебя! – воскликнула Хатидже. -Видишь, дедушка был прав говоря, что я навсегда останусь в России, - со слезами счастья ответила Армаан. Кузины поцеловались. Александр протянул руку Василию и поздравил его. -Вы сейчас хотите объявить или родители это сделают? – спросил Александр. -Нет, не сейчас. Я должен ещё с Султаном поговорить, - ответил Василий. -Правильное решение, - поддержал друга Александр. – Уже половина восьмого. Барышень пора везти домой, - добавил он. Четвёрка вернулась в гостиную и попрощавшись со всеми уехала в Зимний.