Он не поверил своим глазам...

-Она опять плачет, - заходя в спальню сказал Махмуд. – Она когда-нибудь перестанет плакать? Анна рассмеялась: -Ты разве меня не помнишь? Я тоже плакала, когда была беременна. -Что за глупости? – сказал Махмуд и подошёл в плотную к Анна. – Ну может быть раз или два, и то, когда я тебя расстраивал. А она плачет каждый день. -Махмуд, Василий вернётся через неделю, максимум две, и она успокоится. Ты же всё время был рядом со мной, а она сейчас одна, - ответила Анна. -Как одна? Мы с тобой здесь. Дом полон прислуги. Дуняша-калфа при ней всё время. Я этого не понимаю, - с возмущением сказал Махмуд. -И не поймёшь, пока не станешь женщиной, - со смехом сказала Анна. – Это наше, женское. Ей мужа не хватает. Малыш начал двигаться, ей хочется, чтобы Вася её приласкал и пожалел. -Приласкал и пожалел? – с поднятой бровью и кривой улыбкой сказал Махмуд. – А тебе не хочется, чтобы я тебя приласкал и пожалел? – спросил он у жены. Анна расхохоталась: -Если ты меня приласкаешь и пожалеешь, то ты сегодня в баню не попадёшь, - сказала Анна, чуть отталкивая мужа. – Иди попарься, а потом отдохнёшь. Ты плохо спал прошлой ночью. У тебя опять начала болеть голова? -Нет, слава Аллаху тех болей уже нет. – Чуть задумавшись Махмуд сказал, - Мне Стамбул снился… Засиделись мы в России… - и подняв глаза на Анну он добавил, - Пора домой… Анна положила ладонь на его щеку и сказала: -Ты прав, нам пора домой. Я очень соскучилась за детьми и внуками. Мы ещё и внучку с внуком не видели. – Опустив глаза, Анна вздохнула, - Ариша родит и поедем. Махмуд кивнул, взял руку Анны в свою и поцеловал её ладонь: -Конечно, увидим малыша и поедем. Будем быстро ехать, без остановок. Анна кивнула: -Угу. А по приезде, мы с тобой во дворец возвращаться не будем. Давай поселимся в домике. Махмуд опустил глаза: -Ты не хочешь, чтобы я правил? -Ты хочешь отнять власть у сына? – спросила Анна. – К тому моменту как мы вернёмся он уже полтора года будет у власти. Ты же сам читал отчёты Великого Визиря. Абдул-Меджид знает, что он делает. Или ты не веришь в него? Махмуд поднял глаза и посмотрел на Анну: -Отречься от престола? -Нет, просто не мешать сыну. Если ему понадобится помощь, он сам к тебе придёт. Анна и Махмуд долго смотрели друг другу в глаза. Махмуд держал Анину руку в своей и чуть сжимал. Глубоко вздохнув, он сказал: -Ладно, подумаем. Я в баню. Дойдя до двери, он развернулся и с хитрой улыбкой посмотрел на Анну: -А ты со мной не хочешь? Я бы тебя приласкал и пожалел… Анна рассмеялась: -Ты письмо от Намыка читал? Махмуд расхохотался: -Читал! Это только Намык почки в шестьдесят мог сделать очередного ребёнка! Бедная Гюльфидан. -Она не бедная, она счастливая! Она мне написала, что она просто по облакам летает. Беременность на удивление самая лёгкая из всех. Да хранит её Аллах, - с улыбкой сказала Анна. – Иди, - скомандовала она. Махмуд кивнул и вышел из спальни. -Я так расслабился… Как я раньше жил без Русской бани? – сказал Махмуд лёжа на кровати в льняном исподнем. – Всю жизнь проходил в шёлке, а теперь удовольствие получаю от мужицкой одежды, - вздохнув продолжил он. -А что я тебе говорила? Я шёлк одеваю только под парадные платья, чтобы они лучше сидели, - ответила Анна от зеркала, где она расчёсывала волосы. – Я заказала тебе несколько комплектов белья и полотенца для бани. -Ты серьёзно? – спросил, зевая Махмуд. -Да, серьёзно. Пока я объясню портнихе, что нужно пошить, мне легче ей показать. А так, мы приедем домой, и ты не будешь искать бельё для бани. Махмуд вздохнул: -Надо кого-то из специалистов по постройке бань взять с собой. Я хочу баню построить дома. А Заир ещё и пару человек научит как правильно парить, - снова зевнув сказал Махмуд. -И правильно. Надо будет баню построить и возле домика, а то мы с тобой во дворец не наездимся, - сказала Анна, подходя к кровати. -Ты вообще не хочешь во дворец заехать? – поворачиваясь к Анне спросил Махмуд. -А зачем? Дети нормально устроены, мы приедем начнём им мешать, - ответила Анна. – Твою библиотеку правда некуда перевозить, но я думаю, что к домику нужно пристроить крыло с кабинетом и библиотекой. Я не думаю, что нам с тобой нужны два отдельных кабинета. Я думаю, что и одного хватит. -Ты права, одного кабинета нам хватит на двоих, - ответил Махмуд дотрагиваясь до плеча Анны. -Ты же помнишь планировку домика? -Помню, - ответил Махмуд медленно спускаясь пальцами вниз по руке Анны. -Ну вот и займись планом достройки. Пока мы приедем, всё будет готово, - ответила Анна, укрываясь одеялом. -Ты права, завтра этим займусь, - ответил Махмуд медленно подбираясь к Аниной груди. – А чем ты будешь заниматься? – спросил он жену дотрагиваясь до её соска. -А я… завтра с… Аришей… поеду… проинспектировать… школу и-и-и… лечебницу, - с прерывающимся дыханием сказала Анна. – Пора… ей становиться… хозяйкой… поместья… -Действительно? – спросил Махмуд, медленно забираясь под рубашку Анны. Анна не смогла ответить и только кивнула. Махмуд улыбнулся своей кривой улыбкой и сказал: -Даже не отвечаешь Повелителю. Распустил я тебя, пора наказывать, - и взглянув на Анну спросил, - А может приласкать и пожалеть? -Что… угодно… Вашему… Величеству… только… не… останавливайтесь… - еле слышно произнесла Анна. Махмуд рассмеялся и довёл жену до ворот рая, прежде чем сам присоединился к ней. -Как тебе завтрак? – спросила Анна дочь поднимая чашку с кофе. -Очень вкусный. Мне будет не хватать таких завтраков, - ответила Армаан. -Русский завтрак неплохой, но я думаю, что пока повар здесь, тебе надо отдать распоряжение о том, чтобы все на кухне научились готовить твои любимые блюда, - сказала Анна. -Мама права, повариха должна научиться готовить твои любимые буреки. Ты без них жить не можешь, - с улыбкой сказал Махмуд. -Вы правы, папенька. Надо поговорить с поварихой, - сказала Армаан. Задумавшись, она неуверенно посмотрела на отца, а потом на мать. – Я не привыкла к тому, что готовят женщины. А можно я найму повара? – спросила молодая женщина. -Арина Николаевна, я не понял, это вы у Нас разрешение сейчас спрашиваете, что в собственном доме делать? – с удивлением смотря на дочь спросил Махмуд. Армаан зажала губы и пожав плечами кивнула: -Да, папенька. Я никак привыкнуть не могу, что Знаменское принадлежит нам с Васей. -Вот для того, чтобы привыкнуть, мы с тобой сейчас поедем в лечебницу, а оттуда в школу. Надо всё проверить и тебе представится всем, - очень серьёзно сказала Анна. -А зачем? – спросила Армаан. -Как зачем? Ты хозяйка или нет? У тебя почти тысяча крепостных, да ещё и три тысячи вольнонаёмных. У тебя школа на триста душ детей. Лечебница на двадцать коек. Тут стоит целая мануфактура, да лесопилка, две мельницы и крупорушка, кузня на пять горнов, каретная мастерская. Знаменское поставляет кареты чуть ли не по всей России. И ты ещё у меня спрашиваешь зачем тебе надо всё проинспектировать и представится? – сказала Анна, очень внимательно смотря на дочь. – Я понимаю, что ты беременна, но люди из-за этого страдать не должны. И это твои обязанности знать, как и чем они живут. -Маменька, а вы всё обо всех знали во дворце? – спросила Армаан. -Конечно. Я кроме имен знаю и дни рождения всех кто работает во дворце, и дни рождения членов их семей. Ты синий гроссбух на моём столе помнишь? – спросила Анна. -Да, - ответила дочь и кивнула. -Так вот в нём записаны, по датам дни рождения всех людей живущих и работающих во дворце, - объяснила Анна. -Вы его сами составляли? – спросила Армаан. -Да. Ещё до свадьбы начала всё записывать. Папа меня пошивом платьев мучал, а я ещё себе выделяла по полчаса в день, чтобы и с людьми поговорить, - сказала Анна. – Амбер очень сильно помог. Я, наверное, не смогла бы всех записать в книгу без Амбера-аги, да примет Всевышний его душу. Он почти год у меня был и за секретаря, и за казначея, и за конфидента, и за помощника. Джеври-калфа как-то мне сказала, что он настолько уставал, что прямо с ног валился из-за всей работы, что я ему давала. А после рождения двойняшек, папа настоял на том, чтобы у меня появился личный секретарь и казначей. Али-ага мне тоже очень помог, - рассказала Анна. – Так вот, моя дорогая доченька, тебе нужен личный секретарь. Казначей тебе не нужен, тебе городами управлять не надо, так что твой секретарь сможет разобраться с твоими небольшими доходами и затратами. Армаан вздохнула: -Ну, я же беременна. Как же я могу этим всем заниматься? Анна рассмеялась, а Махмуд закатил глаза. -Элементарно, моя дорогая, - сказала Анна. – Скажи спасибо, что у тебя ещё нет десятилетнего и шестилетнего ребёнка, да мужа, который управляет не поместьем, а страной, и постоянно бунтующих янычар. А у меня они были, и ничего, справилась. Ариша, надо распределять время. И заранее знать, что ты хочешь сегодня сделать, - объяснила Анна. -А у меня получится? – спросила Армаан. -А почему нет? – спросила Анна. -Армаан, ты же всегда ездила с мамой и в школы, и в лечебницы, и на курсы. Почему ты испугалась? – спросил отец. -Папенька, я же не была одна, и маменька всегда говорила, что я должна делать. А сейчас маменька говорит, что я должна сама это делать, - неуверенно сказала Армаан. -Мама же не просто так тебе это сказала. Пока мы здесь, мы тебе поможем, а ты запоминай. Я уверен, что у тебя всё получится, - сказал Махмуд. Армаан задумалась. Когда она подняла голову и посмотрела на мать, в её глазах была решимость. Анна улыбнулась и взяв руку дочери в свою пожала её: -Умница. Я уверена, что у тебя всё получится. -Если вы не будете возражать, то давайте последуем плану, который вы, маменька, наметили на сегодня, - сказала Армаан. -Как ты себя чувствуешь? – спросила Анна. -Очень хорошо. Слава Алла… Всевышнему, дурноты уже нет, - с запинкой и улыбкой ответила Армаан. – Правда малыш всё сильнее и сильнее толкается, - добавила она. -Это очень хорошо, - сказала Анна. – Значит растёт крепкий и здоровый ребёнок. Если ты уже закончила, то давай будем собираться, - добавила Анна и посмотрела на Махмуда. – Ты поедешь с нами или останешься дома? -Я останусь дома, займусь тем, о чём мы говорили ночью, - ответил Махмуд. – А вы возьмите с собой Ивана. Мне так будет спокойней, - добавил он. Анна кивнула, и все встали из-за стола и каждый пошёл по своим делам. Через полчаса, дрожки с новой хозяйкой поместья и её матерью, сопровождаемые атаманом казаков, поехали в сторону лечебницы на инспекцию. Никто не ожидал инспекцию. Доктор понятия не имел, что хозяйка сама приедет в лечебницу и всё будет осматривать. Анна не вмешивалась в разговор дочери, а Армаан поглядывала на мать. И помня, как та разговаривала с людьми в Стамбуле, как маленький ребёнок повторяла её интонации и манеру разговаривать. Анна, держа в руках блокнот, который она сама сшила для дочери, и карандаш, записывала всё, что она замечала. Анна была очень удивлена тем, что в лечебнице был настоящий операционный театр, оснащённый по последнему слову техники. Там стоял деревянный стол со столешницей, и доктор мог подойти к пациенту с любой стороны. Перед уходом Анна спросила доктора если у него есть какие-то пожелания для лечебницы. Доктор сказал, что на сегодняшний день в лечебнице всё есть. Анна взглянула на Армаан. Армаан кивнула и сказала: -Доктор, если вам что-то понадобится для лечебницы, я буду вам признательна если вы придёте ко мне. -Как прикажете, Арина Николаевна. Я уже понял, что вы теперь будете заниматься лечебницей, - ответил доктор. -Вы правы, Её Величество всегда занималась лечебницами и школами, я беру пример с неё, - ответила помещица. – Хорошего дня. Доктор поклонился и проводил дам до дрожек. Когда дрожки отъехали, он посмотрел на сестёр милосердия и сказал: -Если она будет повторять всё то, что делает её мать, то поместье превратится в страну. -О чём вы доктор? – спросила одна из сестёр. -О султанше. Один из моих однокашников работает при нашей миссии в Стамбуле. Он писал, что Анна Петровна никому спуску не даёт, и открывает больницы и школы. Она организовала курсы сестёр милосердия и отправляет на учёбу в Германию молодых людей выказавших желание стать докторами, - объяснил доктор. -Действительно? А по ней не скажешь, что она султанша. Она похожа на самую простую дворянку, - сказала вторая сестра. -А зачем ей притворяться? Она и так знает, что она может делать. Мои дорогие барышни, одно я вам могу сказать точно, что за лечебницу я спокоен. Арина Николаевна о ней позаботится, - заключил доктор. -А почему вы не спросили у неё если она будет рожать в лечебнице или дома? – спросила первая медсестра. -А зачем? То, что ей привезут доктора из Петербурга или даже из-за границы, я даже не сомневаюсь, - сказал доктор. Как же он ошибался. Доктор будет не только земским доктором, но и личным доктором господ Голубевых. Следующая остановка была школа. Дамы подъехали к ней, когда из неё выбегали дели на большой перемене. Анна начала улыбаться и посмотрев на дочь она пожала её руку: -Это ваше будущее. От их работы и усилия будет зависеть процветание поместья. Армаан улыбнулась и посмотрев на детей сказала: -Значит я должна заботиться о них. Интересно, а чему их учат в школе? -Сейчас узнаем, - ответила Анна и вышла из дрожек с помощью Ивана. Она оглянулась на дочь чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. – Идём, по-моему, вон там стоит кто-то из учителей. Женщины медленно шли между бегающими детьми, когда раздался звон колокольчика. Подъехала телега. На телеге стояло несколько вёдер, закрытых белой тканью, лежала доска, на которой что-то лежало накрытое рушником, стояло два огромных казана, и корзина, накрытая белой тканью. Дети с криком и визгом побежали к телеге и начали становится в очередь доставая откуда-то кружки. Анна и Армаан остановились и начали смотреть на это необычное действие. Женщина средних лет спрыгнула с телеги, к ней подошли две девушки и начали открывать вёдра, корзину и доску. На доске оказались огромные караваи хлеба, в корзине лежал молодой горошек и зелёный лук. Одна из девушек начала разливать молоко по кружкам, вторая клала в белую тряпицу, протянутую ей ребёнком, яйцо, картофелину, лук, горошек, и ломоть хлеба, отрезанный женщиной. Завязав тряпицу, она передавала её ребёнку. Дети подходили к ведру с водой, возле которого стоял старик дворник. Поставив кружку на землю и положив рядом узелок, дети подставляли ему руки, на которые тот выливал воду. Так помыв руки, дети забирали еду и садились на землю под школой, и начинали уплетать свой обед. -Я так понимаю, что дядя Коля и об обедах отдал распоряжение, - с улыбкой сказала Анна. – Но почему они едят на земле, а не в классах? – спросила она, смотря на детей. -Я не знаю, маменька, - сказала Армаан. – Надо спросить у начальника школы, - продолжила она и направилась в сторону входа в школу. В сторону женщин направился человек, который стоял возле входа в школу и наблюдал за детьми. -Позвольте полюбопытствовать, дамы, кто вы и что вы делаете в школе? – встретившись на пол пути с женщинами спросил мужчина в косоворотке. -Позвольте представиться, Арина Николаевна Голубева, хозяйка этого поместья, а это моя матушка. Её Императорское Величество Гизем-Гьонюл, - представила Армаан Анну мужчине. – Позвольте узнать и ваше имя, - спросила Армаан. -Сударыня, простите, не признал. Нам говорили, что вы прибыли в поместье, но я не думал, что вы придёте в школу, - поклонившись сказал мужчина. -Почему? Школа же находится в поместье, и теперь я буду её патронессой, - сказала Армаан. – С кем я имею честь разговаривать? -О, простите меня, я совсем зарапортовался. Вениамин Поликарпович Студнев. Я начальник этого заведения, - отрекомендовался мужчина. -Приятно познакомится, господин Студнев, - ответила Армаан и чуть наклонила голову. -Рада знакомству, - сказала Анна с улыбкой и сразу же спросила, - Почему дети едят на земле? -Ваше Величество, сейчас тепло, они не хотят сидеть в классе. Зимой они всегда едят за партами. После уроков кому корову из поля домой гнать, кому за гусями идти, а кому и за малыми братьями да сёстрами приглядывать. Дети привыкшие. Пусть отдохнут от парт у них ещё два часа занятий впереди, - с улыбкой ответил начальник школы. -Понятно, - сказала Анна. – Мне сказали, что вы особо одарённых отправляете в училища. Это правда? -Я не отправляю в училища, я даю рекомендацию, а уже управляющий выделяет деньги на училище и отправляет в то, какой специалист требуется поместью. Но это из крепостных детей, а детей вольнонаёмных кого родители в училище отправляю, а если не могут, то мы изыскиваем средства, и помогаем, - разъяснил Вениамин Поликарпович. -Понятно, - сказала Анна. – А почему управляющий не оплачивает училище для детей вольнонаёмных? -А он говорит, что мы в них деньги вложим, а они и уйти могут. Лишние затраты, - ответил учитель. -Ты поняла Ариша? – спросила Анна дочь. -Да, Ваше Величество, - ответила Армаан. К тому времени как дети доели, господин Студнев подозвал их к себе и представил Армаан и Анну детям. -А чьи мы теперь? – спросил белобрысый мальчика лет десяти. Армаан глянула на него и сказала: -Ну, чей ты, я не знаю, а поместье теперь принадлежит Голубевым. Моему мужу, Василию Михайловичу, и мне. -Значит мы теперь Голубевы? – переспросил мальчишка. -Если тебе так нравится, то значит Голубевы, - с улыбкой ответила Армаан и отпустила детей обратно в классы. Попрощавшись с начальником школу, по совместительству математиком, Анна и Армаан подошли к женщинам, стоящим возле телеги. Сидоровна, так звали женщину, приехавшую на телеге, рассказала, что она кормит детей каждый день весь год, а Галка и Олька ей помогают, «пока замуж не повыскакивали, а то потом других помощниц искать придётся». Анна спросила, где берут продукты. Сидоровна сказала, что управляющий выдаёт продукты. А она и девки ещё и лучок, горошек, огурчики, да помидоры с разной зеленью сажают, чтобы детей побаловать. Анна спросила если картошку начали сажать только в 1840 году. -Да что вы, барыня, Николай Николаевич пудов сто привёз из Хранции ещё после войны. Мы знаем, что такое картошка. У нас у всех в закромах её хватает. А соседи наши бунтовали в году этак сорок втором, картофельный бунт устроили. Так помещики приезжали к Иллариону Петровичу просили, чтобы он мужикам разрешил по уезду поездить да о картошке рассказать, - пояснила Сидоровна. -Больше не бунтуют? – спросила Анна. -Нет, год побунтовали, а царь-батюшка войска прислал и палками бить приказал тех, кто отказывался картошку садить, да на каторгу по отправлял. А как же, у нас по-другому нельзя, нас в счастье палками гнать надо, мы же Россия, - пофилософствовала Сидоровна. Анна и Армаан переглянулись да посмеялись. Попрощавшись со всеми, они вернулись в барский дом. Махмуд ждал их к обеду. Поздоровавшись с мужем и отцом, женщины прошли к себе привести себя в порядок после поездки. Обед прошёл в обсуждении предстоящей Армаан работе, советах Анны и Махмуда. После обеда Армаан ушла к себе отдыхать, а Махмуд пригласил Анну в кабинет. На столе лежал свиток плотной бумаги. Махмуд подвёл Анну к столу и показал ей план пристройки. -Что ты думаешь? – спросил Махмуд, после того как Анна внимательно посмотрела на план. -Ты решил кабинет не отделять от библиотеки? – спросила Анна. -Да, я подумал, зачем нам отдельный кабинет и библиотека, когда мы можем поставить книжные шкафы вдоль стен или вмонтировать полки в стены. А столы поставить так как стоял стол у меня в кабинете. Твой под одно окно, мой под второе. Места и воздуха будет много, - подтвердил Махмуд. -Ты прав. Так будет лучше, - согласилась Анна. – Ты расчёты уже закончил, или ты отправишь план архитектору? -Нет, я не хочу допустить ошибку. Я же не архитектор. Пусть сам считает. Но я ему напишу все материалы, которые я хочу использовать. -Прекрасно. Ты думаешь мы можем сделать мраморный пол? – спросила Анна. -Конечно, я знаю, что за столько лет ты не привыкла к жаре. Я думал сделать и стены мраморными, и окна сделать так, чтобы ветер мог свободно обдувать комнату, - с улыбкой добавил Махмуд. Посмотрев мужу в глаза, Анна поднялась на носки и поцеловав его в щёку сказала: -Спасибо. -Пожалуйста, - ответил Махмуд и нежно поцеловал Анну. Следующим утром в Стамбул уехал посыльный с планом пристройки к домику и письмом Абдул-Меджиду с объяснением, что Анна и Махмуд будут ехать в домик прямо из порта. А если дети захотят их увидеть, то они приедут к ним. К возвращению Махмуда и Анны домой, возле домика был построен «малый дворец», дом в котором было достаточно комнат для детей и внуков, которые всё время приезжали к родителям. В один из дней, Салиха сидя на диване с Анной скажет: -Зачем вы переехали? Вы же могли остаться в Стамбуле или поселиться в летнем дворце. А Анна ей ответит: -Здесь мы свободны. Мы просто Махмуд и Анна. А в Стамбуле и во всех дворцах мы Повелитель и Хасеки-Султан. Мы просто устали…