Фармацевт

- Николай Петрович, Николай Петрович, - кто - то настойчиво тряс мужчину за рукав свитера. - А? Что? Да. - спросонья стал недовольно бормотать Круглов. - Николай Петрович, - Валя не собиралась успокаиваться. - Да что случилось в конце концов!? - уже окончательно проснулся майор и, ухватив патологоанатома за плечи, усадил её на лавочку рядом. - Что - то с Галей?! Ей стало хуже? - Нет, Ваня пропал, - немного спокойнее стала говорить женщина. - Как пропал!? Не может такого быть. - Коля моментально подорвался со своего места и стал нервно обыскивать окрестности в поисках куртки. - Я зашла проверить как он там, а палата пустая, капельница сорвана. Я сразу к Вам. Куда он мог пропасть? - Не знаю, думаю, это чудо отправилось антидот добывать, спасатель чёртов. - Поделился догадкой Круглов, продолжая озираться вокруг. - Да что Вы ищете? - Да куртка моя куда - то пропала, я не удивлюсь если это Ванька её присвоил. И где теперь нам их искать? - Кого это " их "? - Ну как кого - Тихонова и мою куртку. Так, поехали в ФЭС. Сто процентов он туда направился. Ну он у меня получит, вот только бы нашёлся. - Возмущался Круглов, покидая здания больницы. Несколько минут и ФЭСовцы уже мчались по дорогам утренней Москвы. Дверь ФЭС отворилась и в здание ворвался Тихонов. Вид у него был мягко говоря странный. Весь такой растрёпанный, измученный, в пижаме, кедах и накинутой на бок куртке с надписью ФЭС. К тому же ещё и ногу повредил когда пытался убежать от наряда полиции. Ну а что могут подумать правоохранительные органы, глядя на бегущее куда - то чудо в пижаме. Первые ассоциации - псих либо беглец. Ване, отвыкшему от нормальной, столичной жизни, было как - то всё - равно что о нём подумают. Уже привык постоянно от кого - то бегать, где - то прятаться. Для него сейчас была единственная цель - добраться до давно любимой лаборатории. Такой взъерошенный он подбежал к посту и уже собирался было идти дальше, как был остановлен Петром Сергеевичем, местным охранником. - Стоп, Вы кто такой? - мужчина перегородил дорогу гению. - Мать Тереза, блин. - Разозлился Тихонов и, с силой оттолкнув вбок охранника, бегом помчался в лабораторию. - Стоять! - послышалось где - то вдалеке, но Ваньке было абсолютно всё - равно. Забежав в доверенное ему помещение он увидел Амелину и Майского, они что - то активно обсуждали. Услышав шум, оба синхронно развернули голову и буквально остолбенели. Уж кого - кого, но Ивана они ожидали здесь увидеть в последнюю очередь. - Ваня, ты псих. Ты что здесь делаешь? - первой завелась Оксана, подрываясь со стула и крепко обнимая Ивана. - Ты как вообще...Зачем? А как ты...? Какого чёрта!? - заплетался язык баллистика. Девушка крепче прижимала к себе юного гения, а из глаз рекой текли слёзы. - Ты ненормальный. Тебя же искать будут. - Ваня только облегчённо улыбнулся. Как он долго ждал этого момента, когда сможет оказаться рядом с ней, когда обнимет её и скажет, что с ним всё в порядке. - Оксан, ну ты чего разревелась? - стал говорить ей на ухо Тихонов, поглаживая светлые волосы девушки. - Я ведь уже тут, наконец всё закончилось. Хотя что я мелю, ничего не закончилось, ничего... - Вань, что у тебя с ногой? - изумилась девушка, завидев сочившуюся кровь. - Да так, царапина. От полиции убегал. - Это как? - Удивлению девушки не было предела. Усадив Тихонова на стул, она подошла к шкафчику с медикаментами. - Да они подумали что я псих какой - то, увязались за мной, еле убежал. - Ну да, действительно, - улыбнулся Майский, - у тебя такой видок, что есть где фантазии разгуляться. Ты чего прибежал? Тебя сейчас там наверное Петрович с Валюшкой ищут. - А что мне оставалось делать? Они меня отпускать не хотели, а я просто обязан Галине Николаевне помочь, вот и сбежал. Ай! - шикнул вдруг Ваня. - Терпи, в следующий раз думать будешь как из больницы сбегать, герой, - приговаривала Оксана, перевязывая ногу программиста. - Ты можешь себе представить что они там сейчас чувствуют. Один раз мы тебя чуть не потеряли, второй просто не вынесем, - шмыгала носом девушка. - Мы чуть с ума не сошли пока вас искали... - Оксан, а что у Вас здесь произошло после того как меня похитили? Почему Галина Николаевна пошла сама меня искать? Я не верю в то, что она просто так сама пошла в лес в руки маньяка. После этих слов Оксана беспомощно осела на стул и взглянула на Майского, тот только нервно заёрзал на месте. - Так что? - не унимался программист. - Понимаешь, - глубоко вздохнув начал рассказ ГРУшник. - Просто мы её можно сказать предали, бросили когда ей нужна была наша поддержка. - Мы вели себя как последние эгоисты и теперь понимаем, что такое не прощается. - продолжила Амелина. - Мы не знаем что с ней произошло и при каких обстоятельствах она попала к фармацевту. Просто однажды исчезала, куда - то ушла, мы искали, но её и след простыл. - Тогда мы и поняли, что... - Хватит, - резко прервал их Тихонов, - я всё понял. Мы все оступились, все чем - то жертвовали, все перестрадали благодаря собственной глупости. Теперь пора исправлять ошибки. Тащи тахометр, дистиллятор, печь муфельную и реактивы для группы бензолов. Постараемся что - то соорудить, у меня есть одна мыслишка. Только времени совсем мало. Где образцы крови Галины Николаевны? - Да, вот. Только там ничего нет. Мы всё проверили перепроверили. - Ничего, я найду, обязательно найду. - Ваня принялся колдовать над набором колбочек и жидкостей. Не прошло и получаса, как Ваня констатировал факт обнаружения в крови мизерного количества какого - то вещества. - Вы как искали то? Это же элементарно. Вот ничего вы без меня сделать не можете. Так, - Иван начал устанавливать в лаборатории какую - ту сложно смастерённую конструкцию. - А теперь все дружно надеваем защитные маски, я не уверен в безопасности моего эксперимента. Ну, понеслась. - Ваня!!! - в лабораторию ворвались Антонова и Круглов. - Я тебя сейчас придушу, ты какого чёрта здесь делаешь. Мы всю больницу на уши подняли. А ну живо за мной. - Надрывалась Валя, краснея от раздражения. Ваня только пробурчал что - то невнятное, так как защитная маска не давала возможности спокойно поговорить. Потом натянул на опешивших экспертов специальные респираторы, тем самым интеллигентно заткнув. Круглов попытался сдёрнуть с лица неудобный предмет, но Тихонов нагло пригрозил ему кулаком, явно дав понять, что сейчас не время для разборок. Все как загипнотизированные наблюдали за действиями программиста, пока тот не указал пальцем на входную дверь. Все недовольно покинули лабораторию, оставив Тихонова один на один с адской машиной. Через минут пять что - то зашипело, забурлило, из небольшого сосуда повалила пена. Ваня поспешил отправить колбу с непонятной жидкостью в центрифугу. Все буквально прилипли носами к стеклу ожидая результатов. Наконец парень снял с себя респиратор, взъерошил волосы, схватил колбу и выбежал из лаборатории. - Валь, вот, держи. Ничего слушать не хочу, сейчас главное успеть. Давай бери шприцы и айда в больницу. - Ну уж не, мой дорогой. Вы останетесь здесь, а я с Николай Петровичем поеду. - Ну Валь... - Нет, ты меня тогда не послушал, вот и сиди здесь. Поехали, товарищ майор. - Валя побежала к выходу. - Ну и ладно, хоть бы кто спасибо сказал. - Да не дуйся ты, все сейчас на взводе, всё будет нормально, - подбодрил парня Майский. - Надеюсь. В палату зашёл врач. Подойдя к кровати женщины он проверил показания приборов. Мгновенье, и мужчина переменился в лице, подбежал к входной двери и крикнул: - Сестра! Дефибриллятор срочно! - в тот же миг в палату слетелись медсёстры. - Разряд! - тело полковника содрогнулось, - ещё, - опять разряд пронзает тело. - Ещё, - уже так безнадёжно, обречённо сказанное слово. - Всё. - Врач убрал с лица медицинскую маску. - Время смерти 18:23. - Мужчина глубоко выдохнул и набросил на лицо полковника простыню. - Все свободны, - нервным шёпотом скомандовал он. - Что здесь происходит, - спросили вошедшие в палату ФЭСовцы. - Что с Галей?! - занервничала патологоанатом. - Мне очень жаль... Мы сделали всё что могли. - Выдохнул мужчина и нервно вытер лицо рукой. - Да этого не может быть! Дайте мне пройти! - Валя стала распихивать группу медсестёр. Подойдя к Рогозиной она обречённо опустилась на стул. Она крепко сжала её руку, пытаясь нащупать пульс, ведь часто бывало такое, что приборы показывали совсем иные результаты. Но нет, рука была безжизненно холодной. Валя стала истерически бить кулаками о спинку кровати, захлёбываясь слезами. - Галя, - Валентина стала трясти полковника за плечи, - да очнись же ты, уже не смешно. Ну давайте же, сделайте что - нибудь. Что вы стоите. - Валь, - Круглов попытался усмирить женщину, хотя и сам готов был прижать к себе бездыханное тело начальницы, пропитывая покрывало слезами. - Не всё ещё потеряно. Держи, - он протянул ей шприц с антидотом. Валя дрожащими руками принялась делать инъекцию. - Давайте я введу лекарство, - предложил свою помощь врач, видя состояние патологоанатома. Та без сопротивлений отдала ему шприц. - Валюш, иди, тебе нужно успокоиться, мы будем надеяться на чудо. - Коля повёл ничего не воспринимающую женщину в сторону входной двери. - Доктор, помогите. - Врач только кивнул и вывел патологоанатома из палаты. Та не сопротивлялась. Когда помещение опустело, Коля опустился рядом с кроватью Галины. Совсем близко, буквально несколько сантиметров, теперь совсем другое чувство. Вины, чувство безысходности за то, что уже возможно никогда не получит прощения. - Галь, пожалуйста, живи. Ты же сильная, ты уже столько прошла. Ты столько одолела. Я понимаю, что за то, как я с тобой поступил нельзя просить прощения. Что это не прощается, не забывается. И я в твоих глазах выгляжу полным уродом. Я дурак, Галь. Тогда, в лесу, меня словно перемкнуло, словно разрядило пелену и разум снова проснулся. Именно тогда я осознал что вёл себя как последнее животное. Я ночами просыпаюсь в холодном поту, понимая, что виноват в произошедшем. Я не прошу у тебя сейчас прощения, понимаю что это глупо в моей ситуации. Хочу только оправдаться, да, именно оправдаться. А что ещё остаётся? Ты святая, ты божество, к которому не имеет право прикасаться не одна живая душа. Хочу сказать только одно - я всё понял и теперь молю Бога только об одном - чтобы жизнь, которую он хочет у тебя отобрать, возвратил обратно. Чтобы забрал мою. И пусть я даже продам душу дьяволу, но ты будешь жить. Потому что ещё рано. Ты можешь сейчас меня ненавидеть, можешь не воспринимать мои слова всерьёз, можешь... Я для тебя ничего не значу, но ты живи для себя, живи наперекор всем, докажи что сильная, докажи что независимая, назло всем врагам живи. Ты же можешь? Я знаю. - Он сжал крепко её руку и прикоснулся губами к холодной щеке. Секунда, и он почувствовал что - то мокрое и тёплое на своих губах. Нет, не может быть. Слеза, она плачет. Но как? Невозможно. Ещё секунда и хрупкая женская ладонь легко сжала руку мужчины. А слёзы катились по щекам. Глаза так - же закрыты, такая же спокойная, но живая. Теперь она просто спит. А скоро проснётся, откроет глаза, увидит его, такого родного, такого любимого. Она откроет глаза и поймёт что плачет, дотронется рукой до мужской шершавой щеки, обнимет крепко - крепко каждого из них. Скажет то, что давно хотела сказать. Скажет, что любит их и никогда не допустит разлуки. Скажет, что всё, что сейчас происходило просто глупая шутка жизни, что это просто ошибка, испытание, которое они с честью преодолели. Она попросит прощение за всё, что делала не так, а они просто будут благодарны судьбе за то что могут снова слышать её голос, за то что Господь дал им шанс всё искупить. А они будут счастливы просто находиться рядом с ней. Сотрут всё то, что было. Хотя нет, стереть ничего нельзя. Просто скажут себе, что никогда больше не допустят того, что чуть не лишило их самого дорогого. Совсем скоро она проснётся и начнётся новая жизнь. Она всё слышит, всё чувствует. Они этого не видели, но осталось совсем немного и они всё узнают. Она жива, она с ними, она их любит. Она их простила...