meet me on the midfield

      — Ты выглядишь очень хорошо, милый, — Джей оставляет поцелуй на щеке Рики, пока тот поправляет волосы в ванной своей больничной палаты.       — Учитывая, что я готовился не дома, я мог бы выглядеть и хуже, — он усмехается, зачесывая назад свои темные волосы и немного распушовывая их. Свободный белый свитер, который Джей положил в сумку, очень пригодился вместе с джинсами, так что он выглядит вполне неплохо для встречи с родителями.       — Ты не выглядел плохо ни одного дня в своей жизни, Ки, — говорит Джей, притягивая его к себе и целуя в слегка открытое плечо из-за глубокого выреза.       — А ты выглядишь очень хорошо, малыш. В этом наряде от тебя исходит энергия сексуального папочки, — говорит Рики краснея и кладя свои руки поверх рук Джея, легонько похлопывая по ним.       Щеки Джея вспыхивают и он звонко смеется. Старший смотрит вниз на свой наряд — брюки цвета хаки, бело-коричневую рубашку и пару ботинок.       — Я серьезно похож на сексуального папочку? — спрашивает Джей, поворачивая его лицом к себе, похоже, искренне желая услышать правду.       Рики улыбается, протягивая руки вперед, чтобы поиграть с черно-белым ожерельем из бисера, покоящимся на загорелой коже Джея.       — Да, но мне это нравится. Ты похож на «папочку, с которым я бы переспал». Но только более горячий и красивый. Держи себя в руках, большой мальчик, — ухмыляется Рики, прежде чем наклониться и поцеловать Джея в лоб.       — Ты такой странный, ты знаешь? — щеки старшего сохраняют легкий розовый оттенок и он задорно закатывает глаза.       — О, я прекрасно знаю, — младший пожимает плечами, как будто он говорит самую очевидную вещь в мире. — И ты терпишь меня, так что тебя явно всё устраивает. Я думаю, что скорее всего это ты странный.       — Нет, — отрицает Джей, легко переходя на игривый тон и обнимая его. — Я самый нормальный человек, которому просто нравится такой чудак как ты.       — Конечно, Джей-хён, конечно, — он говорит с укоризненным взглядом. — Потому что я — тот, кто выпивает бутылку меда во время учебы.       Он вспоминает, что стал свидетелем этого несколько недель назад, когда они занимались своими делами в комнате Джея. Это, несомненно, одна из самых странных вещей, увиденных им. Причем, старший сделал это совершенно неожиданно.       — Ты разогреваешь клубнику в микроволновке, — Джей отвечает ему слегка обиженно.       — И что? Так вкуснее! Даже ты признал, что получилось неплохо, — Рики поднимает бровь.       — Да, но стал бы я есть их так, как ты? Нет, — Джей качает головой.       — У тебя просто нет вкуса, — младший драматично вздыхает, вырываясь из рук своего парня. Он начинает собирать все свои туалетные принадлежности, чтобы они могли наконец уйти.       — Если бы у меня не было вкуса, я бы не встречался с тобой, — Джей шепчет на ухо низким голосом, прежде чем поцеловать его в шею и выйти из ванной.       Да, Рики должен признать, что он проиграл их спор именно в этот момент.

***

      — Ты готов идти, Рики? — спрашивает медсестра Суа, когда пара подходит к посту у больничной палаты.       — Да, готов.       — Мы скоро увидимся. Понедельник и четверг для процедур, правильно? — уточняет она.       — Да, — Рики подтверждает. — Думаю, эти дни подойдут лучше всего.       — Тогда я жду вас завтра. И у меня для вас новый рецепт, — она протягивает белый бумажный пакет. — Это пополнение антитоксинов и доктор Хана решила увеличить дозу обезболивающих, но принимать их нужно только раз в два дня. Она также добавила лекарство для снижения высокого кровяного давления, которое нужно принимать дважды в день во время еды.       — Я запомню это, — Рики кивает, беря пакет.       — Вы также должны подписать вот это — это формы для трансплантации. Вы сейчас довольно высоко в списке, так что ожидайте звонка из больницы практически в любой момент в ближайшие пару месяцев или, возможно, даже недель, — она сообщает, протягивая другой бланк.       Рики бегло просматривает его, затем подписывает своё имя внизу и передает форму обратно медсестре.       — Хорошо, вот и всё. Берегите себя, мы ещё увидимся, — медсестра Суа улыбается, прощаясь с ними.       — Спасибо за заботу обо мне, как всегда, сестра Суа, — Рики благодарно улыбается, слегка кланяясь женщине, прежде чем они наконец-то выходят из больницы.

***

      Рики кладет свою сумку на заднее сиденье машины и садится на пассажирское, пока Джей заводит машину.       — Так куда мы едем на поздний завтрак? Твоя мама сказала, что это место, куда она обычно водила тебя, — спрашивает он, когда Джей выезжает с парковки и сворачивает на дорогу, ведущую в город.       — Это ресторан под названием «Хай Ап». Он находится в очень высоком здании в городе, на последнем этаже, там очень красиво, — Джей отвечает.       — Похоже, это будет дорогое удовольствие, — Рики усмехается, стараясь сохранить легкий тон, хотя втайне беспокоится о том, что они окажутся в каком-нибудь очень модном ресторане, который он не может себе позволить.       Джей, однако, читает его как открытую книгу и кладет одну руку ему на бедро, а другой держит руль.       — Ки, это не так дорого, как ты думаешь, во-первых, и во-вторых, мои родители предложили заплатить. Помни, что это должен был быть ужин в честь моего дня рождения, так что это их подарок. Они бы не хотели, чтобы ты беспокоился о деньгах, не тогда, когда они могут себе это позволить.       — Ты уверен? — тихо спрашивает он, играя с пальцами руки Джея, лежащей на его ноге.       — Я более чем уверен, малыш. Пожалуйста, не волнуйся об этом, — уверяет он, мельком смотря на него, прежде чем снова перевести взгляд на дорогу.       — Ладно, ладно. Я не буду, — Рики соглашается и немного расслабляется, слушая рев двигателя, пока они мчат по шоссе. Но тут он кое-что улавливает и поворачивается к радио. Он уверен, что слабый звук, доносящийся оттуда, кажется очень знакомым. Он поворачивает бегунок, чтобы увеличить громкость, и улыбка появляется на лице, когда он понимает, что это одна из его любимых песен — Wasted Nights группы One Ok Rock.       — Ты знаешь эту песню, Ки? — спрашивает Джей.       — Знаю? Думаю, у меня немного нездоровая одержимость ею, — он хихикает, а звуки песни четче доносятся до ушей. Несмотря на то, что она на английском, он тихо подпевает словам, которые так прочно засели в его сознании.       — Don't be afraid to dive, Be afraid that you didn't try, These moments remind us why, We're here, we're so alive, — Рики тихо напевает и берет Джея за руку. Его взгляд падает на своего парня. Каким-то образом эти слова резонируют с ним немного глубже, чем обычно.       Его улыбка только увеличивается, когда Джей присоединяется и подпевает вместе с ним.       — Let's live like we're immortal, Maybe just for tonight, We'll think about tomorrow, yeah, When the sun comes up, 'Cause by this time tomorrow, We'll be talking 'bout tonight, Keep doing what we want, we want, we want, No more wasted nights, — энергично припевают они оба.       Рики чувствует, как улыбка на его губах немного спадает и он внимательно слушает текст песни. После всего, что с ним произошло, он изо всех сил старается не думать о худшем, хотя знает, что может произойти что угодно и с каждым днем печальный исход становится более вероятным. Ему страшно, но он понимает, что если дело дойдет до самого худшего, он хочет знать, что не потратил зря ни секунды драгоценного времени, которое у него есть в этой жизни. Он хочет наслаждаться каждым мгновением и не терять время понапрасну.       Джей слышал эту песню несколько раз до этого момента, но не думает, что когда-либо обращал достаточно внимания на слова — на то, что они действительно значат. И этот момент пения в машине с парнем, которого он любит, такой простой, но очень, очень значимый, как и каждый момент, разделенный с Рики. Он так долго позволял своему страху, разочарованию и гневу омрачать жизнь, но больше не желает, чтобы это контролировало его или постоянно крутилось в голове. Он хочет наслаждаться каждым драгоценным моментом, потому что состояние Рики показало ему, как резко может измениться жизнь, какой непостоянной она может быть, и, прежде всего, как ценно каждое воспоминание и момент, проведенный с теми, кого он любит. Он собирается использовать это время по максимуму.

***

      — Черт возьми, это великолепно, — восхищается Рики, глядя на возвышающееся перед ними здание. Стекла отражают неба цвета океана, возвышаясь над всем в городе.       — Подожди, пока не увидишь вид изнутри. Это невероятно, — говорит Джей, запирая машину и беря Рики за руку.       Рики очень редко выезжал в город, поскольку город, расположенный неподалеку от кампуса их университета достаточно мест куда сходить и развлечений для студентов с более низкими ценами. У него также нет машины, поэтому прогуляться пешком или доехать на автобусе гораздо проще, чем ехать в город, но он питает слабость к мегаполисам. Они красивы, полны жизни и всё вокруг так весело исследовать.       Они с Джеем входят в здание, которое, как быстро понимает Рики, на самом деле является офисом для нескольких компаний, судя по вывескам в вестибюле. Они направляются к лифту, чтобы подняться на самый верхний этаж. Ему немного тревожно, пока лифт поднимается вверх — он знает, что довольно симпатичен, поэтому должен понравиться родителям его парня. Но это их первая встреча, поэтому, естественно, он немного нервничает. Хотя он взволнован встречей с людьми, подарившими жизнь замечательному человеку — его парню.       Лифт наконец-то издает звук о прибытии, и двери открываются и перед ним самый великолепный ресторан, который он когда-либо видел. Стены полностью состоят из окон, открывая почти 360-градусный вид на город с голубым небом, залитый солнечным светом.       — Вау! — Рики в благоговении оглядывает оживленный ресторан, все столики, уставленные вазами с различными цветами. Великолепные золотые светильники, висящие над головой, которые он сомневается, что им вообще нужно использовать днем, поскольку сюда проникает такой приятный естественный свет.       — От этого места у меня каждый раз захватывает дух, — Джей оглядывается вокруг, как будто видит всё в первый раз. — Прошло уже много времени, но тут всё ещё великолепно.       — Ты прав, — соглашается Рики.       — Пойдем, — говорит старший, осторожно потянув Рики за руку. — Со столика вид будет ещё красивее.       Джей быстро обращается к официантке за стойкой, после чего она улыбается и разрешает войти. Они спускаются в основную обеденную зону, и пара, на которую Джей очень похож, машет им рукой. Они направляется к столу, и родители старшего встают, чтобы поприветствовать их.       — Привет, Рики-а. Так приятно официально познакомиться с тобой, — Джихи ярко улыбается, обнимая его. Рики немного удивляется, но с благодарностью принимает объятия — её запах дает понять, что она альфа, и в её объятиях определенно есть материнская нотка. Они очень теплые и приятные.       — Я тоже рад познакомиться с вами, тетя Джихи, — говорит он, слегка кланяясь.       — Айш, фотография, которую мне прислал Джей, даже близко не передает всей твоей красоты, ты просто сногсшибателен, — она удивляется, глядя на него, отчего Рики краснеет.       — Вы тоже очень красивы, мэм. Теперь я понимаю, откуда у Джея такая внешность, — Рики говорит ей с доброй улыбкой.       — Его отец настаивает, что внешность досталась ему от него, но я в это не верю, — шепчет женщина и тихонько смеется, похлопывает его по руке.       — Я слышал это, — добавляет отец Джея, игриво глядя на жену.       — Хорошо, значит, твои уши все ещё работают в преклонном возрасте, — Джихи нахально отвечает, что заставляет Рики усмехнуться. Их препирательства немного напоминают ему их с Джеем.       — Вау, я вижу, что Рики получил объятия раньше твоего собственного сына, мне больно, мама, — Джей заявляет, отстраняясь от объятий отца.       — Я обнимала тебя каждый день в течение восемнадцати лет, сопляк, не начинай, — женщина ругается в ответ, но Рики замечает игривые нотки в её голосе, прежде чем она притягивает Джея в объятия.       Рики поворачивается к отцу — у этого человека сильная и властная аура, но в то же время черты лица мягкие, как у отца самого Рики.       — Здравствуйте, мистер Пак, я Нишимура Рики. Приятно наконец-то познакомиться с вами, — говорит он, протягивая руку для рукопожатия.       — Я тоже рад познакомиться с тобой, Рики-щи. Мы много слышали о тебе от Джея, — мистер Пак улыбается, протягивая руку и крепко пожимая в ответ.       — Надеюсь, только хорошее, — шутит Рики.       — Наш мальчик не смог бы сказать о тебе ничего плохого, даже если бы попытался. Приятно познакомиться с омегой, от которого мой сын в восторге, — господин Пак любезно говорит ему. — Можешь звать меня дядя Джэхён, как бизнесмен я слишком часто слышу господин Пак.       — Нет проблем, дядя Джэхён, — Рики понимающе кивает, двигаясь, чтобы сесть.       Джей выдвигает для него стул — как всегда, джентльмен, и он с улыбкой присаживается. Джей придвигает стул обратно, прежде чем занять своё место рядом со своим парнем.       — Я слышал от моей жены, что у тебя сейчас проблемы со здоровьем, Рики-а, поэтому я надеюсь, что те блюда, которые есть в меню, тебе можно есть. Я уверен, что мы можем попросить изменить что-нибудь для тебя, — заботливо говорит Джэхён.       — Не нужно ничего менять, я просто на диете с низким содержанием сахара и соли… — Рики очень ценит их внимание, но не хочет доставлять слишком много хлопот.       — И с низким содержанием железа, — напоминает Джей, беря в руки меню.       — Точно, и сейчас диета с низким содержанием железа, — Рики кивает, постукивая пальцами по лежащему перед ним меню.       — Ну, курица и вафли здесь великолепны, и они определенно не слишком соленые или сладкие, — Джихи информирует его.       — Вообще-то я воспользуюсь этой рекомендацией, спасибо, тетя, — Рики улыбается женщине. Он уже принял решение, поскольку довольно непривередлив в еде.       — Они могут быть довольно сытными, так что, надеюсь, ты голоден.       — Определенно да, — Рики кивает. — Обычно у меня нет аппетита, но, видимо, лекарства, которые я получил в больнице, помогают мне чувствовать себя немного лучше, чем обычно.       — Приятно слышать, сынок, отказ органов может быть ужасным. Надеюсь, мой сын хорошо о тебе заботится, — говорит Джэхён, бросая на Джея понимающий взгляд, от которого тот закатывает глаза.       — Он заботится, — Рики ласково улыбается своему парню, а затем смотрит на Джэхёна. — Он мой личный повар и всегда следит за тем, чтобы я принимал лекарства и ел что-нибудь, даже если мне этого не хочется. Вы вырастили такого замечательного человека.       — Он получил это от меня, — Джихе подмигивает, игриво подталкивая мужа в бок.       — Конечно, милая, конечно, — лицо Джэхёна выглядит не иначе как измученным, когда он похлопывает жену по руке.       — Я получил это от вас обоих, не нужно спорить, — Джей говорит устало, подразумевая, что для семьи это привычный разговор.       — Мы скучали по тебе в твой день рождения, Чонсони. Как прошел твой день? — после этого они решают сменить тему, и взгляд Джэхёна падает на сына.       — Всё было замечательно, папа, — Джей отвечает, глядя на Рики. — Вот этот парень устроил для меня вечеринку-сюрприз со всеми нашими друзьями, и это очень здорово.       — О, прекрасно, — воркует Джихе, одаривая Рики благодарным взглядом, от которого тот слегка краснеет. — Я рада, что ты не провел ночь дома.       — Я тоже рад, — отвечает Джей, похлопывая младшего по руке.       Вскоре подходит официант и принимает заказ, поэтому им приходится ненадолго прервать разговор, но вскоре они возобновляют его.       — Дядя Джэхён, Джей сказал мне, что вы генеральный директор. В какой сфере вы работаете? — спрашивает Рики.       — Вообще-то, в области технологий, — отвечает он. — Я изучал бизнес ещё в колледже, поэтому сейчас больше помогаю в технологиях и создании продуктов, так как это позволяет мне проводить больше времени с миссис Пак, — объясняет он, сжимая руку своей жены.       — Это здорово, Джей сказал мне, что вы вдохновили его на занятие бизнесом. Он довольно хорош в этом, по крайней мере, насколько я могу судить, — отвечает Рики.       — Итак, что ты изучаешь, Рики? Есть планы, куда ты хочешь пойти в будущем, чем хочешь заниматься? — спрашивает его Джэхён.       — У меня двойная специализация — танцы и графический дизайн, а также маркетинг, — отвечает Рики.       — Ого, как много курсов. Джей говорил мне, что ты танцор, но не упоминал, что ты изучаешь ещё, — Джихё говорит, выглядя впечатленной всеми курсами юноши.       — Честно говоря, с работой можно справиться. Я люблю танцы и люблю их с детства. У моих родителей студия в Японии, но мы переехали сюда, и они открыли другую. Они сказали, что здесь гораздо больше возможностей для нас с сестрами, а также для их бизнеса, и оказались правы. Я всегда знал, что хочу заниматься танцами, потому что надеюсь стать профессиональным танцором и хореографом, а потом открыть свою собственную студию в будущем, — Рики продолжает разговор о танцах, как и всегда.       — О, и я всегда любил искусство, но графический дизайн — процветающая область, и я знаю, что в реальности это, вероятно, та область, в которой мне понравится работать, чтобы я мог заработать деньги на покупку собственной студии. Но танец для меня — главное, это то, чем я хочу заниматься, и чем я планирую заниматься, — Рики объясняет.       — Мы видим, что ты очень увлечен танцами. Ты обязательно должен заниматься тем, что любишь, Рики-я, иначе жизнь без этого будет совсем несчастной. Я верю, что ты добьешься успеха, чем бы ты ни занимался. Ты очень напоминаешь мне Джея с его любовью к моде, — Джихе с умилением смотрит на сына.       — Ну, это ты научила меня шить, мама, так что если кто и виноват в том, каким я стал, так это ты, ведь ты настоящая модница, — Джей говорит с укором.       — Это такое же искусство, как и другие виды искусства. Вот почему я до сих пор злюсь на этого старого подонка, твоего учителя. Я всё ещё думаю, что ты должен был позволить нам подать на него в суд, — Джихе закатывает глаза при упоминании этого человека.       — Да, он отстойный мама, но сейчас всё в порядке. Я работаю над другой коллекцией для своего финального проекта, и Рики очень помог мне с дизайном. У нас также нет особых оснований для иска, поскольку на эскизах не было моего имени. Честно говоря, мне всё равно больше нравится новая коллекция, — Джей успокаивает её. Рики определенно понимает, откуда у него такое отношение.       — У тебя всё ещё что-то несправедливо украли, Джей-а, но — и я знаю, что тебе не нравится, что я использую свои связи, чтобы разузнать что-то для тебя. «MaisonduFutur» ищет дизайнеров для летне-осенней коллекции, и они принимают заявки от дизайнеров со всего мира, — Джихё сообщает сыну, протягивая телефон, на котором отображается электронное письмо от человека, предположительно работающего в компании.       Рики всегда верит, что всё произойдет вовремя, конечно, он задается вопросом, почему многие вещи случаются, но он не из тех, кто смотрит на что-то подобное и называет это совпадением. Для Джея это может стать возможностью, большой возможностью, и он надеется, что его парень решит ею воспользоваться.       — Это правда? — спрашивает Джей, почти в шоке глядя на экран, прежде чем посмотреть на отца.       — Да, сынок. Джей-а, ты потрясающий дизайнер, и это может стать для тебя огромной возможностью. Они сказали мне, что официально объявят об этом только завтра, а прием заявок на участие в конкурсе будет открыт на их сайте в это же время, крайний срок — десятое июня, но если ты закончишь свою коллекцию до этого времени, у тебя есть шанс быть выбранным, — говорит он.       — Джей, это очень важно! Ты должен представить им свои проекты, они потрясающие, — Рики смотрит на него и взволнованно похлопывает по руке.       Джей улыбается и целует его в висок, потому что знает, что если кто и будет с ним честен, так это Рики. Он хочет довериться своим близким и сделать рывок в этом деле, и он сделает это.       — Хорошо, я подам их завтра днем, — Джей решает, чувствуя уверенность, говоря это.       — Им понравится, детка. Они будут дураками, если не выберут тебя, — улыбается мама, выражение её лица светлое и обнадеживающее. Она тянется через стол и сжимает его руку.       — Спасибо вам, — глаза Джея смягчаются и он оглядывает их, за ними нет ничего, кроме любви и признательности.

***

      Пока Джихе рассказывает неловкую, но, по общему признанию, милую историю о детстве Джея, Рики прикрывает рот рукой, чтобы еда не вылетела из-за смеха. Но он находит своего парня ещё более очаровательным, слушая истории его мамы.       — Он был самым милым ребенком. У Джея такие маленькие пальчики, и он всегда хотел помочь мне шить, хотя едва мог держать иголку. Однажды он пытался помочь мне шить, когда ему было семь лет, но юбка получилась с перевернутым швом, — Джихе смеется, рассказывая эту историю.       — Мама… ты всегда так говоришь людям, — Джей стонет, пряча лицо в ладонях, хотя и улыбается.       — Но это восхитительно, — воркует Рики, глядя на раскрасневшееся лицо своего парня. — У тебя были амбиции, даже если не всё получалось, и это опыт. Я думаю, это закаляло характер.       — Конечно, думаю, ты прав. Надеюсь, у твоей мамы будет много неловких историй о тебе, когда я увижу её снова, — Джей усмехается, откинувшись на спинку кресла.       — У всех матерей есть много историй о своих детях, Джей-а. Вот увидишь, матери Рики будет что рассказать о нем, — со знанием дела заявляет Джихе.       — Твои родители всё ещё в Корее, я полагаю? — спрашивает Джэхён у младшего, а тот кивает в ответ.       — Да, они в Сеуле с моей младшей сестрой. Они живут в том же месте, куда мы переехали, когда мне было двенадцать лет. Там у них своя студия, и там же бизнес в плане занятий и хореографии для разных групп.       — О, для групп, таких как КПОП? — спросил Джэхён, выглядя одновременно заинтригованным и впечатленным.       — Иногда, да, — Рики кивает. — Это не основная их работа, но временами они выступают в качестве приглашенных хореографов, — объясняет он.       — Ух ты, они, должно быть, действительно хороши в своем деле. Здесь, в Корее, мне кажется, что в танцевальной индустрии и индустрии развлечений в целом очень высокая конкуренция, — Джихе говорит с восхищением.       — Они потрясающие, — Рики соглашается, его голос наполнен гордостью. — Здесь правда высокая конкуренция, но они сделали себе имя в Японии, и хотя там это было легче сделать, когда мы приехали сюда, они продвигались вперед, и вскоре снова добились успеха.       — Похоже, что они вырастили ребенка, который также решителен, как и они, — говорит мама Джея с милой улыбкой.       Щеки Рики краснеют от комплимента. Он всегда равняется на своих родителей, поэтому для него большая честь слышать, как его сравнивают с ними в положительном ключе.       — Я ценю это, тетя Джихе, — Рики слегка склоняет голову, пытаясь скрыть свой румянец. — Спасибо.       — Мы бы хотели познакомиться с твоими родителями, Рики-я. Я знаю, что они в Сеуле, но если они приедут на какой-нибудь футбольный матч, мы будем рады с ними познакомиться. Они приедут на полуфиналы? — спрашивает Джэхён.       — Папа, это при условии, что мы попадем в полуфинал. Мы всё ещё в группах, и нам нужно пройти через четырнадцатый раунд, а затем попасть в четвертьфинал, — Джей смеется над предположениями отца.       — Эй, — Рики подталкивает своего парня в бок с притворно обиженным видом. — Ты сомневаешься, что невероятные навыки команды и мои тренерские таланты не доведут нас до полуфинала?       — Вовсе нет, милый. Я думаю, что мы сможем дойти до финала, если ты будешь нас тренировать, но папа просто очень самонадеян, — Джей качает головой, обнимая японца за плечи и мягко притягивая к себе.       — Я не предполагаю, — протестует отец Джея. — Но вы прошли в прошлый раз, и в этом сезоне команда намного сильнее. Я полагаю, что твоё тренерство помогло в этом? — Джэхён смотрит на Рики.       — О… Я не могу взять на себя все заслуги, — Рики качает головой. Конечно, он помог команде улучшить ситуацию в тех областях, где им не хватало мастерства, но он определенно не считает, что может приписать себе большую заслуг за их успех в этом сезоне.       — Но он может взять на себя большую часть: Рики скрупулезно изучал другие команды, разрабатывал стратегию для нас, возил в тренировочный лагерь, где мы учились и развивали свои навыки, — Джей перечисляет, гордость сквозит в каждом слове и он сжимает плечо младшего. — Без него мы бы не добились такого успеха в этом сезоне.       — И именно поэтому я думаю, что вы дойдете до полуфинала, — Джехён с оптимистичной уверенностью заявляет, делая глоток своего напитка. — И когда вы это сделаете, мы с мамой приедем, чтобы поддержать вас. Рики, я уверен, твои родители будут рады увидеть, как твоя работа и преданность команде подтолкнули этих ребят. Если вы пройдете дальше и ты решишь пригласить их, мы позаботимся о том, чтобы у них было место рядом с нами.       — Я ценю это, дядя, — Рики улыбается мужчине. — Я думаю, вы очень понравитесь моим родителям.       — Я думаю, они нам тоже понравятся, — мама Джея подключается к разговору. — В конце концов, у них очень милый сын.

***

      — Было приятно познакомиться с вами, тетя и дядя, — говорит Рики, когда его поочередно обнимают оба родителя парня.       — Мне тоже приятно познакомиться с тобой, дорогой. Чонсон ничего не рассказал о тебе: ты просто прелесть, — улыбается Джихи, а затем нежно поглаживает большим и указательным пальцами щечки Рики, похожие на пельмешки.       Рики хихикает и слегка краснеет от этого милого и очень материнского действия. Родители Джея действительно замечательные, что не удивляет, учитывая, какой прекрасный у них сын, но он не может поверить, что так волновался перед встречей с ними. Они очень напоминают ему его собственных родителей, и поздний завтрак с ними заставляет сделать мысленную пометку позвонить своим родителям позже. Он скучает по ним.       — Я не мог рассказать тебе всё, — Джей шутливо закатывает глаза, обнимая мать. — Я бы испортил всё удивительное о Рики и не оставил бы тебе возможности узнать о нем.       — Я знаю, милый, — Джихи хихикает, нежно поглаживая его по спине, а затем наклоняет голову, чтобы прошептать на ухо. — Ты выбрал действительно хорошего человека.       Джей не может не улыбнуться, слыша эти слова от матери, поскольку всегда знал, что Рики — хороший человек. Омега — милый и один из самых внимательных людей, которых он когда-либо встречал. Никто не понимает его так, как Рики, и он очень благодарен, что он рядом. Он рад, что родителям, которые являются самыми важными людьми в его жизни, нравится человек, начинающий становиться важной частью его жизнь.       — Спасибо, мама, — Джей шепчет ей в ответ, крепко прижимаясь и наслаждаясь её утешительным теплом ещё некоторое время, прежде чем наконец отпустить.       — Береги себя, Чонсони, — говорит отец, обнимая своего сына. — Я люблю тебя и скоро увидимся. И береги Рики, он очень милый, — он бросает короткий взгляд на парня позади сына, который наблюдает за происходящим с изумленным выражением лица.       — Я обещаю, папа, — говорит Джей. — Всегда.

***

      — Привет мама, привет папа. Как вы? — спрашивает Рики, сидя в комнате Джея. Сейчас уже глубокая ночь, пара вернулась домой около четырех часов пополудни и решила немного отдохнуть. Спустя несколько часов Джей отправился в свою студию, а Рики пошел в спальню работать над своим художественным проектом.       У него получается вполне неплохо. Он закончил почти все рисунки, которые хотел завершить, остается сделать ещё несколько и расположить их в том порядке, в котором они возникли. Но у него есть ощущение, что работа не завершена, как будто чего-то не хватает, но он не совсем понимает чего именно. Несмотря на то, что он устраивает мозговой штурм, пытаясь найти недостающий кусочек, у него ничего не получается. От всех размышлений у него болит голова, поэтому он решает, что разговор с родителями даст ему немного передышки.       — Привет, мой мальчик. У нас всё хорошо, а что насчет тебя? Как ты поживаешь? — спрашивает отец, как обычно, больше всего беспокоясь о своих детях.       — Я в порядке. Сегодня днем я работал над своим итоговым проектом по графическому дизайну, хотя мне надо сдать его только через шесть недель. Мне ещё нужно закончить несколько вещей, но я многое успел сделать. Сегодня я также познакомился с родителями Джея, — Рики сообщает им и улыбка тянется к его губам.       — О, Ки! Это здорово, и как? Они хорошие? — спрашивает мама.       — Они замечательные, мама, они немного напоминают мне тебя, честно говоря, и они с нетерпением ждут встречи с тобой. Папа Джея сказал, что если вы приедете в город на полуфинал, то они позаботятся о том, чтобы у вас было место с ними, — Рики хихикает.       — Ну, тогда это значит, что ваша команда должна выйти в полуфинал, чтобы мы могли приехать и болеть за вас с трибун, — серьезно говорит отец.       — Я буду стараться изо всех сил, папа, но я тренер, а не игрок. Ты же не будешь болеть за меня, — совершенно искренне заявляет Рики.       — Кто сказал, что нельзя болеть за тренера? — отвечает мама. — Мы можем и будем. Когда вы дойдете до полуфинала, дай нам знать. Мы даже возьмем с собой Солу.       — О, Сола… — Рики воркует при упоминании младшей сестры. — Я очень по ней скучаю. Как она? Как она справляется с последним годом обучения в средней школе?       — Очень хорошо, — отвечает мама, в её голосе отчетливо слышна гордость. — У неё отличные оценки, она прекрасно справляется в танцевальном классе и даже начала учить детей. Она — маленькая суперзвезда.       — Как и всегда, — Рики улыбается при мысли о своей младшей сестре и о том, как сильно она выросла, он действительно скучает по ней.       — Но она беспокоилась о тебе, — тон матери изменяется на более мрачный. — Я думаю, она…       — Это Рики? — знакомый голос прерывает его мать.       — Айш, Сола, не перебивай свою мать, — отец игриво ругает девочку.       — Ну, может быть, не надо брать трубку каждый раз, когда он звонит, мистер Тайчи и миссис Масаки, — она нахально отвечает, и Рики драматично вздыхает.       — Ай-ай, госпожа Нишимура Сола, обращаешься так официально. Куда делись твои манеры с тех пор, как я уехал, юная леди? — Рики игриво укоряет её.       — Они ушли с тобой, когда ты уехал в университет и оставил меня здесь с окаменелостями, — шепчет Сола.       — Ах ты, отродье. Мы отправим тебя жить к брату, если ты так нас не любишь, — мама говорит с преувеличенной обидой.       — Ни в коем случае! — Рики быстро протестует. — Мы с Конон оба провели свои восемнадцать лет с вами, теперь очередь Солы, пока она тоже не будет готова к колледжу.       — Рики прав, это входит в твой контракт ребенка в этой семье, — Таичи негромко говорит своему младшему ребенку.       На мгновение воцаряется тишина, прежде чем раздается тихий голос Солы.       — Рики?       — Да, Сола?       — Как поживает твоя печень? Тебе становится лучше? — она спрашивает неуверенно. Голос его младшей сестры, обычно звучащий так уверенно, теперь же тоненький, и от этого сердце Рики физически болит.       Он хотел бы сказать ей, что да, что скоро у него будет новая печень и он вернется к нормальной жизни, но это не так, и Рики не может солгать ей.       — Эм… нет Сол, — Рики чуть не давится словами, произнося их вслух. — На самом деле мне становится хуже.       На другом конце телефона тишина, и она настолько удушающая, что просто сдавливает горло Рики и кажется, что сейчас он задохнется.       — Они всё же дали тебе бланки для пересадки, это уже что-то… — говорит отец, стараясь звучать обнадеживающе, но это выходит так натянуто, и он чувствует, как на глазах наворачиваются слезы.       — Да, да, папа, — говорит Рики с гораздо большей силой в голосе, потому что хочет заверить их, что с ним всё в порядке, что с ним всё будет хорошо. И частично он уверяет себя. — Доктор Хана сказала, что больница свяжется со мной, если найдут мне подходящую кандидатуру, но сейчас я гораздо выше в списке, так что это может произойти раньше. Скоро у меня будет новая печень.       — Рики? — тихо зовет Сола.              — Да, сестренка? — отвечает он, желая унять беспокойство, которое он слышит в голосе своей младшей сестры.       — Ты же не собираешься… — она замолкает, не закончив мысль, но Рики знает, что она хочет сказать.       — С тобой ведь ничего не случится, правда? — Сола перефразирует то, что собиралась сказать, но он знает, что она подразумевает.       — Нет, Сола, — Рики говорит с уверенностью, которую точно не чувствует. Но он старший брат, и всегда будет защищать её. Он не хочет, чтобы она думала о худшем и боялась, когда он провел большую часть их детства, защищая её от того, чего она боялась — от пауков, кошмаров, которые снились ей по ночам, бугимена, который, как она боялась, был в её шкафу, когда она была маленькой, а Рики всегда доказывал, что его там никогда не было.       Он защитит её и от этого.       — Со мной ничего не случится, принцесса, — он успокаивает её, используя милое имя, но Сола всегда говорила, что уже выросла и теперь она большая девочка. Но Рики знает, какое утешение оно ей приносит, он всегда знал.       — Хорошо, — Сола говорит, и улыбка в её голосе ясна, а в груди Рики становится теплее. — Потому что ты должен быть там на моем выпускном в средней школе, и я жду от тебя цветов, так как мама и папа не разрешают мне иметь парня, который мог бы это сделать.       Рики слегка вздрагивает, когда она говорит о парне, но, в конце концов, она уже подросток. Он знает, что в когда-то это произойдет, но будь он проклят, если какой-то глупый мальчик из средней школы будет дарить ей цветы. Он должен рассказать ей, что парни в старшей школе тупые и настоящие засранцы и что у неё должны быть определенные стандарты.       — У тебя будет парень, когда ты поступишь в колледж. Парни из старших классов — засранцы, и я их к тебе и близко не подпущу. Я проеду весь этот чертов путь до Сеула, чтобы остановить их, если придется, — заявляет Рики.       — И это я защищаю, да, Сола? — отец усмехается.       — Мы все знаем, что если кто-то хочет добраться до Солы, ему придется пройти через великую стену, которой являются её старший брат и сестра, — мама смеется. — С ними она в надежных руках.       — Конечно, мама, — говорит Рики, как будто это неоспоримый факт.       — В любом случае… — Сола начинает, и Рики клянется, что слышит, как она закатывает глаза. — Ты ведь приедешь, да?       — Ты хочешь орхидеи, верно, Сола? — спрашивает он, хотя заранее знает ответ.       — Да, пожалуйста, — быстро отвечает она.       — Я принесу их для тебя, Сола. Я обещаю.

***

      — И ты обещаешь мне, что с тобой всё в порядке, да? — Джей спрашивает Рики, когда тот припарковывает машину у небольшого офисного здания в городе.       — Джей-хён, я в порядке, — он в миллионный раз успокаивает его. — Сегодня только немного болел живот и голова, но я в порядке. Но если ты заставишь меня ждать в машине ещё дольше, я опоздаю на процедуры.       — О, подожди! Ты же сдал свои эскизы? — спрашивает Рики.       Джей улыбается, потому что, конечно, его парень помнит, что сегодня первый день приема заявок на летне-осеннюю коллекцию. Старший отправил их сегодня утром и с тех пор испытывает легкое беспокойство, но теперь это не в его власти. Он сделал всё, что мог.       — Да, я отправил их сегодня утром, так как знал, что днем у меня будет мало времени, — отвечает Джей.       Встреча Джея с Сеун пришлась на то же время, когда Рики должен ехать в больницу, но, к счастью, Сону и Чонвон заберут его и смогут проводить на процедуры. Так бы и было, если бы Джей уже почти десять минут не приставал к нему с вопросами о самочувствии.       — Процедуры уже запланировано и будет достаточно долгим, Джей-хён. Ты можешь отпустить его сейчас, он в порядке, и мы о нем хорошо позаботимся. Обещаем, — Чонвон успокаивает его.       — Я знаю, я знаю, я просто… — Джей тяжело вздыхает.       — Ты волнуешься, — Сону заканчивает за него. — Мы знаем, Джей-хён, но Рики в надежных руках. Побеспокойся пока о своей терапии, а потом увидишь его, когда закончишь.       — Позаботься о себе сейчас, детка, — он снова слышит голос Рики через трубку. — Увидимся дома.       — Увидимся позже, милый. Я люблю тебя, пока, — Джей наконец сдается и отпускает Рики.       — Я тоже тебя люблю. Пока, Джей.       У него всё ещё идет голова кругом, когда он слышит, как Рики говорит эти слова, и он снова чувствует себя школьником. Его сердце трепещет, когда он говорит слова о любви. Это также служит напоминанием о том, почему он здесь, возле здания Сеуна. Ему действительно нужно поговорить с кем-то о том, что за эмоции бурлят внутри, чтобы он перестал срываться и причинять боль окружающим, особенно себе и парню, которого любит.

***

      Джей выходит из машины и подходит к входной двери кирпичного офисного здания. Он нажимает на звонок, прежде чем услышать звук и открыть её.       — Здравствуйте, мисс Ли, — приветствует он пожилую женщину за стойкой регистрации.       — О, Джей-а, столько времени прошло, — она смотрит на него, глаза слегка расширяются от удивления. — Рада тебя видеть.       — Я тоже рад тебя видеть, — говорит Джей, слегка поклонившись женщине.       — Сеун ждет тебя внутри, ты знаешь дорогу, — говорит мисс Ли, делая короткий жест в сторону коридора мимо своего стола.       — Знаю, — Джей кивает и идет по короткому коридору. Он останавливается перед деревянной дверью в конце. Он стучит в неё, прежде чем слышит знакомый голос, который говорит ему войти, и распахивает дверь в кабинет.       Здесь действительно ничего не изменилось с тех пор, как он приходил сюда в последний раз: небольшой диван из серой кожи с мягкими подушками, окна, пропускающие много света в комнату, и книжные полки, заставленные книгами по психологии, содержание которых Джей, вероятно, никогда до конца не поймет.       Сеун сидит на маленьком белом стуле напротив дивана, её светлые волосы спадают на одно плечо, а очки сидят на носу, пока она читает что-то в блокноте, лежащем у неё на коленях.       — Здравствуйте, доктор Юн, — игриво здоровается Джей, присаживаясь на кушетку.       — Ты прекрасно знаешь, я сказала тебе называть меня просто Сеун, чтобы создать более комфортную обстановку между нами. Кроме того, я всего на шесть лет старше тебя, — она только закатывает глаза.       — Шесть лет — много в великом течении времени, — заявляет Джей с наглой ухмылкой.       — Я вижу, ты всё ещё нахальный маленький засранец. Мой диагноз гласит, что ты в полном порядке, — Сеун легко препирается с ним.       Именно это нравится Джею в разговорах с ней: она профессиональна, но при этом не заставляет его чувствовать, что их сеансы душные и натянутые и что чем-то делиться не так безопасно, хотя терапевт должен создать для вас комфортную обстановку. Джей знает, что может говорить с ней о чем угодно, и это останется между ними.       — На этот раз ваш диагноз не так точен, как обычно, док, — Джей вздыхает, его тон становится намного серьезнее.       — В последнее время всё… не так просто, — признает он, кладя подушку на колени и откидываясь на спинку дивана.       — Тяжело, как? — мягко спрашивает Сеун, легко возвращаясь к своему профессионализму.       — Они были… подавляющими, — отвечает Джей, легко подбирая слово, которое вертится у него в голове.       — Ну, поговори со мной, Джей, — приглашает Суун, устраиваясь в кресле. — Я слушаю.

***

      — Это просто… всё кажется почти непреодолимым и ужасающим. Я был так напряжен из-за многих вещей, и я так боюсь потерять его, Сеун, — Джей выдыхает, чувствуя, как горячие слезы каскадом текут по щекам. — Я никогда не знал, каково это — потерять кого-то, кого я люблю, но одна мысль об этом — о потере Рики — заставляет мой желудок сжиматься, а в горле встает ком. Я не хочу даже представлять себе это.       Лицо Сеун полно сочувствия, она наклоняется вперед и пододвигает к молодому человеку коробку салфеток, стоящую на журнальном столике между ними. Джей с благодарностью берет несколько штук, чтобы вытереть глаза.       — Я разговаривал со многими пациентами, которые имели дело с потерей и горем или боялись столкнуться с этим из-за болезни близкого человека, — Сеун говорит. — Видеть, как наши близкие страдают, и знать, что шанс потерять их очень реален, страшно, и так будет всегда, потому что мы люди, и потеря — страшное и подавляющее чувство для всех нас.       — Важно то, что пока они здесь, вы не можете бояться их потерять, потому что это заставит вас упустить те моменты, которые есть с ними. Каждый момент, проведенный с Рики, драгоценен, и я думаю, ты знаешь это, Джей-а, — Сеун говорит с небольшой, знающей улыбкой, давая ему совет.       — И у него всё ещё есть шансы умереть, хотя у него также есть шансы выжить, так что в случае худшего развития событий, я не хочу, чтобы ты горевал о потерянном времени между вами, потому что это то, о чем многие люди горюют — время, моменты, которые ты пропустил и потерял. Тебе важно дорожить тем, что у тебя есть с Рики сейчас, чтобы потом не сожалеть об этом, — она советует, её слова звучат так мудро и обоснованно.       Джей думал об этом ещё вчера, что он должен дорожить временем, проведенным с Рики, но слышать, как это говорит кто-то другой, его вера в это только укрепляется. Он так долго позволял страху внутри себя управлять им и омрачать жизнь, и это заставляло его выходить из себя и злиться, причем злиться не на те вещи.       — И я знаю, ты уже упоминал о гневе… — Сеун начинает, почти как будто читает его мысли, что, как не смешно, возможно, в какой-то степени так и есть.       — Этот гнев происходит от того, что ты держишь всё в себе и позволяешь этому взорваться огнем, который причиняет боль тебе и окружающим людям, — она говорит. — Джей, вокруг есть люди, которые поддерживают тебя, готовые поговорить с тобой и, самое главное, выслушать тебя.       — Я знаю, что ты беспокоишься о том, чтобы открыться Рики, так как он уже так много переживает, но мне кажется, что он создал открытое пространство между вами, чтобы ты мог поговорить с ним. Как ты думаешь, ты сможешь? — женщина спрашивает, её тон дает Джею понять, что она искренне интересуется этим.       — Да, думаю. Рики дал мне столько заверений, что я могу прийти к нему, многие люди в моей жизни так делали, но я думал, что смогу справиться со всем сам. Я думал, что после прошлого раза со мной всё в порядке, — Джей кивает.       — Исцеление не линейно, Джей-а, — объясняет она. — Нет ничего постыдного в необходимости поговорить с кем-то. Мы, люди, не созданы для того, чтобы справляться со всем самостоятельно. Иногда мы можем справиться со всем в одиночку, но не всё время, Джей. Всегда полезно просить о помощи.       — Я рада, что ты решился, и надеюсь, что ты помнишь, что всегда можешь обратиться за помощью, когда тебе это нужно, — Сеун говорит ему ласковые слова, её мягкий голос всё время успокаивает его.       — Спасибо, Сеун.       — Конечно, Джей, конечно.

***

      Рики удобно лежит в кровати — после лечения он снова чувствует себя истощенным, но не хочет засыпать, пока не узнает, что его парень вернулся.       Чонвон и Сону, как всегда, были отличной компанией, они шутили и рассказывали разные истории, которые развлекали его на протяжении всего двухчасового сеанса. В одной из историй Ёнджун танцевал на шесте, который он держит в отдельной комнате в своем клубе, а затем стал учить всех желающих, что неудивительно, среди них были Сону и Чонвон. Он пытается держать глаза открытыми, слыша, как входная дверь открывается и быстро закрывается, затем раздается шарканье шагов по деревянному полу в сторону спальни, и дверь открывается.       — Привет, малыш, — Рики переворачивается на бок в полусонном состоянии, но немного просыпается, когда замечает состояние Джея.       Он чувствует, как от альфы исходит аромат темного шоколада и амбры, слегка подгоревший, и видит припухлость на щеках, а также красноту вокруг его глаз. Старший тихо закрывает дверь, прежде чем оставить свою сумку у стены рядом. Он подходит и забирается на кровать, и Рики почти сразу же придвигается ближе, желая убедиться, что со старшим всё в порядке.       — Привет, милый, — Джей тихо говорит, ложась на бок так, чтобы оказаться лицом к Рики, и придвигается ближе. Он кладет голову к груди омеги, глубоко вдыхая аромат ванильного крема и карамели, который всегда успокаивает его.       — Как прошло твоё лечение? — спрашивает Джей, его голос слегка приглушен.       — Всё хорошо, — Рики отвечает. — Човони-хён и Сону-хён сделали его намного более терпимым.       На мгновение между ними воцаряется тишина, после чего Рики осторожно берет Джея за челюсть и поднимает голову вверх, чтобы он посмотреть на него.       — Ты плакал, — он констатирует факт, обхватывая руками плечи Джея, в то время как руки старшего крепко обнимают его за талию, словно смакуя контакт между ними — словно он не хочет отпускать его.       — Да. Это была хорошая сессия, я смог поговорить обо всем, — Джей выдыхает, и в его голосе звучит такое облегчение, словно с его плеч упала гора, которая вот-вот должна была полностью обрушиться.       — Это очень приятно слышать, Джей. Есть ли что-нибудь, о чем ты хочешь поговорить? — Рики спрашивает, но не пытается лезть не в своё дело. Он просто предлагает ему поговорить, если он хочет. Это будет только его выбор.       — Нет, но когда будет, я скажу тебе, — Джей отвечает честно, его красивые карие глаза смотрят на Рики, и он может сказать, что он не врет.       — Хорошо, — Рики кивает, оставляя поцелуй на лбу Джея, а затем снова прижимает его к себе. Они устраиваются в объятиях друг друга и надежно обнимают, как всегда.