Принцесса

      Второе пробуждение за последние 24 часа было таким же не радостным и резким, как и первое. Но по крайней мере тогда Хёнджина разбудил голос Феликса, а не звук резко открываемой двери и громкий крик Минхо:       — Подъём, сладкая парочка!       Феликс сзади обреченно застонал и отодвинулся от Хёнджина, зарывшись лицом в подушку. Хёнджин совсем чуть-чуть ему посочувствовал и попробовал прикинуться дохлым опоссумом, он терпеть не мог ранние подъёмы даже ради занятий танцами. Феликс, судя по затихшим звукам, избрал ту же тактику, что и Хёнджин. В следующее мгновение, с них двоих сдёрнули одеяло. Феликс хрипло застонал ещё обречённее, но подушка заглушила половину, отчего звук был, словно где-то вдалеке заунывно провыла труба.       Хёнджин нехотя приоткрыл один глаз, Минхо возвышался над ними, держа в руках одеяло, слишком бодрый для раннего утра и невероятно злой.       — У вас 5 минут. — Минхо пнул кровать и бросил одеяло на пол, выходя из комнаты.       Феликс что-то прохрипел в знак согласия, единым слитным движением сполз с кровати и потянулся, разминая затёкшие после сна мышцы. Он был и правда похож на растрепанного цыпленка, как его часто называли фанаты, его глаза осоловело моргали, пока он пытался прийти в себя достаточно, чтобы заставить себя дойти до душа. У Хёнджина от такой картины, в груди растеклось тёплое чувство комфорта и уюта. На сонного, растрёпанного Феликса с утра смотреть было одно удовольствие. Хёнджин поймал себя на мысли, что он не против время от времени, засыпать и просыпаться вместе с Феликсом в одной комнате. Он так глубоко над этим задумался, что не заметил, как неудачно потянул ногу и тут же болезненно простонал, тело прострелило судорогой, от резкой и внезапной боли у Хёнджина спёрло дыхание и несколько секунд он открывал рот, как рыба, в попытках вдохнуть в себя хоть немного кислорода.       Феликс тут же подорвался к нему, кладя горячие ладони на бедро Хёнджина, с силой проводя по нему.       — Всё хорошо? — Феликс обеспокоенно смотрел прямо в глаза. Его голос спросонья упал ещё ниже на пару октав и теперь, вкупе с руками на голой коже Хёнджина, по телу вместо судороги пробежало стадо мурашек. Что ж, глубокий голос Феликса всегда был его слабостью.       — Да. — хрипло произнёс Хёнджин. — Видимо мышцы очень сильно затекли от одной позы. — Судя по состоянию его тела, они действительно провели всю ночь, как и заснули изначально, не расцепив объятия. Это было для Хёнджина большим достижением, обычно он ворочался в постели, как маленькое торнадо и все простыни к утру были сбитыми, а одеяло скрученное валялось на полу. Феликс опустил голову и покаянно посмотрел на него из-под чёлки.       — Прости. — тихо произнёс он.       — Всё хорошо, я. — Хёнджин запнулся. — Я просто не привык так спать.       И прежде чем, Феликс попытался бы снова извиниться, Хёнджин продолжил:       — Ты не подумай! Мне всё понравилось.       Воцарилась тишина. На лице Феликса неторопливо расцветал румянец, красиво подчёркивая его невероятные веснушки. Хёнджин невольно залип на это зрелище.       Феликс прокашлялся.       — Я пойду в ванную первым тогда. — и так спешно ретировался, что Хёнджин не успел даже кивнуть в ответ.       В комнату снова заглянул Минхо и скептически оглядел, всё ещё лежавшего на кровати Хёнджина       — Тебе отдельное приглашение надо? Или поднять на руки и отнести? — Минхо ухмыльнулся, пока Хёнджина разрывало между желанием умереть от смущения и кинуть в Минхо подушку.       — Феликс в ванной, не идти же мне вместе с ним. — Минхо так скептически посмотрел в ответ, что Хёнджину захотелось откусить себе свой длинный язык и прижать к лицу подушку, держа её до тех пор, пока в лёгких не закончится весь кислород.       — Поторапливайтесь. — Минхо практически вышел из комнаты, но остановился и на секунду о чём-то задумался.       — Просто дружеский совет. — наконец произнёс он. — Не заходи пока в общий чат. Джисон-и, ну… немножко сходит с ума. — и вышел из комнаты.       Хёнджин посмотрел на закрывающуюся дверь и пару раз побился головой о кровать. Его ждала смерть, неминуемая и беспощадная.

***

      Хёнджин был слабаком и трусом, он признаёт это и готов подписаться под этими утверждениями везде, в любом документе и даже признаться в этом стей в бабле, твиттере и инстаграме. Он отчаянно молил Феликса не уходить без него вниз на кухню. Хватило всего одного взгляда в общий чат, чтобы примерно понять степень безумства происходящего. На аватарке гордо красовалась фотография его спящего на руках Феликса, а непрочитанных сообщений насчитывалось больше двух сотен. Хёнджин мысленно разрывал контракт с JYP досрочно, платил все неустойки, отказывался от собственного имени и уходил в самый далёкий монастырь, в котором не существовало телефонов с камерами, видеоредакторов и неугомонного Хан Джисона с его глупыми шуточками. Феликс сочувственно погладил Хёнджина по спине и обещал дождаться его из ванной.       — Давай, только быстрее, иначе Минхо-хён точно открутит нам головы. — Феликс мягко подтолкнул Хёнджина в сторону ванной комнаты и вручил комплект чистой одежды. От этой заботы, Хёнджину захотелось разрыдаться, в груди заворочался ком из нежности и признательности. Он правда почти всплакнул.       — Сегодня я бы не отказался. — тихо пробормотал Хёнджин и проскользнул в ванную.       В душе, к сожалению, утопиться не получалось по техническим причинам, ну и Хёнджин здраво понимал, что никакая смерть не спасёт его от разгневанного Ли Минхо, если Хёнджин не явится на тренировку. В их случае, даже смерть не была веской причиной пропускать танцевальные практики, не перед тем, как на носу маячил камбэк. Хёнджин грустно вздохнул, наклеивая патчи под глаза, чтобы хоть немного снять отёк с лица, появившийся после малого количество сна.       В дверь робко поскреблись и Хёнджин ускорился. Видимо Минхо заходил ещё раз, контрольный, и Хёнджину необходимо было поторопиться, чтобы голову не открутили ни в чём не повинному Феликсу.       Когда Хёнджин вышел из ванны, Феликс сидел на кровати, спиной к двери и над чем-то негромко хихикал. В голову Хёнджина сразу же закрались нехорошие мысли, он тихо подошёл к Феликсу и навалился на него всем телом, заглядывая через плечо в экран телефона.       — Над чем хихикаешь, Ёнбок-а? — Феликс вздрогнул от неожиданности и тут же заблокировал телефон, Хёнджин даже мельком не успел ничего разглядеть.       — Ничего такого, Хёнджин-а, Джисон прислал смешной мем в какао. — Хёнджин прищурился, знал он какие смешные мемы сейчас может присылать Джисон. Феликс тем временем встал и схватил Хёнджина за руку, резко потянув на себя. Тот от неожиданности слишком сильно дёрнулся и практически влетел в Феликса, чуть не снеся его с ног. Феликс хихикнул.       — Что я говорил, Джинни, я сильнее, чем кажусь. — и подмигнул, продолжая удерживать его руку в своей. Хёнджин зарделся, в голове вихрем пронеслись события прошедшей ночи. В груди заворочался огромный ком из неопределённых эмоций, разбирать которые Хёнджин сейчас был не в состоянии. Феликс снова потянул его за руку, но в этот раз уже аккуратнее, схватил спортивную сумку Хёнджина, стоящую около порога и протянул ему.       — Пойдём, давай не будем заставлять Минхо заходить сюда в четвёртый раз.

***

      Хёнджин шёл по коридору озираясь, словно он какой-то преступник, которого вот-вот поймают на месте преступления. Феликс очевидно чувствовал всё напряжение Хёнджина, поэтому руку не отпускал, крепко сжимая её в своей. Когда Хёнджин слегка затормозил около комнаты Джисона, дверь которой была слегка приоткрыта, чтобы проверить спит ли он, Феликс не выдержал.       — Прекрати, ты слишком загоняешься по поводу этой ситуации. Все забудут об этом уже завтра. Знаешь же, как это у нас бывает, обязательно кто-то ещё что-то выдаст и про тебя тут же забудут.       Хёнджин надулся. Феликсу легко говорить, не его таскали на руках у группы любителей поддеть ближнего своего. Хотя тот очевидно был прав, у них вечно происходили казусы посерьёзнее и поводы посмеяться над кем-то менялись так же часто, как погода по весне. Вон несчастного Бан Чана дразнят за возраст уже на протяжении почти пяти лет, чуть ли не каждый день, но тот держится бодрячком, даже иногда смеётся и никогда не отвешивает Сынмину и Джисону подзатыльников за такое. Да, что такое субординация в их группе знает только Минхо и то по отношению к младшеньким. Хёнджин вздрогнул, чёртовы салфетки будут сниться ему в страшных снах до самой старости. За своими раздумьями, Хёнджин не заметил, как они зашли в гостинную. Феликс отпустил его руку и радостно рванул обнимать всех присутствующих. Хёнджин тут же ощутил чувство потери, когда горячая сильная рука Феликса прекратила сжимать его и вся мнимая храбрость Хёнджина сдулась, как шарик. Он обвёл взглядом гостиную. На диване сидел сонный Чонин и пил кофе из термокружки, точно такие же стояли на кофейном столике. Видимо Бан Чан снова не спал всю ночь и рано утром отправился в ближайшую маленькую кофейню за углом, захватив кофе на всех членов группы. Хёнджин растрогался, их лидер был в своём репертуаре, заботился о каждом из них, даже в таких мелочах, как утреннее кофе. Минхо был полностью собранный и стоял практически у выхода из общежития, просматривая что-то в телефоне, на плече у него висела спортивная сумка, видимо он успел сходить до своего и взять нужные вещи. По крайней мере Хёнджин точно не помнил, чтобы вчера у него было что-то с собой, помимо телефона. Слева от Минхо в углу стоял хмурый Сынмин, которого радостно тискал счастливый Феликс, Сынмин был явно не очень доволен таким поворотом событий, но от тактильного Феликса не так просто было избавиться. В кресле рядом с диваном сидел Бан Чан и с выражением любящего, терпеливого отца наблюдал за всеми. Хёнджин немного выдохнул, Джисон всё ещё счастливо спал в своей кровати, а Сынмина успешно отвлекали обнимашками, по крайней мере утро у него пройдёт без смущающих шуточек. Остальные не представляли опасности для бедной нервной системы Хёнджина, Бан Чан был слишком тактичен для каких-либо шуток и прекрасно считывал нежелание Хёнджина хоть как-то упоминать о ночном инциденте, Чонин слишком сонный, а Минхо уже удовлетворил своё желание подшутить и остался доволен. Хёнджин вознёс молитву всем существующим богам и Феликсу, схватил со столика кофе и двинулся по направлению к Минхо. Тот оторвался от телефона и натянул на себя медицинскую маску.       — Идём, Феликс, я захватил твою форму из общежития. — Феликс отошёл от Сынмина и благодарно улыбнулся Минхо.       — Спасибо, Минхо-хён.       Минхо кивнул в ответ и вышел из общежития, Хёнджин с Феликсом поспешили за ним.

***

      Чтобы ни думал о танцах Хёнджин времён дебюта и пре-дебюта, нынешний Хёнджин их просто обожал. Занятие танцами отлично прочищали ему голову, оставляя после себя лишь блаженную пустоту и желание совершенствоваться. Остальные мысли и проблемы оставались вне стен зала. Он ненавидел тренировки по утрам ровно до того момента, как переступал порог танцевального зала и Минхо включал какой-нибудь трек, заставляя их с Феликсом доводить все движения до автоматизма. Вот и сейчас, после трёхчасовой тренировки, голова была пуста и все проблемы отодвинуты на задний план. Во время реста двухгодичной давности, Хёнджин жил в зале и выползал оттуда только тогда, когда Минхо за ухо оттаскивал его в машину, заставляя ехать домой отдыхать, Феликс ему в этом активно помогал.       Хёнджин со стоном опустился в угол комнаты, выпивая бутылку воды почти залпом. Мышцы приятно ныли, но Хёнджин всё равно сделал себе мысленную пометку рассказать об утренних судорогах их физиотерапевту. Может и ничего серьёзного, но провериться надо, тем более, Хёнджин уверен в этом на все сто процентов, Феликс всё равно всё расскажет. После его проблем с позвоночником, он стал ещё внимательнее относиться ко всем мемберам. Хёнджин растянулся на полу, к нему тут же подошёл Феликс и в привычной манере лёг рядом, крепко обнимая. Хёнджин обнял его в ответ, мгновенно расслабляясь. Это была их своеобразная традиция, за исключением моментов, когда их снимали для какого-нибудь влога или передачи, если Хёнджин ложился на пол, то Феликс обязательно приходил его обнимать. Хёнджин вытянул руку и потрепал Феликса по голове.       — Устал? — тихо спросил Хёнджин. Феликс довольно улыбнулся.       — Немного, больше спать хочу. — он прижался ближе к Хёнджину, зарываясь носом ему в грудь и пробормотал. — Люблю, когда мы так обнимаемся.       Сердце Хёнджина отчего-то пропустило удар, а потом забилось вновь быстрее, а в груди снова заворочался ком непонятных чувств, среди которых явственно распознавалась только всепоглощающая нежность, но в отношении Ёнбока она присутствовала всегда. Он мотнул головой и решил не зацикливаться на словах Феликса.       — Ничего, сейчас приедем домой и поспишь. Феликс отрицательно помотал головой и зевнул:       — Не-а, у меня сегодня ещё вокал и надо сделать все реабилитирующие упражнения для спины, поболтать со стей в бабле и, возможно, немного поиграть. Хёнджин рассмеялся.       — О, да, последний пункт особенно важен.       — В геншине ивент новый и Сайно, надо ему 6 консту добить. — Феликс снова зевнул. — Хочу в сутках 48 часов.       — Боюсь лишние часы будут даны нам не для сна. — Хёнджин перевёл взгляд на Минхо, тот отсматривал вместе с хореографом видео тренировки, снятые на телефон менеджера. — Минхо обязательно влепил бы нам ещё больше тренировок.       Феликс отчаянно застонал, его любовь к танцам, в отличие от Хёнджина и Минхо, готовых тренироваться сутки напролёт, не была такой всепоглощающей.       — Ты прав, он бы тогда придумал хорягу к каждой нашей песне. — Феликс оторвался от груди Хёнджина и посмотрел на него. — Уверен, ты был бы только рад. Хёнджин посмотрел на Феликса в ответ и утвердительно кивнул.       — Даже не поспоришь. Феликс улыбнулся, сощурившись, его веснушки на лице вновь засияли ярким светом и Хёнджин на несколько мгновений залип, рассматривая их.       — Ты бесконечно талантливый танцор, Джинни, твой контроль тела поражает. — Феликс вздохнул. — Ещё чуть чуть и мне за тобой уже не угнаться.       Хёнджин снова погладил Феликса по голове, они часто говорили друг другу комплименты и Хёнджин соврал бы, если бы сказал, что не хочет одаривать ими Феликса двадцать четыре на семь, семь дней в неделю, триста шестьдесят пять дней в году.       — Зато твой голос трогает до глубины души и уж точно не оставляет никого равнодушным. — Хёнджин ухмыльнулся, вывернул свободную руку из объятий, просунул между их телами и потрогал живот Феликса. — А твой пресс? Стей каждый раз умирают на концертах, стоит тебе хоть немного задрать футболку. Пощади несчастных фанатов, Ёнбокки, они уже не выдерживают.       Феликс моментально покраснел и уткнулся носом обратно в грудь Хёнджина, глухо простонав. От этих действий, у Хёнджина в который раз за последние сутки по телу пробежали мурашки, почему-то раньше он так бурно не реагировал на всё это.       — Прекрати, Хёнджин-а, ты же прекрасно знаешь, почему это происходит, вот я моргнул и под влиянием эмоций уже задрал футболку, менеджер каждый раз меня за это отчитывает. Нуны-стилисты начали заправлять мне кофты в штаны, но не помогает.       — Зато стей счастливы.       — Ага, стей счастливы, а менеджер все мозги проедает: Феликс, весь тикток опять в твоём прессе! Феликс, фотография твоего соска гуляет по всему твиттеру! — Феликс так правдоподобно изобразил голос их менеджера, что Хёнджин невольно рассмеялся. Феликс вздохнул. — Я завидую Чанбину и его принципам, сказал, что пресс не покажет, так и не показывает.       Хёнджин не успел на это ничего ответить, к ним подошёл Минхо, по его лицу нельзя было понять доволен ли он результатами тренировки или нет.       — Поднимаемся, сладкая парочка, и отправляемся дальше по своим расписаниям. Ты, Феликс, на вокал, ты, Хёнджин, вместе со мной до общежития. — Феликс отодвинул от Хёнджина и расцепил объятия, вставая. Хёнджин последовал за ним.

***

      Они попрощались у выхода из тренировочного здания, Феликс поспешно залез в машину к менеджеру, видимо тренировка слишком затянулась и теперь он опаздывал на занятие по вокалу. Хёнджин же с Минхо отправились к вызванному для них такси, чтобы доехать до общежитий.       В автомобиле Хёнджин блаженно растянулся на заднем сидении, вытягивая ноги, спасибо бизнесс классу за широкие машины, позволяющие вытянуть ноги даже такой дылде, как Хёнджин, и закрыл глаза, расслабляясь. Рядом завозился Минхо, доставая из сумки наушники, а потом критично осмотрел Хёнджина.       — Послушай, принцесса, если ты уснёшь, я тебя на руках не понесу, максимум выпну из машины, чтобы тебя никуда не увезли. Хёнджин распахнул глаза и испытал желание побиться головой о стекло. За тренировкой и разговорами с Феликсом он успешно забыл о том, что его ждёт дома, он не помнил досконально расписание Джисона, но был уверен, что тому никуда сегодня не надо. Хёнджин разочарованно застонал.       — Минхо-хён, умоляю, пощади, я живу в одном общежитии с Джисоном, я уверен, что его запас шуток на эту тему сегодня будет неисчерпаем. Минхо гаденько ухмыльнулся.       — Я знаю, уже прочитал весь его стендап у себя в личке и как заботливый хён решил подготовить тебя к этой битве.       Хёнджин закрыл лицо руками и ничего на это не ответил. Минхо рассмеялся и надел наушники. Остаток пути они проехали в молчании.       Когда такси высадило их около общежитий, Минхо прежде чем отправится в своё, похлопал Хёнджина по плечу и произнёс:       — Не переживай ты так, дай Джисону проговорить все его придуманные шутки и на следующий день он перестанет так акцентировать на этом внимание, ты же знаешь, он взорвётся, если не сделает этого. Остальным же по большей части наплевать на то, что произошло, мало ли что у нас случалось за все эти годы. Тем более со следующей недели начинается усиленная подготовка к камбеку, уже не до чего будет.       Хёнджин кивнул и благодарно поклонился. И Минхо, и Феликс были правы, он как и Джисон, иногда слишком зацикливался на происходящих вещах.       — Спасибо, хён, ты прав.       Минхо улыбнулся, подошёл чуть поближе и со всей дури заехал Хёнджину по заднице, что тот от неожиданности вскрикнул.       — Конечно я прав, а теперь дуй домой, отдыхать и слушать шутки Джисона, ещё сам хохотать над ними будешь. — с этими словами, он развернулся и пошёл в сторону своего общежития. Хёнджин несколько мгновений смотрел на удаляющуюся фигуру и тоже отправился к себе.