Потерянный Бог

      Я все испортил, собственно, это уже часть моего амплуа - вечно все портить. Она не перестала со мной общаться, не перестала со мной выходить в люди, не отказывала мне в сексе... Но. Вместо привычной дрожи, мои прикосновения заставляли ее на мгновение полностью напрячься, будто в этот момент она обдумывала, допустить ли меня к себе. Она выстроила стену между нами и я скребся в эту стену, пытаясь вернуть все как было.       Когда впервые почувствовал этот холод от нее, я решил свалить. А оно мне надо? Я принц, я король, я бог. Я - лучшее, что было в жизни этой смертной. Она первая же взвоет без меня. Правда тут червячок шевельнулся - не взвыла же, когда я впервые исчез на два месяца. Собственно, я специально отсутствовал эти два месяца, не потому что был занят. Мне хотелось отвыкнуть от этой жизни. От нее. Я боялся вновь привязаться, поэтому свалил и планировал уйти с концами. Все два месяца ломало именно меня. И я не выдержал, явился, трахнул ее и остался. Теперь я отлучался только по делам и решил, что имею право получать то, что хочу. А хочу я быть здесь.

***

      Мы спустились в книжный магазин. Я давно перечитал все книги в ее доме, да и нам захотелось прогуляться. Пока я выбирал литературу, обратил внимание, что к девочке подошла некая женщина. Она была старше лет на 5 моей смертной и о чем то мило щебетала, поглядывая в мою сторону: - У тебя, наконец, кто то появился? Такая хорошая новость, а то все одна и одна. Тяжело женщине в частном доме одной, тем более в таком стареньком.       Моя смертная бросила на меня быстрый взгляд. - Н-нет, просто гость. Иногда проездом бывает.       Я оскалился в усмешке, демонстрируя своей девочке, что все слышу. Она закатила глаза и отвернулась к женщине. - О, родственник, что ли? Я сначала так и подумала, Вы порой похожи в чем-то...в мимике там, движениях. - Ну...что-то типа того, сложно, в общем, - моя смертная поморщилась, очевидно желая прекратить разговор. - Может и к лучшему. Не думаю, что твой тебя уже отпустил и нормально бы отнесся к новому.       Вот тут я уже вздрогнул, направив жадный взгляд на эту женщину. Я вслушивался в каждое слово, но она больше ничего не сказала. Девочка вздохнула и не, ответив ей, пошла к кассам. Я направился следом.       Мы поднимались к дому. - О ком говорила та женщина? Что за "твой"? - Локи, ты же понимаешь, что в моем возрасте у девушек уже есть некое прошлое. - Я понимаю, но почему в текущих реалиях он все еще обозначен как "твой", а не "бывший"?       Она замолчала, сосредоточившись на дороге, я не хотел давить, как она не допытывала меня, когда я уходил от ответа. Но это нелепо сравнивать жизнь и секреты Бога с земными заботами простых смертных. - Смертная, я жду ответ, - голос прозвучал твердо. - Локи, он был не совсем здоров и очень тяжело меня отпустил. - Он пил? - Он пил и, вообще, делал все, что может прийти в больную голову. - Это что?       Она прикрыла глаза, вновь поморщившись, будто пытаясь отогнать болезненные воспоминания. Однако, видимо, решила довести рассказ до конца: - Он брал меня силой. С завидной частотой. Я не очень люблю пьяных людей и, когда перегаром дышат в лицо, и "имела наглость" отказывать ему. Он был не согласен, бил, брал, бил, брал...я утолила твое любопытство? - Почти. И он просто взял и отпустил тебя?       Она замялась: - Более менее, Локи. Он больше не объявлялся. - Хочешь я убью его? Дай адресок и я принесу тебе его голову, - я вновь оскалился, глядя в ее глаза. - Локи, я хочу забыть ту часть своей жизни и жить дальше... - она выдохнула, и в следующий миг в ее глаза заплясали веселые огоньки, -...с тобой, мой Бог.       Она глумилась надо мной, но в моей душе все перевернулось. Потрепав ее по волосам, мы, наконец, дошли до дома. Я пошел расставлять книги, а смертная заняла кухню.       Все-таки в мои планы входило как-нибудь на досуге разыскать этого ублюдка и устроить божественную кару. Я могу быть и добрым божеством, так сказать, на страже милых и невинных дам. Почему-то в моей голове всплыли все ее первые реакции на меня, все вздрагивания, страх, все - что он сделал с ней. Интересно, какой она была раньше? До того как стала отшельником.       Закончив расставлять наши огромные покупки в виде 5 книг, я прошел на кухню. - Я хочу помочь с готовкой. - И что ты хочешь делать? Резать, натирать, жарить? - Жарить...- я оскалился, положив руки на ее бедра, прижавшись к ней со спины. Пахом прижался к ее ягодицам, давая ей прочувствовать, что жарить я готов всегда и, вообще, в душе я кулинар. Носом уткнулся в ее волосы, вдыхая ее аромат, невольно прикрыл глаза от удовольствия.       Девочка резко выдохнула, на мгновение прижалась бедрами к моему паху, будто желая прочувствовать мой член....но лишь на мгновение, и она отстранилась. - Локи, нам нужно готовить. Бери нож и почисть картошку.       Я опешил, глядя на нее. Она никогда мне не отказывала. Никогда. Даже во время месячных, при необходимости, мы просто шли в ванную, хотя я старался не лезть к ней в такие дни. Но никогда не было отказа. Она больше меня не хочет?       Пока я пребывал в растерянности, она вручила мне нож и, на автомате, я стал начищать картошку. - Локи, Бог мой, это издевательство над картошкой. - Как могу так и чищу. Ты думаешь принцы, а тем более Боги часто готовят?       Она выгнала меня с кухни. Я не решился спросить про причину ее отказа, хотя нет смысла отрицать, что меня это задело. Услышать оправдания или получить согласие...из жалости - я готов не был.