Так будет лучше

Лучи солнца пробивались на кухню сквозь жалюзи. Пришла весна, заменив угрюмую зиму. Солнце стало намного ярче и сильнее греть, отчего росло настроение. Тэ сидел за столом и пил кофе, как вдруг на кухню пришёл сын: мальчишка с тёмными кудрявыми волосами и большими глазками. Если посмотреть на Ëнгхи, то точно можно сказать, что он взял от своих родителей всё самое лучшее. — Привет, зайчик, — протянул Тэ, улыбаясь. — Ну па-апа, я не зайчик, не надо меня так называть! — насупился мальчишка. В мыслях Тэ усмехнулся сам себе: "Ну вылитый отец". Также супится. Улыбка у них с Чонгуком одна на двоих. О чём говорить, если они даже спят одинаково. Но, смотря в глаза Ëнгхи, Тэ не видит былого веселья, что плескалось там месяц назад. А в сердце поселяется тревога. — Хорошо, больше не буду, маленькая вредина. — Я хотел спросить тебя о кое-чём. — Что хотел? Говори, — протянул Тэ, подойдя к сыну. — Пап, а отец от нас ушёл, потому что я плохой, да? — набатом прозвучал вопрос сына в голове Тэхёна. Ëнгхи всего пять, а, смотря в его глаза, Тэ видит столько боли, что сам захлёбывается в ней. — Малыш.... — Я честно стану самым хорошим, я буду сам заправлять постель, перестану плакать по ночам, буду самостоятельным. Пап, я стану лучше, пусть он только вернётся, пожалуйста... Я хочу, чтобы было, как раньше, хочу, чтобы мы были вместе, — прошептал мальчик, дрожа от эмоций. У Тэ сердце разрывалось от слёз сына и его слов. — Сынок, ты тут ни при чём, понимаешь? Ты самый лучший ребёнок, которого я видел. Мы тебя любим, и папа, и я. А в том, что он живёт не с нами, не твоя вина, даже не смей так думать! — сказал Тэ, прижимая Ëнгхи к себе. — У взрослых бывает так, что ты любишь человека долгие годы, а потом любовь просто уходит, и в этом нет ничей вины, понимаешь, малыш? — Получается, вы меня тоже когда-нибудь разлюбите, как разлюбили друг друга? — Нет, Ëнгхи, мы всегда будем любить тебя, потому что ты наш сын. — Но почему нельзя вернуть всё назад?! Полюбите друг друга снова, верните всё так, как было! — задыхаясь во всхлипах, кричал мальчик. У Тэ от сердца ничего не осталось, видя какую боль приносит ребёнку их развод, и сделать с этим он ничего не может. Вернуть мужа он был не готов, да и, честно, никогда не будет. Он отведёт сына к лучшему психологу, попытается помочь ему любым способом, но только не возвращаясь к бывшему мужу. Тэхён сжал мальчика в своих руках, который разбивался в очередной раз от глупости взрослых. И написал Чонгуку, прося срочно приехать. Сообщение прочитали сразу, и Тэ знал, что тот уже в пути. — Любимый мой, к сожалению, я не могу этого сделать. Понимаешь, я бы очень хотел, но никогда не смогу. Через некоторое время дверь в квартиру открылась, и Чонгук залетел в панике. Видя своего сына, мужчина почувствовал, как сердце у него ухнуло вниз. — Малыш, что случилось? Почему ты плачешь? — Отец? Ты пришел? — прошептал мальчик, поворачиваясь в руках папы. У Гука сердце разбилось от такого состояния ребёнка и понимания, что они натворили. Бьёт его, как обухом по голове. — Сынок, я всегда буду приходить к тебе, в любой момент и в любое место, — сказал Чонгук, подходя к нему. — Порой взрослые, играя в свои игры, забывают про детей, перестают чувствовать к друг другу что-либо и уходят, забывая о них. А дети винят именно себя в том, что родители больше не вместе. Успокоив в конечном счёте Ëнгхи и уложив его спать, Гук с Тэ ушли на кухню. — Что случилось, Тэ? — произнёс парень без сил. — Он считает, что виноват в нашем расставании. Говорил, что изменится, станет лучше, только чтобы ты вернулся. — Чёрт. Я так не хочу делать ему больно, но всем этим мы можем просто сломать ребёнка. — Я понимаю. Сегодня буду искать психолога, который сможет помочь. Другого выхода я не вижу, Чонгук. — Тэ… Давай начнём заново... — Нет, Чонгук, я люблю своего сына, и тебя я тоже люблю, дело даже не в этом. Ты до сих пор ничего не понял. Я не вернусь к тебе, так будет лучше. Ëнгхи мы поможем. Мы как были родителями, так и остались. Тут ничего не изменилось и, надеюсь, не изменится. — Не изменится, — твёрдо говорит Чонгук. — Но, Тэ, я люблю тебя, — сказал Гук, смотря в глаза, но наткнулся только на айсберги боли в коньячных глазах. — Чонгук, пожалуйста, иди, приходи завтра, но сейчас уйди, я прошу тебя, — прошептал Тэхён. И он ушёл, так же, как и тогда, тихонько прикрывая дверь, в то время как Тэ стёк по стене, беззвучно глотая слезы. Эта боль рушит и не даёт восстановится. Без Чонгука он не сможет, но и с ним не выживет. На дворе март, и весна их не спасала. Так будет лучше. Точно. Лучше. Но вот только кому? Вопрос, заданный в пустоту.