The Outlaws Scarlett and Browne

Мальчик, прокуверкавшись в траве, остановился, поднял голову и увидел медведя, вставшего на дыбы и бьющегося в нескольких футах от него. Какое отвратительное рычание он издавал! Шум нарастал, и его спина выгибалась и поднималась в невесомой ярости, пока – внезапно, как будто запоздало осознав уместность своей массы – он затих одним судорожным движением. Рычание постепенно стихло. Мохнатые бока расслабились; медведь лежал неподвижно, растянувшись на залитой солнцем земле. Несколько мгновений мальчик, моргая, смотрел на него. Его собственные волосы закрывали ему лицо. Он сдул их со лба и осторожно поднялся на ноги - дрожащие, лёгкие, как вода - и стоял, глядя на огромную фигуру, которая лежала там, словно красно-коричневый выступ земли. Чёрные подушечки лап с грязно просвечивающими когтями были растопырены по углам, как резные подставки для ног у стола Доктора Кэллоуэй в ее офисе в Стонмуре. Мальчик подумал об этом столе, о том, как он стоял перед ним на коврике в форме полумесяца, ожидая каких бы то ни было неприятностей, неизбежно настигнущих его. И на несколько мгновений его уже не было на склоне в лесу. Затем он вернулся в настоящее и вспомнил о существовании девочки. Ее нигде не было видно. В наступившей тишине он огляделся по сторонам. Нет, она пропала. Съеденная или раздавленная медведем. Лёгкое сожаление шевельнулось внутри мальчика, эмоция, которую он хотел выразить вслух. — Неизвестная девочка или девушка, — сказал он тихо, — я благодарю тебя за наше знакомство, каким бы кратким оно ни было, и желаю тебе всего наилучшего в какой бы загробной жизни ты ни оказалась. Я всегда буду помнить тебя - твои волосы, твой хмурый вид, закатывание твоих зелёных глаз. Мне жаль только, что я так и не узнал твоего имени. Медведь издал голос, приглушённое рычание, словно из ямы в земле. — Может прекратишь эти поминки и поможешь мне? — оно закричало, — Я еще тут! Мальчик в шоке отступил назад. Теперь он смотрел на волосатую фигуру с сомнением. — Сэр Медведь, я полагаю, вы пытались убить меня. Вы, конечно, убили единственного человека, который когда-либо был добр ко мне, и поэтому я вам ничего не должен. Я, конечно, не желаю вам зла, но, боюсь, вам придётся постоять за себя самому. Откуда-то из-под медведя донёсся шквал ругательств. —Ты издеваешься? — голос взревел. — Я здесь, внизу! Вытащи меня отсюда! Мальчик наклонился поближе и с некоторым трудом отодвинул горячую, влажную переднюю лапу в сторону, открыв взгляду лицо девочки, несколько сжатое и потное, окружённое спутанным длинным серым мехом подмышек. Высунулась рука и сделала серию энергичных жестов, некоторые из которых были практичными, другие - просто выразительными. Последовали краткие устные инструкции. Таким образом, мальчик понял, что от него требуется. Он протопал обратно к опушке леса и вернулся с длинной палкой; используя ее как рычаг, он смог приподнять часть плеча медведя и дать девушке возможность высвободиться. Она вылезла напряжённая и в полном беспорядке, волосы спутаны, глаза горят. К ужасу мальчика, она была вся в красных пятнах от шеи до талии. Ее лицо было мокрым, и что-то капало с нее. — Ты вся в крови, — пошептал он. — Ага, — ответила девочка, держа в руке нож, — Может потому что я убила медведя? Убила его, когда он прыгнул на меня. В отместку меня почти расплющило под ним. Даже идиот бы понял это. Младенец понял бы это с первого взгляда. Но не ты. Мне пришлось лежать под задницей медведя, пока ты произносил речь. Она снова разозлилась - похоже, это был ее обычный режим. Жужжание ее мыслей одолевало его. Но мальчик, который был во власти людей, которые никогда не сердились, но которые делали с ним ужасные вещи, был непоколебим и даже спокоен. Он одарил ее лучезарной улыбкой. — На секунду, — сказал он, — я действительно подумал, что это говорит медведь. Стоит признать - внешность бывает обманчива. Но я безмерно рад видеть, что был неправ, и ты жива! И что ты снова спасла мне жизнь! Но ты точно в порядке? Кажется, у тебя идёт кровь. Она осмотрела несколько рваных ран на своем плече, в тех местах, где ткань её куртки свисала лентами. Плоть под ним была мясистой и разорванной. — Меня немного потрепало, да - и теперь я немного тоньше, чем раньше, —она многозначительно посмотрела на него. — Да, — мальчик мрачно кивнул. — Что ж, моя окоченевшая задница блекнет на твоём фоне. Я больше не буду об этом упоминать. Теперь нужно сделать кое-что очень важное. Я понял это, когда подумал, что ты мертва. Мы не знаем имен друг друга. Мы не представились, и я обязан сейчас же исправить это упущение. Она присела на корточки и вытирала лезвие своего ножа о кочку. Теперь она взглянула на него снизу вверх, прикрыв глаза рукой. — Имена? Разве это важно? — Да, конечно, это так. Я начну первый, потому что я у тебя в долгу. Меня зовут Альберт Браун. Она нахмурилась. — Я Скарлетт МакКейн, и надеюсь это дало тебе что-то хорошее. Итак, мы знакомы. А теперь мы должны попрощаться. Мальчик слегка дёрнулся, его лицо внезапно обмякло. Это было так, словно она вонзила ему в сердце острие своего ножа. — Попрощаться? — спросил он. — Почему? — Потому что ты выходишь на дорогу, где можешь подождать, пока подъедет другой автобус. Я привожу себя в порядок, а потом направляюсь в лес. Она сняла сумку со спины и с кислым видом осматривала ее, тыкая пальцем, ощупывая на предмет повреждений. Особое внимание она обратила на длинную трубку, Альберт заметил, как она проверяла её герметичность и вытирала капли медвежьей крови. Извлекла разбитый бинокль, который оказался с проклятием отброшен в сторону. Она не смотрела на него. — Я не могу пойти с тобой? — Нет. — Я должен ждать здесь? — Да, так дела и обстоят. — Здесь могут быть другие медведи. — И твари, которые пожирали тела в автобусе, — добавил он. — Они обязательно вернутся. Ты сама так сказала. Она затянула ремешок потуже. — Кто-нибудь проедет мимо. Это рабочая дорога. — Когда они проедут? До темна? — До темна, да. Ее колебание было секундным, но он заметил это. Он прочёл уклончивость в ее ответах. — Что если не проедут? Меня сожрут. — Все тобой будет в порядке, — она выпрямилась, подняла сумку. — В любом случае, ты не можешь пойти со мной. — Почему нет? От меня не будет проблем. — Ты не можешь и все. — Но они разорвут меня на части. Оторвут мои ноги. Ты услышишь, как я кричу. — Не услышу, — сказала Скарлетт, —я буду далеко отсюда. К тому же, — добавила она, — Я уверена, что тебя не съедят. Это вообще маловероятно. Сначала они съедят этого медведя, а на нем много мяса. Он будет поддерживать их в рабочем состоянии половину ночи. — Меня беспокоит то, что произойдёт в другую половину, — выражение лица Альберта было несчастным. — Знаешь, ты услышишь, как мне отрывают руки. Раздастся этот хлопающий звук. Хлоп, хлоп, хлоп, и все. Это буду я. — Нет, этого не будет. И сколько у тебя рук? Три? И вообще, у меня такая же вероятность быть съеденной, как и у тебя, — сказала девушка. — Я направляюсь в дремучий лес. Там гораздо хуже, чем здесь. Там живут Испорченные… — Если все так плохо, то вдвоём было бы лучше, чем поодиночке, — он лучезарно улыбнулся ей. — Я мог бы присмотреть за тобой. Альберт догадался, что ошибся, когда окровавленная рука протянулась и схватила его за горло. Его всем телом потянуло вперёд, кроссовки царапали землю. Он оказался возле белого лица, скрытого скрученными локонами влажных рыжих волос. Губы девушки были плотно сжаты, зелёные глаза пристально смотрели на него. — Прости, что ты сказал? Уровень ее гнева изменился: ее голос стал тише, более опасным. Альберт Браун, который кое-что знал о признаках надвигающегося насилия, быстро заговорил. — Мне жаль, если я обидел тебя, Скарлетт. Скарлетт же, да? Просто у меня немного кружится голова, и я уже два дня ничего не ел. Я вроде как неправильно сформулировал мысль. Я имел в виду, что, очевидно, я бы не стал "присматривать" за тобой – это глупая идея. Но, может быть, я мог бы помочь. Следить за происходящим. Я могу быть полезным… Альберт замолчал. Он почувствовал, как его слова разбиваются о стену. Девушка просто смотрела на него. — Я вытащил тебя из-под медведя, да? — добавил он. Она выругалась и отшвырнула его прочь. — Да! — сказала она. — Но только после того, как я, черт возьми, спасла тебя от того, чтобы тебя проглотили целиком! И я бы не оказалася в таком затруднительном положении, если бы не ты! Альберт лишь с трудом удержался от падения. — А, но ты обернулся и увидела медведя только потому, что я болтал. Без меня он бы подкрался незаметно и добрался до нас обоих. Это – пример нашей идеальной командной работы! Мы можем помочь друг другу. Девушка провела рукой по своим спутанным волосам и пристально посмотрела на него. — Боги всемогущие, — сказала она. Скарлетт с отвращением покачала головой, хотя она не мог сказать, к нему или к себе. Затем она порылась в своем пальто, достала монету и положила ее в грязную кожаную коробочку, висевшую у нее на шее. Поразмыслив, она добавила еще несколько. — У меня здесь места теперь нет, — прорычала она. — Благодаря тебе я весь день ругала все на чем свет стоит... Она скрестила руки на груди, уставилась в никуда, затем снова посмотрела на него. — У меня три условия, — сказала она. — Первое. Я не замедляю шаг ради тебя. Если ты будешь тащиться позади или зацепишься задом за колючий куст - что ж, не повезло, детка: я оставлю тебя, даже не взглянув на прощание. Второе. Ты делаешь то, что я говорю, никаких споров и дискуссий. Третье. Мы пересекаем Дебри, добираемся до города – финито, и тогда наши пути расходятся. Таков уговор. Ясно? — Ну - — Я сказала, никаких споров и дискуссий! Правила вступают в силу прямо сейчас! — Она поудобнее пристроила рюкзак на спине и безмятежно ткнула большим пальцем в сторону холма. — Если тебе это не нравится, прекрасно. Дорога там, наверху. С этими словами она повернулась и направилась вниз, к ручью. Альберт Браун последовал за ней не сразу. Он чувствовал, что его новому компаньону требуется немного пространства. Но и он не медлил слишком долго. Он был слаб и голоден, и если он собирался достичь своей цели живым, ему нужна была любая помощь, которую он мог получить. В настоящее время это означало, что он должен был придерживаться Скарлетт МакКейн. И это было хорошо. Все шло своим чередом. Светило солнце, деревья были зелёными, и он был свободен гулять по миру. Засунув руки в карманы своих тюремных брюк и хрипло насвистывая сквозь зубы, он направился вслед за девушкой. Они оставили позади старую дорогу А, неуклонно продвигаясь на северо-восток. Временами они слышали, как внизу журчит вода, но заросли ежевики и остролиста были слишком густыми, чтобы разглядеть ручьи. Маршрут, по которому они шли, не был тропой, по крайней мере, не был проложен человеческими ногами. Скорее это была дорожка из следов зверей уэссекских лесов, пробирающихся между стволами деревьев и погребёнными руинами. Мягкая земля дорожки была усеяна знаками, оставленными бегущими когтями. Они пересекали отрог Вольдов, где низкие округлые холмы отделялись от леса, словно стайки жирных лысых пловцов, выныривающих подышать свежим воздухом. Когда-то это была густонаселённая страна. Среди деревьев виднелись обрубки древних бетонных мостов. На протяжении веков реки двигались, а земля поднималась, поглощая мосты, города, дороги, которые их обслуживали. Местами были видны участки засыпанных крыш, их черепица лежала, как разбросанные кусочки головоломки, среди ковров жёлтых цветов. Приближался вечер. Скарлетт знала, что не хочет быть пойманной в глухом лесу после наступления темноты. Нужно было найти безопасное место. А это означало пещеру, руины, высокое дерево, в котором можно обороняться. Она смотрела по сторонам, пока они шли, и изо всех сил старалась не обращать внимания на юношу, который бежал за ней на своих тощих ногах - его кроссовки громко шаркали по пыли и листьям. Она не пыталась понять, почему именно позволила ему пойти с ней. Конечно, дело было не в том, что ей нужна была компания! Возможно, это было как-то связано с тем, что она прижимала к плечу свернутый в трубочку молитвенный коврик; с осознанием вины, которую она могла бы испытывать, если бы оставила его умирать на дороге. Но такой самоанализ раздражал ее. Хуже того, он замедлял ее. Ее больше заботило добраться до Стоу и рассчитаться с Братьями, прежде чем играть за столами в "Булле" с оставшейся прибылью. Возможно, там будут ярмарки с развлечениями: паровые колеса, аллеи с дробовиками, провидцы и сладости, а также рынки, где покупали и продавали здоровую молодежь. Эта последняя деталь засела у нее в голове. В молчании она наблюдала за мальчиком, который прокладывал путь рядом с ней. Дорожка уже некоторое время поднималась в гору. Наконец она вырвалась из-за деревьев, и они оказались на вершине широкого холма, под ногами был мел, а мягкая земля с лесами и водой простиралась до голубых горизонтов. Вдалеке скопление бледных электрических огней отмечало местоположение поселения, где генератор уже был включён на вечер. В остальной части страны было тихо и холодно. Скарлетт почувствовала, как огромная волна одиночества нахлынула на пейзаж, прокатилась по склонам холма и обрушилась на нее. Это всегда поражало ее в таких местах, как это: пустота Англии. Мальчик, стоявший рядом с ней, дрожал, хотя послеполуденное солнце все еще освещало колышущуюся траву и отбрасывало перед ними длинные тени. — Что это за тёмные очертания? — спросил он, имея в виду чёрные башни и шпили, которые тут и там в глубине обзора возвышались над линией деревьев. — Покинутые деревни. Города, может быть, — она искоса взглянула на него. — Как обычно. — Я читал о чем-то подобном. Это было странное замечание, и Скарлетт смутно осознала, что она ничего не спросила у мальчика о нем самом… Что ж, ладно. Она не собиралась начинать сейчас. Он смотрел на восток, его чёрные волосы блестели на солнце. "Если бы кто-нибудь его как следует накормил, — подумала Скарлетт, — если бы он перестал все время выпучивать глаза и пускать слюни, его действительно можно было бы продать". Здесь это было легче увидеть, чем в зелёном сумраке деревьев. Правда, он был неуклюжим, тощим и с широко раскрытым ртом, похожим на испуганный скелет, но в некотором смысле выглядел довольно мило. Не было ни отсутствующих конечностей, ни явных уродств… Его кожа тоже была здоровой, что было бонусом. Трейдеры в Стоу оценили бы. Она может указать им на это. — Здесь такой красивый вид... — сказал он. Скарлетт уставилась на него. Она никогда не считала Дебри красивыми и не слышала, чтобы кто-то еще говорил об этом. Тут было пусто и опасно. Тут легко терялись люди. Порой она видела их кости. — Не особенно, — ответила она. — У тебя косое зрение. Ты думал, что овраг с автобусом был симпатичным, и что с деревьев свисали кусочки внутренностей. — Именно. В каком королевстве мы сейчас? — Уэссекс. Как ты можешь этого не знать? Мы находимся недалеко от границы с Мерсией. Вон там находится Оксфордская долина. Давным-давно там был большой город, хотя отсюда не видно руин. Они в четырёх днях пути, но большая часть равнины затоплена. Он медленно кивнул. — Я бы хотел там побывать. — Ты бы не хотел. Они окружены чёрными болотами, где ничего не растёт, а воздух вызывает тошноту. Также в пограничных землях есть Испорченные, которые снимут с тебя кожу и съедят ее, пока ты будешь смотреть. Я бы сказала, что Стоу, куда мы направляемся, - гораздо лучший вариант. — Звучит безопаснее. — Точно. — Ты собираешься продать меня на ярмарке? Она нахмурилась, глядя на него. Резкий укол, который она испытала внутри себя, был в основном вызван раздражением. — Конечно нет. С чего ты это взял? Я оставлю тебя в Стоу, как договаривались. Если мы больше не встретим медведей, то будем там завтра днем. — Только завтра? — парень, казалось, был застигнут врасплох. — Мы проведём ночь здесь? Скарлетт пожала плечами. — Мы еще не прошли и половины пути через лес. Оглянись и увидишь, сколько мы прошли, — Видишь тот голый холм по ту сторону долины? Это как раз возле того места, где я тебя нашла. Мы были там час назад... Ее голос затих. Она потянулась за биноклем, но его не было. Вместо этого она, нахмурившись, провела ладонью по лбу. Из-за солнца было трудно разглядеть детали, но, несомненно... Она искоса взглянула на юношу. Как же его звали? Альберт... — Альберт, ты видишь место, о котором я говорю? Там где деревья шатаются? — Конечно, Скарлетт. Я вижу. — Посмотри, пожалуйста, там кто-то ходит? Он посмотрел. Его тон был мягким, незаинтересованным: — Да... Да. Как чёрные муравьи, двигающиеся в ряд. По меньшей мере шестеро из них, одетые в тёмное, приближались ровным шагом. Собаки с ними. Пока она смотрела, они остановились. Одна фигура склонилась к земле, изучая ее. Они снова начали двигаться. Даже на таком расстоянии она чувствовала их темп и целеустремлённость. Через несколько секунд и собаки, и люди исчезли за деревьями. Мальчик наблюдал за ней. — Почему ты боишься этих людей? — Я не боюсь. — Возможно, это охотники. Или, может, фермеры. — Ни те и ни другие. Нам нужно ускориться. Нам нужно срочно ускориться, — говоря это, она шла, огибая гребень холма. Недостаточно быстро. Тревога пронзала ее, подталкивала вперёд. Через несколько секунд ее походка перешла в трусцу, а трусца - в бег.