По следам кошачьих лапок

Леди Баг не хватило доли секунды, чтобы успеть заблокировать подлый удар ногой ей в живот. Девушку откинуло назад на добрых десять метров, и от силы удара она проломила собой кирпичную стену, подняв грохот на несколько улиц. Сознание героини померкло на пару-тройку тягучих секунд, будучи дезориентировано острой болью и усталостью. Поэтому, когда на неё сверху посыпались кирпичи, присыпав тело горкой приличного размера, Леди никак не отреагировала, валяясь в полусознании. Этот бой длился уже несколько часов, и супергероиня начинала терять концентрацию, в отличии от своего врага, усиленного чёрной бабочкой. Темп сражения был быстрым, хаотичным и беспощадным. В точности, как сегодняшняя акума. За это время у защитницы Парижа не было и секунды передышки. Малейшее промедление, задержка, ошибка Леди Баг должны были стать фатальными, прямо как сейчас. Это была битва на выносливость и она её проиграла. Одного сильного, точного удара по ней хватило, чтобы лишить и шанса на победу. Этот противник в точности знал все слабые стороны героини. Издав глухой стон боли, она попыталась открыть тяжёлые веки. Заторможенными движениями, руки обтянутые красным спандексом, медленно раздвигали куски кирпичей вокруг, мешающие движению и давящие на раны. Вставай. Вставай! Вставай!!! Эта мысль гремела в голове громче сирены, заставляя поднять себя на ноги как можно скорее. Он был уже рядом. Маринетт слышала его шаги и тихий смешок, когда он заметил её ногу, свободную от строительного мусора. Девушка содрогнулась, подавляя желание закашляться от пыли, и заработала руками поувереннее. Увы, но выбраться из под завала самостоятельно в таком бессильном состоянии у Леди Баг никак не получалось. Часть отодвинутых камней падали обратно, а тело, измождённое и истощённое, теряло и так последние резервы сил. Что было самым страшным, заставляющим сердце героини замирать, так это гнетущая тишина по ту сторону кирпичной кучи. После того, как шаги остановились, уже как несколько минут не было и звука, кроме того шума, который создавала сама Мари. Её дыхание было рваным и тяжёлым из-за пережитого недавно ожесточённого сражения и количества строительной пыли вокруг. Кислород стремительно уменьшался и к горлу подступала паника. Внезапно щиколотку свободной ноги окольцевало стальным хватом, почти сразу причиняя боль и создавая тёмные гематомы в скором будущем. Героиню одним резким и сильным рывком выдернули из под завала. Такое грубое обращение причинило новую порцию боли, и теперь, отчаянно, но бессмысленно, женские ладошки начали хвататься за угловатые края, ранее блокирующих её кирпичей. Леди попыталась сопротивляться хоть как-то, и, если бы не слой магической ткани на пальцах, она верно пообломала бы себе ногти, с такой силой Мари старалась уцепиться за камни. По глазам резануло дневным светом, заставляя жмуриться и промаргиваться. Попытку вскочить на ноги предотвратило давление на грудную клетку, до боли вжимая лопатки в асфальт. На её грудь наступили металлическим сапогом, вдавливая и мешая сделать полноценный глоток свежего воздуха. Когда глазам всё же удалось привыкнуть к солнцу, первое, что увидела Леди Баг — это направленный на неё сверху вниз насмешливый взгляд. В синих радужках сверкало злорадство, как и на изогнутых в усмешку бледных губах акуматизированного. Кислорода в организме у Маринетт становилось совсем мало. Руками она упёрлась в его ботинок, пытаясь хоть как-то ослабить давление на рёбра. Казалось, что ещё чуть-чуть и кости треснут. Этот отчаянный жалкий жест позабавил мучителя, и издав ещё один жестокий смешок, он вдавил носок ботинка в её солнечное сплетение сильнее. Леди Баг болезненно всхлипнула и яростно засеменила ногами по земле, в попытке вывернуться из западни. Всё закончилось быстро, хотя проигравшей так не показалось. Насладившись трепыханиями жертвы под его ногами, акуматизированный убрал стопу, позволив героине сделать парочку хриплых и глубоких вдохов, чтобы потом резко схватить её за горло. Склонившись над ней, заглядывая в лицо Леди, он полюбовался новой искрой паники в этих прекрасных голубых глазах. Сжав широкую ладонь, обтянутую белым спандексом, на тонкой шее, Кот Блан неспеша поднял тело девушки с земли, как пушинку. Он держал её, как тряпичную куклу, над землей так, что кончики пальцев были в паре сантиметров над асфальтом. Мари отчаянно хваталась ослабшими пальцами за твёрдую руку Блана и дёргала ногами, стараясь найти хоть какую-то опору. — Что такое, Миледи? В моём присутствии теряешь дар речи? Кот Блан кровожадно заулыбался, обнажая острые клыки, и усилил хватку на шее, вгоняя когти в нежную кожу жертвы. Маринетт дёрнулась всем телом и захрипела, пытаясь то ли что-то сказать, то ли хотя бы вдохнуть маленький глоточек воздуха. Картинка перед её глазами начала темнеть и размываться. Легкие жгло пламенем, распространяя волну обжигающей боли по всему телу. Блан с холодным безразличием наблюдал за тем, как Леди задыхается, постепенно затихая и переставая сопротивляться. Когда её хрупкое тело повисло без движения, а голова завалилась набок, как у поломанной игрушки, Кот выждал пару мгновений и резко разжал руку. Его лицо снова приобрело бесстрастное выражение, пока он подхватывал бессознательную девушку на руки поудобнее. Теперь можно было никуда не торопиться, ведь Леди Баг полностью в его власти. Впереди была самая приятная и долгожданная часть плана, который исполнялся просто идеально. Блан устранил каждого, кто мог хоть как-то помешать его веселью. Акуматизированный герой неплохо повеселился, убивая их одного за другим, прежде чем добрался до «десерта». Теперь не было никого, кто мог бы помешать завершить, довести эту пьесу до конца. Осталось только покинуть эту разрушенную улицу и скрыться там, где им никто не помешает. И у Блана было подготовлено такое место.

***

Пробуждение далось Маринетт нелегко. В горле пульсировала боль, и каждый вдох был судорожным, шумным. Все мышцы в теле наливались свинцом, двигаться совершенно не хотелось. Только пробудившееся было сознание вновь начало утягивать в блаженный сон. — Просыпайся~ Соблазнительный юношеский голос манил обратно в болезненную реальность, и пышные чёрные ресницы дрогнули. Кончика носа коснулось что-то тёплое, едва ощутимо и щекотно. Леди поморщилась и фыркнула, отворачивая лицо в сторону, чтобы уйти от контакта. Рядом хохотнули. — Милеедиии. Пора вставать. На смену соблазнительным ноткам, пришёл нетерпеливый и требовательный тон. Матрас прогнулся по правую сторону и уже более-менее проснувшаяся девушка начала осознавать происходящее. Она лежала на чём-то очень мягком и комфортном. Ей было тепло, но совершенно неуютно. Чувство едкой тревоги грызло изнутри, и пока что Мари не понимала, откуда это чувство взялось. В конечностях ощущалась какая-то скованность, запястья и щиколотки что то сжимало, вызывая онемение. Эхо боли распространялось по нервам всё сильнее, пропорционально отступающей сонливости. Это вызвало сонный недовольный стон у брюнетки. Щеки внезапно коснулось что-то холодное, неспешно ведя от скулы к подбородку. Маринетт было дёрнула правой рукой в попытке коснуться этого чего-то, но у неё это не получилось. Что-то крепкое удержало её кисть мёртвой хваткой. Наконец-то Леди Баг открыла глаза полностью и расфокусированным взглядом осмотрелась. Первое, что она увидела — её рука, перетянутая на запястье полупрозрачной леской. Девушка на пробу пошевелила кистью и отчётливо ощутила, как прочные путы начинают причинять ей боль при резких движениях. Затем брюнетка внимательнее проследила за тянущейся нитью, ведущей от связанной руки выше, к изголовью. Там она была перевязана с конструкцией кровати так, что самостоятельно у пленницы не было возможности дотянуться и развязать замысловатый узел. Со второй рукой дела обстояли ровно так же. Сосредоточенная на своих руках девушка не сразу заметила, что находится в ложе не одна. Белый силуэт, до этого застывший на периферии зрения героини, пришёл в движение, и пленница почувствовала как её правый бок гладят с нажимом. Дёрнувшись всем телом в испуге, Леди отодвинулась назад, вжимаясь затылком в мягкие высокие подушки. Рядом с ней на краю кровати сидел Кот Блан и следил расслабленным взглядом за своей рукой, которой ласково оглаживал живот пленницы. Маринетт нервно сглотнула, замечая, что щиколотки на ногах также надёжно зафиксированы, как и руки. Это была леска магического йо-йо. Оружия Леди Баг, которое сейчас было использовано против его же владелицы, чтобы та не смогла вырваться и сбежать. Прикосновения акуматизированного Кота вгоняли Мари в полный ужас. Полумрак отельного номера, а судя по обстановке можно было не сомневаться, что это отель, окрашивал кристально-белый спандекс в оранжевые тона. Сквозь окно во всю стену проглядывался вечерний Париж, тот тут то там, мерцающий огнями, и Леди Баг поняла, что пробыла в отключке более пяти часов. Ведь когда Блан нанес ей поражение, Солнце было ещё высоко в зените. По телу прошла нервная дрожь. Полдня она пробыла рядом с этим психом в бессознательном состоянии. Ей даже думать не хотелось, что такой Кот мог сотворить с ней за это время. К горлу подкатила тошнота. Пускай прошло уже много лет с тех пор, как героиня волею случая встретила супергероя под влиянием Бражника из альтернативного мира, Маринетт помнила всё так ясно, словно это произошло вчера. Впоследствии ей с завидной регулярностью раз в месяц снился один и тот же кошмар про разрушенный мир и расколотую Луну. Про одинокого напарника, который прожигал взглядом, полным ненависти и жажды убийства. Но теперь этот оживший кошмар и впрямь сидел рядом, любовно поглаживая её тело и тихо мурлыча незамысловатый мотивчик себе под нос. Леди хотелось взвыть от отчаяния. Ведь она сделала всё от неё зависящее, чтобы акуматизации Кота Нуара никогда не случилось, как в той параллельной вселенной. Ограничила их общение, провела чёткую границу между их работой и обычной жизнью, чтобы у эфемерных отношений не было и шанса на успех. И хоть поначалу Кота это подстегнуло на ещё более наглые попытки флирта, они не увенчались успехом. Леди Баг умело отказывала ему, находя сто и одну причину, сбегая, когда это было нужно, и также ловко поддерживая его в трудные моменты, чтобы не разрушить их тандем. Ещё через время напарник предпринял, как ей тогда казалось, последнюю попытку и предложил встречаться напрямую. Она отказала, и парень остыл. С тех пор прошло несколько лет. Между героями осталось только доверие партнёров, не более, как Маринетт и хотела. Она была уверена, что у неё получилось! Что же могло пойти не так? Почему Кот Нуар из её времени и реальности акуматизировался? Где Леди Баг просчиталась? — Ты так пристально смотришь на меня, Леди. Ещё немного и я засмущаюсь. —Нарушил непродолжительную тишину Блан и вскинул на героиню пристальный взгляд, вызывая у той новую волну страха. Его ладонь замерла на животе плененной девушки, прекрасно чувствуя, как нервно подрагивает пресс. Ему чертовски нравилось то, как Леди дрожит и загнанно дышит. В её больших глазах была настоящая паника. — П… почему? - Сбившись, осипшим голосом прошелестела девушка. Возможно, узнав причину, которая стала брешью в эмоциональной защите напарника, у неё получится вернуть Нуара обратно? — Почему… Почему, почему… Почему же? — Тихо протораторил Блан. Его губы тронула лёгкая печальная улыбка, а взгляд померк. Но уже через мгновение прекрасные черты лица исказило неприкрытой злостью, и акуматизированный в одно движение навис над героиней. Он упирался коленями по обе стороны от округлых бёдер пленницы и левой ладонью вжимался в подушку над её плечом. Фаланги пальцев руки, которая до этого покоилась на животе Леди Баг, согнулись, вгоняя когти в женское тело. Ткань красного костюма легко порвалась, а за ней и тонкая кожа. Леди Баг вскрикнула и прогнулась в спине, пытаясь вжаться в матрас под собой сильнее, в тщетной попытке отодвинуться от источника острой боли. Синие глаза с вертикальным зрачком пылали ненавистью, сверкая в полумраке. — Ты что, издеваешься надо мной или действительно такая тупая?! — Кот прокричал ей эти слова прямо в лицо, почти касаясь своим носом её. Он постепенно усиливал давление когтями на рану, сильнее прорезая кожу, и Леди заскулила от дикой боли, заёрзав по белой простыне. — Прости, прости, прости… Я не хотела. Я… — Прерываясь на судорожные всхлипы, забормотала героиня. Она даже не понимала, за что извиняется. Опыт из прошлого подсказывал, что так будет правильно. И это ей действительно помогло. Кот Блан опять слишком резко сменил гнев на милость. Когти выскользнули из под порванного костюма с отвратительным влажным звуком, и Маринетт протяжно выдохнула сквозь зубы, чувствуя, как боль притупляется. Не в силах дальше выносить этот жуткий вид акуматизированного напарника, сидящего на ней и рассматривающего окровавленные пальцы, она зажмурила глаза и постаралась подавить желание разрыдаться. — Моя Леди, это ты меня прости. Просто на меня так всё навалилось, все бросили. А ты… Отказываешься меня понять… — Влажные от крови пальцы коснулись её подбородка, приподнимая голову, чтобы Коту было удобнее сцеловать капельку прозрачной слезы на бледной щеке. Леди Баг и не заметила, что уже плачет. — Я бы даже мог полностью тебя простить, если бы ты сделала для меня кое-что. — Блан перешёл на соблазнительный и нежный шёпот, тихо мурлыча и касаясь еле ощутимыми поцелуями скулы, щеки и носа героини. Маринетт слегка отвернула голову в сторону от парня, стараясь избежать поцелуя в губы. Ей нужно было быть очень аккуратной в своих действиях и словах. Ещё с прошлого раза она помнила, насколько эмоционально нестабильным являлся Кот Блан. — Что я должна сделать… Котик? — Ласковое обращение пришлось выдавить из себя силой, лишь бы сейчас расположить его к себе. И это сработало. Блан замурлыкал ещё громче и начал ластиться к связанной девушке, потираясь щекой о её плечо и ключицу. Он улёгся на Леди Баг, вдавливая своим весом её в кровать. Его абсолютно не заботило болезненное шипение напарницы, как и в целом её самочувствие. Блан обнимал хрупкое тело, как большую мягкую игрушку. — О, совсем пустяк. Назови мне его имя, и я отпущу тебя. — Мурлыкнул акума на ухо. Леди Баг впала в ступор и растерялась. О ком он мог спрашивать? — Ч… чьё имя? — Девушка понизила голос и снова начала запинаться, опять нервничая. Кот приподнялся и заглянул Леди прямо в глаза. — Не притворяйся дурочкой, Миледи. Я об имени твоего парня. Того ублюдка, который встал клином между нами. — Но… Но у меня нет парня. — Растерянно ответила Маринетт и мысленно порадовалась, что это действительно правда. Быть парой супергероя смертельно опасно, и, не связав себя ни с кем отношениями, Леди Баг заранее уберегла чью-то жизнь. В школьные времена она так и не смогла признаться в своих чувствах Адриану. А после окончания учёбы их встречи стали слишком редкими и незначительными. В интернете, журналах и телепередачах он постоянно мелькал в компании знаменитых девушек. Они слишком часто сменяли друг друга. Актрисы, певицы, блогерши или фотомодели, как сам Агрест. Маринетт перестала следить за этим, чтобы не травмировать разбитое сердце ещё больше. В отличии от первой любви, у неё так никого и не было. Ей было чуть больше двадцати, а Мари даже ни разу ни с кем не целовалась. После Адриана Агреста больше никто не смог заставить сердечко Маринетт трепетать в сладостном волнении. Никто не вызывал у неё тех же захватывающих дух эмоций и жара в теле. Поэтому Дюпен-Чен смирилась со своим полным провалом в личной жизни и полностью сосредоточилась на спасении мира от зла. И учёбе, конечно же. Если оставалось время после изнуряющих сражений. Кот Блан обхватил длинными когтистыми пальцами линию нижней челюсти девушки, чтобы она не могла отвернуться пока он пристально смотрел в её взволнованные глаза. Молчание опять затянулось. Леди переживала, не зная, что можно было ожидать от Кота, а сам акуматизированный решал для себя, поверить этим словам или нет. Медленно, не прерывая прямого взгляда глаза в глаза, Кот склонился к девичьему лицу максимально близко, опаляя нежные губы своим дыханием. Пленница вся сжалась и дёрнулась в сторону, не выдержав. Она не была готова отдавать свой первый поцелуй монстру. Юноша усмехнулся и, продолжая нарушать личные границы своей жертвы, опустил одну ладонь ниже, бесцеремонно обхватывая и сжимая длинными пальцами девичью грудь. Леди смущённо отвела глаза в сторону, не выдерживая прямого взгляда. Блан разглядывал её слишком пристально, улавливая малейшие перемены в эмоциях. От такого пристального внимания ей было некомфортно и тревожно. То, как нагло он сейчас лапал её грудь, грубо сжимая вершину соска между пальцами, вызывало только отвращение и позорное желание сбежать. Она, может, так и поступила бы, если бы не была так крепко связана. — Пожалуйста, не надо… — Всхлипнула тонким голосом Мари, её губы задрожали. Блан довольно усмехнулся и убрал ладонь с груди, перемещая её ниже к ребрам, чтобы чувствовать быстрое сердцебиение девушки лучше. Он склонил голову на бок, касаясь кончиком носа мягкой щеки, и прошептал нежно на ушко: — Скажи мне его имя, Мурррледи, и всё это прекратится. — Договорив, Кот ласково лизнул мочку уха, касаясь магической серёжки. — У меня никого нет. И не было никогда. Честно, я не вру. — Леди старалась его убедить в этом, содрогаясь от мысли, что Блан может снова повторить непристойные прикосновения к её телу. Так что голос был пропитан отчаянием и паникой. Парня одновременно раздражали и умиляли её оправдания. Ещё в самом начале его маленькой игры с ней, Кот понял, что возлюбленная девушка — девственница. Она слишком нервно реагировала на его близкое присутствие и зажималась, словно чувствовала на себе мужское внимание впервые. От этого факта его сердце трепетало от радости. Всё было в точности, как в самых смелых его мечтах. Тёмных желаниях, которые юноша прятал глубоко-глубоко в закоулках души, запирая под семью замками. И только магия талисмана Мотылька подарила этим желаниям свободу в обличии Белого Кота. Лишь одно препятствие мешало заполучить Леди Баг полностью. Тот, кто завладел её сердцем, встав стеной между Котом и Леди, мешая им быть вместе, пусть и не был её парнем, всё равно занимал слишком большую часть её мыслей. Блан решил во что бы то не стало найти этого ублюдка и уничтожить. — Лгу-ни-шка. — По слогам произнес Кот, и его синие глаза сверкнули в полутьме недобрым огоньком. Горячим шершавым языком он мазнул по нежным губам Маринетт, целуя её «по-кошачьи». Девушка дёрнулась всем телом, резко выдыхая, но прежде чем она успела отвернуться — сильные руки акуматизированного крепко зафиксировали её на месте. Леди бы тёрла рукавом губы до покраснения, если бы имела возможность. Чувствовать его слюну и вкус на себе было отвратительно и мерзко. Мысли о том, что это Кот Нуар, а не какой-то незнакомец, не успокаивали. Даже наоборот. Демон в теле верного напарника пугал Маринетт до дрожи в коленках. Ведь она помнила, на что был способен Блан. В другой параллельной вселенной, он по щелчку пальцев уничтожил весь мир. И мог поступить так снова, если Леди Баг его спровоцирует. — Скажи мне, Миледи. Из-за кого ты так долго отказывала этому неудачнику в черном? Мари замерла, незаметно для себя задержав дыхание. Внутренности сковало льдом и её взгляд застыл на элементе декора потолка над Котом. «О нет…» — Девушка поняла, к чему он клонит. Образ первой любви мелькнул в воспоминаниях милой улыбкой и яркими зелёными глазами. Адриан точно не заслуживал того, чтобы быть втянутым в это. Девушка ни за что не позволит пострадать другу по собственной вине, даже если ей придется умереть ради этого. Эти чувства разожгли в её душе огонёк решимости, который успел уже потухнуть после проигрыша акуме. Леди уверенно и без страха взглянула надменному Коту в глаза, сказав при этом чёткое и громкое «никогда». На долгие пару минут между ними возникла гнетущая тишина. По тому, как железная пряжка хвоста стучала о кровать, когда этот элемент магического костюма резко дёргался, героиня догадывалась, что Блан в ярости. Ещё бы. Ему явно не понравился её отказ, и в целом храбрый настрой. Его холодные пальцы медленно обхватили тонкую шею Леди, на мраморной коже которой уже почернели гематомы. Блан давно разрушил личные границы девушки, и сейчас почти касался своими губами её губ. — Никогда не говори «никогда», Моя Леди. Я не прошу вежливо дважды. — Ровным голосом подытожил парень, прежде чем впиться кусачим поцелуем в нежные уста напарницы. Маринетт протестующе замычала и сомкнула зубы, мешая проникнуть языку Блана в её рот. Было достаточно и того, как грубо он терзал мягкие губы, кусая нежную кожу. Из глаз героини потекли слёзы и она сомкнула веки. Надежды на то, что она разделит свой первый поцелуй с возлюбленным, разбились в дребезги. Из груди Кота вырвалось раздражённое рычание. Спустя несколько минут безобидного, на его взгляд, поцелуя, ему захотелось большего. Но Леди продолжала упёрто сопротивляться и не размыкать губы. Не церемонясь с ней дальше, акуматизированный надавил когтями на рану, оставленную ранее на теле героини, вынуждая девушку вскрикнуть и задёргаться под ним. В этот момент он легко скользнул языком в её ротик, а второй рукой сжал скулы, не позволяя сомкнуть челюсти. Как только язык юноши оказался внутри, поцелуй приобрел более развратный и пошлый характер. Он обвивал язычок Мари, сплетая их в страстном танце, вынуждая её отвечать против воли. Блану настолько нравился вкус и мягкость губ желанной брюнетки, что он не стал сдерживать довольного урчания в груди. Вскоре героиня перестала трепыхаться, выбившись из сил и чувствуя головокружение от недостатка воздуха. Как только это произошло, Кот отпустил многострадальную шею, проводя когтем указательного пальца под подбородком, ведя ниже. Кончиком пальца он чувствовал, как быстро пульсирует жилка под тонкой кожей, выдавая страх Леди. С влажным звуком он прервал поцелуй и отстранился, снова нависая над пленницей. Открыв заплаканные глаза, Маринетт увидела, как грешно ухмылялся Блан, обнажая острые клыки и облизываясь кончиком языка. — Ты такая вкусная, Миледи. Всё, как он и представлял. — Голос злодея был с лёгкой хрипотцой после затяжного поцелуя и уже ощутимого возбуждения. Пытающаяся прийти в себя Мари была настолько сильно поглощена вихрем чувств и ощущений, что даже не стала вникать, про кого говорит напарник. Белый коготь поддел край красного воротника супергеройского костюма Леди Баг. — Уверена, что не хочешь сказать мне, кто он? Видишь, ради тебя я даже снова готов попросить. Я такооой непостоянный, правда? — Кот ласково завёл выбившуюся прядку чёрных волос за ушко Маринетт. Не услышав от неё ответа, он резко дёрнул когтем вниз, разрывая пятнистый костюм героини до самого пупка и раскрывая её красивые нежные формы. На белой чистой коже выступило несколько бисерин рубиновой крови в местах, где острие задело тело под слоем магической ткани. Леди испуганно всхлипнула и ошарашенно уставилась на Блана. Она и подумать не могла, что костюм возможно повредить для акумы. Такого прежде не случалось. — Пожалуйста, Кот, перестань. Ты же не хочешь этого делать на самом деле. Это всё Бражник… — Героиня предприняла ещё одну отчаянную попытку достучаться до Нуара. — Бражник? — Удивлённо и слегка кокетливо переспросил Блан, расплываясь в насмешливой улыбке, зловещим жестом поигрываясь между костяшками пальцев белыми магическими искорками искажённого катаклизма. И тогда до Леди дошло. Самое ужасное уже случилось. История уже повторилась. Его никто не контролировал. Нервная дрожь пробежалась по телу девушки, когда она осознала весь ужас того, что происходит сейчас. Больше Мари не видела перед собой попавшего под влияние акумы напарника. Это был самый настоящий злодей, желающий только её тело и не считающийся с волей Хищной Моли. Блан только громко посмеялся над мольбами пленницы, уткнувшись лицом ей между грудей. Со стороны выглядело так, будто она ему сказала что-то ну очень смешное. А саму Леди перепады настроения Кота пугали с каждым разом всё больше. — Аха-ха-ха. Ты, наверное, разговариваешь не со мной… Взываешь к нему? Думаешь, он был бы против? Остановил бы меня, верно? — Блан приподнялся и серьёзно заглянул в глаза Леди Баг. Всё веселье с него как рукой сняли. На красивом лице юноши снова было сплошное безразличие и скука. Мари смутилась и прикусила язык. Она догадывалась, что могла быть причиной акуматизации Кота, как это уже случалось в другой вселенной. — Ты и представить себе не можешь, что у него на уме, когда ты поворачиваешься к нему спиной. — Ты лжёшь. — Тихо выдохнула Мари, еле шевеля губами. Блан только снисходительно улыбнулся и опустился ниже, с треском разрывая прорезанную пятнистую ткань в стороны, обнажая женский животик и грудь. Под магическим костюмом не было нижнего белья, и Маринетт только и оставалось, что отвернуться, пряча смущённое лицо в растрёпанных волосах. Сейчас она чувствовала себя невероятно беспомощной и слабой. Было очень неприятно ощущать на себе пристальный изучающий взгляд акумы. — Дааа? Тогда почему мы с тобой оказались в такой щекотливой ситуации, Миледи? — Кот неспеша обвёл кончиком языка яркий и большой синяк над дырочкой пупка. Тот самый след, который он ей оставил, когда нанёс сокрушительный удар ногой. Подкачанный пресс слабо подрагивал от резких вдохов и выдохов жертвы. Больное сознание акуматизированного, судя по его выражению лица, дорисовывало ему фантазию о том, что возлюбленная так сбивчиво дышит от возбуждения, а не от боли или страха. — Я не… — Маринетт запнулась, закусив нижнюю губу, чтобы не застонать от боли, когда горячий язык прошёлся по жгучим царапинам под рёбрами. — Я не верю тебе. Кот Нуар никогда бы не сделал со мной такого. Он не поступил бы так подло. — Хочешь верь, а хочешь не верь, Букашечка. Но сейчас я не сделал с тобой ничего, чего бы не хотел сделать неудачник-Нуар. — Блан оставил влажный поцелуй над левой грудью, а после захватил кожу зубами и втянул в рот, оставляя яркий и болезненный засос. Маринетт очередной раз дрогнула от болезненных ощущений. В словах демона была логика. Магия Мотылька черпала и усиливала те качества, которые уже были в человеке. И зная это, Леди Баг всё равно верила, что Нуар был хорошим и заботливым парнем, который никогда о таком и не подумал бы. — Это не правда. Нуар бы никогда… — Попытка поспорить с Бланом провалилась. Он насмешливо фыркнул и неспеша прошёлся языком по розовому соску Мари. Девушка захлебнулась воздухом и широко открыла глаза, уставившись в потолок. Её тело прошибло странным электрическим импульсом, которого она не ощущала никогда ранее. Это даже могло бы быть приятным, если бы не обстоятельства. — Ты плохая девочка, Леди. Не замечаешь страдальческого взгляда своего напарника. Двойного дна в его словах, действиях. Давишь разбитое сердце своей ножкой. Пинаешь его чувства. Думаешь, котёнка не обижает то, с каким усердием ты игнорируешь его? — Кот опалял горячим дыханием влажный от слюны сосок, посылая по телу пленницы волну мурашек. К своему неудовольствию, девушка постыдно прикрыла веки. Она чувствовала себя неуверенно и даже нелепо, ведь её акуматизированный друг бил точно в цель. Правую грудь накрыла прохладная ладонь в белой перчатке и грубовато сжала, сделав несколько круговых массирующих движений. — Так что, Букашечка не может быть уверена в том, что её верный чёрный котёнок не мечтает о кое-чём нехорошем и неправильном по ночам. — Продолжал издеваться Блан, раня своими словами наивную душу героини. Она громко всхлипнула, уже не пытаясь скрывать того, что плачет. Пускай её тело непривычно реагировало на грубые прикосновения к чувствительным местам, это всё равно было очень неприятно и жутко. Маринетт молилась, чтобы всё это прекратилось как можно скорее. Ещё никогда в жизни девушка не чувствовала себя настолько беззащитной и уязвимой. Кот провёл кончиком языка от подбородка к краю пятнистой маски, слизывая дорожку солёных слёз. — Ну-ну, тише, Миледи. Не плачь. Я прощу тебя за всю ту боль, которую ты причиняла нам годами. Честно-честно. Только если… — Порабощённый тёмной магией юноша горячо нашёптывал слова Мари, пока одной рукой продолжал терзать грудь, а второй принялся стаскивать ленты с волос. Он прижимался вплотную своим телом к её, пачкая белый костюм кровью из царапин и проколов. —…только если ты скажешь мне его имя. — Тихо закончил Блан, касаясь своими губами припухших губ Леди. Она попыталась отвернуться, но впутанные в волосы длинные пальцы удержали её голову на месте, в очередной раз подавляя сопротивление. Маринетт упрямо молчала и отводила взгляд в сторону. Ей было очень страшно, но она не собиралась спасать свою честь ценою жизни возлюбленного друга. Блан опять втянул её в глубокий поцелуй, не переставая проницательно смотреть немигающим взглядом. Он не хотел упустить ни единой мимолётной эмоции, которую испытывала его жертва, наслаждаясь её страданиями, смакуя каждый всхлип, дрожь и выражение страха. Это приносило ему садистское удовольствие, чувство отмщения за всё, что она заставила его испытывать за все эти годы безответной любви. Выждав с десяток секунд, девушка, всё ещё цепляющаяся за возможности и привыкшая никогда не сдаваться, внезапно впилась зубками в нижнюю губу Кота, прокусывая её до крови и крепко сжимая до острой боли. Блан громко зарычал и резко отстранился, чувствуя как с подбородка сорвалась пара горячих капель. Это были также и последние капли его шаткого терпения. Он с размаху влепил Леди звонкую пощёчину, заставив её голову мотнуться в сторону. Зло скалясь, акума провёл языком по прокушенной губе и вытер тыльной стороной руки след от крови. Настроение играть с Леди Баг окончательно улетучилось. Раз уж она сама его вынуждает поступать пожёстче — так тому и быть. Удар оглушил девушку на некоторое время, выбив из реальности и заставив смотреть на разноцветные круги перед глазами. Маринетт пришла в себя спустя некоторое время от ощущения жгучей боли на внутренней стороне бедра. Героиня слабо простонала и медленно приподняла голову, открывая слипшиеся от слез веки. Перед ней предстала не очень приятная картина: её костюм был разорван еще сильнее, пока сама Маринетт была в отключке. Красная ткань отсутствовала на промежности и внутренней стороне бёдер. Кожу груди и живота расчерчивали длинные царапины, темнеющие уже запёкшейся кровью. Под рёбрами были видны проколы когтями, а ещё ниже наливался пурпурным здоровый синяк, выделяющийся пятном ровно по центру живота. Между разведённых ножек умостился Кот Блан. Он придерживал правую ногу Леди на весу и лениво впивался в мягкую кожу бедра кусачим поцелуем, оставляя следы от зубов. Мари жалостливо всхлипнула и попыталась отползти назад или хотя бы свести ноги вместе, чтобы прикрыться. Блан не дал ей этого сделать, легко удерживая её тело на месте. — Пожалуйста, не на… АЙ! — Мольба прервалась громким вскриком, когда Кот впился сильным укусом в мышцу. В этот раз его зубы легко прорвали кожу, оставляя жуткий рваный след. — Заткнись. Время, когда мы могли договориться, вышло. — Сухо обронил Кот и приподнялся на локтях, окидывая почти нагое тело голодным взглядом. Парень выбирал, с чего бы начать, а Мари вся сжалась, чувствуя, что снова находится на грани истерики. — Хочешь узнать, каким ваш первый раз представлял себе этот неудачник? Что именно он хотел бы делать с твоим телом?… — Блан ласково улыбнулся и потёрся щекой о бедро девушки, пачкаясь кровью из укусов. Леди реагировала на это лишь тихими всхлипами и слабыми попытками отстраниться. Манера Кота говорить о самом себе со стороны заставляла кровь Маринетт стыть в жилах. А ещё она не хотела знать таких личных вещей о напарнике. В особенности на тему их сложных отношений, которые, как оказалось, всегда будет ждать жуткий финал. — Не надо. — Стуча от нервозности зубами, прошептала Леди, но это не остановило парня. Кот продолжал говорить так искренне влюблённо, что это смотрелось неуместным в кошмарной картине происходящего. — Он хотел быть с тобой таким ласковым, милым. Целовать твои сладкие губки и ловить с них стоны. Он трахал бы тебя нежно и неторопливо… — Говоря всё это, Кот не переставал пристально смотреть на жертву. Бывший герой сел между разведённых ног девушки и, как бы подтверждая силу своих слов, гладящим движением провел кончиками пальцев от живота Маринетт ниже, к тазобедренным косточкам. — Ему очень нравятся твои ноги. — Ладонями Блан огладил мягкие бёдра, подбираясь к ножкам, всё ещё обтянутыми остатками супергеройского костюма. — Сомневаюсь, что у кого-либо ещё есть такая огромная коллекция их фото во всевозможных ракурсах. — Демон обнажил клыки в пошлой улыбочке, сжав острые коленки Леди. Мари просто мечтала иметь возможность заткнуть руками уши и не слышать всего этого. Она не была дурочкой и понимала, для чего молодому парню могли понадобится такие фото. Это не те вещи, которые хотелось бы знать о близком человеке. В её глазах Кот Нуар всегда был верным другом, надёжным партнёром с большим добрым сердцем. Маринетт не позволяла себе рассматривать его как-то иначе. Например как того, кто может хотеть её тело, и удовлетворяющего себя, глядя на изображение её обтянутых пятнистой тканью ножек. — Уверен, тебе бы понравилось проведённое с ним время. Всем понравилось, ни одна из тех, с кем он пытался забыть о тебе, не жаловалась. Эти слова болью откликнулись в душе Леди Баг. Ненадолго страх померк, сменяясь чувством вины и жалости по отношению к Нуару. Ведь Мари не понаслышке знала, что такое безответная любовь. Печаль так явно проступила на её лице, что Блан не выдержал и засмеялся, убирая руки от ног девушки. Он громко и истерично хохотал несколько минут, как самый настоящий безумец, запрокинув голову назад. Затем Кот затих, поднял правую руку на уровень своей шеи и зацепился парочкой когтей за белый колокольчик. — Как это мило. Даже в такой ситуации ты волнуешься об этом беспомощном придурке. Я почти тронут! Неспешным движением Блан потянул колокольчик вниз, и белая ткань разошлась по сторонам, оголяя его подкаченный торс. Мерцающими магией в полумраке глазами акуматизированный оценивающе оглядел связанное тело перед собой. Этот цепкий взгляд и вид полуголого парня, заставил Маринетт всю съежиться. Её сердце зашлось в ещё более быстром ритме. Насильнику нравилось то, что он сейчас перед собой видел. Абсолютно беспомощную, залитую слезами и переполненную страхом саму легендарную Леди Баг. Её тело уродовали гематомы, глубокие порезы когтей и следы от укусов. Светлую кожу алыми нитями прочерчивали капли крови, а нежно-розовые губки припухли от грубых поцелуев и заалели. Достаточно возбуждающее зрелище, чтобы его член стал твёрдым. Ночь только начиналась, а планов у парня на жертву было ещё ой как много. Кот с хищной полуулыбкой продолжил неспеша раздеваться, зная, что этой медлительностью сводит Леди с ума. Нет ничего хуже, чем ожидание чего-то неизбежно-плохого. Куртка костюма теперь висела на нём свободно, позволяя Мари рассмотреть идеальное юношеское тело. Мышцы плавно перекатывались под слишком бледной кожей, когда Блан двигался. Кубики пресса выступали рельефом, плавно переходя в косые мышцы там, где уже начинался край белых штанов. Но сейчас красота тела бывшего напарника — это последнее, что могло бы её волновать. Героиня смотрела на то, как плавно Кот избавляется от перчатки на левой руке и ослабляет затянутый ремень. Когда вжикнула молния на ширинке, девушка резко отвернула голову в сторону. Глядя на замысловатые узоры, покрывавшие дверцу шкафа у стены, и чувствуя, как Блан опять подбирался к ней ближе, нависая над горящим болью телом, Леди Баг не могла поверить, что это происходит на самом деле. Кошмарный сон, самый худший из тех, которые у неё были. Только теперь она всё никак не могла проснуться. Блан обхватил личико девушки длинными пальцами правой руки, которая была облачена в когтистую перчатку, и, приложив силу, снова заставил смотреть на себя. Подушечкой большого пальца он надавил на подбородок и потянул вниз, вынуждая дрожащие губы разомкнуться. — Но не жди и от меня таких же нежностей. — Холодные пальцы левой ладони жёстко зажали нежно-розовый сосок, посылая по нервам новую вспышку неприятных ощущений. Усмехнувшись на то, как героиня дёрнулась и хныкнула от боли, он отпустил её грудь и коснулся губ, медленно очерчивая их контур. — В отличии от этого слизняка я считаю, что тебя стоило бы хорошенько выебать, как последнюю суку. Как считаешь, тогда ты перестанешь смотреть на нас свысока? Пока Блан говорил, его указательный и средний пальцы надавливали на нижнюю губу девушки, а затем плавно скользнули внутрь ротика. Маринетт поморщила носик и попыталась укусить злодея, но куда там. Второй рукой он слишком сильно оттягивал её нижнюю челюсть вниз, мешая этому. Фаланги пальцев сгибались и разгибались, совершая поступательные движения, потираясь о тёплый и нежный язык. Он гладил его от кончика до середины, не задевая корень и нёбо, чтобы ненароком не вызвать рвотный рефлекс. Леди Баг возмущённо сопела, мычала и не оставляла попыток сомкнуть челюсти. Её попытки сопротивления были бесполезными, но Кот убрал свои пальцы сам. Фаланги были хорошо смочены слюной, за ними тянулась тонкая ниточка от губ. Слегка отстранившись, бывший герой начал опускать эту руку ниже, пока не коснулся гладкой кожи лобка героини. Голубые глаза расширились от шока, и в неверии уставились на лицо юноши. Блан снова принял напускной скучающий вид, но в глазах теперь плясали озорные нотки безумия. Влажные пальцы скользнули ниже и неспешно провели по половым губам, оставляя мокрый след. Маринетт дёрнулась всем телом, стараясь свести бёдра вместе и вырваться, раня при этом запястья и щиколотки об острую леску собственного же оружия. — Нуар, что…Что ты делаешь??? Остановись, прошу тебя… — Всхлипнула девушка, когда попытки вырваться легко пресекли. Мужская рука зафиксировала её голову, сжав волосы на затылке. А на тело навалились всей тяжестью, вжимая в кровать. Мазнув по влажной щеке кончиком носа, акума склонился к уху и прошептал, лишь слегка касаясь своим дыханием чувствительной кожи. — Ещё раз назовёшь меня так, и я откушу тебе язык. — Это прозвучало достаточно угрожающе, чтобы понимать — парень не шутит. Последняя попытка Леди Баг достучаться до сознания настоящей личности напарника потерпела крах. Уж слишком сильные негативные эмоции окутывали Кота Нуара в тот момент, когда в него попала бабочка Бражника. Слишком поздно было взывать к нему и теперь. Плавными движениями кончиками пальцев Блан погладил клитор и ещё сухую розовую плоть вокруг. Леди Баг вся сжалась и напряглась от смеси стыда и отвращения. Впервые её касался в таком сокровенном месте кто-то посторонний. Это было очень странно, совершенно не так, когда она касалась себя там сама. Демон не пытался сделать сейчас ей приятно или, наоборот, больно. Скорее, он просто изучал для себя ту часть тела желанной девушки, до которой раньше не имел возможности притронуться. Она чувствовала его ровное горячее дыхание, шевелящее кончики распущенных волос, на своём плече. Его голова покоилась сбоку, на подушке. Блан участливо продолжал следить за каждой эмоцией своей жертвы, пока его пальцы начали проталкиваться внутрь её киски. Маринетт болезненно зашипела и хныкнула, из её глаз снова хлынули слёзы, когда пальцы насильника оказались в ней во всю первую фалангу и наткнулись на что-то, что мешало им протиснутся дальше. Внутренние мышцы непроизвольно сжались, стараясь остановить его движение и Блан приглушенно хохотнул. — Надо же, ты и впрямь мне не врала. Это похвально, Моя Леди. Но слишком поздно для попытки исправиться. Придвинувшись ближе, Кот лизнул, а затем болезненно поцеловал девушку под нижней челюстью. Резко потянув зажатые в руке волосы, чтобы запрокинуть её голову назад, предоставляя себе больше участков кожи для засосов. Маринетт только и оставалось, что подчиниться, будучи не в силах противостоять всему этому. Ещё несколько раз пальцы левой руки поступательными движениями огладили тугие мышцы, смазывая их слюной, прежде чем покинуть тело. Сразу после этого он направил в неё свой член, не давая лишнего времени на передышку. Крупная головка с трудом протолкнулась внутрь сквозь сжатые, почти каменные мышцы, также остановившись у преграды. Леди дрожала всем телом, как осиновый лист. По спальне отельного номера отчётливо громко разнёсся эхом её надломленный и прерывистый всхлип. — К… Кот… н… не на-надо… — Тш-ш, — обманчиво ласково заговорил Кот Блан, замерев в таком положении внутри неё, не пересекая «границу» её девственности. Теперь, нависая над ней, всё ещё немного неестественно держа голову на боку и смотря ей в глаза, аккуматизированный блондин, казалось, вновь терял самообладание. — Если не хочешь, чтобы тебе было больно сейчас, перестань так зажиматься. — Он как бы удивлённо выгнул одну бровь, и театрально показательно улыбнулся. На более длительный диалог его выдержки не хватило. Желание поскорее трахнуть Леди Баг пересилило желание издеваться над ней дальше. Одним резким движением таза Кот вогнал в неё свой член сразу до самого конца, причиняя этим нестерпимую боль и вырывая из её рта пронзительный крик. Пока героиня под его телом трепыхалась, Блан запрокинул голову, жмуря глаза от удовольствия. Наконец-то этот долгожданный момент настал. Леди Баг полностью принадлежала ему. Не лузеру Нуару, ни тем более размазне Адриану. Чувствовать жар её тела изнутри было приятно. Вдвойне приятнее было то, как сильно она обхватывала его там. Но физические ощущения не шли ни в какое сравнение с тем, какую эйфорию злодей чувствовал остатками своей души. Наконец-то его многолетние страдания, унижения и раздавленное сердце были почти отмщены. Пока акуматизированный наслаждался сладостным слиянием двух тел, покрепче сжимая жертву в своих руках и начиная двигаться интенсивнее, сама Леди Баг была в агонии. Она отчаянно выгибалась дугой ему навстречу. Шумно вбирала воздух в лёгкие, кричала, рыдала, отвернувшись в подушку. Содрала свои запястья леской до самого мяса. Между хрупкими ножками всё саднило, бедра отливали свинцом, внизу живота чувствовалась острая боль, от такого глубокого и грубого проникновения. Кровь от порванных внутри мягких тканей, смешавшаяся со смазкой, слишком слабо притупляла эти неприятные ощущения. В голове роилась одна мысль: «Прекратите это!». Кот же не унимался. Его, казалось, только ещё больше распаляла такая бойкая и интенсивная реакция девушки. Он буквально игрался с её чистым и невинным телом, доводя до состояния полного эмоционального и физического изнеможения. Стоило брюнетке чуть податься навстречу в попытке вырваться, Блан подавался также, шумно выдыхая ей в губы, чувствуя как тесно и приятно член скользит в напряжённом лоне партнёрши. Стоило же ей отстраниться, пытаясь полностью провалиться в мягкий отельный матрас, демон сразу же подхватывал её руками под бёдра, до синяков сжимая бледную кожу, и пододвигая поближе. — А знаешь Леди? — Срываясь на горячие стоны, уткнулся своими бледными от магической скверны губами ей в щёку Белый Кот: — Если бы ты, сука, просто назвала имя ублюдка, мы бы могли… — Он шумно выдохнул, — могли просто договориться. И мне бы не пришлось наказывать тебя. После своих слов, он почувствовал кончиком носа, как ещё несколько одиноких слезинок сорвались с длинных влажных ресниц героини. Она тихо и судорожно всхлипывала в ответ, избегая попыток злодея посмотреть ей в глаза. Кот Блан насиловал Мари так более десяти минут, восхищенным взглядом пожирая каждый изгиб, каждое движение её изящного, извивающегося под ним, тела. В ней было красиво всё. Красные, припухшие от укусов, губы. Осиная, но крепкая талия, на которой вычурно при напряжении рисовались мышцы, а затем также мягко пропадали. Тонкие сухожилия, причудливо обрамляющие тенями выступы её хрупких косточек. А мягкая грудь, легко трепыхающаяся от резких толчков, такая аккуратная, словно воздушная, просто сводила блондина с ума. Он кусал Леди за шею, затем целовал. Затем снова оставлял лиловые засосы ниже, и пошло облизывал языком. Он делал это до тех пор, пока все плечи и грудь Леди Баг не были покрыты ссадинами и рваными кровоподтёками. — Иногда, когда я вижу, какая ты ахуенная, мне хочется тебя уничтожить. Стереть тебя, чтобы ты осталась только в моей голове… Или съесть, сделать частью себя… Представляешь? — Он дышал прерывисто и глухо, находясь на грани, разгорячённый и возбуждённый. — Это странно, Леди?… Кот Блан даже не сразу заметил, что спустя какое-то время, с тех пор, как он начал жёстко и грубо трахать нежное тело Мари, его владелица перестала сопротивляться, теперь лишь бесшумно подрагивая. Всё, что сейчас ощущала девушка, чьё тело горело от многочисленных порезов, это желание утопиться в Сене, пытаясь смыть с себя все прикосновения насильника. Отводя отрешённый, затуманенный слезами взгляд куда угодно, лишь бы не видеть этих предательски знакомых неоновых глаз, Маринетт, уставилась в пространство перед собой. Она всё ещё постанывала от резких движений члена внутри, слишком крупного, чтобы принимать его весь в себя без невыносимой режущей боли. Блан даже не пытался быть с ней аккуратным в её первый раз. А в точности да наоборот, совершал резкие и грубые движения, проталкиваясь в самую матку. Чем больше боли он ей доставлял, тем приятнее было ему самому. Таким образом они оба оказались на самой грани. Только каждый на своей. Сломленная защитница Парижа готова была уже лишиться чувств, не вынося того, как её тело и душу рвал на кусочки этот монстр из кошмаров. А Кот пребывал на самой грани своего удовольствия, использовав тело напарницы так, как грезил в своих самых потаенных мечтах годами. — Куда ты хочешь, чтобы я кончил, Букашка? — Неожиданно вырвал девушку из этого водоворота ужаса, монстр в белом костюме. — А? — Пространно повернула голову Маринетт, за пеленой подстывших слёз, словно не видя перед собой Блана. Долгий и жестокий поцелуй, терзающий её розовый, уставший от криков ротик, был ей ответом. После чего она более собранно и встревожено посмотрела в синие глаза Белого Кота. — Хочешь, чтобы я кончил в тебя? — С надеждой в голосе и придыханием сказал Кот Блан, упираясь носом ей в нос. — Только… Не в меня… — Осипшим голосом надрывно пролепетала героиня. Стоило ей сказать эти слова и сосредоточиться на реальности, она отчетливо почувствовала, какими сильными рывками Кот долбит членом её матку, давно сбившись со своего резкого ритма. Затем она чувствует, как такая набухшая горячая головка пульсирует в ней, заполняя внутри липкой, вязкой спермой. Её веки широко распахнуты, сердце пропустило удар, а зрачки сузились от страха и с неприкрытым ужасом смотрели на Белого Кота. — Как жаль, — лениво постанывая ей на ухо и выгибаясь навстречу, облегчённо произносит Блан. — Как жаль, что это, сучка, не тебе решать. — Он расплылся в грешной улыбке, обнажая окровавленные клыки. Когда его член выскользнул из её тела, девушка отчётливо ощутила, как по её нежной коже потекла горячая струйка жидкости. Маринетт догадывалась, что это, и к горлу подкатывает ком тошноты. Тело одержимого давит на хрупкую девушку всем своим весом, пока Кот с ленцой крепко целует её не сопротивляющиеся солёные уста. Маринетт закрывает глаза и видит под веками только разноцветные круги. Голова кружится слишком интенсивно, а кислорода снова катастрофически не хватает. Бывший герой опять не даёт ей вдохнуть и глоточка. Делает он это нарочно, или его попросту не заботит состояние Леди Баг, но поверженная героиня стремительно теряет связь с реальностью, растворяясь в окутывающей её темноте, боли и чувстве предательства.

***

В этот раз сознание вернулось к ней резким рывком. Вот Маринетт тонет в чёрном вязком ничто, а вот она уже окружена какофонией звуков, запахов, облитая яркими красками ночного города. И было ещё одно кардинальное отличие от прошлого пробуждения. Ей было холодно. Лёгкое дуновение ветра касалось обнажённой кожи на животе и шее, заставляя девушку покрываться мурашками и нервно подрагивать. Край щеки и кончик носа что-то отчётливо щекотало небольшими периодами, причиняя дискомфорт неизвестности. Ей пришлось открыть глаза. Сделав это, Мари с некоторой долей облегчения отметила, что это были её собственные волосы, послушно колыхающиеся от порывов ветра. Затем героиня опустила взгляд на своё тело и обнаружила, что больше не связана. Сейчас она была завёрнута в большой мягкий плед бежевой расцветки с незамысловатыми узорами. Из-под этого кокона торчали лишь мыски её ножек, правая рука, лежащая ладонью вниз на коленке, и, собственно, сама голова, упирающаяся затылком о что-то твёрдое позади. Судя по всему, Кот усадил её так специально. Мерзкое ощущение, что её телом уже в третий раз так беспрецедентно распоряжался маньяк, не позволяло девушке поддаться нарочито обманчивому ощущению безопасности. Медленно, морщась от болезненного покалывания во всех мышцах шеи и предплечьях, Маринетт приподняла голову и наконец-то осмотрелась вокруг. Первое, что бросилось ей в глаза — высокий белый силуэт акуматизированного мужчины, стоящего на краю крыши того самого отеля, в котором прошла эта ужасная ночь. Блан был в нескольких метрах от неё, расслабленно упираясь стопой в боковину низкого кирпичного парапета. Он смотрел вдаль на панораму ночного Парижа. Полная и яркая, как прожектор, Луна оттеняла костюм голубым, почти потусторонне-белым светом, делая злодея похожим на призрака. На костюме больше не было отвратительных чёрных разводов, не было и пятен её крови. Профиль лица был задумчивым, а белоснежные волосы ерошил ветер. Судя по окружающим достопримечательностям и широкому пространству площади Шале прямо за парапетом, они всё ещё находились в центре города, а именно на крыше «Гранд Париж». Зверства, которые пережила девушка и теперь предпочла бы никогда не вспоминать, очевидно, случились там же, внутри отеля. Скорее всего, даже плед, в которое было любезно обернуто её почти нагое тело, наверняка нагло «позаимствован» в одном из его номеров. Маринетт, пользуясь отвлечённостью монстра, с некоторой долей апатии вновь смотрит на свою ладонь, проводя взглядом от неё выше к плечу. Затем на мгновение цепляется глазами за разодранную пятнистую ткань у груди и, с отвращением зажмуривая веки, шумно выдыхает. Резко отворачивает голову в сторону, устремляя взгляд прочь, лишь бы не видеть своё израненное и использованное тело. Разодранная острыми когтями зверя магическая ткань костюма обнажала многочисленные порезы, ссадины и побои, подаренные девушке монстром, но в то же время плотно сидела на ней, облегая ноги, руки и спину героини. Самое последнее, но не менее удивительное, на что обратила внимание Маринетт, помимо согревающего её испорченное тело пледа, так это отсутствие мерзких жидкостей и крови, ранее неприятно стягивающих кожу. С каждой секундой физический дискомфорт всё более настойчиво возвращал её в реальность. Делал героиню активнее и беспокойнее. Она даже попыталась встать, чтобы сбежать, но, очевидно, нанесённые ей раны были несовместимы с физическими нагрузками, и острая боль внизу живота после нескольких глубоких вдохов и попыток пошевелить ногами посадила её на место. Она бы сочла смешным то, как нелепо на фоне всего этого выглядела попытка белого монстра позаботиться о ней с помощью тёплого одеяла и протирания ран, если бы эмоционально могла чувствовать хоть что-то. На деле девушка испытывала лишь всепоглощающее безразличие и желание спастись, покинуть это место. Мари прекрасно понимала, что это было временное шоковое состояние, идеальный момент для побега, ей нужно было идти, бежать, ползти подальше, пока он не обернулся и не среагировал на неё, но не могла приказать своему телу сделать хоть что-то. Кажется, несмотря на всё пережитое, это действительно был конец. — Наверное, твою прекрасную головушку сейчас разрывает от вопросов, да? — Начал разговор Кот спокойным и уверенным голосом, медленно развернувшись к ней лицом, заставляя её замереть. Если упущенный эфемерный шанс на побег теперь нельзя было вернуть, ей, как пленнице, оставалось лишь безразлично дожидаться новых действий мучителя, прокручивая в голове ворох этих теперь, казалось бы, бессмысленных вопросов. — «Почему я ещё жива?», «почему серёжки ещё при мне?», «где моё йо-йо?» или «смогу ли я сбежать?». Бла-бла-бла... О, и, конечно, наверное, самый главный: «зачем он это делает?» – Спародировал Блан интонацию, но не тоненький голосок голубоглазки, и нарочито тяжело вздохнул. Он неспешно подошёл к Маринетт вплотную и опустился на колени, чтобы их лица были на примерно одинаковом уровне. В кошачьих глазах с вертикальным зрачком, на удивление героини, больше не было тех безумных бликов. Напротив, он казался смертельно уставшим. — Потому что ты сумасшедший сукин сын? — Презрительно вытолкнула из себя несколько слов Маринетт хриплым голосом. Это единственный вывод, который напрашивался у неё сам собой. Какой смысл теперь было искать логику в поступках безумца, созданного магией осквернения? Кот Нуар был обижен на Леди Баг, и с лёгкой подачи Бражника эти чувства были искажены в извращённое желание обладать. Шок, как и ожидала девушка, отступал, а мелкая дрожь потихоньку начинала потряхивать её из стороны в сторону. Кот снисходительно улыбнулся ей, как взрослый улыбается над нелепой шуткой ребенка. И от такой его улыбки Мари снова понемногу начинало становиться не по себе. Пока ещё слабое чувство тревоги еле слышно начинало стучать о толстые слои эмоциональной истощённости, интуиция уже во всю отбивала барабанную дробь. — Мяуч, как это грубо! Ты же Леди, не опускайся до моего уровня. — Кот так натурально внешне спародировал обиду, что даже накладные уши костюма печально опустились. Вот только в его голосе звенел укор. Девушка не отреагировала, упрямо сверля своими прекрасными голубыми глазами, неоновые радужки монстра. Она больше не планировала играть по его правилам. Если сумасшедший психопат в белом хотел её смерти, она примет её с честью, оставив злодея ни с чем. Иначе он должен был начать говорить. Кот быстро прекратил паясничать и недовольно прищёлкнул языком, усаживаясь напротив Леди Баг поудобнее. — Ну, что ж, давай отбросим эти прелюдии и шутки в сторону. Если быть честным, мне и самому надоело кривляться так целый день. Я отвечу на все твои вопросы, Букашечка, расскажу весь свой план. Думаю тебе будет полезно обладать этой информацией, прежде чем… — Развел руками злодей. Она же в неверии фыркнула, но не отвела взгляда, исподлобья волком поглядывая на безумного напарника. — Когда я обрёл свободу день назад, моим первым желанием было убить всех вас. Переломать вам кости, порвать на куски, распылить на атомы, утопить в Сене, и много других эпитетов. Первые снежинки страха вновь коснулись души Маринетт, и она мелко вздрогнула. Её пугало то, с каким спокойствием Кот говорил о таких страшных вещах. Но ещё больше пугало то, что вместо хладнокровного убийства он действительно завёл с ней, казалось, долгий и объясняющий многое монолог. — И знаешь… Так я сначала и поступил. С Бражником. Просто щёлкнул пальцами в тот момент, когда он отдавал уже известный нам с тобой приказ. — Кот ухмыльнулся. — И сразу же ощутил лёгкость и спокойствие. Восемь лет бесполезных попыток утихомирить этого старика или один щелчок… Меня перестало сковывать магическими цепями, а в голове остались только собст-вен-ны-е мысли. Как бы подтверждая свои слова, Блан звонко щёлкнул пальцами перед носом у Леди, вынуждая её сосредоточить взгляд на его ладони. Девушка даже рефлекторно попыталась увернуться, причиняя себе нестерпимую боль и теперь жалостливо поскуливая. Но ничего ужасного не произошло, акума не использовал свои силы. — После я пошёл проветриться. Немного выпил, послушал шум города в любимом месте, пораскинул мозгами. Думаю, это было день или два назад… Кот Блан самодовольно выгнул бровь и расплылся в улыбке, а кончик левого накладного ушка дёрнулся. Маринетт же, до сих пор внимательно запоминая такую ценную и одновременно ужасающую информацию, широко распахнула глаза, наконец, постепенно открывая для себя масштабы происходящего. — Вижу, ты уже смекнула, что твой Белый Котик сорвался с поводка гораздо раньше, чем ты предполагала, — он ухмыльнулся, — но самое интересное впереди, моя милая, ненавистная Леди. Прикинув все за и против, я решил, что участь, подобная Бражнику, слишком легка и мягкосердечна. Поразмысли сама. Этот ублюдок столько лет мешал спокойно жить целому мегаполису, превращая почти каждый день в парад уродов, и всё, что он сейчас испытывает – нежная безвременная пустота? Девушка, по жилам которой теперь медленно разливалось неконтролируемое чувство страха от осознания, сколько времени провёл Кот Блан в этом мире, не сразу переключилась на новые размышления парня в белом. Поджав губы, она постаралась успевать за мыслями психопата с удвоенной силой. Бражник действительно был неприятным, заносчивым стариком, делающим её жизнь невыносимой, но желать ему жестокой, мучительной смерти? Они же герои, которые спасают людей, помогают слабым… Маринетт, попыталась найти ответ в холодных глазах напротив, но там она увидела лишь навязчивое безумное упорство. Этот Блан явно отличался от того, которого она видела в альтернативной вселенной, но пока только изучала различия. Маринетт даже отметила для себя, что рада, что мужчина в костюме мотылька не мучился, не страдал подобно ей. Одна из длинных прядей чёрных волос непослушно спала на глаза, мешая смотреть вперёд. — Но, что было, то было, давай забудем о нём на время. Наконец-то, будучи свободным от тех рамок, в которые загнал сам себя Кот Нуар, я начал действовать. – Прервал её внутреннюю дилемму и продолжил повествование Блан, замечая, как осуждающе и с надеждой ищет Леди Баг ответ в его душе. Он нежно подцепил её локоны холодными пальцами, заводя за ушко, вызывая у девушки неприкрытый ужас, выражаемый едва заметными метаниями головой. — Я решил, что буду мстить всем вам, продумал каждую деталь, каждый штрих. Прежде чем отправиться к Лувру, на встречу с тобой, я уже завершил эту пьесу, так что можешь не переживать и не ломать голову, как всё исправить. — Сердце героини встало. Ей нужно было узнать больше, но страх теперь сковывал голосовые связки не хуже физической боли, парализующей её тело. — Мы? Что… — Мари немного замялась, прежде чем вставить свои слова поперёк его рассказа. — В чём мы виноваты, кто все эти «мы»? Девушка не понимала, почему акума говорит во множественном числе с самого утра. Ещё когда Леди Баг ввязалась с ним в бой, Маринетт была уверена, что Кот Нуар стал уязвим для проклятой бабочки исключительно из-за неё. Так же, как когда это произошло в параллельной временной линии. Она была уверена в этом. Уверена в том, что там это произошло из-за того, что их отношения перетекли в романтическое русло. А здесь это событие должно было произойти по обратной причине — потому что Леди отвергла Кота! Но может ли в слове «мы» скрываться нечто большее? Как бы она хотела ошибиться в своей чудовищной догадке. — Вы, глупенькая. Ты, его друзья, его отец. Все те, кто называл себя его другом. Все, кто клялся быть рядом и не оставлять одного. И те, кто превращал каждый день его жизни в бесконечный кошмар. — Участливо ответил ей на вопрос парень, медленно опуская тонкие пальцы от уха ниже к плечу, а затем их кончиками прикасаясь к пледу там, где за толстым слоем мягкой ткани, должно было неровно биться её волнующееся сердце. — Лжецы, предатели, тюремщики. Я добрался до каждого из них и кое-что… — Остановился на полуслове Блан, постукивая пальцами свободной руки с характерным звуком по краю своей белой маски. — Ну, в общем, ты сама всё увидишь. Я проведу вас с ним по закулисью этого Ада. К слову, среди них всех, ты, Леди Баг, занимаешь особое, почётное место. Ты — десерт. — Что ты с ними сделал? — Не выдержала Мари, прерывая тираду одержимого. Скорее всего, в ней всё ещё тлела та искорка заботы о других, ведь не зря она столько лет была супергероиней. — Ох-хо-хо, ты не хочешь получить ответ на свой вопрос, — театрально закатил глаза злодей в белом костюме, затем вновь возвращаясь к своей жертве. — Всему своё время, героиня Парижа. Я и не сомневаюсь, что судьба этих лицемеров волнует тебя сейчас больше, чем твоя собственная. Маринетт и так догадывалась, чем могла обернуться встреча людей, которые обидели Нуара, с его акуматизированной версией. Она уже прочувствовала последствия его обид на себе. Ещё она видела, что этот Кот, хоть и был эмоционально нестабильным, помешанным на ней психом, также был расчётливым, прагматичным и хитрым. Куда более опасным, чем тот потерянный парень на крыше, разрушивший Луну. Такие явные сходства и обескураживающие различия сбивали с толку, но она старалась думать. Соображать, искать причины. Холодное скользкое чувство безысходности, работающее на пару с Котом Бланом, заставляло девушку раз за разом терять опору, но она продолжала бороться. Искать нужные слова, выход. — Ну-ну, не хмурься так, Букашечка. Морщины появятся аха-ха-ха. — Добродушно засмеялся Кот, наблюдая, как весь мыслительный процесс отчётливо отображался на измученном лице. Леди Баг всегда закусывала нижнюю губу, хмурилась и смотрела строго, когда задумывалась о чем-то очень сложном. Кот отлично выучил её повадки за годы знакомства. — Чего ты хочешь от меня, Кот? — Кажется, девушка нашла правильный рычажок. — О, ты всё-таки уловила суть! Я хочу поиграть с тобой! Это будет куда веселее, чем рвать тебя на куски или стаскивать с тебя серьги. — Повеселел одержимый и наклонился ближе, чтобы заглянуть в глаза пленнице. —Всё просто. Я хочу сломать тебя, Миледи, сломать Нуара. Хочу, чтобы этот парень под маской стал мной без помощи Бражника. Хочу вытащить ваших демонов наружу, подсказать кто есть кто в нашей маленькой трагедии. А ты… Думается мне, захочешь меня остановить. Или, по крайней мере, попытаться. Я говорю тебе это из благородства, ведь у меня была неплохая фора, а я, в отличие от Нуара, по-настоящему породистый Кот… — Он помолчал немного, сосредоточенно изучая голубые глаза напротив. — Знаешь, как много можно сделать за один день? За одну ночь? Уже появились догадки? Маринетт вжалась затылком в кирпичную стену за собой, стараясь увеличить между их лицами расстояние. Но Кот не собирался к ней прикасаться. Немного подумав, видя, как терпеливо мучитель дожидается ответа, девушка растерянно вбросила несколько слов: — Я… я… не знаю. — Она надеялась узнать как можно больше, прежде чем строить самые неприятные догадки. Она играла фальшиво, слишком нервничала, ещё и внизу живота обильное кровотечение начинало причинять уже почти невыносимую боль. — О, я вижу, что несмотря на своё положение, ты выуживаешь из меня дополнительную информацию, но не переживай, я очень аккуратен. — Он потрепал волосы девушки, наслаждаясь тем, как последняя недовольно мотает головой. — Поверь, осталось немного, я скоро уйду и оставлю вас двоих, но, как истинный джентелькот, я обязан закончить. Я кое-чего поломал, сказал кое-что лишнее, кое-где наследил, и… Кое-кого убил. Всё это сделал руками твоего драгоценного напарника. — Сказав это, Блан вдоволь насладился искажённым ненавистью и безысходностью лицом Маринетт. Теперь казалось, она и впрямь была на грани нового нервного срыва. — Ты убил кого-то? Если ты уйдешь, магия талисмана Созидания… Истеричный, громкий и надрывистый смех Кота заставил Маринетт съёжиться и прижаться к чёрному шершавому покрытию крыши всем телом. — Не вернёт их. Думаешь, я не учитывал наши же уловки? Вся моя пьеса построена вокруг этого! И не стоит смотреть на меня презрительно. Поступки и модель поведения акумы рождены из тёмных, но реальных желаний его носителя. Ты знаешь об этом, как никто другой, героиня Парижа. — Ублюдок! Прекрати это! Нуар никогда… Никогда… — Осознание неизбежной и уже произошедшей смерти какого-то безобидного и непричастного человека от рук злодея, разливалось по венам жгучим чувством обиды. Он извращал саму суть её милого и великодушного напарника, заставляя девушку снова горько плакать. — Нуар, Нуар, Нуар… Ты говоришь о Нуаре, как о надёжном и благородном герое, не ведающего страха, злобы. — На этот раз Кот Блан, ранее удобно умостившийся напротив героини, энергично сорвался с места и неспеша прошёл круг, разводя руками. — Да! Он ни за что не сотворил бы… ТАКОЕ! — Со злобой в голосе, исподлобья сверкая влажными от слёз и ненависти глазами, прошипела Леди Баг. — Да, эгоистичная сука, такой ты мне больше нравишься. — Услышав новую волну истерики, пробравшую девушку до костей, он резко подлетел к ней, заглядывая в её бездонные от слёз глаза с таким же маниакальным безумием, заставляя героиню дрожать, но уже скорее от отвращения. — Но что ты знаешь о Нуаре? Кто скрывается под нашими с ним масками?! — Видя, как она открывает рот для своевременного ответа, он приближается своими тонкими губами к её и, рыча, проговаривает, — Человек под маской — одинокая сломанная игрушка в руках жалких палачей. Герой, который спасает всех, кроме себя. Он призвал меня, чтобы спастись от тебя, Миледи! И когда я выиграю, между нами больше не будет препятствий. Грань между ним, мной и Нуаром сотрётся. — А если выиграю я?… — Поджав губки, как-то тихо и неубедительно, но с обидчивой уверенностью процедила Маринетт. — Что ж, тогда это будет воистину интересная партия. Учти, Миледи, я буду болеть за себя. Я буду всегда рядом, ты даже будешь чувствовать моё дыхание на себе, как этой ночью. Маринетт громко всхлипнула, окончательно понимая весь ужас ситуации. Кот Блан, которого она видела несколько лет назад, был порождением горя другого Нуара, который потерял свою Леди и сошёл с ума. Этот же Блан появился из чувства обиды и несправедливости по отношению к его настоящей личности и Нуару. Этот человек годами копил боль и недовольство в себе, не давая этим чувствам выхода. Как же она ошибалась, сочтя его таким же безумцем, как «чужого» Блана. Ей казалось невозможным то, что в скором будущем Кот Нуар, тот, кому она привыкла доверять свою жизнь, станет её злейшим врагом. Но вот она, новая ужасающая реальность. И Мари не могла представить, как с ней справиться, будучи самой в таком раздрае. — Уже не терпится узнать, какой же вариант ты выберешь. — Блан плавно нарушил личное пространство Леди, коснувшись своим носом её влажной щеки. Девушка зажмурила глаза, не желая опять видеть, как он продолжит начатое в номере отеля. — Скажешь Нуару правду? Снова наплюешь на его израненное и растоптанное сердце, понадеявшись на то, что он справится с этим? — Понизив голос до томного шёпота, продолжал делать предположения Блан. Внезапный звон колокольчика на его шее заставил девушку рефлекторно дёрнуться. — Попытаешься скрыть следы моих преступлений, чтобы он никогда не узнал правды и навечно остался твоей подтанцовкой? Длинные пальцы обхватили саднящее, разодранное до кости запястье руки, которая покоилась над пледом, и потянули вверх. Маринетт хныкнула от боли, но не стала сопротивляться. — Или отберёшь кольцо, как Хранительница? — Её кисть перевернули ладонью вверх и что-то вложили. Медленно разомкнув веки, Леди нерешительно опустила взгляд ниже. В её пальцах лежал тот самый белый колокольчик, сорванный с костюма Блана. Не было сомнений, что бабочка сидела именно в нём. Девушка приподняла голову и со страхом посмотрела на мучителя. — Если сделаешь это, то знай, чёрные коты часто «случайно» выпадают из окон. Наверное, будет нелепо выиграть нашу маленькую игру таким образом? — Кот хохотнул с лёгкой хрипотцой в голосе и погладил Леди по волосам. Она не поняла, шутит так акума или серьёзен. Сейчас ей было физически сложно адекватно воспринимать и анализировать происходящее, всё ещё казавшееся страшным сном без конца. — Я не отдам его тебе. — Как можно увереннее, но по-прежнему тихо попыталась возразить героиня. То, что Маринетт понятия не имела, какую игру пытался вести Блан и какие ловушки он успел расставить для неё, не умаляло её желание помочь Нуару. Он поступил бы ради Леди так же. Верно? Кот Блан закрыл глаза, наклонился вперёд и коснулся холодными губами лба девушки. Когда он отстранился на достаточное расстояние, чтобы быть полностью в её поле зрения, Мари увидела, насколько он, психопат с нестабильным эмоциональным фоном, сейчас выглядел измождённым. — Начнём игру. До скорой встречи, Леди Баг. Между ними прозвучал звонкий хруст. Всё это время Блан удерживал в своей широкой ладони руку Леди, в которой лежал колокольчик, и в нужный момент сжал пальцы в кулак, вынуждая пальчики девушки сомкнуться и раздавить поражённую деталь костюма Супер Кота. Глаза Маринетт широко распахнулись в шоке, когда перед её лицом пролетела ввысь тёмная бабочка, а белый костюм, в мгновение поглощённый магической субстанцией, стал приобретать привычный чёрный оттенок. Рефлекторным движением девушка глянула вниз на бедро, понимая, что сейчас при ней нет йо-йо. Она панически оглянулась по сторонам и с облегчением заметила ярко-красное пятно в двух-трёх метрах справа на черепице. Вынужденная действовать незамедлительно, она совершает один неловкий кульбит, отзывающийся во всем теле невыносимой болью. Это позволяет ей добраться до выступа в одно мгновение. Долго не думая, стоя на дрожащих стопах, едва держащихся на костях, героиня хватает своё оружие и ловит им бабочку, очищая её. Стоит ей только завершить ритуал, теряя силуэт белого насекомого среди ночного неба, глухой стук привлекает внимание Маринетт. Это был звук падения тела Кота, который завалился набок и сейчас лежал на черепице там, где она его оставила. Это никак не успокаивало, даже наоборот. Как она сейчас объяснит напарнику своё состояние, если Кот вдруг откроет глаза? И как ей восстановить всё то, что успел натворить монстр в белом? Ведь вещь, которую выдал Супер-Шанс ещё утром, Блан нагло умыкнул у неё из-под носа в пылу сражения. Озираясь вокруг, не выдерживая напряжения и боли, Маринетт падает на колени, судорожно пытаясь в темноте разглядеть маленькую валентинку из зелёной бумаги с надписью на одной из сторон. Прошло менее пяти секунд, прежде чем героиня заметила её. Уже ожидаемо этот чёртов кусок картонки, теперь так необходимый ей, насмешливо выглядывал из кармана костюма напарника. Леди Баг, вновь вынужденная двигаться, затаивая дыхание, чтобы сдержать болезненное поскуливание, подползает к герою, теряя не мало крови. Слабое движение пальцев приходящего в себя Нуара заставляет её поспешить. Девушка болезненно морщится, протягивая руку к бумаге, и бегло вчитывается в текст, не понимая содержимого. «Я всегда буду любить тебя. М.» Почерк был явно её, но она не помнила, чтобы когда-либо писала такое кому-то. Сейчас это не было важным, ведь обморок от превращения в акуму не мог продолжаться дольше. Медлить было нельзя. Хрипло выдыхая в тишину ночи слова «Чудесная Леди Баг» и подбрасывая зелёный кусочек бумаги с любовным посланием, Маринетт ещё никогда так не молилась всем богам, квами и святым, лишь бы магия Чуда исправила все последствия, и никакие попытки Кота Блана обойти правила не сработали. Ей не хотелось начинать эту адскую игру. Ей не хотелось рассказывать напарнику, что он теперь убийца и насильник. Рой красных жучков облетел город очень быстро и облепил саму Леди Баг. С мягким магическим теплом ушла вся боль и усталость. Исчез отельный плед с её плеч. Костюм снова был цел, волосы заплетены в аккуратные хвостики. На Мари не осталось абсолютно никаких последствий проигрыша Коту Блану. Когда магия талисмана Созидания рассеялась, девушка вскочила на ноги и потерянно уставилась на приходящего в себя рядом Нуара. Он растерянно осматривался по сторонам и, шатаясь, поднимался на ноги, явно не понимая, что происходит и где он сам. — Леди? Что произошло? Я ничего не помню… — Где-то вдалеке послышался едва уловимый звук полицейских сирен.