Во имя Магии

Ну что сказать… Аллея действительно выглядела изрядно окосевшей. Балкончики противоположных домов бывало нависали друг над другом, под прямым углом не стояло ни одного здания и сама улица шла сначала под уклон вниз, а потом поднималась. В дали улицы виднелось большое белое здание с колоннами, тоже стоящими под углом. Хотя, надо признать, это самое высокое здание в Косой Аллее выглядело наименее неровным. — Банк «Гринготтс» — пояснила Эламу бабушка — Туда мы сейчас и идём. Магазины осмотришь после. Бром, ты с нами? — Пробежавшись взглядом по лицам многочисленных волшебников и волшебниц, и не приметив кого-нибудь из знакомых Бром пожал плечами и пошёл в след за Татьяной и Эламом. Осмотреть хоть что-то Элам почти не успел, слишком уж резво его тянула бабушка, и ещё надо было следить чтобы не споткнуться и не сбить с ног какого-нибудь древнего мага. С трудом пропихиваясь сквозь толпу, вечно шумящую, толкающуюся и спотыкающуюся о чужие мантии, троица наконец-то добралась до ступенек магического банка. У отполированных до блеска бронзовых дверей в алой с золотым униформе, похожей на ливрею, стоял гоблин. Ростом он был ниже чем одиннадцатилетний Элам, глаза были полностью чёрными, так что зрачок почти сливался с радужкой, а руки доходили почти до земли. Гоблин поклонился входящим в здание, хотя ни бабушка, ни Бром на него даже не взглянули. За бронзовыми дверями находилось помещение со вторыми дверями, на этот раз серебряными. На них были выгравированы строчки: «Восшествуй, незнакомец, но прими в расчет: Того, кто завистью грешит, возмездие ждет, Богатство без труда ты хочешь получить — Недешево за то придется заплатить. Сокровище, что в подземелье мирно спит, Тебе, запомни, не принадлежит, Вор, трепещи! И знай, что кроме клада Найдешь там то, чего тебе совсем не надо.» [2] Строчки Элама заинтриговали, и он решил заучить их наизусть. Авось когда и пригодятся. За серебряными воротами находился огромный холл с каменными стойками, за которыми сидели гоблины. Красный гранит, белый мрамор, золото… Всё выглядело настолько богато и роскошно, что Элам ощутил себя совсем не в своей тарелке. И это с учётом того, что в своих потёртых джинсах и застиранной клетчатой рубашке поверх линялой футболке, он чувствовал себя замечательно на фоне людей в роскошных мантиях и широкополых остроконечных шляпах. А тут он всей своей сущностью ощутил свою неуместность. В прочем, скоро это ощущение прошло, уступив место любопытству. Элам рассматривал гоблинов, волшебников, и то, чем они занимались. Он заметил как одному человеку гоблин отсчитал несколько весьма крупных банкнот Фунтов, в обмен на несколько башенок из золотых Галлеонов. «Значит обмена магической валюты на магловскую существует» — сделал себе заметку в памяти Элам. Подойдя к одной из стоек, вперёд вышел Бром — Здравствуйте, мистер Дорлак, сэр… — — Мистер Картер — кивнул в ответ гоблин в сюртуке и с моноклем — пришли снять денег с вашего счёта? — — Да, пожалуйста, а ещё хочу оформить второго владельца счёта — Бром выдвинул Элама вперёд — Элам Картер, мой племянник. Одиннадцать лет, поступает в Хогвартс. — — Пройдёмте в кабинет для заполнения нужных бумаг — проскрипел голосом гоблин и вышел из-за стойки. В след за ним трое посетителей прошли в одну из дверей в стене холла. В комнате, которую Дорлак назвал кабинетом, находилось несколько диванчиков вокруг письменного столика. Здесь чувство уюта и конфиденциальности было куда выше, чем в холле. За заполнением бумаг они потеряли минимум час. Под конец гоблин протянул Эламу договор, перо с чернильницей и маленькую серебряную иглу. — Добавь каплю своей крови в чернила, и подпиши там где нужно — подсказал Бром. Элам поморщился. Он ненавидел боль. К крови он относился более чем спокойно, но колоть себе хотя бы палец, жуть как не хотелось. Закатив глаза бабушка взяла руку Элама и уколола гоблинской иглой подушечку его безымянного пальца. Пара алых капель упала в подставленную чернильницу. Из-за зелёного стекла оной, процесс внутри был мало различим, но Элам заметил как оттенок чернил сменился. Подпись переливалась всеми оттенками синего: от бело-голубого до индиго. Гоблин удовлетворённо кивнул, щёлкнул пальцами, и толстая стопка листов исчезла с лёгким хлопком. — Пройдёмте — Проскрипел он и повёл посетителей из кабинета, через холл и несколько коридоров, пока они не вышли к помещению, похожему на маленькую станцию метро. На рельсах стояла необычного вида тележка с сидениями и четырьмя парами колёс. С опаской вся троица разместилась на сиденьях а гоблин уселся спереди и дёрнул несколько рычагов. Тележка тронулась мягче чем достопамятный «Ночной рыцарь», но не на много. Проехав туннель тележка помчалась по висящим рельсам внутри гигантской пещеры. Противоположной стены не было видно, сверху и снизу торчали огромные сталактиты и сталагмиты. Элам знал что сталактиты растут сверху вниз, а сталагмиты наоборот. Иногда, когда и те и другие встречались в процессе своего роста, или доходили каждый до своего конца, то появлялись сталагнаты. Как раз через один титанических размеров сталагнат они сейчас проезжали. Видимо гоблины решили закрепить свои рельсы в нём, пробуровав его насквозь. — Подъезжаем к «Погибели воров»! — крикнул Бром в ухо Эламу В прочем спохватился старший из Картеров поздно. В этот самый момент, когда он начал говорить они проехали через неизвестно откуда падающий водопад. Одновременно холодная и тёплая вода окатила тележку с пассажирами и возницей, но через пару секунд она испарилась, оставив их абсолютно сухими. Однако поток воды сорвал с Элама его очки, которые, блеснув на последок отблеском от ламп тележки, исчезли во мраке пещеры. — Что это было?! — закричал возмущённый Элам Тележка начала замедляться, и шум в ушах начал стихать, позволяя говорить уже не так сильно повышая голос — «Погибель воров» — ответила бабушка — вода в этом водопаде снимает подчиняющие чары, трансфигурацию, маскирующие чары, дезиллюминационные, и эффекты зелий в роде привораживающего и оборотного. Одна из лучших мер безопасности на все времена… — Ехали ещё минут десять. Один раз Элам углядел вспышку огня где-то внизу. «Дракон» пояснил ему тогда Бром. Наконец-то поездка завершилась около широкого каменного выступа. В стене, от которой он отходил виднелась овальная золотая дверь в полтора человеческих роста, с ключевой скважиной по центру. — Хранилище №12! — торжественно объявил гоблин — Если не считать мистера Брома, и его посещений эти пять лет, это хранилище открывалось в последний раз в начале прошлого века! — — А что вы знаете про того владельца, предка этих мальчиков, на сколько я поняла — спросила его Татьяна — На самом деле немногое — сказал Дорлак — Вам лучше порасспрашивать местных сторожил. Мы, гоблины, живём столько же, сколько и люди, и тех кто тогда работал в банке уже считайте нет в живых. — — А ты, я смотрю, не интересовался нашим предком, да? — повернулся Элам к Брому — Да как-то не особо… — смутился тот — Я подумал что какой-то дальний предок, с другой фамилией взял, да и оставил потомкам магам хорошее наследство, а что таких не было нескольких поколений, никто не виноват… Про то, что его открывали около ста лет назад, я сам впервые слышу… — — Вообще то, мистер Бром, я пять лет назад вам то-же самое сказал, но вы меня, видимо, прослушали — укоряеще сказал гоблин — Ну а что? — Бром совершенно не выглядел виноватым — Когда перед тобой куча денег, на окружающее внимание не слишком обращаешь! — И гоблин, и Татьяна с Эламом удручённо покачали головой. Дорлак, достав витиеватый золотой ключ, направился к двери. Ключ вошёл и повернулся в скважине почти бесшумно. Застучали открываемые замки, механические элементы на двери задвигались, и хранилище медленно распахнулось. Внутри оказалась комната с каменными полками по боковым стенам. Все полки были заставлены холщовыми мешочками с монетами и мелкими шкатулками. На полу у дальней стены стояли сундуки, а за ними… — А куда ведёт та дверь? — спросил Элам, указывая на высокую, обитую золотом синюю дверь с кованым символом по центру, напоминающему язык пламени, закручивающийся в спираль. Похожий дизайн имела рукоятка ключа у гоблина. — Какая дверь? — почти одновременно спросили Бром и бабушка — Я ничего не вижу — растерянно дополнил дядя — Я тоже — Татьяна обернулась к Дорлаку — Что вы скажете? — Лицо гоблина было крайне озадаченным. — В инструкции прошлого владельца было об этом написано… — нерешительно начал он — Он завещал, что в случае, если кто-то из будущих владельцев сейфа увидит в той стене дверь, ему нельзя как либо препятствовать. Владельца нужно оставить наедине, и не идти вслед за ним в ту комнату, что за дверью… — — Видать, сейчас мы что-нибудь да и узнаем про нашего предка, а, Бром? — повернулся Элам к своему дяде, когда Дорлак вышел из сейфа, и встал за дверью так, чтобы даже случайно не увидеть того, что не положено — Что-бы ты не говорил, а я дверь так и не вижу — пожал плечами Бром — А если так? — Элам взобрался с ногами на один из сундуков и прикоснулся к двери, ровно к спиралевидному символу От его руки по двери пошло голубоватое свечение, разбрасывая такого-же цвета искорки. Ещё секунда и дверь, оказавшаяся двустворчатой, открылась. — Мерлинова борода… — послышалось от Брома Бабушка же выразилась на родном русском, но Элам их уже не слушал. За дверью находился большой круглый зал с колоннами, теряющимися в выси. Сверху падал бледно-голубой свет. Стены были сделаны из сине-белого камня, а колонны оплетались золотыми спиральными лозами. Так же в помещении находилось много шкафов и сундуков, а у дальней стены грудами валялись поломанные статуи рыцарей в доспехах и разномастным оружием. Особенно выделялся обломок в виде части груди с рукой и головой в шлеме, высотой под метров пять. «Это какой-же у него был рост?» задумался Картер младший. По центру стоял постамент, весьма высокому Брому по грудь. На нём пирамидальной стопкой лежало несколько толстых тетрадей в цветных кожаных обложках. Элам взял верхнюю из них, в синего цвета, и открыл. Почерк был немного витиеватым, однако вполне разборчивым. Очки хоть и исчезли в пещерах «Гринготтса», но минус у глаз Элама был не слишком большой и прищурившись он начал читать. «Моё имя — Эрам Картер если у тебя в руках этот дневник, значит, что, ты мой потомок (что возможно не так, нельзя отрицать такой вероятности), так же как и я, и ещё кое-кто до меня, можешь видеть следы Древней Магии, и взаимодействовать с ней…» — Ну нихрена-ж себе… — протянул Элам — Чего там? — отвлёкся от изучения статуй Бром. Татьяна тем временем изучала один из шкафов — Во первых… — начал младший из Картеров — Выяснилось имя нашего предка. Эрам Картер. Не помнишь такого? — — Нет вроде… — дядя пожал плечами — В прочем надо будет расспросить родственников. Кто-то из них может хоть что-нибудь вспомнит. Забавно, что имя почти один в один — твоё… — — Этот текст датируется четырнадцатым января 1917-го года… — подсмотрел в конец тетради Элам — Меньше ста лет назад… — — А это что? — Татьяна достала из длинной шкатулки, что была в одном из шкафов… — Волшебная палочка? — Это была красивая, скрученная волшебная палочка из серо-коричневой древесины с зелёными следами лишайника. Она была увенчана тонкой бело-зелёной рукояткой. — Возможно, это его палочка… — предположил Элам — палочка Эрама Картера… — — Попробуй ей взмахнуть! — подал идею Бром С бешено стучащим сердцем Элам взял палочку из рук бабушки и взмахнул. Из её кончика начал литься яркий золотисто-голубой свет, закручиваясь вокруг мальчика. — Удивительно! — воскликнул Бром — Она тебе идеально подходит! — — Но почему же он оставил её тут? — спросила Татьяна — По идее в этом нет никакого смысла, разве что у него появилась новая, а эту он оставил на память… — — Возможно ответ есть в его дневниках — высказал мысль Элам и взглянул на стопку тетрадей — Надо будет их прочесть все! — Бабушка взяла одну из них и открыла. Потом закрыла и взяла другую. Потом третью. На пятой она выдохнула: — Ну хоть здесь что-то есть… — она начала её листать — Так… тут у нас видимо его травологические записи… Заметки об использовании в зельеварении… И тут пустые страницы! Что всё это значит?! — — Но они не пустые! — возразил Элам полистав отложенные ей книги и заглянув через бабушкино плечо в тетрадь, которую та сейчас держала в руках — Тут описывается применение лунного камня в смеси удобрений для мандрогоры… — — Почему ты что-то видишь, а мы с Бромом нет? — посмотрела на него с подозрением Татьяна — В том дневнике, что я первым открыл… — начал Элам — Было сказано что я, как и он, как и ещё кто-то до него, могу видеть следы какой-то «Древней Магии» и взаимодействовать с ней. Видать многие из своих записей он зачаровал именно с её помощью… — — То есть, в основном, всё что есть в этих дневниках можешь прочесть исключительно ты? — — Выходит что так. — Через несколько минут они вышли из хранилища. В рюкзаке у Элама лежали все дневники его предка и волшебная палочка в деревянной шкатулке. Так же из основной комнаты он взял пару мешочков с золотыми, медными и серебряными монетами. «Хочу найти себе тут какие-нибудь новые очки, да и чемодан повместительней» сказал он своей бабушке, возмутившейся от подобной «скромности». Вся поездка назад проходила в молчании. Каждый думал о своём. Ни обмолвившийся хоть о чём-то что происходило внутри хранилища №12, Дорлак вежливо попрощался с ними и пошёл за свою стойку.