Ради неё

Произошло то, чего и следовало ожидать. Я заболел. Папин способ не помог. Тёплое одеяло и чай с мёдом на ночь меня не спасли. Проснулся с жуткой болью в горле и температурой. Догеройствовался! "Приболел, сегодня не жди меня" - написал я Наташе, зная, что она почувствует виноватой себя. "Прости меня, пожалуйста" "Ты не виновата, не извиняйся" "Как себя чувствуешь?" "Горло болит и температура. А ты вчера не замёрзла?" "Нет, спасибо большое, что отдал мне куртку. Выздоравливай" "Постараюсь" Какая она милая. Подруга... Может пройдёт время, и она увидит во мне не просто друга, а парня. Я не пошёл в универ, остался дома лечиться. Пил чай с медом и ходил в тёплых носках. Из лекарств у меня особо ничего не было. Спрей для носа, леденцы от горла и активированный уголь. Использовал первые два, конечно. Леденцы приятно действовали на горло, боль ослабевала. К вечеру я был уверен, что завтра проснуться здоровым. Я ошибался. На утро я чувствовал себя ещё хуже. Прибавилась головная боль. Смерив температуру, я понял, что видимо моя болезнь затянется. Тридцать восемь это уже не лёгкая простуда. Наверно придётся недельку поваляться дома. Написал об этом Наташе, просил, чтобы не переживала. Но она снова извинялась. Немного приятно, что она за меня переживает. Но она и правда не виновата, я сам отдал куртку, погеройствовал, сам и виноват. Решил сходить в аптеку и купить лекарства от головы и ещё что-то от простуды. Хорошо, что аптека за углом. Ведь у меня нет куртки. Только лёгкая ветровка. Пришлось надеть её. Когда я вышел на улицу, мне моментально стало холодно. Купил все нужное, вернулся домой и закутался в одеяло. Горячий чай помог согреться. Таблетки от головы помогли чувствовать себя лучше. Ничего, пару дней и буду как новенький. Я лёг перед телевизором, включил какое-то шоу. Надо отдохнуть, во время болезни, всегда быстро выматываюсь. Я пролежал так почти весь день. Пил тёплый чай и принял таблетки. "Заедешь завтра после учёбы? Матч посмотрим" - пришло сообщение от папы. "Не могу, приболел" - ответил я и забыл об этом сообщении. Я лёг спать в пижаме, потому что меня морозило так, что холодный было даже под одеялом. Невольно вспомнил сон с Наташей. Он уже не вызывает во мне такие сильные эмоции, как раньше. Но все же эмоции приятные. С этими мыслями о любимой девушке я и уснул. А на следующий день... - Мам, да все хорошо. - Миша! - строго говорит мама по телефону - Скажи, какая у тебя температура? - Тридцать девять - вздыхаю я хриплым голосом. - О, Господи, Миша! Ну как ты так умудрился? Опять наверно лечился папиным методом - я промолчал - После работы приеду к тебе. Не смей сам в аптеку идти. - Хорошо, мам. - Как себя чувствуешь? Голова болит? Кашель? Горло? Насморк? Знобит? Слабость чувствуешь? - Слабость чувствую, да - отвечаю я, запомнив только последнее. - Если хуже станет, звони мне или папе сразу. Понял? - Да, хорошо. - Ложись поспи пока что. Я через два часа приеду, у меня ключи есть, сама открою. - Хорошо, буду спать. - Давай, сынок, люблю тебя. До вечера. Звони если что. - Тоже люблю тебя, пока. Я кладу телефон рядом с собой на кровать. Пока говорил с мамой, даже не вставал. Давно я так сильно не болел. Боль в ушибленной руке теперь даже почти не ощущается. Болит как будто все тело. А горло и голова сильнее всего. Глаза слезятся, нос заложен. Жарко и холодно одновременно. Послушав мамин совет, я уснул снова. Не то, чтобы специально, в моем состоянии мало что можно поделать, кроме сна. Но я не стал пытаться вставать. Мама придёт и сделает все что нужно. Она заботливая и хорошая, и заботится обо мне и папе, и сестрах тоже... Хорошая мама... Наташа тоже хорошая... Она такая... Она как мама... Хорошая... В этих полубредовых мыслях я заснул. Сон был беспокойный. Я часто просыпался от того, что было жарко или холодно. Сны какие-то снились, они были перемешанные между собой. Ничего не запомнил. Сквозь сон я слышал звуки с улицы, и они вливались в мой сон. Мысли о Наташе тоже пересекались со сном. Я просыпался и засыпал снова. Ворочался по всей кровати, укрывался и снова скидывал одеяло. Солнце больно слепило глаза, я отворачивался, накрывал голову одеялом, но мне не хватало воздуха, потому что я не мог дышать носом из-за насморка. Не знаю, сколько я так проспал и промучился. Но когда раздался звонок в дверь, я понял, что прошло два часа и приехала мама. Но почему она звонит? У неё ведь есть ключи, она сама об этом сказала. Я с трудом поднимаюсь с влажной постели. Голова кажется невероятно тяжёлой. Холод пола обжигает ступни. Я встаю, картинка немного плывёт перед глазами. Нахожу свои пижамные штаны на полу. Пытаюсь надеть, покачиваясь. Футболку решаю не надевать. Любые прикосновения к коже чувствуются как боль. Я иду к двери. Прохожу мимо зеркала, бросаю на себя взгляд. Выгляжу болезненно. Вьющийся и отросшие за последнее время волосы взлохмачены и похожи на гнездо. Лицо бледное, глаза покрасневшие. Свободные штаны висят как на вешалке. Кажется, что будто похудел за ночь и видно ребра и позвонки на голой спине. Снова раздаётся звонок, я иду к двери, придерживаясь за стены. Наконец-то мама пришла, сейчас подлечит меня и будет легче. Может завтра уже смогу пойти в универ и увидеть Наташу. У нас с ней через несколько дней сдача доклада. Надо выздороветь к этому времени. Я поворачиваю защелку на двери и открываю. - Привет... Наташа? - хрипло удивляюсь я, не ожидав увидеть на пороге девушку. - Привет, Миша - говорит она. В её руках я вижу свою куртку и ещё какую-то баночку. - Что ты тут делаешь? - спрашиваю я, держась за косяк. Холод подъезда обжигает торс и плечи. Надо было надеть футболку. Я бы и надел, если бы знал, что это Наташа. Хорошо, я хотя бы в штанах. - Прости, пожалуйста, что тебе пришлось мне куртку отдать - девушка протягивает мне ее - Но спасибо, ты хороший друг, выздоравливай скорее - она даёт мне баночку. Что это? Мед? - Я переживала, что ты заболел из-за меня. Я теперь ношу тёплую куртку... - Наташа что-то говорит, но боль в голове и холод заглушают её слова. Я смотрю на баночку. Это липовый мед. На этикетке синей ручкой нарисована пчёлка в очках. Мне сейчас так плохо физически, но так хорошо на душе. Я поднимаю глаза на девушку, которая что-то виновато говорит: - Ты не обижаешься на меня? Если обижаешься, то скажи, что я могу сделать, я бы не хотела, чтобы это повлияло на нашу дружбу, поэтому... - Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю - перебиваю я девушку на ранящем меня слове "дружба" - Я скучал. Очень. И сейчас я так хочу поцеловать тебя. Но не хочу заразить. Сейчас придёт моя мама с лекарствами. Уходи, пожалуйста. Ошеломленная девушка застыла с широко раскрытыми глазами. Так бы и дальше стояла, наверно, если бы я не чихнул. Хоть я и закрыл рот, и успел отвернуться, звук разнесся эхом на весь подъезд. - Выздоравливай, Миш - сказала девушка и побежала вниз по лестнице. Я проводил её взглядом и закрыл дверь. Наконец этот жуткий сквозняк прекратился. Нужно надеть что-то. Я добредаю до своей кровати, машинально натягиваю футболку. Ложусь и накрываюсь одеялом. Моментально засыпаю. Сквозь сон слышу шум на кухне. Чайник кипит. Открываю глаза. Шторы закрыты, я накрыть одеялом до подбородка, рядом на тумбочке стоит кружка с водой, лежат чистые носовые платки и шерстяные носки. Мама приехала. - Привет, сынок - говорит мама, когда я захожу на кухню. - Привет, мам. - Как себя чувствуешь? - Не очень. - Садись, сейчас уже куриный супчик будет готов. Покушаешь - я заглядываю в кастрюлю, там кипит тот самый мамин суп. Уверен, что запах стоит просто невероятный, но мой нос забит и я почти его не чувствую. - Спасибо. Ты давно приехала? - Минут сорок назад - она бросает взгляд на часы - Кстати, лекарства привезла, сейчас принесу и расскажу, как и что принимать - мама выключает суп и идёт в коридор. - Суп можно уже есть? - нетерпеливо спрашиваю я. - Горячий ещё, подожди немного. Мама возвращается и выставляет из сумки на стол разные коробочки. Рядом с ними она ставит баночку мёда. Я беру её в руки и ищу нарисованную пчелку. Это что, был не сон? - Откуда у тебя мед? - спрашивает мама - В коридоре стоял на полке. Вроде не Дашин, у неё нет таких баночек красивых. - Нет, это не тетин - говорю я судорожно пытаясь вспомнить все, что показалось мне сном. Приходила Наташа. Она принесла мою куртку и мед. А ещё... - Чей тогда? - спрашивает мама, доставая тарелки. - Это... Одна подруга принесла мне. Одногруппница. Она приходила, сегодня, кажется. Или вчера - пытаюсь вспомнить я. - Понятно. Не заразил девочку? - интересуется мама, разливая суп по тарелкам. А я вспоминаю все в деталях. Наташа приходила сегодня, я тогда спал. Вышел к ней в один штанах, сонный и больной. Она много извинялась. А я... О, Боже, что я сказал? Даже вспоминать стыдно. Вот что температура с головой делает. Помню её шокированные глаза. О, нет - Миша, чего задумался? - А? Ничего, просто. - Садись - мама ставит на стол тарелку - Сейчас ещё чай поставлю. Суп оказался очень вкусным, я и не сомневался в этом. Мама хорошо готовит. Я съел все с большим аппетитом. Все-таки два дня почти не ел. Когда болеешь, не хочется. - Смотри - говорит мне мама - я написала тебе что, сколько и когда принимать - она указывает на листочек и пододвигает коробочки с лекарствами - Вот это два раза в день, утром и вечером, по одной таблетке. Это в нос перед сном. Это сироп от кашля, если он есть. - Нету, чихаю только. - Хорошо, тогда это не пей. Вот это, если температура до тридцати девяти поднимется. У тебя сейчас сколько? - Не мерил. - Смерь - она протягивает мне градусник, я сразу ставлю его подмышку. - Так, что ещё. Вот это от горла. Если болит, то после еды три раза в день. Все понятно? - Да, разберусь, спасибо. - Сейчас чай попьём и выпей от горла - мама встаёт и идёт наливать чай. Потом ставит кружки на стол. Берет ту самую баночку мёда. Открывает и пробует ложечкой. - Мм, вкусный какой. Липовый. Я тоже тянусь попробовать. И правда, мед прозрачный и на вкус как будто цветочный. Не такой, как у тёти, но тоже очень вкусный. - Хороший мед, спроси у подруги, где она такой купила - говорит мама. - Спрошу - киваю я, снова вспоминая тот момент. Я сказал... Эх, и чем я только думал. Я сказал, что люблю её, что скучал и хочу поцеловать. Вот идиот! Как так можно? Она наверно теперь думает, что я ненормальный. У нас выстроилось такое доверие, пусть и дружеское, но доверие. А я испортил всё своими необдуманными словами. Надо что-то сделать. "Спасибо за мед, очень вкусный" - пишу я Наташе вечером. "Пожалуйста. Как самочувствие? Уже лучше?" "Да, мама привезла лекарства и сварила куриный суп. Скоро буду здоров" "Хорошо. У нас доклад послезавтра. Как думаешь, сможешь прийти?" "Уже послезавтра? Я постараюсь, но не уверен" "Хорошо, ты главное выздоравливай. Я могу без тебя выступить, скажу, что делали вместе, но ты на больничном" "Ага, я постараюсь выздороветь до послезавтра. Но если не получится, то без меня" "Не переживай, понимаю" До послезавтра я не выздоровел. Наташа потом весёлая писала мне о том, что нам поставили пятёрки и преподавательнице наш доклад очень понравился. Я был рад. А потом провалялся дома ещё дней десять. В общей сложности я выпал из жизни на целых две недели. Видимо подцепил какой-то грипп. Я мерил температуру каждый день несколько раз в надежде на улучшение. Исправно принимал все лекарства, что привезла мне мама. Пил чай с Наташиным мёдом, который грел не только горло, но и душу. Мы переписывались, иногда до поздна, общались обо всем подряд. Она рассказывала, что произошло за день в универе. Я докладывал об улучшениях своего здоровья. Мы говорили о родителях, о семье, о планах на будущее, о том что думаем о прошлом, и что собираемся делать в настоящем. Всё наши разговоры были такими приятными и комфортными, но мы оба обходили одну опасную тему. Мы не обсуждали то, что я сказал, когда Наташа пришла ко мне тем вечером. Мне было просто стыдно. Я был не в самом адекватном состоянии и видимо это как-то сказалось на моей смелости. Сказать такое прямо в лицо, будучи абсолютно здоровым физически и ментально, я бы не смог. Что на этот счёт думает Наташа, я не знаю. Возможно, она тоже списала это на состояние здоровья. Но дело том, что это не был бред больного, это была и остаётся правда. Да, я все ещё влюблен и уверен, что ближайшее время, возможно, даже ближайшие несколько лет, это не изменится. Да, я скучаю по ней. Сильнее, чем скучал тогда, на второй день своего больничного. И да... Я хочу её поцеловать. Если быть откровенным, то, конечно, не только это. Но её губы... Когда-то я считал глупостью фразу "Сложно смотреть на губы, которые не можешь поцеловать", но сейчас я понимаю её так чётко. Действительно сложно. Сложно принимать то, что для девушки, которую любишь, ты хороший друг.