the sun and moon and sky that divides them

Чжун Ли Молодая женщина обращается за помощью к необычным экзорцистам из ритуального бюро Ваншэн… — Вы действительно сможете мне помочь? Молодая женщина сидит напротив них, нервно вертя кольцо на среднем пальце. «Среднестатистический клиент», — отмечает про себя Чжун Ли. Её напряженная поза излучает беспокойство, а взгляд скачет по нестандартному декору темной комнаты. Голос женщины дрожит. Ху Тао улыбается ей хищно, придвигается ближе и говорит излишне восторженно: — Конечно! Во всем, что касается взаимодействия с духами, мы профессионалы. Если вдруг в процессе вы умрете, для наших клиентов мы предоставляем скидки на гробы! Гроб всего в полцены! — Г-гроб? — повторяет та испугано. Ху Тао восхищенно кивает. — Мы заботимся о наших клиентах как в этом мире, так и в потустороннем. Это гарантия от похоронного бюро Ваншэн! Женщина нервно сглатывает и переводит свой взгляд на Чжун Ли. Стандартная реакция, когда Ху Тао перегибает палку. В своем коричневом костюме он, вероятно, внушает больше доверия и спокойствия, чем директор, одетая во все черное и обладающая чрезмерным количеством колец. А уж эта её маниакальная улыбка… Чжун Ли прокашливается в кулак и произносит: — Директор Ху имеет в виду, что наше похоронное бюро специализируется на том, чтобы души мирно отошли в мир иной… Ну и в устранении последствий, когда они этого не делают. — Слава богам! Все мои заявки в другие агентства отклонили, и я начала бояться, что мне придется жить с этим вечно. Женщина заметно расслабляется, однако Чжун Ли и Ху Тао, наоборот, напрягаются от её слов. Каждый по разным причинам: Ху Тао вероятно оскорбленная тем, что Ваншэн вновь является последним выбором из всех конкурентов; обычно спокойного Чжун Ли же раздражают любые разговоры об экзорцизме. — Вам бы все равно не захотелось иметь дело с крупными компаниями, — говорит директор. — Они сдирают баснословную цену, а после требуют оплату дополнительных издержек. Они заставляют вас подписать такие мудреные контракты, что в них разве что черт ногу не сломит. Глупо предполагать, что раз за все отвечает Цисин, то все будет как надо. Они просто обдирают своих клиентов, а, учитывая нынешнее положение вещей, особенно экологическую… — Дело в том, — Чжун Ли спешно прерывает её, — что мы сможем вам помочь за гораздо меньшую цену. — Так что? Наш контракт в силе? Ху Тао восторженно протягивает гостье руку и улыбается своей самой ослепительной улыбкой. Женщина аккуратно принимает рукопожатие, касаясь лишь слегка, будто боясь порезаться о многочисленные кольца. — Чудесно! — Ху Тао раскрывает лежащую перед ней толстую книгу с кожаным переплетом и готовится записывать. — А теперь расскажите нам поподробнее о своей проблеме. Клиентка не спеша разъясняет положение дел. Все довольно стандартно для буйного духа: несколько разбитых окон и лопнувшие трубы. Никакого причинения физического вреда или убийства. Ху Тао сможет разобраться с этим меньше чем за полдня. Она неспешно делает необходимые заметки, в то время как Чжун Ли позволяет себе погрузиться в размышления. Он ненавидит встречи с клиентами. Он не имеет ничего против экзорцизма—в этом вопросе они действительно профессионалы—но он предпочитает не думать, для кого они выполняют эту работу. Отчаявшиеся люди, ищущие спасения. В прошлом он с радостью помогал людям. Однако даже «с радостью» будет преуменьшением: как Моракс, Рекс Ляпис и правитель Ли Юэ, он посвятил всего себя помощи жителям гавани. Сейчас люди нечисты на руку, растеряли всю свою честь и достоинство, которые когда-то были у их вида. Они захватили и очернили землю как паразиты и изменили мир до неузнаваемости. В нем не осталось ничего, что было бы ему знакомо и привычно. После всего, что сотворили люди, помогать им — настоящее издевательство. Он не хочет зацикливаться на том чувстве абсолютного опустошения, которое встретило его семь лет назад, когда он проснулся после трёхсотлетнего сна и столкнулся с новой реальностью. Его дом был разрушен, энергию артерий земли истощили даже в неприступных горах. Из-за людей его народ, его семья погибли. Очнувшись, он первым делом отправился на поиски близких, однако не смог найти никого в живых. Дедушка Ху Тао тогда сказал ему, что последний из его народа исчез более ста лет назад. Моракс же остался жив только благодаря своему долгому сну. И сейчас, под маской человека с именем Чжун Ли, он, Моракс, вынужден сидеть здесь и выслушивать жалобы человека, страдающего от жадности собственного вида. — Хорошо, этого достаточно, — Ху Тао прерывает его размышления. — Теперь вам нужно подписать тут… Женщина выглядит взволнованной, ставя свою печать на бланке. Возможно, Чжун Ли стоило бы успокоить её, сказать, что Ху Тао можно доверять, но он не может заставить себя сделать это. «Ли Каи», — гласит имя на штампе. — Мне так же необходим план вашего дома, чтобы мы могли подобрать правильное оборудование, — говорит Ху Тао, готовая вновь записывать. — На какую сторону у вас выходят окна? — Насколько я помню, на северную, — Ли Каи задумчиво хмурит брови. — Это имеет значение? — Это очень плохо! — Жизнерадостность не покидает её голос, когда она продолжает: — Вам лучше держать окна закрытыми и зашторивать их поплотнее. — П-почему? — Волнение в голосе клиента вполне понятно. — Ах, нам бы не хотелось, чтобы дух напитался энергией Инь слишком сильно: это только усложнит нам работу, — глаза Ли Каи становятся размером с мору от удивления. — В-вы… Вы действительно профессионалы? — Она сглатывает и продолжает: — Вы знаете, почему это происходит с моей бабушкой? Чем я вообще все это заслужила? Ху Тао бросает быстрый взгляд на Чжун Ли, зная, как он относится к этой теме. — Вы знаете что-нибудь об энергии артерий? — В ответ ей кивают. — Духи непосредственно зависят от состояния этой энергии. Когда её недостаточно или она течет неравномерно, случается диссонанс. Тогда духи теряются в нашем мире, их энергия начинает разрушать их изнутри, их внутренние силы истощаются, и они становятся агрессивными. Чжун Ли стискивает челюсти, чтобы не начать читать лекцию о том, в чем именно заключается проблема. Ху Тао всегда старается тактично обходить эту тему. Однако порой все равно приходится объяснять, почему вообще существуют специалисты их профиля. Именно человеческая активность бередит души умерших. Демоны всегда обитали в этом мире, и Чжун Ли, будучи правителем этих земель, посвятил немало времени их уничтожению. Но такого количества озлобленных душ людей, адептов и животных за столь короткое время ему не встречалось. По мере того как человечество развивалось, всё больше нарушалось мирное течение энергии Ци. Все энергии взаимосвязаны, и при нарушении баланса происходит непоправимое. Чем больше энергии Ци добывали люди, тем слабее становилась энергия артерий, и тем больше нарушался баланс, не давая душам упокоиться с миром. Все духи, будь то адепты, ёкаи, джинны, фейри, зависят от баланса энергии. Жадность и глупость людей росла без конца, и впредь всем этим духовным сущностям нет на земле пристанища. Их естественная среда обитания была уничтожена только ради людской выгоды. Ни один регион Тейвата не был исключением. Люди становились сильнее, что нельзя сказать о духах. Семерка архонтов теперь — лишь дань памяти ушедшей эпохи. У власти стоят крупные корпорации, и люди впредь не нуждаются в защите богов. Насмешка ли судьбы, что теперь Чжун Ли расхлебывает проблемы тех, кто уничтожил всех его близких? — Истощаются? — Клиентка выглядит ещё более напуганной. — Душа моей бабушки разрушена? Поэтому она преследует меня? — Ну, мы называем это состояние эрозией, — Ху Тао хмурится — у неё всегда сложности с тем, как успокоить людей. — Это сложное понятие. Как только мы проведем обряд, её душа вновь отправится в загробный мир и уже там восстановится. Ли Каи выглядит не менее испуганной: — С ней же все будет в порядке? — Скорее всего, — Чжун Ли считает радостную улыбку Ху Тао здесь неуместной. — С-скорее всего? — Лицо напротив бледнеет сильнее. — Госпожа Ли Каи, вам не о чем беспокоиться, — голос Чжун Ли звучит ровно, но на языке еще присутствует горький привкус неприятных воспоминаний. — Мы профессионалы своего дела. Клану Ваншэн на протяжении тысячелетий доводилось разбираться с куда более тяжелыми случаями. Его слова не были сильно мягче, однако они все же внушили женщине хоть какое-то доверие. И он не соврал. Похоронное бюро Ваншэн тысячелетиями помогало простым людям в изгнании демонов и злобных духов, заслужив людской почет и уважение. Все это было, правда, до того, как встревоженные духи стали обычным явлением. Чжун Ли был хорошим другом прошлых поколений этой семьи, и поэтому не было ничего удивительного в том, что именно к ним он отправился после пробуждения. По его скромному мнению, Ху Тао и её дедушка, умерший несколько лет назад, остались единственными благородными людьми. Они качественно выполняют свою работу, помогая душам отправиться в иной мир, и не бросают на произвол судьбы обманутых крупными компаниями. Ваншэн — это бизнес маленький, но Ху Тао каждый день прилагает все усилия, чтобы сохранить традиции в защите этого мира. Именно поэтому Чжун Ли сидит здесь, даже когда его кожа зудит от раздражающих жалоб клиентов. Ху Тао приютила его, помогла ему в тяжелый момент жизни, и, пока её работа заключается в помощи другим, он продолжит быть на её стороне. Кроме того, Ваншэн нужны клиенты. Они уже много лет балансируют на грани банкротства. Дошло до того, что Ху Тао занялась распространением листовок с рекламой гробов. Большинство видят в них странное и пугающее похоронное бюро. Так что тот, кто входит в эти двери, обычно находится в полном отчаянии. — У вас еще остались вопросы? — спрашивает Ху Тао. Женщина успевает только набрать воздуха для ответа, как директор уже поднимается со своего места. — Превосходно! Тогда увидимся с вами через неделю. Не забудьте прислать план дома. Они провожают гостью в гостиную, и Чжун Ли кланяется ей на прощание. Та неловко кланяется в ответ, когда Ху Тао выталкивает её за дверь. — Скоро увидимся! Постарайтесь не умереть до этого времени, но если вдруг что, помните о скидке на гробы! Когда дверь закрывается, девушка оборачивается к нему и довольно потирает руки: — Ещё одна хорошая сделка, а, Ли-Ли? — Ты напугала её, — сухо отвечает он. — Я не удивлюсь, если она не вернется. Ху Тао надувает губы: — Мой лучший сотрудник не верит в меня. — Я единственный сотрудник. — Тогда я приказываю тебе верить в меня. Он отвечает ей с легкой улыбкой на губах: — Хорошо, начальница. Чжун Ли приходится мириться с характером юного директора, начиная с её настойчивого игнорирования всяких форм вежливости и заканчивая этим Ли-Ли. Они познакомились, когда ей было всего десять, и уже тогда она не вела себя с ним формально, хоть и знала, что перед ней бывшее древнее божество. Он надеялся, что, когда та станет директором, то, возможно, повзрослеет и будет относиться к нему хоть с половиной того уважения, которое имела к покойному дедушке. Но, увы, она все так же невыносима. Что удивительно, со временем ему это даже стало нравиться. — Вот и замечательно, — Ху Тао расплывается в улыбке. — Тогда почему бы нам не заняться рекламой? Костюм и листовки на привычном месте. — К сожалению, — быстро говорит он, — я вынужден отказаться. Не будем переходить черту. — Чжун Ли, твое чувство гордости слишком дорого нам обходится. — Она подходит к дивану и берет папку. Ху Тао даже не пытается скрыть насмешливого тона в голосе: — Мы обанкротимся, если ты продолжишь в таком же духе. — Мы неплохо справляемся, — он позволяет своему голосу звучать легко. — И теперь, когда мне было приказано верить в тебя, я верю в то, что мы преодолеем все невзгоды. Ху Тао вздыхает, разбирая и перекладывая бумаги. — Ты невозможен, Ли-Ли. Напомни, почему я все еще с тобой общаюсь? — Ты не смогла бы ничего без меня сделать? — Его губы изгибаются в улыбке. — Ну и, возможно, я твой единственный друг? Она широко улыбается в ответ, и в ней проскакивает что-то от той десятилетней девочки, что нашла его на улице семь лет назад и не побоялась приютить. — Хорошо, — вздыхает она. — Я сама раздам листовки. Ты все равно ужасен в работе с клиентами. Она отвешивает нарочито глубокий поклон, издеваясь. — Мне закончить с благовониями? Девушка оставляет папку на столе. — Да, они понадобятся нам завтра. Кстати, ты сегодня готовишь ужин! — Хорошо, директор. — Ладно, — говорит она, потягиваясь. — Я пошла. Гробы сами себя не продадут! Улыбка с его лица не сходит, даже когда Ху Тао с энтузиазмом выбегает из бюро, а он направляется к шкафчику с благовониями. Такой уклад жизни очень даже сносный. Не такой, который бы он хотел, и уж точно не тот, о котором он бы мечтал. Несмотря на то, что все, что он знал и любил, было разрушено, он все же нашел дом. Ху Тао добра к нему, и они продолжают жить вместе, настраивая бизнес по-своему. Быть может, когда-нибудь, к нему вернется его былая сила. Быть может, его боевые навыки, не раз спасавшие его на войне, пробудятся. Быть может, настанет тот день, когда он восстанет и отомстит за каждого убитого людьми адепта. Но сейчас… Сейчас Моракс мертв, а Чжун Ли — простой работник похоронного бюро. Месть и надежда — это далекие и горькие мечты. Если бы он только знал, что судьба уже готовит ему разрушительный подарок…