Лефтендрис

Жизнь в сытости и удовлетворенности. Ради этого всё затевалось. Правда? Чернокнижник обжилась в зале забытого города. Её площадку заполнили черепа, у входа появились навесы сатиров, а её шатёр ушел на новую одежду. В центре была жаровня с горящими фолиантами и брёвнами, что остались от древесных стражей. Неясно откуда она взялась, но была к месту. От былого налёта лоска и чистоты не осталось и следа. На подъеме, ведущем на площадку, неустанно несли вахту прислужники. Бесы низкого уровня, но усиленные магией, как и её слуга, представляли хорошую ударную силу. Можно было выкосить хоть весь выводок огров в этих стенах. Последнее сражение с соседями внизу выветрилось из её сознания. Когда оно было? Иногда эльфийка спускалась к ним вдохнуть удушливый тяжелый дым дурманящих цветов. Сатиры относились к ней как с сильным собратом. Она показала свою силу и умения в выжигании их демонических туш, заслужив тем самым признание. Но и в их ублажении она была несравнима. Корни живых цветов — тоже интересный опыт. Иногда стоит менять и привносить разнообразие в свои потребности. Демоны без опаски поднимались в её зал. Возможно, они и принесли жаровню. Неважно. Практиковались в бою с бесами. Состязались. Учувствовали в оргиях, что хозяйка порой устраивала со своими прислужниками. А как без этого? В этом месте удовольствий не так много. — Почему сразу так нельзя было — порой фыркала она, смутно вспоминая приключения первых недель в Забытом городе. Тёмный маг старалась редко пользоваться Пузиллином, чтобы наслаждение не стало пресным. В последнее время он проявлял большую свободу воли. Уходил к самому входу в это крыло города. Тёрся с сатирами. Но его хозяйку это не волновало. Пока он слушается, а разум эльфийки крепок — всё в порядке. Сосредотачиваться стало сложнее. Её попытки компенсировать отсутствие умения призыва демонов классом выше, не затыкали огромные потоки магической энергии. Демонов серьёзнее бесов не появлялось в её прислужниках. Просто не получалось. Всё реже она практиковала атакующие заклинания и не стремилась усилить их мощь. Зачем, если есть бесы и сатиры, а обитатели этого древнего места не спешили появляться в этих пропахших магией залах? Посох, она использовала больше как шест. Как шест для танцев тоже. Идиллия. За все испытания и невзгоды на её пути к удовлетворению постоянно растущего магического голода чернокнижник преуспела. Обзавелась домом, где никто не сможет ей докучать, получила источник магии, приобрела слуг и даже… товарищей? Это не сравниться с великолепием и обществом Луносвета. Но неважно. Если стоит выбор или сводящий с ума сводящий голод, или пара пустых, но высоких, разговоров в эстетическом месте — то выбирают первое. Верно? Однажды привычный ритм прервал уносящийся по залу к проходу вниз Пузиллин. А за ним всё громче и громче доносились звуки боя со стражами города. Её мощь неоспорима. Она сможет справиться с любой угрозой хоть сама! Что-то снаружи с плеском упало в её импровизированный душ. Девушка застыла в ожидании и окружении своих прислужников с посохом наготове.