Отчаянье

Часть 11

      Снейп провёл на работе гораздо больше времени, чем планировал первоначально, ведь за период его отсутствия запасы зелий успели заметно поредеть. Северус никогда не думал, что жизнь обернётся таким образом, что ему придётся зарабатывать благодаря проституткам. Хотя в этом даже, можно сказать, была высшая справедливость. Возможно, через пару месяцев ему удастся отбить абсолютно все кнаты, потраченные на утехи с продажными женщинами. Северус всегда стеснялся того, что ему приходилось прибегать к услугам борделя, чтобы хоть как-то удовлетворить свои потребности. Благо, требовалось ему немного. В свободные года он посещал дом удовольствий не чаще раза в месяц, а во время обострения ситуации с Лордом и вовсе забросил это место.       Он никогда не осуждал девушек, работавших там: жизнь часто бывала несправедливой, но всё же он не мог скрывать брезгливости.       Теперь же Северус готовит для дам противозачаточные, восстанавливающие и обезболивающие зелья. Кроме того, он ещё и функцию колдомедика выполняет, осматривая женщин. Хорошо, что знаний для этого было достаточно.       После войны, как ни странно, спрос на бордели только возрос. Мужчины охотно скидывали стресс в барах и в обществе продажных женщин, однако новый закон о браке мог очень сильно подпортить жизнь этому бизнесу, ведь количество одиноких мужчин будет стремиться к минимуму, а вынужденная верность, добавленная в брачные чары, загонит ещё один гвоздь в крышку гроба.       Северус немного переживал насчёт того, что рискует лишиться этого места работы, ведь он совершенно не представлял, куда сможет податься. Была, конечно, парочка вариантов, но все они казались одинаково отвратительными.       Мужчина работал невдалеке от здания борделя в специально снятом подвале, где была обустроена небольшая лаборатория. Это было сделано для того, чтобы, во-первых, пьяные клиенты не набрели на медицинский кабинет, а во-вторых, чтобы оставаться незамеченным для большинства. Зельевар имел слишком жуткую репутацию — дамы натурально боялись того, что мужчина сможет своим присутствием отпугнуть клиентов.       Обязанности Северуса были совершенно несложными, но крайне утомительными, честно говоря.       Северус отправил последнюю партию мадам Джин, когда на часах уже было одиннадцать вечера. Он попытался попросить у хозяйки заведения увеличить его рабочие часы, добавив смену в воскресенье, считавшееся его законным выходным, но женщина отказала, так как он и так всё прекрасно успевал, а переплачивать она не хотела.       Северусу был жизненно необходим новый источник дохода, ведь он обещал заботиться о девчонке, которая появилась в его жизни. Снейп должен был из кожи вон лезть, но найти ещё одно доходное место.       Раньше он, как правило, сразу после освобождения переносился на порог своего дома: ему не нужны были никакие нежданные встречи, но сегодня решил немного пройтись пешком, чтобы размять ноги.

***

      На улице уже давно стемнело и до ужаса похолодало. Северус посильнее закутался в пальто, которое по-хорошему стоило выкинуть лет эдак пять назад, однако у него была нездоровая привычка экономить на всём, кроме ингредиентов и книг. Северус панически боялся выкидывать старые вещи и покупать что-то новое. Он вообще боялся нового, если уж на то пошло. Теперь же он банально ничего не мог себе позволить, а старая привычка превратилась в необходимость.       Он аккуратным движением чуть подрагивающих рук вытащил из потайного кармана полупустую пачку сигарет и с наслаждением достал одну. Горло совершенно не позволяло предаваться любимому пагубному пристрастию, к которому он питал склонность лет с тринадцати. Из-за незаживших ран курение приносило куда больше вреда, чем обычно, но Северус просто не мог навсегда избавиться от этой зависимости, находя в ней какое-никакое, а утешение.       Северус краем глаза зацепился за выброшенный в мусорное ведро выпуск «Пророка». Он осмотрелся по сторонам —благо, рядом никого не было — и при помощи остатков магии призвал газету.       От «Пророка» он отписался достаточно давно, хотя в первое время с остервенением собирал вырезки статей о себе. Северус не знал, зачем этим занимается, ведь после каждой новой мерзкой заметки ему становилось всё хуже и хуже.       Сейчас же он подхватил газету из чисто практических соображений: надеялся найти что-то вроде вакансий. Это было глупо, конечно, но бывший профессор зельеварения решил хвататься за любую соломинку. «ОНА ТОЧНО СПАЛА С НИМ — интервью обманутого жениха»       Северус скривился. На главной странице газетёнки красовалась премерзкая фотография мистера Уизли, который с грустным видом всматривался вдаль.       «Он уже и интервью раздаёт…»       Снейп не хотел читать это, считая себя выше всяких низкосортных писулек, но всё же против воли начал бегать по строчкам глазами. Перескочив через пару первых абзацев, где Скитер стенала на тему омерзительности их с Гермионой союза, он подобрался сразу к части с вопросами младшему Уизли: — Как вы узнали об этом вопиющем известии? — Из вашей газеты.       Мистер Уизли выглядел очень подавленным. Было невооружённым взглядом заметно, что миссис Снейп нанесла герою войны серьёзную душевную рану. — Это так ужасно! Неужели ваша невеста не предупредила вас лично?! — Куда там. Гермиона, видите ли, всегда считала себя самой умной, она никогда никого не посвящала в свои планы. Ни я, ни Гарри, ни Джинни — никто ничего не знал. — Как вы думаете, с чем было связано её такое поспешное решение? Может быть, их давно связывали отношения? — Всё может быть. Она всегда слишком сильно заботилась об этом мерзавце. Постоянно говорила о нём, пыталась оправдывать… — Да, все мы помним то, как много Гермиона посвящала времени и сил попыткам вытащить Снейпа из Азкабана, где тот должен был отбывать пожизненный срок. — Причём заслуженно! — Разумеется! — В общем, она точно им увлеклась. Она точно спала с ним. — Как вы думаете, могла ли миссис Снейп вступить в связь со своим новоиспечённым супругом, ещё когда тот был профессором в школе? Есть много достоверных свидетелей его неподобающего поведения относительно несовершеннолетних. К сожалению, их в своё время опровергли в Визенгамоте, но наша редакция уверена, что многие из этих несчастных девушек и юношей просто постеснялись «дать нормальные показания».       Мистер Уизли делает достаточно продолжительную паузу. Он явно пытается вспомнить всё происходившее в Хогвартсе. — Не знаю. Честно. Я уже ни в чём не уверен. Гарри говорил, что она в школе по мне сохла, но я-то помню, что Гермиона постоянно защищала этого ****. — То есть вы не отрицаете возможность их связи?       Мистер Уизли грустно смотрит вдаль, предаваясь тяжёлым воспоминаниям. Одному Мерлину известно, насколько тяжело сейчас приходится герою войны. — Нет. — Как вы считаете, почему миссис Снейп вообще согласилась на помолвку с вами? Из-за того, что её преступника-возлюбленного осудили на срок? Она хотела выйти сухой из воды, получив вашу фамилию, статус и покровительство? — Я очень надеюсь, что не из-за этого.       Мистер Уизли начинает сердиться: предательство бывшей невесты слишком сильно ранило львиное сердце юноши. Нам остаётся лишь надеяться, что молодой человек постарается как можно скорее выбросить из головы эту ведьму. Ведь сейчас он приобрёл статус самого завидного жениха магической Британии…       Северус разорвал страницу со статьёй. Не стоит тащить домой эту грязь — она может расстроить его жену.       Уизли был в своём репертуаре. Такой же наглый мальчишка, каким его запомнил Северус в бытность свою профессором. Младший сын рыжего семейства занимал почётное место никчёмного пятна в Золотом Трио.       Сосредоточившись на магическом рывке, Снейп трансгрессировал к дому. Он ненавидел эти магические путы. После использования даже самых обычных бытовых чар случались откаты, что уж говорить о реакции ограничения на трансгрессию. Каждый раз после неё приходилось буквально по кусочкам себя собирать обратно.       Дома было тихо и темно, видимо, его жена уже легла в кровать — оно и к лучшему. Хорошо ориентируясь в темноте, Северус смог благополучно добраться до своей комнаты и рухнуть на скрипучую постель.       Мужчина и не подозревал, что настолько устал за день. Лишь перед сном зельевар мог позволить себе немного расслабиться. Днём же он всегда старался держать марку, прежде всего для того, чтобы самому окончательно не расклеиться.       После укуса Нагайны и долгого срока в Азкабане он чувствовал себя далеко не лучшим образом: голос так и не восстановился окончательно, поэтому долго говорить было трудно. Кроме того, было обидно потерять навыки обращения с тоном голоса, которые так сильно помогали держать студентов в узде в своё время. Нет, он мог, конечно, временами говорить так, как раньше, но это всегда происходило через боль или, в лучшем случае, дискомфорт.       Плохо сросшиеся кости невероятно болели после долгого дня на ногах. Желудок, изрядно потрёпанный уже в детские годы, теперь окончательно пришёл в негодность: диета Азкабана совершенно его добила. Зубы, которые и раньше-то были не шибко крепкими, теперь жутко крошились и болели. Но хуже остального были вечерние головные боли, из-за которых он обычно по часу ворочался в постели. Они приходили из-за мощных ментальных щитов, которые было достаточно сложно поддерживать без периодической магической медиации, а на неё не хватало сил из-за пут. Теперь же, из-за его попытки уйти из жизни, все симптомы только усилились.       Северус знал, что у его супруги наверняка есть нормальная аптечка (ведь как-то она его откачала), однако он совершенно точно не желал что-либо у неё просить. Во-первых, не хотелось, чтобы она вновь видела его слабость. И без того на многое насмотрелась. Во-вторых, он просто не хотел лишаться привычного дискомфорта. Пока может нормально функционировать и выполнять свои обязанности, он не станет прибегать к лечению.       Поворочавшись немного на кровати, Северус наконец провалился в сон.

***

      Утро субботы было особенно солнечным.       Северус вновь самостоятельно занялся завтраком. Вчера девчонка всё же заполнила его серенький холодильник свежими продуктами. Этот факт больно кольнул самолюбие мужчины. Логически он понимал, что отказываться от её финансов глупо, однако терять остатки гордости было невыносимо. С другой же стороны Снейп не имел права заставлять девчонку жить аскетом из-за своего положения.       Мужчина был занят варкой обыкновенной овсяной каши на молоке, когда за спиной послышался робкий голос супруги: — Доброе утро, сэр.       Северус скосил взгляд в сторону девичьего голоса. Гермиона стояла перед ним в своём неизменном магловском костюме: джинсах и цветастой кофте. — Доброе, мадам. Будете завтрак? — Овсянка?       Снейп утвердительно кивнул, возвращая внимание готовящемуся завтраку.       Девушка села за покосившийся стол и начала буравить его взглядом, словно собираясь, но не решаясь что-то сказать.       Северус тяжело выдохнул: — Не прожигайте во мне дыру.       Краем глаза он заметил, что девчонка закусила губу и опустила взгляд вниз.       Северус внутренне чертыхнулся, понимая, что фраза, вероятно, звучала резковато. — Если вы хотите что-то сказать, то я весь внимание.       Разлив горячую кашу по тарелкам, он сел напротив супруги и пододвинул ей тарелку с едой. — Я… вчера ждала вас.       Девушка все ещё не смотрела на него, поэтому не заметила, как в удивлении поднялись его брови.       Северус совершенно этого не ожидал. Гермиона его ждала? Это было неожиданно приятно. Однако он не совсем понимал цель. — У вас… — зельевар старался подбирать слова, — что-то произошло?       Гермиона вчера покидала его дом, встречалась с Поттером, ходила за продуктами. Может быть, успела нарваться на недоброжелателей?       Девушка подняла на него янтарные глаза. — Нет. Просто вы сказали, что вернётесь до девяти, поэтому… волновалась, что вас нет. Мало ли, что могло произойти.       Северус едва не подавился горячим чаем, когда его молодая супруга сказала, что беспокоилась о нём. Щемящее чувство начало раздирать его грудь. Если бы не хвалёный самоконтроль, то у него наверняка бы затряслись руки. — Волновались, — голос прозвучал неровно. — Меньше недели назад я видела, как вы чуть не умерли, поэтому боялась, что вы опять могли, — она снова опустила глаза вниз. — Я дал вам слово, мадам. Не стоит больше об этом думать, — и после паузы добавил: — Я буду признателен, если вы не станете больше вспоминать о том поступке. — Я… Да, конечно, простите. — В сотый раз прошу вас не извиняться, — фыркнув, отозвался мужчина.       Гермиона слабо улыбнулась.       Овсянка оказалась чудесной. Жидкая структура как бальзам смазывала раздражённый желудок. — Вы вчера воспользовались почтой? — внезапно для самого себя поинтересовался зельевар.       В больших глазах девушки заплясали огоньки удивления. Скорее всего, не ожидала, что её мрачный супруг вообще вознамерится спрашивать о чём-то личном. Однако Северусу и правда было любопытно узнать о делах гриффиндорки. Все же её эмоциональное состояние напрямую может повлиять на него, да и, если не кривить душой, с девчонкой просто было приятно поговорить с утра. Это расслабляло. — Да. Я получила прошлые письма и договорилась о встрече с Гарри. — Которая, как я полагаю, уже состоялась, — девушка кивнула. — Успешно?       Гермиона закусила нижнюю губу, вспоминая события вчерашнего дня. То, что она вроде как была без опухших от слёз глаз, говорило о том, что Поттер, скорее всего, проявил куда больше такта, чем его рыжий друг. Это было достаточно ожидаемо. Каким бы болваном Северус не считал Поттера, а всё же дружить парень умел — тут зельевар, скрипя зубами, отдавал ему должное. — Лучше, чем могло быть, проф… сэр. Не могу сказать, что Гарри всё принял, но… надеюсь, что сможет со временем. Мне бы не хотелось его терять.       Северус не знал, что ответить: откровенные разговоры не были его коньком, однако он бы хотел этому научиться, честно говоря. Тот факт, что супруга пытается посвятить его в свою жизнь, в свои чувства, радовал.       Повисло неловкое молчание. Северус понимал: ему нужно что-то сказать, чтобы Гермиона поняла, что ему не плевать на её чувства. Но что он мог придумать? «Поттер образумится» — лишние, возможно-невозможные надежды. «Вам и без него будет неплохо» — наглая ложь, она любила своих друзей. «Время покажет» — слишком отстранённо. «Поттер — болван» — хороший вариант, но нет.       Однако, пока он тратил время на ненужные размышления, супруга вновь решила сама заговорить. — Я не хотела грузить вас своими проблемами, сэр.       А вот и реакция на молчание. — Вы не грузите, — излишне резко проскрежетал Северус. — Просто я не самый приятный собеседник.       Гермиона вновь улыбнулась одними уголками губ. — А как ваш день, сэр? У вас проблемы на работе? — Ничуть, однако дел хватает. Четыре дня отпуска нужно было как-то отработать. — Значит, вы и сегодня работаете? — А вам, как я погляжу, не терпится остаться со мной наедине?       Когда фраза уже успела сорваться с губ, Северус понял, насколько та была грубой и неуместной. Было совершенно неудивительно, что ведьма залилась румянцем и беспомощно посмотрела на него. — Я работаю сегодня, — как можно более ровным тоном продолжил он, стараясь отвлечь внимание от своей прошлой колкости. — В воскресенье выходной. Вам есть, чем сегодня себя занять?       Гермиона пару секунд помолчала, собираясь с мыслями. — Да, сэр. Мне, наверное, стоит связаться с родителями. Я не сообщала им, что мои планы немного изменились.       Она не сказала родителям? Северус мог предположить, что из-за того заклятия забвения у них могли достаточно сильно накалиться отношения, поэтому разговор с семьёй мог стать для нее тяжёлым. — Вы собираетесь оправиться к ним?       Дальняя трансгрессия — непростое дело. По идее, нужно специальное разрешение, которое у Гермионы сто процентов имелось. — Нет, нет. Думаю, что могла бы им просто позвонить.       Северус на секунду задумался, а потом резко поднялся с места, направляясь ко входной двери. — Здесь раньше был телефон. Я обрезал провода из-за ненадобности, но если хотите, то можете их восстановить. Правда, придётся обращаться к маглам, но думаю, для вас это не станет проблемой. Кроме того, нужно купить сам аппарат. Если вы всё же решите этим заняться, тогда вечером я буду ждать сумму долга.       Увидев, что девушка собирается протестовать, он резко добавил: — Я не приму возражений, мадам.       Гермиона лишь растерянно кивнула. — Сегодня я, возможно, смогу прийти пораньше. — Я приготовлю ужин, — с энтузиазмом отозвалась Гермиона. — Если будет угодно, — слишком, как ему показалось, холодно ответил он, выходя из дома.