Под кромкой льда пламенеют закаты

Тянь отвернулся первым. Он чувствовал, что теряет контроль и если не отпустит Рыжего, то хер знает, чем эта ситуация закончится. Ему не понравилось то новое, что появилось между ним и Мо. Какая-то нездоровая слабость. Это и есть любовь? Он на самом деле влюблен или это все же чувство вины? Тянь знал, что слабость — это приглашение к поражению. Потому что Мелисса, в какой-то момент стала вот такой же слабой. Отец сломал её. Хотя и безумно любил. Их любовь была такой постоянной и такой нездоровой. Тянь начал понимать это только сейчас. Мама... Она давно к нему не приходила во снах. Тянь собрался, выпрямил спину, вдохнул через нос — медленно, как перед ударом — и сказал ровным голосом: — Тебе не стоит оставаться здесь. Мо не дрогнул. — Я еще не все сказал, — тихо ответил он. В голосе Мо отчетливо послышалась усталость. Тянь вздрогнул, но тут же сжал челюсть, готовясь к нападению — словесному, эмоциональному, неважно. Но, неожиданно Шань протянул руку и пальцами коснулся щеки Тяня. Кожа под пальцами была гладкой и горячей. Пальцы Мо медленно ползли вниз, к бинтам. Тянь вздрогнул, но руку Мо не оттолкнул, почувствовав какое-то болезненное удовольствие от этого лёгкого прикосновения. — Мне всё равно, — Тянь старался сохранить самообладание. Безуспешно. Против Мо он бессилен. — Нет, — покачал головой Мо. — Если бы тебе было всё равно, ты бы не старался сдохнуть в любой подходящий и, не очень, момент . Эта фраза попала в цель. Тянь резко поднял взгляд, и в нём впервые мелькнула паника. Он был разоблачён. У него вырвали последнюю уверенность. Он открыл рот, но не нашёл слов. Мо сказал ещё тише, так, будто боялся разрушить то последнее, что между ними еще оставалось: — Там, у Ли. Ты — это единственное... Да, блять! Я знал, что вы меня спасёте! И сейчас, я хочу помочь тебе. Тянь переглотнул воздух, словно что-то в горле мешало дышать. Он не выдержал уже этого ада, но и отвернуться не мог, пока Мо не убрал руку. — Я сам разберусь. Перестань лезть. У тебя комплекс спасателя? Я устал от тебя, — выдохнул Тянь. — Я не хочу тебя видеть. Пойми это и перестань наконец-то унижаться. Мо грустно улыбнулся, понимая больше, чем стоило бы понимать "постороннему", как его недавно назвал Тянь. — Запомни! Запомни все, что ты мне сейчас сказал. Я из тебя душу достану, за то, что ты сейчас делаешь, - голос Мо был спокоен. Но Тяню показалось, что что-то очень важное произошло. Надломилось. Внезапно Тянь застонал. Слишком много переживаний за короткие пол часа. Рана ещё не зажила. Мо вздернул подбородок. Тянь поразился, насколько этот жест был странным, нетипичным, для здорового человека . - Тебе больно? Я позову врача. - Мо развернулся на месте и осторожно шагнул к двери. Тянь чуть не подавился кровавой пеной, которая вот-вот должна была бы выступить от всей этой ситуации. - Шань, иди к себе. И пса своего. Яо, забери. Мы поговорим...позже. — Тянь все ещё не сдавайся. — Я слышал, ты спровоцировал перестрелку и сам лез под пули. Это правда? - Мо проигнорировал последние слова Тяня. — Ты считаешь, что я мечтал, чтобы во мне еще одну дыру проделали? - огрызнулся Тянь. — Я считаю, что у тебя кукуха отлетела и ты решил вкрутить на полную мощность свою программу саморазрушения. - Мо не мог видеть выражение лица Тяня, но он чувствовал, что тот уже на пределе. — Мо Гуань Шань, я не настолько дебил, чтобы намеренно лезть под пули. — Тянь, кому ты лепишь. Я после смерти мамы в каждой драке участвовал, чуть не сдох из-за побоев. А ты себе еще и со мной херни напридумывал. Виноват! Ты реально виноват, что слово свое передо мной не держишь, что ведешь себя как психопат. Если чувствуешь вину за мою слепоту, за Ли, то перестань творить дичь и неси ответственность. Иначе, нахуя так много слов было? — Мо, тебе бы лучше вообще от нашей семьи подальше держаться и жить спокойно где-то, восстанавливаться. - Тяню хотелось, чтобы Мо ушёл наконец-то, потому что его присутствие было невыносимо. Мо кивнул. — Конечно, чтобы не мозолил тебе глаза, так? — Придурок, чтобы ты не умер из-за меня! — Тянь почти кричал. — Я и без тебя, в любой момент могу сдохнуть. Тянь замолчал. Ему хотелось вцепиться в Мо и ... что? Но после то, что он пережил, когда Мо бы у Ше Ли и потом, когда он облажался с поисками и освобождением Мо. Везде проебался. Ему казалось, что он так крут, что пиздец, весь должен поклониться. А на деле оказалось, что все совсем не так. И дело даже не в самолюбии, а в том, что Тянь оказался беспомощным против реальности. Оказалось, что все его потуги на крутость — куча дерьма. Золотой мальчик умер, король же ещё не родился. Мо не спешил уходить, хотя Яо за дверью уже нетерпеливо покашливал. Тянь прошептал, почти неслышно: — Уходи. Пожалуйста... — Это был последний раз, когда я к тебе добровольно пришел, Тянь. Мо не стал больше ничего говорить и направился к двери. Его спина осталась прямой. Как только дверь комнаты Тяня закрылась за ним, Шань практически упал в руки Яо. — Не поверишь, Мо. Я об этом когда-то мечтал. — Яо хотелось как-то разрядить обстановку. Но глядя на лицо Мо, он решил не нагнетать. — Яо, проведи меня в комнату и набери Чена. Мне нужно с ним поговорить. Мо хотелось кулаком ударить стену, раз не въебал Тяню. "Как же, блять, раздражает! Ну и пусть сидит сычем, псина сутулая, кусок дорого китайского говна! Вот уж точно пидар! Если не по ориентации, то по сучьему поведению" — Мо ругался всю дорогу пока они с Яо шли в его корпус. Горный отель тонул в тишине. Мо сидел на краю кровати, пальцы дрожали, парень молился, чтобы голос не выдал его волнение. Телефон вибрировал в руке — Яо уже набрал Чена, тот ответил почти сразу. Мо сделал вдох и провел пальцем по левой стороне экрана. "Ответить". — Чен… Это я. На том конце сразу стало чуть громче — как будто Чен сел ровнее. — Яо сказал, что ты хочешь поговорить. Как ты там? Короткая пауза. Мо моргнул — бессмысленно, но привычно. — Я в порядке. Хочу уехать. Чен тяжело выдохнул — не раздражённо, а как человек, который заранее знал, что услышит эту фразу. — Куда? — Не знаю. Неважно. В "Центр", на квартиру старую. — Мо… ты слепой, твое лечение не продвинулось за это время. Один — ты не выживешь… Ты понимаешь это? — Я устал и хочу отдохнуть. Моя жизнь превратилась в кучу хлама. Я вообще уже не понимаю кто я такой и чего хочу. Сказано ровно, но Чен слышал это прерывистое дыхание. Мо явно был в бешенстве. На линии повисла тишина, и Мо почти слышал, как Чен сдерживает желание высказать всё сразу. — Он ранен. И он злится на себя, не на тебя. — Это что-то меняет? Голос срывается на шёпот. — Я вернул тебе свой долг, разве не так? И я имею право не брать участия в делах. — Сейчас. Не вообще. Долг ты отдал и лично мне больше ничего не должен, но теперь я твой должник. Мо покачал головой. — Чен, мне не семнадцать. Я умею выживать. — Но ты не обязан уходить куда попало. Ты часть команды. Пока мы здесь — ты под моей ответственностью. Мо усмехается тихо, почти беззвучно. Горько. — Ответственность? Как же братья Хэ любят брать ответственность. И ... забивать на неё хуй. — Говори, да не заговаривайся, Мо. Я отвечаю за тебя так же, как за всех. Не потому что ты слабее. Потому что, несмотря на то, что счета закрыты, чисто по-человечески я тебе должен. Даже если долг создал мой брат. Мо сжал пальцы на телефоне. Никаких эмоций в голосе — только усталость. — Чен, мне сейчас не до подведения итогов. Если считаешь, что я все ещё не расплатился - нормально скажи, не надо этой всей хрена с "я о тебе позабояусь". — Подожди до одиннадцати утра. Если твое желание не изменится - я пришлю машину и дам ребят, поедешь в наш дом в Шеньжене. В твою старую квартиру опасно возвращаться, в "Центре" тоже сейчас не все в порядке. — Зачем ждать, мое решение не изменится. Несколько секунд тишины. Чен дышал ровно, слишком ровно — значит, держал себя в руках. — Мо, не заставляй меня выбирать между тем, что ты хочешь, и тем, что я обязан сделать. Мо чувствовал, что бьётся о бетонную стену, с разбегу, головой. — Чен… Зачем все это? Я благодарен тебе за маму, но даже благодарность имеет границы. — Я не давлю (ну конечно; прим. автора). Я просто прошу: подожди до утра. Я поговорю с ним. Если после этого ты всё равно захочешь уйти, черт с ним — я тебя сам отвезу, куда скажешь. Мо молчал долго. За окном гудел ветер, и только этот звук мешал услышать, как у него дрожит дыхание. — Хорошо. До утра. Пауза. — Не благодари. Я просто устал. — Отдыхай. Я всё улажу. Связь оборвалась, и Мо опустил телефон, будто тот был тяжёлым камнем. Он всё ещё сидел в пустой комнате, всё казалось таким дерьмовым, что тошнота упиралась в горло. Ему было плевать на слепоту, на Ли, который его никогда не отпустит, на Чена, который, как старый еврей калькулировал уже возмещенный долг — ему хотелось быстрее от этого всего откреститься. Там, у Ли, он выжил только потому знал, что Тянь его ищет, землю роет. Вернее, надеялся на это. Потому что ему, на миг, показалось, что он не одинок, что есть кто-то кому он не безразличен. Неважно , по каким причинам. А сейчас, сейчас он снова один. — Эй, Шань, вы уже поговорили? Мне бы мой телефон обратно. — Да, Яо мы уже поговорили. У меня к тебе просьба, помоги мне вещи собрать. — Слушай, я не буду притворяться, что глухой, я кое-что слышал и, в данный момент, на твоей стороне. Я помогу собрать вещи. Но прошу, подожди, до одиннадцати утра, как попросил Чен. Он редко просит. Такая его мудацкая натура. Но что поделаешь. — Яо, я что-то не понимаю, Тебе какая выгода? — В том-то и дело, Малыш Мо, что в данной ситуации я не получаю ничего, от слова ни хуя. — Яо, я с нетерпением жду, когда увижу твою рожу! Почему-то мне кажется, что я буду приятно удивлён. - внезапно сказал Мо. Яо на миг отобрало речь. Вот ведь паршивец! — Я думал, что ты страдаешь, что Тянь... вот так вот поступил. - в голосе Яо слышалось явное недоверие. — Ты обещал помочь мне собрать вещи. Давай, помогай. — Мо решил проигнорировать слова Яо. — Что за двусмысленные фразочочки, А-Шань? Яо не мог поверить, что каждый раз, когда Мо дёргает за ниточки он ведётся на это дерьмо. Неудачник. ....... В комнате было тихо. Тянь лежал на боку, смотрел в стену. Боль то стихала, то накатывала, как волна, но он привык терпеть — хуже всего было то, что творилось внутри. Завибрировал телефон. — Да, брат. Тянь сел в кресло у кровати. Несколько секунд ничего не говорил — Тяжело было собрать себя. — Как ты себя чувствуешь? — Не так плохо, как ожидалось. Через неделю смогу вернуться и заняться делами. — Уверен? Тянь дернулся, будто вопрос ударил по больному месту. — Чен… не сейчас. Я и так не в лучшей форме. — В том-то и дело, что ты в форме хуже, чем обычно. Значит, думаешь неровно. Тянь закрыл глаза. — Я знаю, что не лучший брат, друг и прочее. — Тебя никто не просит быть идеальным. Но нужно держать слово. — О чем ты? — О семье. О принципах Хэ. — Чен, не рановато для маразма? Что ты несешь? Разве сейчас я не в Семье? Разве ранили меня не во время работы? Тянь запнулся. Плечи дрогнули — едва заметно. — И это повод отталкивать единственного человека, который мог бы показать тебе на что ты способен? - спросил Чен. Тянь резко вскочил на ноги. — Да что ты знаешь?! Это всё так неправильно! Голос сорвался. Чен выдохнул очень медленно. — Знаешь, что действительно неправильно? То, что ты ведёшь себя как герой дешёвой дорамы. «Уходи, я опасен». Ну серьёзно, Тянь. У Тяня горло сжалось. — Я разберусь. Со всем этим... — Тянь, твои методы пока что откровенно неубедительные. Начни с простого. Перестань убегать. Тянь долго молчал. Дышал неровно. — Я проебался. — Я знаю. И что с этого? Я тоже ошибался. И не все мои решения были верными и из-за меня погибли люди. Они навсегда в моей голове. Но надо идти дальше. Долгая пауза. — Я хочу, чтобы он был в безопасности. Это не одно и то же. - в голосе Тяня, слышалась усталость — Как знаешь. Но я с ним знаком дольше, чем ты. Он не так прост, как старается показаться. Будь осторожен, братец. — Брат, слишком много всего. Если он останется — я… сорвусь. — И что? Мо тебя убьёт? Он даже кулаком по лбу не попадёт. На секунду уголок губ Тяня дрогнул — почти улыбка, но тут же исчезла. — Завтра. Скажи ему все честно. Без героических жертв и драматичных «уходи». Понял? Тянь: — Это будет отвратительно. Чен: — Конечно. Это же вы двое. Чен посчитал, что он сделал все от него зависящее. Дальше дело за братом. ..................... Мо сидел на чемодане, рукой нащупывая ручку — готов был уйти в любую минуту. Он вспоминал последние слова Яо в коридоре. — Я устал чувствовать, что мешаю ему жить. — А он устал думать, что не имеет права нуждаться в тебе. Кроме того, когда человек отталкивает — это не всегда про «не хочу». Иногда это про «слишком хочу и не справляюсь»... Мо покачал головой, будто борясь с чем-то внутри. "Какой же ты придурок, Хэ Тянь". В дверь постучали. Время завтрака. — Яо, это ты? Входи. — Шань, там... там Змей.