Being a vampire

От кампуса до мансиона идти было прилично. Но Уиллоу решила пройтись пешком, сократив дорогу через парк. Погода после сильного ночного ветра с океана наладилась, на голубом небе неслись белые пушистые облака, полосы пролетающих самолётов разрезали небо на на куски от облака к облаку. Уиллоу буквально сочиняла речь. Но ничего не выходило. Это же Ксандр, ее лучший друг, мальчишка с соседней улицы, который отдал ей свой жёлтый карандаш, ее первая любовь. Первая причина слез ревности. Связующее звено между ней и Баффи. Она перебрала все варианты того, как постучится в дверь, как войдёт и что скажет. А если там будет Баффи? Или Спайк, или Корди? Ну и пусть, она все же пришла в первую очередь к нему. Миновав Гриффит парк, Уиллоу наконец оказалась на нужной улице. Увидела этот шикарный дом, возвышающийся на холме. Солнце подсвечивало светлый бежевый камень. Роскошное здание. Неприступное и роскошное. Ворота были закрыты, рыжая вошла в калитку. Комбинацию цифр на кодовом замке Баффи раздала всем самым близким. Наверное, Ксан уже почуял ее. Она подошла к двери и только потянулась к ручке… Мальчишка, когда-то протянувший ей желтый карандаш, стоял перед ней в белой майке и спортивных брюках, явно после душа, с влажными взъерошенными волосами и полотенцем на плечах. Оба как-то неловко замерли, Уиллоу опустила глаза и шмыгнула носом. Вся ее речь и репетиция этой встречи, кажется, только что рассыпалась на мелкие кусочки. Надо было что-то сказать, выдержку она проявляла колоссальную. Ксандр, быть может, сделал бы шаг навстречу, но буквально пара сантиметров отделяло его от солнечного света. Дома было не так ярко, часть окон занавешены шторами. Вполне реально ходить, не опасаясь поджарится. Он смотрел на Уиллоу и ждал. Потому, что сам в последнее время думал о том, как поговорить. Как сбросить груз вины, так несвойственный вампирам. Но она была его подругой, той самой девочкой в нелепой вельветовой юбке и пушистом свитере, которая уронила карандаши. Он тогда был единственным, кто помог ей их собрать. Уиллоу ещё раз шмыгнула носом и, собравшись, начала. — Знаешь, ты можешь сейчас прогнать меня, но я шла так долго, думала, сочиняла речь о том, что скажу, представляла, каким ты выйдешь навстречу. Шла и думала, что скажу, как гордо пройду в эту гостиную. А ты… ты… такой... как с обложки журнала. И все. Вся моя речь к чертям и нежности с Тарой и… вот. Я не знаю, что делать дальше. — Уиллоу? Она не слушала его, тараторила и нервно перебирала бахрому шарфа, но все же вошла в дом. Ему ничего не оставалось, как впустить ее и закрыть дверь. — Ты один? — она резко развернулась и замолчала. Чертова белая майка… И страх от того, что она это делает, набралась смелости, пришла вытащить занозу. — И тебе привет, — он уставился на нее, сняв с плеч полотенце, провел руками по волосам. — Да, я один, не считая собаки и наглого рыжего кота. Спайк повез Баффи к Джойс, Корделия - в магазине. В подтверждении его слов кот запрыгнул на каминную полку, абсолютно не обращая внимания на полусонного щенка. — Я пришла поговорить. — Ты не поверишь, я догадался. Но с тобой точно все в порядке? Ты чертовски нервная. Сердце сейчас выскочит. — Не знаю, наверное. — Ты сядь, я сейчас, — Ксандр прошел в кухню и через несколько минут вернулся со стаканом воды. — Держи. И перестань трястись, не съем. — А вдруг. Есть за что, — Уиллоу села на край дивана и отпила воды. Стало чуть легче. Ксан поставил стакан на столик. Сел, развернувшись к ней. — Я хотела попросить… — Я собирался…Начали они одновременно. — Так, давай ты, Розенберг. А то, того гляди, в обморок рухнешь. Дыши, Уиллоу. У него было не простое ночное дежурство, а если ещё она решит потерять сознание… Уиллоу вздохнула и, наконец, ее слова начали обретать смысл. — Прости. За то что из-за моей глупости и самоуверенной неосторожности ты пострадал от лап Дру. Прости за то, что из-за этого всего, Корди пришлось пережить страшные сутки. Прости, что я не справилась там, в замке… Я просто не рассчитала силы. Испугалась. Ты! Ты напугал меня! Я никогда тебя таким не видела, даже вампиром, слишком сильно ты перестал быть собой. Я понимала это но ... в общем, это теперь в списке номер один в моих ночных кошмаров. Мы так мало общаемся. Это не странно, это нормально, просто в основном это вечеринки где куча народу и даже не поговорить, а между этим я косячу. Не считая того, что вернула Райли с того света, пумы на Новый год и браслетов, и то все это вместе с Тарой. А ещё я хожу к психологу, и… это классно. Наверное. Все. Я, кажется, закончила. Хотя нет… Мне так хочется сейчас разревется, и так неловко, так … Блин. Я накрутила черт знает что. За все эти дни. Глупая Уиллоу. И плотину прорвало. Ксандру ничего не осталось как обнять ее за трясущиеся плечи и позволить ей уткнуться в его эту майку. Уиллоу вздрогнула от того, что он был холодный, как каменное изваяние, но он обнимал ее и даже неловко сжимал плечо. Вампир. Хищник на вершине пищевой цепи. — Знаешь, примерно такую же речь я заготовил для тебя и Джайлза. Просить прощения за то, кем я был. По сути дела, за то, кем я являюсь. Но вы близкие мне люди, и я не должен был так делать. Осознал. Принял, понял. Говорил с Баффи и Спайком, — Ксандр все ещё обнимал Уиллоу, она перестала плакать, чуть выпрямилась и достав из сумочки салфетки, вытерла нос и потекшую тушь. Он смотрел в сторону камина, в карих глазах отражался тлеющий огонь. — Тебе психолог не нужен. Это точно, — она усмехнулась, — Хм, ну после замка я три дня не находил себе места. Хреново это все было. Отголоски магии и видений Дру будут преследовать меня ещё долго. Да что я, Спайку пришлось намного тяжелее. Иногда мне кажется, что мозгоправ нужен нам всем. В таком безумном мире и ненормальном городе мы живём. — Оу… Да, наверное, ты прав. И вся эта ваша кровная вампирская связь, сложная история. Получается, что теперь вас осталось трое? Ангел, ты и Спайк? — Да. Нас таких ненормальных трое. — Ну с такими вампирами, как ты, Спайк и ладно, что там, даже Ангел, я спокойна за мир. Во всяком случае, я научилась наконец доверять Спайку. Крыша у него не поедет, и душа не отлетит. — Это точно. И он сильнее, чем Ангел. Почему-то его приказы, его сила, действует на меня сильнее, чем Шантарель или та же Дру. Той ночью ее подпитывала магия, но в целом… Спайк круче. — Магия принадлежала не Дру, это все замок и живший в нем Дракула. Ой. Я испачкала твою майку. Разревелась, так глупо. — Майка - ерунда. Нет, не глупо, но ты здорово меня напугала. Пришла бледная как смерть, на грани срыва, несла какую-то ерунду. — Такое бывает, когда слишком долго к чему-то готовишься, накручиваешь, боишься реально. А на деле выходит так. — Чего ты боялась? — Что ты захлопнешь дверь перед моим носом. Что ты наорешь на меня. — А ты так сильно этого хочешь? Чтобы я был серьёзен? Суров и честен? Уиллоу взглянула на него, он выглядел действительно серьезным. Она кивнула. — Окей, — он встал и сунул руки в карманы. Сверкнул глазами в ее сторону. — Твоя самоуверенность не привела ни к чему хорошему. Да, ты совершила ошибку. Опасную ошибку. Что ещё ты хочешь, чтобы я сказал? Что магия имеет цену, что контроль превыше всего. Я вампир, и мне как-то проще подавлять эмоции или отключаться, но ты... Это ответственность, я считаю. Это урок нам всем. Тебе за фатальную ошибку, мне за ребячество, я как тот мальчик Кай из сказки, который не боялся снежную королеву, а она похитила его и показала, какой может быть вечность. Мы недооценили Дру. Даже Мадлен, дойдя до цели, отступила. Мой укус? Считай что это напоминание. Я достаточно суров и серьёзен? Уилл молчала, как провинившаяся школьница. Потом кивнула. Ксандр был прав, и он продолжал: — Ладно. Мы действительно долго не говорили, и, возможно, я многого не замечал, но после расставания с Озом ты тоже наворотила дел. Но справилась. И потом вся твоя магия была хорошей. Защитный барьер, пума, подарки… что случилось сейчас? Что происходит? — Из-за совершенно новых для меня отношений. Из-за нового вида магии, возможно. Быть может, это от переизбытка чувств, накопилось много энергии. Эйфория от отношений с Тарой. Я чувствую себя более сильной, думаю, что могу буквально все, а на деле... Она многому меня учит. Она хорошая, по настоящему сильная природная ведьма. — Ты любишь ее? Это же круто. — Да. И, может быть, поэтому я не стала слушать ее предостережения. Про осторожное обращение с магией в таком состоянии. Хотела доказать, что могу сама, ничуть не хуже. Ваша любовь тоже поспособствовала. Все наложилось и дало брешь, барьер дал трещину. А я упустила момент. Прости ещё раз. — Да, я был очень зол, я был отчасти разочарован, но вы остались живы, и я тебя простил. И Баффи тоже. Она не злится. Себя кстати, я тоже простил. Потому что и мне в какой-то момент там стало страшно. А ещё… главное, чтобы ты смогла простить себя. — С помощью психолога или без. С помощью Тары, я буду стараться. — Вот и отлично. — А Корди? Как она? С Баффи я виделась в университете. Но, как и всегда, расписание подвело, не совпали. — Все в порядке. Она не держит зла, Тара все исправила, все объяснила. Ее мысли сейчас заняты нашей свадьбой. Кстати через… двадцать дней. Семнадцатого марта. А я как проклятый сочиняю клятвы и ищу идеальные кольца. Подумываю маршрут путешествия на медовый месяц. — Звучит так по-человечески. И что ты решил? Насчёт клятв и путешествий? — Клятвы в процессе. А вот когда мы с Корди начали обсуждать это и заговорили про Марокко, она как будто что-то увидела. Всего на пару секунд, но ее глаза… остекленели. Я не стал ее пугать. Но что-то тревожное проскребло по спине. — Магия. Подозреваю, что именно она. И она не знает пока, какого плана. Она была с нами в тот вечер с "Инициативой". Была твои щитом, держалась с нами за руки. Шептала заклинания. Тара уловила ее потенциал, говорила мне, что он заложен в каждой женщине. У Корди он чуть сильнее. Ничего не бойся. Но если подобное повторится и будет слишком частым и опасным, говори. Это озадачило. И почему именно Марокко? Хммм… — Не знаю. На данный момент я хочу дождаться свадьбы, когда буду стоять у алтаря и ждать свою принцессу, — он мечтательно возвел глаза к потолку. — Ты можешь себе представить, что я женюсь? Мне кажется, что до меня это только сейчас доходит. — Очень долгое время не могла. Ты же помнишь, как я относилась к Корделии. А потом опять это чувство вины за нашу ошибку перед ней и Озом… Но сейчас вижу, как загораются твои глаза только при звуке ее имени… Я верю в любовь. Верю в тебя. Спасибо за то, что был честен со мной. Что выслушал,- Уиллоу встала с дивана и обняла его. — Плакать больше не буду. — Да пофиг. Если хочешь, реви. Ты же девочка. Я бы мог сказать тебе кое-что ещё, но это не моя тайна, Баффи сама все скажет. — Ты самый лучший, ты знаешь? — Знаю. *** Все тот же день 6 февраля 2000 — Ну, я пойду? Ты уверен, что не хочешь пойти со мной? — Баффи вышла на крыльцо со стороны внутреннего дворика. — Честно? Я не очень хочу видеть Мадлен. Не то чтобы я боюсь, нет. Плевать я на нее хотел, но мне кажется, что вам двоим есть о чем поговорить без лишних свидетелей. — Ну да, ты прав. — А ещё твоя сестра не сводит с меня глаз, и я подумал, что она меня боится. — Нет, она просто придумала огромный список вопросов. И пока Гаррет отдыхает после дежурства, а маме просто нужно сейчас больше спать, она будет отыгрываться на тебе. Именно поэтому я хотела взять тебя с собой. — Я не боюсь вопросов от девочки-подростка. Мы должны познакомиться. — Не перегни палку. Ей всего четырнадцать. — Тебе было шестнадцать, когда наш мрачный друг явился в твоей жизни. — Я предупредила. Она ещё девочка. — Я буду следить за языком. Обещаю. Спайк помог ей надеть куртку и, развернув за воротник, поцеловал. Так страстно, что желание тугим узлом завязалось внизу живота… Баффи простонала ему в губы и, чуть прикусив кожу, почувствовала металлический привкус. Кровь. — Ммм… вот прямо сейчас я не наблюдаю слежки. Твой язык опять действует на меня… Ладно, я пойду. Позвоню от Джайлза, быть может, встретимся уже дома. Она ушла. Пешком. От ее дома до дома наблюдателя было не так уж и далеко. Спайк достал сигареты и чиркнул зажигалкой. Сел на ступени, задумался. Думал о разном… О Джойс, которая будет восхищать его ещё долгие годы, только тем что одна, не полагаясь на идиота-мужа смогла воспитать таких дочерей. И пусть иногда она казалась ему недалёкой и даже потерянной, но в тоже время сильной. Принять такую судьбу дочери… Ему нравилась Дон, это милое создание обладало невероятной энергетикой. Она приковывала взгляды. Те парни, которые будут с ней в будущем, рискуют нарваться на конкурентов. А ещё Дон постоянно на него смотрела, в ее огромных глазах читалось такое невероятное любопытство… Что же, он просто не мог не удовлетворить хотя бы часть этого. В ее глазах читался вопрос. И, пожалуй, он постарается ответить Потушив окурок, он зашёл в дом. Младшая Саммерс листала журнал, делая вид, что не заметила, как он зашёл в гостиную. Прикрывая лицо журналом, она следила за ним. Вот он прошел по гостиной, остановился у полки с фото. Поправил цветы в вазе. И обернулся… — Значит, ты… Спайк? — Дон все ещё делала вид, что читает. — Да, приятно познакомиться. Это же наша вторая встреча, а нормально так и не поговорили, — он прислонился к столу и опёрся о него руками. — У меня, если честно, куча вопросов, - Дон отложила, наконец, журнал. Села по- турецки. — Я догадывался. Видок у тебя был такой, что я буквально слышал как крутятся шестерёнки в твоей голове. Задавай вопросы… постараюсь ответить максимально честно и соблюдая возрастной рейтинг. — Даже так… бррр. Ну ок. Начнем с возраста. Сколько тебе лет? — Двадцать шесть. — Эммм… я знаю, что ты вампир. И давно тебе двадцать шесть? — Сто двадцать лет. Я старый, да. — Ты не подумай, я не против ваших отношений. И я рада за вас … ну, свадьба - это же круто. Баффи сказала, кто ты, и вкратце пересказала вашу историю. В общем, ты мне нравишься. — Спасибо за вердикт. — Это значит, что ты жил в 19 веке? — Да. Викторианская Англия. — Как ты стал вампиром? Нравится ли быть вампиром. Каково это. Скольких людей съел? — Так, полегче, юная леди. Зачем, позволь спросить, тебе такая информация? — Чтобы знать, с кем я имею дело. — Сурово. Ладно, понял. Меня обратили, вампирша по имени Друзилла, с разрешения своего создателя Ангела. — Ой, того самого Ангела? Который был с Баффи? — Да. — Как тесен мир. — Нравится ли мне? Пожалуй да, и, наверное, многим это заходит. Ты либо принимаешь свою сущность, либо нет. Если нет, то итог - смерть. Кол истребительницы, солнце. Если ты принял, то учись выживать. Подстраивайся под обстоятельства, под время и эпоху. Это даже круто. Мне повезло прожить сто двадцать лет. Единственный минус - это скрытая жизнь. Подвалы и канализация. — Но ты ходишь днём. Как? — Кольцо, — он поднял руку, пошевелил пальцами. Камень на перстне блеснул в свете из окна. — Ого. Магия какая-то. — Да. Древняя штука. А вот знать, скольких я съел, тебе совершенно не обязательно. Счёт идёт на сотни тысяч. — То есть сейчас ты людей не ешь? — Дон как-то с опаской посмотрела на него, задав этот вопрос. — Ну тебя же не съел. Твоя мама сейчас спит, Гаррет что-то читает, все живы и здоровы. Так же, как и человеческое население нашего города. Нет, я могу себе позволить припугнуть, но не убить. В моей жизни был очень непростой период, когда мне пришлось переосмысливать некоторые вампирские ценности. И твоя сестра - одна из причин, почему я не ем людей. — Круто. Ты так сильно ее любишь! — Да, я очень сильно ее люблю, — Спайк усмехнулся, ему надоело стоять у стола, он сел в кресло напротив Дон. — Как вы познакомились? — Так Баффи же рассказала. — Хочу твою версию. — Я не думаю, что наши версии сильно друг от друга отличаются, но… Я ехал в Саннидейл, чтобы убить Истребительницу, естественно, я понятия не имел, что она твоя сестра, и все остальное, касающееся ее семьи. Общая информация есть - и нормально… Моей целью было убийство и спасение Друзиллы. Боишься? — он посмотрел, как Дон вжала плечи. — До приезда в Саннидейл я убил двоих, получил своеобразное звание что ли Истребитель истребительниц. Ну, в общем, я должен был хоть что-то начать, впервые твою сестру я увидел в вашем местном клубе… — Ага, она говорила, что ты выманил ее. — Выманил да. А до этого буквально завис понимая, что… она была слишком юной, ей было всего шестнадцать. В том переулке, когда она вышла и посмотрела на меня, в ее глазах горел такой огонь, она бросала мне вызов. Я пообещал убить ее. — А когда наша мама ударила тебя по голове? — Что и это тоже? Я собрал местных вампиров и ввалился в школу. Ну, там должно было быть родительское собрание, вот и все. Потом мы пересекались несколько раз, даже заключили перемирие, такую своеобразную сделку. И именно тогда я впервые вошёл в ваш дом. И до сих пор пользуюсь этим правом. — В смысле? — Вампир без приглашения войти в дом не может. — Почему? — Потому что в доме живут люди, а я не человек, наполовину демон. И этот барьер между миром мертвых и живых, он берет своё начало с древних времён. Дом - это там где светло, демоны - ночные создания, такая первородная защита. Сложно объяснить… — Когда ты понял что любишь ее? — Ещё сложнее. Быть может, с первой встречи, быть может, когда пришел к ней на выпускной, и она позволила себе такую слабость… Потанцевала со мной. Не знаю. Однажды я услышал, как во сне она произнесла мое имя. Иногда мне кажется, что чувства к ней были вшиты по умолчанию. Ну как? Наши версии сходятся? — Пожалуй, да. А она действительно уронила на тебя орган? — Да. Тогда это точно не было любовью. Она спасала Ангела, а я спасал Друзиллу. — Значит, это случилось после. — Да. Окончательно и бесповоротно я понял это, когда она попросила не бросать ее. Мы стояли в парке на небольшом мостике, начинался дождь. Бросить ее? Что? Никогда. Да и зачем? Тогда под дождем случился наш первый поцелуй. Достаточно романтично? — Принимается. Дон довольно улыбнулась, обняв подушку. А ее сестра любит романтиков. Поцелуи под дождем. Мммм… красиво…