Being a vampire

— Тебе не кажется, что Баффи какая-то другая? — спросила Тара у Уиллоу. До пар оставалось ещё немного времени. — Хммм…ну она ходит в Спайковом плаще, выглядит до безумия счастливой. Загоревшая, карибский загар, видимо, ещё не сошел, не знаю, что ещё. У нас в комнате тогда пахло всякими твоими штучками, и мне показалось, или нет, что она немного побледнела. — Вот. — И о чем это говорит? Слишком много резких запахов. С непривычки. — Я не буду ничего говорить, пока не увижу Баффи сегодня. Есть у меня пара мыслей. Тара увидела Баффи чуть позже, они пересекались несколько раз и сидели на трёх общих лекциях. На первый взгляд, по словам Уиллоу, перед ними сидела все та же Баффи. В фиолетовой куртке и мини. Она читала учебник и что-то писала. Баффи оторвалась от книги и посмотрела в окно, болтая ногой. Потом на секунду она уловила на себе взгляд Тары. Вопросительно на нее посмотрела. Но ведьма опустила голову, что-то записывая за учителем, загадочно улыбнулась. То, что она увидела, было очень неожиданно. Неожиданно приятно. Удивительно. После нескольких лекций на перерыве на ланч, Уиллоу Тара и Баффи встретились в парке за столиком под деревом. Баффи с аппетитом жевала простой салат «Цезарь». — Что? — Баффи заметила странный взгляд Уиллоу. — Ничего, — Уиллоу хрустнула яблоком. — Ты ешь, не отвлекайся. — Почему ты так на меня смотришь? — спросила Саммерс у Тары. — Когда ты вернулась с Кариб? Напомни, пожалуйста. — Месяц назад, 15 марта. Проводили Ксана в аэропорт, через три дня я пришла в универ. А зачем тебе? — Я, кажется, поняла, что изменилось в тебе. В твоём настроении и ауре, — Тара говорила осторожно, продумывая каждое слово. Смотрела на Баффи. — Тара… это все та же Баффи. Это я. — Да я и не говорю, что ты это не ты. Просто я думаю, что ты можешь быть беременна. Баффи уронила вилку. Уилл замерла с яблоком у рта. — Да ладно?! А Спайк знает? Такое возможно… да ну… — Уилл. Помолчи сейчас, — Баффи порылась в сумочке и достала календарь. — Этого не может быть. Просто потому, что месячные у меня были буквально три дня назад. И до этого почти по часам. — Я все-таки думаю, что ты и Спайк в ближайшем будущем порадуете нас. Снова подчеркнув свою уникальность, — Тара видела некое замешательство Баффи. И понимала, насколько такая новость может быть ошеломительной. Шокирующей. — Это очень сильное заявление. Я, честно, не знаю, как на это среагировать, — Баффи сделала большой глоток воды. — Ну наверное ты должна радоваться, - сказала Уиллоу. — Если честно, мне тоже не верится, Спайк же… ну, сама понимаешь. — Сделай тест, — улыбнулась Тара, снова остановив поток слов Уиллоу. Баффи доела салат и, погруженная в свои мысли, покинула двух ведьм. *** Тест не показал результат. Спайк обещал ее отвести на каток. А она обещала ему показать, как катается. Если она помнит. Да, конечно, помнит, такое сложно забыть, если однажды встал на коньки. Он ведь читает ее как открытую книгу и сразу поймет ее волнение. Оттого, что тут же после новости Тары рванула в ближайшую аптеку на территории кампуса и теперь сидит в общей душевой универа, нетерпеливо стуча ногой по полу. Ведь если Тара права, то она беременна уже несколько недель. Баффи сморгнула внезапно набежавшие слезы. Шмыгнула носом. Это же круто изменит всю их жизнь. Они же так ждали… поверили в теорию о теории. Баффи вздохнула и посмотрела на тест. И… ничего. Одна полоска. Второй тест тоже ничего не показывал. Она прислонилась спиной к кафельной стене, посмотрела на часы. Надо выходить. Убрав тесты в сумочку, побрызгав на лицо водой, она вышла. Говорить что-то ведьмам не хотелось. Тара ошиблась, тест тоже… Она не знала, что чувствовала. И всю дорогу до дома она шла молча. — Я дома! — сказала Баффи, входя в гостиную. — Ну что, ты готов к походу на каток? — Конечно. — Дай мне несколько минут, я переоденусь, - Баффи чмокнула его в щеку. — Все нормально? — Да. Просто лекции были - какой-то мозговой штурм. Она прошла в свою комнату, открыла шкаф и достала коробку, стоящую в самом низу и дальнем углу. Открыла ее. В упаковочной бумаге лежали ее потёртые и поцарапанные в некоторых местах коньки. Баффи достала один конек, повертела его в руках и решила померить. На носок конек налез сразу, Баффи пошевелила пальцами. За пять лет размер ее ноги, конечно же, не изменился. Только лезвия затупились. Убрав коньки в сумку и сменив юбку на джинсы, Баффи спустилась вниз. — Поехали. Представляешь, я влезла в старые коньки. Только поточить лезвия — Нет, всё-таки с тобой что-то не так. Саммерс, что происходит? — Все в порядке, правда. Хочу помолчать. Всю дорогу до спортивного комплекса, Баффи смотрела по сторонам, Спайк подпевал песне по радио, периодически кладя руку ей на колено или сжимая ладонь. Если ей нужно было молчать, побыть в тишине, то он готов был дать ей это. Но он не был согласен на то, чтоб не касаться ее. Теплая рука в его холодной ладони была знаком. Она готова поделиться с ним. Только чуть позже. Позже не вышло. Ее Спайк никогда не отличался терпением. — Долго будешь молчать? Я начинаю беспокоиться. Скажи, что случилось сегодня утром. Баффи вышла на лёд и проехала несколько метров. Поначалу ноги немного дрожали, потом она встала более уверенно. Она сделала круг и разворот. Спайк застегнул коньки и присоединился к ней. Баффи даже не удивилась его уверенности и умению стоять на них. — Даже не знаю как тебе сказать… - она развернулась на коньках к нему и взяла за руки. — Так и говори. — Тара сегодня утром, поставила меня в тупик. — Баффи? — Она сказала, что я могу быть беременна… и я пошла в аптеку и купила два теста и они отрицательные. Вот. Сказала. С самого утра до обеда я не находила себе места. И не решалась звонить тебе. Все сама. Они ехали по кругу на почти пустом ледяном поле. Фоном играла музыка. — Ты же знаешь, что я буду рад, если у нас получится. А эти тесты они же могут ошибаться? — Да… наверно. Может быть и Тара что-то не так поняла. Мне стало так странно и грустно. Теперь Спайк развернулся выбив коньком сноп снежных брызг. — Значит, будем и дальше продолжать работать над этим. Хэй. Выше нос. Поехали, покажешь мне класс. — Ты же не расстроен? — Есть немного. Но я знаю, кто я, знаю, что вероятность теории Джайлза не так уж и велика. Но я люблю тебя, и на данный момент этого достаточно. Спайк стоял в центре катка и не мог отвести от нее глаз. Она не ехала, она почти парила на льду. Волосы и шарф развевались от скорости. Прыжок, вращение, разворот… Его Баффи была совершенной. Если бы сейчас на катке показался вампир или демон, одним только прыжком и разворотом она смогла бы снести ему голову. Они катались, взявшись за руки, стараясь говорить на какие угодно темы, не затрагивая причину расстройства Баффи. — Хочешь, расскажу о катании на коньках в моей Англии? — Давай. Они решили проехать ещё круг. — В то время, когда я жил, в викторианской Англии катание на коньках всё больше распространялось среди всех слоёв населения. Организовывались клубы по фигурному катанию в Эдинбурге и Лондоне, а примером для подражания была королева Виктория и принц Альберт, они проводили время на льду, чтобы лучше узнать друг друга. Катались и на реках, и на замерзших водоёмах. Но люди проваливались под лёд, что очевидно. Англичане искали способ создавать искусственные катки, поддерживать искусственный лёд было трудно, а смесь, из которого он был создан, источала мерзкий запах, поэтому посещать каток было неприятно. Покупка химических веществ также была чрезвычайно дорогой. — Я представляю тебя, рассекающим лёд замерзшей реки на коньках. — В ботинках с привязанными, а потом привинченными к ним лезвиям. Передняя и задняя металлические платформы привинчивались к подошве ботинка соответственно шестью и четырьмя шурупами. На протяжении многих десятилетий модель коньков практически не менялась до того, что сейчас надето на нас. — Ты проваливался под лёд? — Нет. Но пару раз рисковал, вытаскивая друга. — Оу. Было страшно? — Конечно. Для десятилетнего мальчишки. Ну и впоследствии британцы не утратили своего энтузиазма к этому виду спорта, когда эпоха подходила к концу, и популярность продолжилась в двадцатом веке, увеличившись за счёт создания курортов в заснеженном климате. Люди просто выезжали в другие места и города. — Я хотела быть фигуристкой. — Что помешало? — Обстоятельства. Школу закрыли. — Понятно. Но ты отлично катаешься. — Спасибо. Они катались почти до самого закрытия катка на перерыв. Зашли в кафе, Баффи выпила горячий шоколад и съела круассан. Вернулись домой. — Мне не нравится, когда ты грустишь, Баффи. — Ничего не могу с собой поделать. Прости, — закрыв дверь, она, обнимая себя, отвернулась. Вздохнула. — Малыш… все же было хорошо. — Я могла бы быть беременна уже… неважно Бесит Джайлз с его теориями и надеждами. Обними меня. Знаешь, может быть и не судьба с моим образом жизни, с постоянными рисками и опасностями. — Хей…. — Спайк заметил на столе фотоаппарат, отстранился, взял фотоаппарат и навел на Баффи. Сделал пару кадров. — Ой убери пожалуйста фотоаппарат, я не в настроении. — Жаль, что я не взял его с собой. Улыбнись, Саммерс. Давай же. — Спайк, ну не надо… — Надо, — Спайк и не думал прекращать. Он ловил ее выражение лица и позы. Баффи положила сумку на пол. Прошла к дивану и очень неуклюже сняла свитер, взлохматив волосы, которые красивой волной упали на плечи и закрыли половину лица. — Поправь волосы, я не вижу твоего лица. — Прекрати. Я не настроена на фотосессию. Но она все же обеими руками убрала волосы назад. Спайк поймал ее позу. — Красавица моя… Баффи улыбнулась. Теперь уже специально запустив руки в волосы, встала, уже специально облокотившись на спинку дивана, посмотрев на Спайка. — Вот. Ты уже улыбаешься, — Спайк взял ее за руку и повел в спальню. Баффи перехватила фотоаппарат и направила на их лица. Чмокнула его в щеку. Сама толкнула его на кровать и сделала пару снимков. Спайк притянул ее к себе и перевернулся. Баффи засмеялась, он выхватил из ее рук фотоаппарат и щёлкнул несколько раз. Баффи расстегнула джинсы и постаралась максимально изящно снять их. Фотосессия не прекращалась. — Сядь, да, вот так. А теперь ложись. Смотри на меня, Баффи. Ее волосы разметались по кровати. Она закинула руки за голову. — Прекрати. Иди ко мне… Спайк, — Баффи встала и подошла к нему, убирая из его рук фотоаппарат, бросила его на кровать. — Фотосессия прошла успешно, а теперь давай просто займёмся тем, что у нас получается лучше всего. Все же Спайк сделал ещё несколько кадров, которые, пожалуй не стоит видеть никому из их многочисленных друзей и родственников. Эти фото займут место в личном архиве. *** Франция. Поместье Оверни.

Люди подобны витражам. Они сверкают и сияют, когда выходит солнце, но когда сходит тьма, их истинная красота раскрывается только в том случае, если есть свет изнутри.

Захлопнув крышку ноутбука, Лестат подошёл к огромному окну от пола до потолка. Давно забытое, странное неприятное ощущение… от упоминания одного ее имени стало не по себе. Ей было мало. Она не успокоилась даже сейчас. Нет, он даже не сунется в это. Пусть разбираются другие. Пусть этот вампир и его девчонка положат конец этому всему Все, что он хотел, что мог, - рассказал. Он был поражен тем фактом, что такая легендарная личность, как истребительница вампиров состоит в отношениях с его сородичем, что искренне надеется спасти своего друга, тоже вампира. Нет, он не был отшельником, но он просто решил, что быть в стороне выгоднее. Особенно после его появления в этом мире. После истории, пересказанной в очередной раз. Это стало ему уроком. Он уступит дорогу другим отчаянным опрометчивым искателям приключений. Лестат взял скрипку и заиграл. Ту саму мелодию, пробудившую древнюю царицу. И ему было, в общем-то, все равно, что самолёт, попадая в зону турбулентности, приземлится в Марокко. Что царица ждёт. Он просто играл. А Джесси Ривз смотрела на своего спутника жизни… Что-то снова заставило его играть. Но она слишком хорошо его знала, и не стала ни о чем спрашивать. Просто стояла и слушала, вспоминая тот день, когда впервые услышала эту мелодию и его песни. *** Саннидейл. — Это что? Ты серьезно наденешь этот пиджак? — Да. А что такого? — Спайк застегнул белую рубашку. Пожалуй, единственную в его гардеробе. И то она была с каким-то мелким выбитым или вышитым узором из «огурцов». — Да нет. Все в порядке… просто это обычный ужин. — Нет. Дорогая моя, любимая Баффи… Это свидание. Мне кажется, что нам обоим нужно немного развеяться, особенно после переписки с этим напыщенным древним идиотом. После неудачного теста на беременность. — В твоих словах, конечно, есть смысл и логика, но… Не сегодня. — Сегодня просто вечер среды, и я просто веду свою невесту в ресторан. — У меня нет подходящего платья. Наверно … — Баффи распахнула шкаф. Спайк повесил пиджак на спинку стула. — Хммм… — Спайк потер подбородок. — Поехали, купим что-нибудь по пути. — Ты серьезно? -она критично рассмотрела вешалки. — Вполне. От одного платья не обеднею, - он подошёл к ней сзади и поцеловал в плечо. — Это слишком. Я сейчас найду что-нибудь. Ты меня балуешь. Мы же только недавно были в магазине. — Мы купили обычную одежду. И вот этот весьма необычный, но крутой пиджак. И ты должна мне соответствовать, — Спайк поднял пиджак со стула. — У меня есть сумочка в тон, — Баффи помахала сумочкой в воздухе. Улыбнулась. — Скучно. Сумочка тоже повседневная, - Спайк не сводил глаз с ее белья, с ее тела. — Я хочу видеть тебя в чем-то особенном. Поэтому собирайся, Баффи. Даю тебе… десять минут. Пока машину грею. Спайк поправил пряжку ремня на джинсах. И надел пиджак. Уходя из комнаты, шлёпнул Баффи по заднице, поцеловал. *** Баффи отодвинула штору примерочной, покрутилась перед зеркалом. Короткое платье, расшитое пайетками и бисером, блестело под светом ламп. У него был необычный, приятный цвет. Плавный переход от мятного к розовому. Она вспомнила, что у нее есть подходящие туфли и сумочка, и можно было бы остановиться на этом варианте после нескольких предыдущих, но Спайк уговорил ее посмотреть что-то другое. Баффи вздохнула, они что, поменялись местами? Или просто сегодня не ее день? Или так совпало… Ее вампир в леопардовом пиджаке с довольным видом стоял у стеллажа с вечерними платьями. И держал в руках нечто очень необычное. — Это оно. Да. Определенно оно. Померь.ю — Спайк хитро улыбнулся и сунул ей в руки вешалку с чёрным платьем, на груди которого была пришита роза. — Ну нет…то в пайетках было лучше, — Баффи посмотрела на другую сторону бутика. И на платье в ее руках. — Примерь, — Спайк подошёл к примерочной и отодвинул штору. — Мы здесь уже почти час. — Давай, детка. Просто примерь. — Ладно. Хорошо. Но эта роза…боже. Баффи вошла в примерочную и разделась, ткань платья была приятной на ощупь, она застегнула молнию сбоку. Платье обтягивало ее тело, как перчатка, чёрное бархатное со спущенными плечами, длинными рукавами и очень большим разрезом. Она смотрела на себя в зеркало, почему-то вспоминая детский мультик про Одетт и Дерека. Красная роза смотрелась, и не так уж вычурно. На манекене было куда хуже. Она приспустила плечи ещё ниже. Повернулась вправо и влево. Тут нужна красная помада. Туфли… Сейчас она стояла на цыпочках. Сумочка. — Спааайк! Ну как? Мне так странно… но нравится, — Баффи отодвинула штору. — Ну я же говорил. Оно как влитое. Повернись спиной. Спайк облизнувшись подошёл к ней. Положил руку на талию, уткнувшись в шею… — Уже представляю, как сниму с тебя его. — Берём? — Определенно, любовь моя. Определенно. От его голоса по спине побежали мурашки. — Тогда я осмелюсь попросить вон те туфли. И сумочку. И то платье в пайетках, — Баффи развернулась к нему, обнимая. — Вот. Уже другое дело. Ужин был потрясающим. Еда была очень вкусной, и это платье, несмотря на то, что притягивало взгляды, пожалуй, стало одним из лучших в ее шкафу. Если оно доживёт до шкафа. — Тебе здесь нравится? — Да. Я даже уже не обращаю внимание на то, что на нас периодически смотрят. — Расслабься, пусть смотрят. Я же здесь, с тобой. Я не ревную, я горжусь тем, какая ты. — Я хочу домой. Тут потрясающе красиво, очень вкусная еда и музыка. Мы отлично провели время и потанцевали. Но… Носком туфли она коснулась ноги Спайка под столом, отпивая белое вино, оставляя след от помады на краю бокала. Спайк не сводил глаз от ее груди, так удачно скрытой под розой, это заводило, ведь то, что скрыто, всегда желанно более всего. — А десерт? — К черту. Я хочу домой… Расплатившись, они покинули ресторан. К вечеру снова стало прохладно, и леопардовый пиджак пришелся как нельзя кстати. Подводя Баффи к машине Спайк накинул его ей на плечи. — Мммм… пахнет приятно. Тобой. — Что? — Я разве не говорила, что мне нравится твой запах? — Нет. Это ж просто гель для душа. Я же не человек… — Я знаю… но все равно, — Баффи потерлась щекой о ткань, вдыхая носом аромат. Нет не только геля для душа. Что-то чуть сладковатое и свежее. — Прошу вас леди, — Спайк открыл дверь Десото и поклонился, помогая ей сесть и не запутаться в подоле платья. Они не успели дойти до комнаты, когда прижимая ее к стене, Спайк спустил с ее плеч платье, эта роза опустилась ниже, ладони Спайка ласкали грудь, сквозь почти прозрачное кружево. Баффи сцепила зубы, застонала, когда почувствовала возбуждение своего вампира. — Боже…я хочу чтобы ты немедленно вошёл в меня. Спайк… — Насколько это платье нужно тебе? Его ладони опустились ниже, задирая подол платья. — Оно красивое. Будет жаль… мммм… - Баффи застонала, когда пальцы Спайка коснулись ее чувствительного места… - Будет жаль прощаться с ним. Господи боже… — Хорошо… Лаская ее, Спайк подцепил молнию и расстегнул платье… проникая глубже, водя пальцами по кругу, он заставлял Баффи дрожать. — Платье цело. — Да. Да! Красная помада покрывала все его лицо, шею и грудь, царапины от ногтей и засосы. Чёрное платье небрежно было брошено на стул, туфли все ещё были на ней. — Зацелую каждый твой шрам. Баффи терлась об него, целуя и прикусывая кожу, ей было мало одного раза. Спайк сжимал ее задницу довольно урча от ее ласк. Он уже спускал лямку ее лифчика, а она наклонилась над ним для очередного поцелуя, когда зазвонил телефон. — Нет. Я не хочу, чтобы ты брала дурацкую трубку, — он снял с неё лифчик, прикусил сосок. — Аааа… как же это… — Приятно? Теперь он лизал его, играл и перекатывал между зубов, сжимая другую грудь, усаживая Баффи ближе. — Больно… и да… приятно. Телефон звонил настойчиво. Спайк закатил глаза. Они оба были на грани. — А вдруг что-то с мамой. Прости… я обещаю, что мы продолжим. Баффи целовала его, а внизу живота все буквально плавилось, она хотела его… Телефон смолк, чтоб зазвонить с новой силой. Конечно, она понимала, что Джойс не видит в чем ее дочь идёт к телефону. Но это была даже не Джойс. Это был Ксандр, и голос у него был слегка виноватым. — Баффи, тут такое дело. Мы серьезно с Корди собирались домой. Много чего произошло, и мы решили вернуться. Но объявили экстренную посадку. — Где вы? Она злилась. — Только не волнуйся. В общем, мы в Рабате. Мы в Марокко, и застряли тут на пару дней. — Боже… Ксан. — Выходит, это судьба. — Пожалуйста, сообщите нам, когда будете отправляться домой. Будьте осторожны. Тревожность заскреблась где-то внутри. Баффи прислонилась спиной к стене, закусив губу. — Тут красиво. — Я понимаю. Будь осторожен. Звони, если что… В трубке захрипело, затрещало и Баффи даже толком не попрощалась. В спальню она вернулась, неся туфли в руках. — Ксандр в Марокко. Туфли с грохотом упали на пол. Она села на кровать сдувая со лба прядь волос. — Твою мать, - Спайк стукнул кулаком по подушке. — Нам нужно, наверное, полететь туда. К нему. — Не сейчас… - Спайк уловил ее резко сменившиеся настроение, это было очевидно. Баффи провела руками по волосам. Весь их настрой грозил развеяться по ветру, и чудесный вечер… — Иногда мне хочется его прибить. В этом весь он. Понимаешь? Он может выдать такую мысль и теорию, что поражаешься его интуиции и умению замечать то, что не видят другие. А иногда он вываливает как снег на голову такое… вот как сейчас. Так просто. Мы в Марокко. Там что-то с самолётом. Красиво ему там, — Баффи подползла к Спайку. — Все будет хорошо правда? — Хммм…не знаю. Знаю только то, что мы прервались… - Спайк усмехнулся, вышло немного нервно, но, посмотрев на Баффи, поцеловал ее и укрыл их обоих одеялом. Об этот он будет думать потом. Надо направить мысли и чувства и эмоции в правильное русло. На кухне у Джойс он, кажется, упустил одну деталь, Харрис был слишком непредсказуем. Спайк мотнул головой и полностью сосредоточился на Баффи. — Все будет хорошо? — Да… иначе у нас не будет.