Книга 1. Отзвуки.

Через пару минут пришла группа Виктора и приволокла наспех сделанные щиты. Где они за такое время умудрились найти два куска нетолстого железа и присобачить к нему ручки?.. Видимо, мой удивлённый взгляд меня выдал, и Виктор пояснил: — Это ещё давнишняя работа. Так, таскаем с собой… Я кивнул. Опера прекратили спорить и затихли. Они были удивлены, что спецназовцы ко мне пришли. Более того, мы все дружненько столпились у небольшого стола и стали там возиться. Времени было не так много, всем было сейчас не до субординации. Я вытащил все свои обереги и разложил на столе. Христианские — в одну кучку. Языческие — в другую. Рунические — в третью. Разные символы — в четвёртую. Также достал баночку со специальной краской. Я купил её когда-то, очень давно, сам не знаю, зачем. Я часто покупал то, что мне было не нужно. Но гляди ж — пригодилась. Состав краски, вроде как, был специальным, плюс над ним проводились ритуалы для усиления. Брал я её не на Алиэкспрес, а у достаточно уважаемой, как себя она называла, ведьмочки, поэтому всё-таки хотел верить, что здесь не было обмана. Те, кто шли по пути Силы до всех этих событий, старались никогда не врать и постепенно полностью убирали ложь из своей жизни. Делалось это для того, чтобы, когда читаешь заговор, проводишь ритуал, читаешь заклинания, твои слова имели большую силу. Как ни странно, но многие говорили, что это так. Она тоже шла тогда по этому пути. Спустя пару минут наших перешёптываний и возни, к нам подошёл полковник с остальными. Разве что Антон остался сидеть и как-то брезгливо, с нотками превосходства, на нас смотрел. Ему не было страшно, он не волновался. Или дурак, или не верит, или слишком в себе уверен. При первых двух он —покойник. При последнем — пятьдесят на пятьдесят, если действительно чего-то может. Но спрашивать бесполезно, всё равно не ответит. Знаю я такой тип людей, встречал по жизни не раз, так что рассчитываем только на себя и плечи парней. — А шо это мы тута делаем? — подкрался к нам полковник. Мы все на него посмотрели. В этот момент один из парней прилаживал странный символ у себя на форме, другой надевал деревянный крестик с распятием, третий прятал в карман бутылёчки с освящённой водой и маленькие пакетики с солью, похожие на расфасованные наркотики. Я же в этот момент малевал Саньку защитные символы на щите и одежде, причём сразу разные и из разных течений, религий и мифологий. Не забыл нанести руну защиты, которую показал мне Аркх. Пара скандинавских, несколько наших языческих, даже арабских. Начертив знаки, я попробовал влить в них чуток своей силы, которую чувствовал всё лучше и лучше. Представлял словно бы жгутик, протянутый к руне, или канал, и пускал по нему слабенький поток. И, как ни странно, у меня получалось. Нанесённые мной символы слегка вспыхивали. Краска была серого цвета, и после того, как я вливал в них свою силу, они становились синими. Всё же не зря я с самого утра, пока ехали, пытался ощутить энергию в себе, свой источник. Пытался его направлять. Полковник очень удивлённо рассматривал наш маленький балаган. Тут от входа в палатку раздался ржач и к нам зашла вторая группа, в неполном составе. Один из них напевал мотивчик из «Охотников за привидениями». Виктор тяжело вздохнул. — Да, я смотрю, вы тут подошли к делу серьёзно, нанесли даже боевой раскрас индейцев, — продолжала веселиться троица, — А это у вас что? Обереги?? Серьёзно??? Новый взрыв хохота. — Дааааа…. Шмелёв, как же низко ты пал со своей этой хренотенью. Они уже просто ржали. Виктор не выдержал: — Хантер, а не пойти бы тебе… отсюда? Тот зло буркнул в ответ: — А то что? Мешаю вам, девочкам, макияж наводить? Тут уже все бойцы Виктора напряглись. А мне дико захотелось чихнуть. И я чихнул, причём, так громко: — Ааапччхуй!!! — Простите, — проговорил я, вытирая нос, — пыльно тут...— макнул кисточку и продолжил выведение защитной языческой руны от злых духов на спине бронежилета Санька. В палатке повисла тишина. Троица, видимо, не ожидала, что кто-то будет хамить спецназовцам. А я, как ни в чём не бывало, продолжал выводить руны и направлять в них чуточку своей энергии, активируя. Заводила, с позывным Хантер, уже хотел было что-то эдакое кинуть в мою сторону, когда край полога палатки отодвинулся и заглянул их командир. — Вот вы где! Быстро испарились готовиться! Выход через двадцать минут, а они праздно шатаются по лагерю!!! Совсем охренели!! Презрительно посмотрел на Шмеля и ушёл. Бойцы из его группы, так же презрительно оглядев нашу палатку, молча её покинули. Что не плюнули на пол напоследок, даже удивительно. Альфушники ушли. Есть там и нормальные, но что-то нам прям «повезло», что выделили этих. Вообще, общаясь со спецурой, я понял, что это такие же люди, но со своей спецификой. В действительно боевых подразделениях нет никаких понтов, неуставных отношений. Ведь от действий твоего товарища и твоих зависит жизнь группы. Никто и никогда не выбирал себе каких-то «крутых» позывных. Их всегда нужно было заслужить. Нередко ими нарекали за какие-либо отличия в бою. Иногда по фамилиям, но это реже. А этот Хантер явно из блатняка, сын какого-нить генерала. Сомневаюсь, что его кинут в серьёзную мясорубку. А вот на «спокойных» операциях сделает себе послужной список, и поставят начальником. Каким он будет руководителем, думаю всё и так понятно… Кумовство… — Шмель, а нам действительно всё это нужно? Ну, такими размалёванными быть? Ведь и правда, засмеют, не отмоемся? — спросил один из бойцов, рассматривая руны на щите. В принципе, после того, как к нам заглянули эти, почти все бойцы испытывали сомнения. Виктор внимательно посмотрел на одного из своих бойцов, самого низенького, но широкого. Тот был угрюм, видимо, это его обычное состояние, но кивнул. — Видишь, Леха считает, что не зря, а его чуйка на неприятности нас никогда ещё не подводила. Да и мне не по себе от этого места, если честно. Такое ощущение, что следят за нами, с того момента, как мы сюда прибыли…— и обвёл взглядом своих бойцов. Те кивнули и продолжили готовиться. С Саней я закончил, так что ко мне подошел Лёха с позывным Потап. Повернулся спиной и сел, чтобы мне было удобно наносить руны и символы на бронежилет и каску. Стрижев задумчиво смотрел на бойцов Вымпела, которые на полном серьёзе наносили на себя символы и распределяли обереги. — Михаил, можно и моим чем-нибудь подобным обзавестись. Он помотал рукой в сторону оберегов и бойцов спецназа. Я отвлекся от своего рисования, задумчиво глянул на полковника и его ребят. — Да, думаю, без проблем. Вон обереги разные, пусть возьмут по несколько штук. Православные кресты обязательно, а дальше что увидят. Краской будем на вас что-нибудь чертить? — Андрей Валерьевич, может, не надо? Зачем нам это? Нас же потом засмеют и прохода не дадут…— начал мямлить Попов. Стрижев хмуро на него посмотрел и сквозь зубы процедил: — Березина, Сычёв и Попов, я приказываю разобрать обереги и нанести на ваши камуфляжи необходимые символы. Те тут же вытянулись по стойке смирно. Попов снова попытался, что-то сказать, но был перебит полковником. — Я не слышу? — Так точно!!!! — хором ответили те и с кислыми рожами приблизившись к столику, стали выбирать себе обереги. Я к тому времени полностью закончил наносить символы на камуфляж и защиту спецназовцев. И задумался. А может, мне и на себя нанести? Глянул время. Минут пятнадцать осталось, как раз успею этих троих размалевать, и всё. — А мне, кстати, оружие выдадут? — спросил я. — Не положено. Нету у нас тут лишних стволов. И так со своими приехали, — буркнул Стрижев. Ну, нет, так нет, на что положено, на то наложено. За пятнадцать минут успели экипироваться полностью. Мы теперь действительно были похожи на племя туземцев. Некоторые обереги были прикреплены так, чтобы не мешаться, но снаружи. Синей краской были намалёваны непонятные символы и руны. При этом все были в брониках, камуфляже, касках и полной выгрузке. Тот ещё спецназ, одним словом. Провожать нас пошли Стрижев вместе с Аллой. Последнего, кого привлекли как колдуна, брать не стали. Артёма сдали какому-то бойцу и про него забыли. Как раз насчёт его участия ожесточённо и спорил полковник со своими. Те наотрез отказывались его брать, в то время как полковник явно неровно к нему дышал и хотел его туда впихнуть силой. Но здравый смысл и серьёзные приготовления спецназа, даже несколько суеверные, всё же возобладали. Пока мы шли по лагерю, все на нас оборачивались. Спецназовцы, в полном обвесе, с приборами ПНВ на шлемах. На брониках — разгрузки, на которых просто не оставалось свободного места. Гранаты, боекомплект, разные устройства, мини-дроны. Чего только не было. И все это приправлялось нанесёнными непонятными символами непонятного цвета и странными оберегами закреплёнными то тут, то там. Видимо, ещё бойцы с другой группы успели растрепать по лагерю, и сейчас многие откровенно ржали над нами. Бойцы чувствовали себя не в своей тарелке. Да и мы все тоже. Только мне было несколько наплевать, да Антону, или как его там. Кстати, я немного проанализировал своё поведение и понял, что я изменился. Я не нервничал, не боялся высказывать своё мнение и совершенно не испугался пойти на конфликт с бойцами спецназа, пускай и незначительный. Если раньше я бы точно промолчал, ибо лишние проблемы были не нужны, то сейчас я дерзил, не боясь за последствия. Совсем на меня не похоже. Также, на полном серьёзе предложить то, что я предложил спецназовцам, раньше я мог бы только под дулом пистолета, наверное. А сейчас — сам, спокойно, не заморачиваясь, что подумают другие. Просто, это было совсем не похоже на меня прошлого, но мне нравилось. Ощущение было, словно я скинул маску и начал, наконец, быть собой, делая то, что считаю нужным, и говоря то, что необходимо. Мы подошли к краю лагеря, где нас ждало несколько машин. Там же нас уже ожидала первая группа, Альфушники, и генерал со свитой. Он посмотрел на нас, хмыкнул. Но не стал ухмыляться, глумиться или ещё как-то реагировать на наш внешний вид. — Напоминаю. Движение осуществляете одной группой, связь каждые десять минут. На территории не разделяться. Вам необходимо пройти все здания. Первая группа осуществляет зачистку территории. Вторая группа осуществляет непосредственное прикрытие наших...— на этих словах он немного запнулся, но быстро сориентировался: —…специалистов, которых, в свою очередь, сопровождают наши коллеги из ОПУ. Ваша непосредственная задача — следить за своими подопечными и не допустить их гибели. Антон все это время рассматривал, скучающим взглядом, окружающих. Совершенно равнодушно относясь ко всему. — Вам необходимо разобраться в происходящем здесь и найти пропавших без вести. По возможности спасти или оказать помощь выжившим. В случае установления их местонахождения или если ситуация выйдет из-под контроля, вызывать подкрепление. Немедленно. Также докладывать о любых непонятных проявлениях. После напутственных слов, мы бодро загрузились в машины и покатили в сторону построек.