Регрессия Демона: Апокалипсис

Непал. Старый Гайгат. Улицы разрушенного города были усеяны отрубленными, гниющими человеческими конечностями, гнилью смердящих тел, способной свести с ума путника, идущего по тихим улицам этого гиблого города. Здесь смерть прошла мимо, словно стихийное бедствие, оставив после себя лишь разрушение, запустение и воющие сквозняки... Сломанная вывеска на воротах городского храма криво висела и плясала на сильном ветру. На вывеске было написано одно слово. "Небеса" – гласило выгравированное на моренной древесине слово. За воротами старого монастыря, в дальнем углу его территорий стояло неказистое здание во дворе которого были разбросаны трупы зомби-монахов... "Зал Медитаций" читалось на табличке у запертого входа. В большом зале для медитаций, медленно тлели сандаловые благовония, змейка дыма поднималась к потолку. Напротив сандаловой палочки, в полумраке зала, сидела девушка в изорванном монашеском одеянии. На вид ей было около двадцати лет. На покрытой шрамами коже монахини, черной от непонятно чего - то ли от грязи, то ли от загара, была сочащаяся гноем рана, оставленная явно чьим-то укусом, след от укуса пульсировал, словно живой... В недавней битве с ордой "прокаженных" она получила эту рану... На ее бритой голове было двенадцать точек, "сянба", эти точки являлись шрамами от ожогов, и поставила она их в своем далеком детстве, ведь они говорили о ее отрешенности от мирских дел этого мира. Но ее нервное, жесткое лицо, белое от ярости и искаженное гневом, говорило об обратном. Сейчас она проходила через обращение, в ее сердце забрался демон, он пытался лишить ее рассудка, и она боролась с ним уже несколько дней. Ее дрожащий голос журчал по округе, фиолетовый дым клубился вокруг ее тела, когда она тихо напевала сутру: - " Гате, гате, парагате, парасамгате, бодхи, сваха..." - шипела она сквозь стиснутые зубы. Ее веки были плотно закрыты, а глаза бешено бегали под ними. Демон сердца преследовал ее уже несколько дней; впервые ей было так трудно справиться с ним... Внезапно в зале поднялся яростный ветер, сандаловые благовония резко погасли, и вокруг монахини закружился шлейф серого дыма. В нос ударил запах сандалового дерева... - Поможет ли тебе сутра спокойного сердца, госпожа бодхисаттва Камальтара? - внезапно спросил ее незнакомый голос. Он доносился из темноты дальнего угла зала для медитаций. Она вскочила на ноги и резко отступила назад, приняв боевую стойку, ее и без того напряженное тело покрылось мурашками. Она сосредоточилась, пытаясь понять, кто незаметно проник в зал. Как? Мимо нее? Это было возможно сейчас... Она пребывала в своем самом слабом состоянии, неужели кто-то выжидал именно этого момента чтобы напасть на нее? Монахиня не чувствовала ничьего присутствия, но когда она открыла глаза, то увидела перед собой темный силуэт, стоявший в углу зала. - Госпожа бодхисаттва Камальтара, рад встрече. - раздался дружелюбный мужской голос. Когда ее неустойчивые глаза смогли разглядеть его лицо, она увидела молодого китайца в красивом китайском одеянии. Молодой человек склонился перед ней в глубоком поклоне. Ее жестокий взгляд слегка смягчился, осознав, что перед ней живой человек, не запятнанный злом. Но неустойчивые инстинкты кричали ей, чтобы она остерегалась этого человека. Нахмурив брови, она приняла боевую стойку. - Кто вы?! - громко спросила она ослабевшим голосом. - Меня зовут Йи, я принадлежу к клану Тан из Сычуаня. Я пришел помочь вам, госпожа бодхисаттва Камальтара... - представился молодой китаец. Монахиня Камальтара не стала терять бдительности из-за улыбки этого симпатичного парня, она смотрела не только на его привлекательный облик. Монахиня увидела, что за спиной Тан Йи затаился черный дух, и глаза его блестели ядовитыми огоньками... - На моем пути нет взаимопомощи. - сухо ответила она. Камальтара продолжала смотреть на Тан Йи, если начнется бой, она, несомненно, проиграет его... Но это не было для нее причиной убегать от битвы со злобным мару! - "Будда Камальтара, Пожиратель Сансары..." Это то, кем вы хотите стать? Мне не нужна помощь, уж простите. Вы можете считать меня последователем чужой веры, но я вижу в вас потенциал и готов вложить в него душу. - сказал Йи, шагнув вперед. Он скрыл свою черную энергию и перестал излучать намерение, как будто его присутствие растворилось в воздухе. Камальтара сфокусировала свой мутный взгляд, в этой полутьме было легко потерять его ничем не примечательный силуэт. - Что может предложить мне такой человек, как ты, кроме своей черной души! - спросила она, вскочив со своего места. В мгновение ока она с силой пролетела через весь зал и нанесла по нему удар. Тан Йи в последний момент успел уйти с траектории удара, сцепив руки за спиной, он ехидно наблюдал потуги ослабевшей монахини. Камальтара, видя его скорость реакции и насмешливое отношение, почувствовала, как в ней закипает гнев, но это был не гнев, а демон сердца, который все еще вил в ней свое гнездо... Она продолжала яростно атаковать юношу, а он продолжал уклоняться от ее ударов в последний момент. Так продолжалось несколько секунд, за это время Камальтара сделала более тридцати молниеносных движений. Камальтара не была слабой, нет, многие сильные воины пали от ее рук. Ее боевое искусство несло в себе разрушительность и точность мощных ударов кулаками и предплечьями, характерная размашистость и амплитуда прослеживалась в каждом ее движении... Тан Йи внезапно зевнул, приходя в себя: - Души? - Он переспросил: "Ах да, вы же едите души людей. Я могу предложить вам не только души простых мирян... Сначала тебя нужно стабилизировать. - Сказав это, его ладонь мгновенно схватила голову монахини. Из него начала изливаться черная энергия, она проникла в тело монахини и начала стабилизировать энергию Камальтары. -Ааа!!!" - закричала в агонии монахиня, ее тело мерзко дергалось в конвульсиях. Боль, всепроникающая, она ощущала адскую боль каждой клеточкой своего тела. Насильственное подавление чужой энергии достаточно болезненно, чтобы лишить человека рассудка... Весь процесс занял несколько минут, Тан Йи с улыбкой смотрел на агонию монахини, время для нее словно бы остановилась. Боль, бесконечная боль и агония, ощущалась она так будто бы в ее жилах вместо крови лилось раскаленное до красна железо. Закончив стабилизировать энергию монахини, Тан Йи одобрительно кивнул головой. Он отпустил ее голову и убрал свою черную руку за спину. Монахиня рухнула на колени. Быстро придя в себя, она нервно посмотрела на молодого человека, стоящего перед ней. - Как?! - закричала монахиня, - Ты обладаешь знанием трех начал?! Человек перед ней... Кто он такой? Она приняла его за злого духа, за наваждение... Ее чертовски затуманенный разум только сейчас приходил в норму, она вновь обрела ясность мысли, с которой могла понять, какой силой обладает этот молодой парень. - Давай не будем задавать эти глупые вопросы. Мои секреты, как и твои мысли, должны оставаться невысказанными. - Покачав головой, Тан Йи ответил. "Фальшивое лицо скроет все, что задумало коварное сердце..." - подумала она, глядя на его спокойную улыбку, - этот человек жесток и хладнокровен, как бы он ни старался скрыть это своим лицом. - Будда Амитабха... Что ты хочешь от меня? - спросила недоумевающая монахиня, с трудом поднимаясь на ослабевшие ноги. - Госпожа, я пришел забрать вас на свою родину. Там вы сможете продолжать достигать познания и нести добро мирянам. - сказал он, протягивая ей руку. - ... Тогда по дороге давай спасем как можно больше людей. - Она поднялась на ноги с его помощью. Тан Йи кивнул. Все шло по его плану. Вместе они вышли из зала для медитаций во двор безымянного монастыря. Там стояло около пятидесяти воинов; увидев своего предводителя, они склонились в поклоне. Среди них стояла одна девочка лет десяти. Когда монахиня увидела их, она ахнула: все они источали сильную ауру... Сможет ли она справиться даже с пятью такими воинами? Ей было трудно ответить на этот вопрос. Наблюдая эту картину перед собой, Камальтара лишь мысленно молилась. " Гате гате гате парагате буддхаки анант па!" - взывала она к безграничному милосердию Будды. * В безымянном лесу штата Джорджии Курносые обезьяны разбили лагерь у входа в песчаную пещеру, в которую они так хотели проникнуть но все же не могли. Мерзкий запах доносящийся из узкого туннеля ведущего в грот доломитовых сталактитов пробуждал в них страх и инстинкт самосохранения. Они слишком опасались этого запаха, и его хозяина... Пятнадцать дней прошло в пещере доломитовых сталактитов, фиолетовое свечение сменилось красным, указывая на изменение концентрации энергии в самих сталактитах. За это время Тайри уже раскаялся в своем безумии и слабости перед лицом наказания, которое начало пожирать его душу, но раскаялся он не перед Богом, а перед самим собой. Его идеалы и его цель, которые когда-то жгли его сердце огнем, снова сжигали его тело. В центре пещеры сидел молодой человек, его длинные грязные волосы ниспадали по спине до самой земли, его чрезвычайно худое тело напоминало мешок с живыми угрями. Его тело тихо пульсировало, мышцы под кожей, словно змеи в темноте, отчаянно ползали, перестраиваясь и прикрепляясь к новым костным наростам. Конституция тела Тайри менялась. Мышцы, сухожилия и связки меняли свои формы и расположения в его теле. Мышечный корсет, который Тайри когда-то создал для себя в прошлой жизни, был воссоздан Иамом. С этим мышечным корсетом эффективность тела Тайри возросла в полтора раза! Но это было не единственное изменение... Тайри уже восстановил свой прежний уровень культивации, и сегодняшняя медитация закончилась прорывом на первую стадию! Благодаря Иаму и его контролю над энергией эволюции, Тайри уже смог получить свою первую мутацию! Получение мутации при прорыве на первую стадию было очень редким явлением, так как энергии в теле эволюционировавшего было во много раз меньше, чем при прорыве на вторую стадию... Первой мутацией Тайри было улучшение пищеварительной системы, в течение 15 дней Тайри часто посещал духовный мир, чтобы скорректировать планы с Иамом и подготовить его к битве с монстрами, обитающими в тумане... Иам в глазах Тайри выглядел как неопытный ребенок, то что он был создан из его опыта и воспоминаний не значило что он обладал теми же знаниями что и Тайри, скорее он был его ребенком?.. Тайри еще думал как описать обстоятельства Иама. Вчера, после очередного спарринга, они случайно обнаружили, что Иам способен напитать кости и мышцы Тайри свойствами минералов, которые тот поглощал... Доломитовые сталактиты, после того, как Тайри прорвется на вторую стадию, ему потребуется некоторое время, чтобы поглотить их. Это не займет много драгоценного времени, его кости будут наделены способностью поглощать эволюционную энергию, но взамен они потеряют часть своей прочности. В этой ситуации Тайри был готов пожертвовать прочностью своих костей, мышечный корсет мог бы компенсировать прочность, только для этого он должен был нарастить его, он будет подобен зайцу долго жившему в неволе, из-за малоподвижности его мышцы истончились и хрупкие кости были способны сломаться под собственным весом зайца но все же... Выгоды превышали потери... Сидя посреди леса красных сталактитов, Тайри тяжело дышал, его глаза быстро трепетали за закрытыми веками, он был погружен в свой собственный духовный мир. * Вершина чернильного вулкана. На белом снегу сражались двое мужчин. Иам уже несколько дней получал наставления по боевым искусствам от Тайри. "Его внешность обманчива, его уровень осведомленности сравним с уровнем десятилетнего ребенка..." - заключил Тайри, нанося удар. Обессиленный Иам не смог увернуться от удара и рухнул на землю. - Ты должен научиться понимать принципы боя, не только сами формы но и как они появились. Почему они появились, как их использовать и зачем. Ты должен это понять. Если ты поймешь, если ты осознаешь, то сможешь гораздо больше, а пока твоя техника еще не доработана. Ты как дикий зверь, с таким стилем боя против белой змеи ты не сможешь продержаться и нескольких секунд. - спокойно говорил Тайри. Он не торопил Иама, да, его душа медленно пожиралась монстром, воспоминания о будущем медленно переваривались в желудке белой змеи, но не стоит слишком давить на Иама, он может просто сломать его. - Начинай медитацию, размышляй о нашей дуэли и своей собственной силе. - сказал он. Иам не ответил, он принял позу для медитации и закрыл глаза. Он был послушным учеником, ибо сам понимал, как важно ему сейчас научиться всему у Таири, ведь его жизнь тоже была в опасности, без Таири он умрет, так и не достигнув их общей цели... Они вели кулачные бои уже несколько дней подряд, и за это время Иам не одержал ни одной победы. Единственное, что утешало Тайри, так это то, что белая змея сейчас крепко спала, наевшись сока мирового дерева, на стволе которого она лениво отрубилась... Он посмотрел на ее до боли знакомый облик и только презрительно хмыкнул. За пятнадцать дней реального времени Тайри провел в духовном мире больше года. Один час в реальном мире был равен одному дню здесь, и все время, пока Тайри был здесь, он тренировал Иама, Иам был сильнее Тайри, его тело было предрасположено к духовному миру. Тайри же не владел духовными техниками и был неспособен продемонстрировать эффективные боевые искусства, единственным способом научиться чему-то подобному были монстры, бродившие у подножия горы. Монстры бездны, они каким-то образом проникли в его духовный мир сквозь его границы, и поселились здесь. Поскольку его духовный мир представлял из себя пустую горную гряду, где не было ни духовных зверей, ни растений, одним словом ничего, то они не причиняли ему никакого вреда, скорее наоборот... Они были похожи на ходячие сундуки со всевозможными сокровищами. Неизвестно, что они могли принести с собой из бездны: от легендарного оружия и техник до проклятий и благословений забытых созвездий... А если они проникли из бездны мира Лабиринта... Тайри покачал головой: пока эти монстры были непобедимы для них двоих, им предстоял еще как минимум год жестоких тренировок, прежде чем они спустятся в заполненную туманом долину. "За это время духовный мир приблизился еще на один год к бедствию..." - подумал погруженный в раздумья Тайри. Бедствия - это чудовища, посылаемые бездной в духовный мир. Это было единственное, что знал Тайри, он не понимал всех тонкостей и типов бедствий из-за того, что в прошлой жизни так и не достиг просветления, поэтому для него появление монстра, равного по силе той гигантской белой змее, было бы неожиданностью... "Кстати, о змеях..." - Взгляд его стал жестоким, он вспомнил свою находку, которую обнаружил в реальном мире в пещере. Выброшенная змеиная кожа, длиной в несколько метров. Оказалось, что пещера была обитаема, но ее "хозяин" покинул ее, скорее всего, чтобы поохотиться. "Понятно, почему эти обезьяны боятся заходить в пещеру, даже зная, какие богатства она таит". Курносые обезьяны боялись монстра, способного в одно мгновение жестоко лишить их жизни. Тайри, оставив свое тело без присмотра, не беспокоился, он нашел применение выброшенной коже, благодаря улучшенному желудку он поглотил ее, и теперь его тело источало похожий запах. Он так замедлил сердцебиение и снизил общую температуру тела, что в глазах змеи он выглядел бы как странный камень, о который она когда-то терлась. Тайри вспомнил что уже должен был поглотить своим реальным телом поглощенную энергию. Он безмолвно бросился на дно чернильного колодца, возвращаясь в реальный мир и оставляя Иама наедине с самим собой.