УТОПАЯ

- Я должна кое в чём признаться, - Винтер выглядела очень подавленной, - это я застрелила Самуэльса. - А что он сделал? - Пытался меня изнасиловать и я так взбесилась, что застрелила его. Не знаю, один момент и бах, нервы не выдержали… Но этот мудак точно этого заслужил. Мы сидели на скамейке возле парка, и я наблюдала как Винтер нервно мнёт подол свой юбочки. - Мне кажется Кай бы понял тебя, ты единственная кого он всегда будет стараться понять. - Я его уже не знаю Энни, давно на самом деле не узнаю. Я просто испугалась и как идиотка свалила всё на Беверли, какая же я идиотка. И он убил Винсента, меня он тоже не пожалеет. Винсент придурок, но он был одним из нас, а Кай… До меня лишь доходили слухи о том, что же всё так произошло на том собрании. Я предвидела, что Винсента он жалеть не будет, но что убьёт не рассчитывала. - С чего вообще Самуэльс стал к тебя приставать, он же гей. Винтер слегка потряхивало, меня удивило что муки совести стали душить её только сейчас и именно за этот поступок. Люди всё таки удивительные существа. - Он хотел, чтобы я родила. - Чего? Самуэльс хотел, чтобы ты родила? Что за бред? - Кай хотел. - Я ничего не понимаю, - всё это казалось мне сплошным бредом. - Это всё не важно, он сошёл с ума, хлещет свой аддерал горстями, придумывает какой-то бред и сам верит в него. Он реально верит в то, что говорит, во всё верит, он не прикидывается. Заставляет называть себя «советник»… Я боюсь его ещё больше, чем когда-либо. Мне правда страшно, даже засыпать с ним под одной крышей страшно. А ещё эта куча фанатиков, которые спят у нас в подвале… и Беверли… - Расскажи ему про Беверли, он всё поймёт. Сейчас не время чтобы в нашем «коллективе» были лишние конфликты. Ты сделала всё правильно, когда застрелила того придурк… - я не успела договорить потому что Винтер перебила меня. - Ты веришь в него? – Два её огромных глаза уставились на меня. Я не знала, что ей сказать и что значило «верить в него». В его идеологию я не верила, точнее это было «не моё». Я не видела в этом какого-то реального выхода из случившейся ситуации в стране, да и в мире в целом. Общую панику народа я не разделяла и считала это глупостью. Но его мысли конечно имели место быть и разумное в них тоже присутствовало. Просто, вера в Кая спасала Винтер от жуткой внутренней пустоты современного человека, всех его последователей объединяла именно пустота, в Кае они находили ответы, а я ответов не искала, я созерцала. Кая я воспринимала как чарующего зверя за котором нужно просто наблюдать и любоваться, во всяком случае тогда мне так казалось. В ту минуту мне, однако, мне оставалось сказать только – Да, верю. Элли я особо не верила, я чувствовала в ней что-то такое, что заставляло меня каждый раз при ней напрягаться. Я записала с ней короткое интервью, и в общение с ней ясно дала понять, что я ничего не знаю про творящиеся ужасы. Кай ей верил как я поняла только из-за того что это она сказала, что Винсент собирался сдать Кая в психушку. Я решила просто по присматривать за ней. В воздухе и так витало напряжение и я тщательней, чем обычно следила за своими словами. Больше всего меня волновала Винтер, она была в очень плохом состоянии и я не знала как ей помочь. Я лишь надеялась, что эта простая скорбь, которая с временим пройдёт. Я любила Винтер, любила её как Линду. Девушки всегда меня больше восхищали, на самом деле они как правило были на много интересней парней. К Винтер я относилась как к своей сестре, плюс она была родной сестрой Кая и это вызывало во мне ещё больше чувств по отношению к ней. Она была родной для меня, она была из той же крови и плоти что и самый волнующий меня мужчина на свете. Первый раз, когда я отчётливо поняла, что ситуация стала выходить из под контроля, была тогда, когда Кай, вдруг, собрал нас всех вместе в подвале. Я спустилась в подвал, откуда-то со стороны, вдруг выскочила Беверли и буквально накинулась на Винтер. - Ах ты лживая тварь! Она со всего размаху влипала Винтер пощёчину и повалила на кресло, а потом на пол. Айви принялась их растаскивать, но у неё ничего не получилось. Откуда-то со стороны послышался голос Кая. - Прекратите это. Девушек растащили и жёстко усадили на диван. Я аккуратно села на подлокотник рядом с Винтер. Здесь были все, я быстро поняла, что Кай наплевал на мою просьбу о неразглашении и теперь просто сидела, ожидая узнать причину этого собрания. - Вероломство, лож, предательство – так обычно выглядит политика. Мы боремся друг с другом, а нужно забыть это и переступить порог чтобы войти на территорию власти. Кай весь в белом стоял по середине комнаты и я нутром чувствовала что он задумал что-то не ладное. Он окинул взглядом всех сидевших на диване и конечно на секунду он заглянул и мне в глаза, но ничего нашего-лично я не почувствовала. Ничего. Кай медленно прошёл к барной стойке и взял с неё поднос с огромной железной кастрюлей. Я услышала звяканье. Лицо его опять перестало выражать эмоции, опять маска. Он поставил поднос на маленький кофейный столик перед диваном. - Это ещё что? – спросила Винтер. - Сестра, нам нужны радикальные действия, - он открыл крышку кастрюли, - Джин Джонс говорил: «Не стоит бояться смерти, жизнь – вот наше истинное проклятие». - О боже, - тихо послышался голос Элли. Кай встал на колени и стал расставлять маленькие картонные стаканчики на столе. До меня стало доходить что происходт. - Господи, Кай, - глотая воздух сказала Беверли. - И кто этот Джин Джонс? – требовательно спросила Винтер. - Он заставил своих последователей выпить шипучку с отравой, - медленно пояснила Бев. - Ради бога, не делай этого, - заплакала Айви. Кай медленно и аккуратно продолжал расставлять стаканчики, абсолютно игнорируя всё вокруг. Я внимательно вглядывалась в его лицо. Я была уверенна, что он блефует, но от чего-то сердце моё колотилось как бешенное. Я пыталась хоть что прочитать в его лице, надеялась, что на секунду он посмотрит на меня и я пойму, что это лишь проверка, но он будто заворожённый не отрывал взгляда от своих беленьких стаканчиков. Он взял большой половник, открыл крышку кастрюли и принялся разливать алую жидкость. - Мы нужны тебе, - прошипела Элли, - ты не выйдешь на новый уровень с этими психованными подхалимами. Кай поднял на неё взгляд, но потом опять уставился на стаканчики. Он молчал. - Ему нужны, лишь верные приверженцы, - сказал Герри, к слову его я не переносила больше всего. - Абсолютно верно Герри. Преданность делу фундамент нашего движения, но настало время освободиться от земных оков наших тел. Нам придётся убить себя, чтобы переродиться в астральных существ. Кай поднялся с колен и посмотрел куда-то в верх. - Разбирайте стаканы, - выдохнул он. Его глупая свита стала активно подходить к столику и брать по стаканчику. Я тоже взяла. Красная жидкость, кажется, не пахла, она была абсолютно прозрачная и выглядела безобидно. Я всё ещё не верила в происходящие. Кай всё ещё игнорировал меня своим взглядом, и я понимала что деваться мне некуда. - Когда я укажу на вас – пейте, - пояснил Кай. - Классный день, чтобы умереть, - послышалось откуда-то сбоку. - Гнойное ведро, друг, окажи нам честь. Я обернулась и увидала носителя этого унизительного имени. Парень стоял бледным и весь дрожал. Он озирался по сторонам. - Пей, - завопил Кай и все в комнате вздрогнули. - Я не могу, я не буду пить, с меня хватит. Я, я не хочу быть астральной сущностью, - заикаясь выпалил парень. - Вот ты и показал на своё истинное лицо. Гэри. Три громких выстрела оглушили комнату. Кай закинул голову и выдохнул. Паника стала разливаться по моему телу. - Пожалуйста Кай, не надо, - заплакала Элли прижимаясь к Айви. - Озу нужны его родители, пожалуйста, - в отчаяние молила Элли. - А теперь женщины, - Кай медленно обвёл нас указательным пальцем. Время опять остановилось. Я не отрывала взгляда от Кая и вот он наконец посмотрел на меня. В его взгляде я не увидела утешения, я не увидела близости. Я поняла, что сейчас он относится ко мне так же как и ко всем остальным. Мы не соратники. Деваться было не куда, я поднесла стаканчик к губам и залила жидкость к себе в рот. На лице Кая я увидела явное удовлетворение. Наверно ещё никогда в жизнь мои вкусовые рецепторы так отчаянно не работали. Сладко, с кислинкой. С вишней? Клубника? Или просто ягодно? Одно я чувствовала точно – никакого «таблеточного» вкуса. Никакой горечи и прочей мерзкой медицинской отдушки. Жидкость струйкой залилась мне в глотку, а потом в желудок. Химоза, но не таблеточная. Я повернула голову и увидела в какой растерянности на меня смотрит Винтер. Я легонько ей кивнула. Все по очереди стал выпивать содержимое стаканчиков, кто через слёзы, кто с улыбкой. Больше всего меня впечатлила Беверли, я буквально увидела как она сломалась. Она молила Кая на коленях, но он был не приклонен и в итоге она залпом выпила жидкость. - Это не суицид, - повторял Кай. Дальше началась полнейшая вакханалия и парни с воплями и криками стали опустошать свои стаканчики. На какой-то момент все замолкли. Кай стоял закинув голову и закрыв глаза. - Вы чувствуете эту боль? – медленно спросил Кай, и его идиоты, конечно, стали кивать головой. Я всё так же сидела на кресле и прислушивалась к ощущениям в своём организме, но не чувствовала абсолютно ничего. - Этот напиток не отравлен, - вдруг сказал Кай опуская голову и смотря на нас, - в нём ничего нет. Зачем нам убивать себя, я баллотируюсь. Это просто проверка, - он весь сиял. В комнате поднялся ликующий вой, а Беверли, стоящая всё это время на коленях, начала трястись и реветь в истерике. В тот момент я наврала себе что я не боялась, что я не верила, что в напитке есть яд. Я убеждала себя в том, что точно знала, что эта была просто проверка, но сейчас я, конечно, понимаю, что если бы у меня был тогда выбор я бы не выпила жидкость из стаканчика.