Turn it up now

Стиснув зубы, смотришь на него. Заливисто смеётся, прекрасно понимая, что ты сейчас чувствуешь. Сумасшедшими глазами осматриваешь парня. Нет, не может человек быть столь идеальным. Возможно, ты и сама не осознаешь, кто же такой Сын Хён: идеал в твоих представлениях – или же самовлюблённый эгоист. Вот и сейчас ты снова не понимаешь его. Не понимаешь, как можно быть таким жестоким. Сын Хёну как будто доставляет удовольствие над тобой издеваться. Чёрт! Ты только что призналась ему в любви, а он просто смеётся. Просто. Не обращая внимания на тебя, на твои подходящие к глазам слёзы и пунцовый румянец на щеках. - Прости, оппа. Я не знала, что это настолько тебя рассмешит, - выпаливаешь на одном дыхании, пытаясь сдержать рыдания. Спрятать тот океан, бушующий в тебе, куда-нибудь подальше. Провалиться, чёрт возьми, сквозь землю. Потому что тебе реально стыдно. И ты реально уже жалеешь о том, что натворила. Зачем тебе вообще понадобилось ему всё рассказывать? Сама не можешь ответить на этот вопрос. В конце концов, ты всего лишь И Лин. Просто И Лин, в то время как он – звезда. Чёртов похититель женских сердец и вечный Мистер Бингу Чхве Сын Хён. - Эй, И Лин, мне правда смешно, детка! – и снова сумасшедший смех. Ещё бы ему было не смешно. Приходит девчонка, и вываливает на ТиОуПи груду чего-то невразумительного. Сама улыбаешься сквозь застилающие глаза слёзы, потому что видеть его радостным – счастье. Хоть и маленькое, практически неосязаемое – но всё же счастье. Счастье, которого ты по своей наивной глупости можешь лишиться. Потому что неизвестно, захочет ли он вообще с тобой общаться после этого. Выход есть – единственное спасение для тебя, хоть он и идёт вразрез с твоими собственными интересами – и ты им воспользуешься. Обязательно воспользуешься. - Скажи мне, Чхве Сын Хён, - начинаешь откровенно врать, глядя в его глаза. – Я похожа на идиотку, способную влюбиться в тебя? Получаешь едва ощутимый удар в плечо. - Я знал, что ты шутишь, детка! – снова улыбаешься и глупо хлопаешь ресничками. Благо, Сын Хён совершенно не думает о причинах поступков людей – ты сказала, что пошутила, и ему этого достаточно. Осталась самая малость – запрятать все свои чувства к нему поглубже, и вновь стать И Лин – просто И Лин, которой можно рассказать про очередную девушку, с которой можно поехать напиться в бар, которую можно называть «другом». Всего лишь другом. Если честно, ты и сама не знаешь, почему всегда так получается. С парнями отношения не клеились со средней школы – мальчишки упорно не видели в тебе кандидата на роль потенциальной «гёрлфрэнд». Возможно, из-за того, что ты всегда была своей в доску – дружила с футболом, ненавидела шпильки и общалась лишь с мужским полом. С внешностью тебе повезло – тебя можно назвать если не красивой, то очень симпатичной. Фигура, ум – чего ещё не хватает мальчикам? Так и повелось, что лет эдак с двенадцати ты была вечной форэвэ элон. Те парни, с которых ты влюблялась, сами приходили к тебе за советами – ты прекрасно знаешь, что такое выслушивать истории о чужих любовных похождениях. Так хотелось во время очередного рассказа закричать: «Ты видишь, что я здесь?»… Но ты держалась – и держишься до сих пор. Как и с Чхве Сын Хёном. Неисправимым бабником и казановой, в которого ты имела несчастье влюбиться. Влюбиться по уши и уж точно надолго. - Эй, И Лин, почему вы – девушки – такие странные? – из грустных мыслей тебя вырывает задумчивый голос Сын Хёна. - Что ты имеешь ввиду? – уточняешь, предсказывая новый разговор по душам. Кто на этот раз? - Вот взять хотя бы Бом, - начинает парень. – Скажи, И Лин, я ведь лучший, правда? - Меньше пафоса, оппа, - саркастически тянешь, в душе понимая, что он прав. - Вот почему я ей не нравлюсь? О да, Бом – необычная. Не прыгнула в объятия парня сразу же – но ты знаешь, что это не за горами. Просто такая же девушка на один раз – оппа неисправим, и ты прекрасно это понимаешь. Единственной причиной, ранее удерживавшей твои чувства в секрете, было нежелание становиться такой же одноразовой игрушкой – надоело, выкинул. - Оппа, я же тебя знаю, - уныло говоришь, запивая мохито свои слёзы. Тот клуб, в котором вы сейчас сидите, не может поднять тебе настроение, хотя обычно ты любишь вечеринки. – Скоро вы с Бомми будете встречаться. - Надеюсь, - хныкает парень, неожиданно включая эгьё. – Она такая классная… Хмыкаешь. По-твоему, Пак Бом действительно классная. Не такая, как Сандара или, скажем, Ли Черин. Немного не от мира сего, но действительно стоящая девушка. На каком-то подсознательном уровне не хочется, чтобы Сын Хён использовал её также, как и других. Тебе совершенно плевать на других бывших или настоящих подстилок твоего возлюбленного , но не хочется, чтобы он трогал Бом. В принципе не хочется. Потому что эта айдол может остаться с ним рядом навсегда – и занять твоё место. Место, которое ты подсознательно считаешь своим. - Спасибо тебе, И Лин, - в стельку напившийся парень трясёт тебя за плечо. – Спасибо, что ты у меня есть. Когда ты уже найдёшь себе парня? Одними губами произносишь, прекрасно зная, что он не услышит: «Когда ты согласишься стать моим парнем, оппа…» На следующее утро ты просыпаешься с чётким осознанием того, что надо что-то менять в жизни, иначе так и просидишь, наблюдая, как твоё счастье уводит под ручку Бом. Единственное, что может спасти тебя сейчас – рисунки. Господи, ты не знаешь, что бы ты делала, если бы не рисование. Хорошо, что руки у тебя растут не из задницы, а из правильного места, так что в свои двадцать с хвостиком ты имеешь довольно много. Собственная арт-дизайн-студия – очень и очень немало. Пожалуй, это – единственное, чем ты по-настоящему гордишься. Без помощи кого бы то ни было, отказавшись от спонсорства родителей, устроилась в жизни. Хотя на родителей так и так не хотелось рассчитывать – слишком уж далеки они были от своего ребёнка. Вечно занятые бизнесмены, вряд ли осознающие твою значимость. Единственное, что мистер и миссис Сон для тебя сделали – наняли учителя по рисованию, перевернув твою скромную и ничем не примечательную жизнь вверх тормашками. Как только смогла самостоятельно зарабатывать, ты тут же смылась из родительского дома, в котором тебя ничего не держало. Деньги на собственный проект ты тоже заработала сама – рисуя на заказ. Баловалась пейзажами, натюрмортами, даже писала фрески – но остановилась на портрете. И поняла, что это – твоё. Обычный человек даже представить себе не может, насколько тебя захватил людской образ. И для тебя воплощением вдохновения, который ты искала всю свою творческую жизнь, стал Чхве Сын Хён. Идеальное, мужественное лицо, прекрасный сценический образ, огромный талант и невообразимое желание быть первым. Самым-самым. И он стал им – по крайней мере, для тебя. Достаёшь из папки очередной эскиз – на этот раз, портрет незнакомого парня. Кого-то, кого ты увидела на улице и почему-то запомнила. Почему вообще именно этот человек? Не знаешь. И вот уже который раз зарисовываешь ставшие знакомыми черты лица. Помогает. Хотя бы отвлекает от грустного настроения. Совершенно не знаешь, что сейчас делать, но предпочитаешь не думать об этом. Твой друг опять куда-то запропастился, и ты слишком хорошо представляешь, куда. Вчера его увезла с собой очередная разукрашенная девушка, и скорее всего он пробудет у неё весь день – ты слишком хорошо знаешь Сын Хёна. Как ни странно, ты совершенно не представляешь, чем занимается парень. Нет, ну ты, конечно, в курсе, что он читает рэп и суперзнаменитый айдол, только вот ты никогда не слушала его музыку, а он не спрашивал и не предлагал. Про его друзей тире коллег по группе ты знаешь только по рассказам Сын Хёна, да это тебя и не интересует. Вообще, у вас с ним какая-то странная дружба. Если по-честному, то вы просто не можете быть по отдельности. Ты – из-за своих чувств, парень – из-за удобства, которое ты приносишь с собой каждый раз, как появляешься в его поле зрения. Если верить его словам, то ты – что-то вроде личного психолога, только бесплатная. Да ты и сама не знаешь, почему всё ещё не ушла от него. Тебе ведь точно не нравится выслушивать рассказы про очередную пассию Сын Хёна – ты же не мазохистка. Погружённая в свои несветлые мысли, ты отрываешься от наброска, на котором вновь изображён прекрасный незнакомец, и открываешь ноутбук. Так и есть, несколько входящих. Первое – от мамы, будто ей и вправду интересно, как у тебя дела. Ни намёка на желание увидеть дочь – всё строго и стандартно, впрочем, ты и не ожидала ничего другого. Родители давно стали для тебя чужими людьми – как только они поняли, что ты не хочешь быть стандартным послушным ребёнком. Ещё пара писем с заказами, а вот следующее… Следующее письмо заставляет тебя аккуратно поставить ноутбук на пол и следующие пять минут танцевать джигу-дрыгу. Америка! Твой любимый дизайнерский дом пригласил тебя на работу! Когда ты подавала своё резюме на такую серьёзную вакансию, то ни секунды не сомневалась в решении. Опыт работы у тебя был неплохой, много действительно стоящих проектов, к тому же, все условия этой работы тебя более чем устраивали. Деньги у тебя были, благо ты кое-что умеешь в этой жизни, а желания творить – хоть отбавляй. И ещё… Это было, пожалуй, единственным способом сбежать от Сын Хёна. Нет, ну ты, конечно, могла бы сорваться и улететь от него в ту же Америку, вот только смогла бы ты это сделать? Нет. И ты прекрасно это понимала. Понимала, что не сможешь от него отказаться без веской на то причины. А вот теперь твой отъезд имеет вполне нормальное основание, и это не будет выглядеть попыткой бегства – по крайней мере, для тебя самой. И вот, ты уже стоишь с чемоданом в руке. На плечах – маленький рюкзак. На тебе обычные узкие джинсы, майка и тёплая ветровка. Ветер треплет твои тёмные, довольно длинные волосы. На голове – соломенная шляпа, глаза закрывают тёмные очки. Бессчётное количество браслетов, левая ладонь испещрена странными рисунками, надписями… Писать на руках – твой маленький фетиш. Но сейчас наблюдающих за тобой людей волнует совсем другое – красивый высокий парень, стоящий рядом. - И Лин, может, останешься? – хнычет друг, и сердце обливается кровью. Как бы тебе хотелось остаться сейчас, но ты не сделаешь так. За всю свою двадцатилетнюю жизнь ты успела научиться быть сильной, и сейчас это умение как никогда пригодится. - Ты прекрасно знаешь, что я улечу сейчас, Сын Хён, - бесцветно говоришь ты, прекрасно понимая, что произнесёшь дальше. Особого волнения твоя тщательно подготовленная речь у парня не вызовет. – И я прошу тебя, не звони мне. - Что? – изогнул бровь парень. - Надеюсь, ты отнесёшься к этому адекватно. Я действительно люблю тебя, Чхве Сын Хён. Но ты не любишь меня. – Парень хочет что-то сказать, но ты знаком просишь дать тебе договорить. – Поэтому я прошу тебя просто исчезнуть из моей жизни – ты всё равно не дашь мне то, что я хотела бы получить. Судя по расширяющимся глазам парня, ты всё-таки смогла удивить мистера ТиОуПи. - Поэтому… Прощай, оппа. – Встаёшь на цыпочки и чмокаешь его в щёку. – Будь счастлив. Резко поворачиваешься на пятках и двигаешься по направлению к паспортному контролю, прекрасно осознавая, что больше не вернёшься в Сеул. По крайней мере, ты очень постараешься не вернуться.