Сожги все свои письма

Итэр и Паймон выбежали из здания настолько быстро, насколько могли. Еще бы чуть-чуть, и дом бы рухнул от такого давления. Они вышли на набережную и увидели: на огражденнии сидел их друг со знакомой бутылкой в руках. До нитки промокший: мех на правом плече потерял свой роскошный вид, одежда и волосы прилипли к телу. Капитан кавалерии смотрел прямо вверх, холодные капли дождя обжигали его лицо. —Ха-ха-ха. Дорогой мой друг. Еще в нашу прошлую встречу я понял, что у тебя на уме, видел бы ты, какими глазами таращился на меня в тот вечер. Ты хотел узнать, почему я был таким раздражительным, а я предоставил возможность. Думаешь, тот листок случайно из моей форточки вылетел? — усмехнулся Кэйя, — думаю, тебе хочется сейчас услышать, что это был всего лишь глупый розыгрыш, но, к сожалению, это не так. У меня действительно закончились силы держать все в себе. Все таки, я делал это, сколько себя помню. И я хотел отправить то самое письмо, хотел вывалить все человеку, которым раньше дорожил больше всего на свете. Да и сейчас так-то тоже, ничего не изменилось… Что меня остановило? Я увидел в окне вас, и мои планы резко поменялись. Ты добрый человек, и я ценю наше товарищество. Но все же, сам посуди, с тобой разорвать отношения гораздо легче, чем., — и без того дрожжащий голос Кэйи стал слабее, — неважно, мне больше не хочется обсуждать это. Капитан кавалерии сделал долгую паузу. Допив остатки из бутылки, он добавил еще кое-то: —Кстати, причина, по которой я до сих пор не дома — взяв пример с Лизы, я решил взять отпуск, пока не вернулся. Дождь постепенно прекратился. К этому моменту уже стемнело, и как тучи разошлись, показался тонкий месяц растущей луны. Во всем Порт-Ормосе не было ни единого источника звука. Кроме Путешественников и их одноглазого друга. —Когда теперь я все сказал, мне действительно стало легче. Я должен сказать спасибо. Завтра я точно вернусь в Мондштадт, так что нужно прибраться в той комнатке перед отъездом. Приходите завтра к гавани в 9:30 утра, чтобы проводить меня, — сказал Кэйя и удалился. Итэр простоял все время молча, будто совсем разучился говорить. Может, это даже к лучшему. Ему нужно переварить много информации, так что и им пора найти место для ночлега. И поскрее, ведь в мокрой одежде разгуливать по городу (еще и в ночи) совсем неприятно.