Кровь

      Все могло бы закончиться иначе, если бы к Уизли явились авроры, чтобы препроводить Рона. Но с аврорами явились и представители колдопола, один из которых работал с некромантами, поэтому учуял характерные эманации. Логично, что покушение на убийство, да еще и таким способом, привлекло внимание магов-международников, немедленно запросивших консультацию.       Рональд под визг Молли был арестован, но и Джина маги забрали с собой. Так как миссис Уизли совместно с другими домочадцами пытались напасть на представителей закона, то и им пришлось проследовать в связанном виде. Женщина была очень недовольной и связь с реальностью утратила, Артур же понимал, что ничем хорошим это не закончится.       — Несовершеннолетний Уизли подвергся частичному неквалифицированному удалению памяти, в связи с чем в мозгу нарушились некоторые связи, отчего мальчик испытывает трудности с контролем агрессии, — доложил колдомедик, заставив тяжело вздохнуть судью, приглашенного из Цюриха.       — То есть он с ума сошел? — не понял представитель британской судейской коллегии.       — Не совсем, но очень похоже, — кивнул эксперт-целитель. — Ему нужны специальные условия, имеющиеся только у простецов.       — Рецепт известен, — заключил международник. — Полное блокирование магии и клиника простецов. Возражения есть?       — Это ему плохо не сделает? — поинтересовался британец, такого себе не представлявший.       — Ну что вы, — улыбнулся целитель. — Это как заморозка ядра. Излечится, мы снимем блокировку, будет, как новенький.       Рон ожидал чего угодно — избиения, Азкабана, может быть, даже смерти, но совсем не того, что произошло. Сначала его раздели, нарисовали какие-то символы на животе, поднесли камень, светившийся ровным синим цветом, а затем, заставив одеться в маггловское, куда-то отправили. Мальчик не понимал, что происходит, вырывался, пытался всех оскорбить, только чтобы заглушить панику — своей магии он больше не чувствовал. Ему предстоял личный кошмар — психиатрическая клиника.       С Джином же все было непросто — его взяли в оборот некроманты, мгновенно определив, что именно произошло. И вот тут возникла другая проблема: что именно делать? С одной стороны, теперь это был ребенок, а с другой… С другой все оказалось слишком сложным.       — Установлено, что в школе Хогвартс ставили опыты над детьми, — докладывал эксперт на заседании специальной комиссии. — Две магглорожденные девочки были скормлены василиску, одна ритуалом отправлена в сороковые года — в концентрационный лагерь, где почти убита. Использованный ритуал показывает на участие взрослого опытного волшебника. Учитывая «око за око» и его результаты, мы можем утверждать, что это был Дамблдор.       — А ведь русские говорили… — протянул кто-то. — Не успокоился, значит…       — Но это еще не все, — продолжил эксперт. — Над Джинни Уизли был проведен ритуал возрождения из филактерии. Часть души мага почти поглотила душу несчастной девочки, за счет нее выстраивая недостающее.       — Дерьмище-то какое… — вздохнул председатель комиссии. — Бритам вовек не отмыться. Что делать будем?       — У нас простое предложение, — хмыкнул целитель. — Демонолог может разделить души. Девочку поселим в младенца, благо у простецов их умирает немало, а мага соберем воедино, чтобы разобраться в ситуации.       Это предложение было немедленно принято. Девочка была, по мнению международников, совершенно не виновата в том, что у Дамблдора взыграла тяга к экспериментам в стиле Гриндевальда. К сожалению, бывшего почетного председателя невозможно было поднять и еще несколько раз убить. В результате ритуала «око за око» его душе быстрое перерождение не угрожало, ибо следовало пройти жизненные пути всех жертв, а в связи с обнаруженным…       Приглашенный демонолог разделил души и, чтобы два раза не ходить, собрал, как он выразился, «конструктор». Душу девочки поселили в тело только что умершей, что удивило докторов простецов и очень обрадовало ее родителей. Стараниями Тома памяти души не было, зато была счастливая семья, сдувавшая пылинки с ребенка.       К Молли и Артуру Уизли появились серьезные вопросы. Если в случае рожденных простецами, их родители права голоса не имели, то в случае магической семьи проделанное было невозможно без согласия родителей. Восстановленный полусумасшедший индивид подтвердил получение филактерии жертвой от отца девочки. Взрослая часть семьи Уизли украсила собой нижние этажи Азкабана.       — Хорошо, а что будем делать с этим… — представитель МКМ показал на шар с душой.       — Пусть Магия решит, — ответили ему.       Пожалуй, это было лучшим вариантом — оставить решение на основную силу этого мира. Ритуал в таком случае был затратным, но тайн от этой самой силы не было, как и времени. Женщина с пронзительными синими глазами оценивала саму суть души Томаса Марволо Риддла. И через мгновение он исчез.       В январе двадцать восьмого года, в небольшом польском городке открыл глаза мальчик Йося, которому была очень рада его семья. Магия не дала ему сил, но оставила память о будущем, давая шанс выжить. Воспользуется ли мальчик Йося этим шансом?

***

      Сью и Луну в трансфигурированных платьях держали на руках Амелия и Ксено, но девочки время от времени протягивали руки к своей «лагерной маме». Прикоснуться, погладить, даже поблагодарить. Амелия, слушая эти детские слова, чуть не плакала — столько в них было тепла.       — Когда нас убивали, мама так плакала… — тихо произнесла Сью. — Мама, ты не будешь больше плакать, ведь мы в волшебной стране, да?       — Да, маленькая, — улыбнулась ей Миона, поражая Алешу этой улыбкой, полной ласки. — Я не буду плакать.       — Ты волшебная, — шепнул он девочке, на что она слегка покраснела.       — У нас там никого не было… — объяснила она. — Только палачи, а малышки плакали…       — И у них была ты, — серьезно посмотрел Ксено. — Спасибо тебе за них.       Их привели в отдельный кабинет, где обнаружился пожилой гоблин, внимательно посмотревший на взрослых и ничуть не испугавшихся его детей. Это сотруднику банка, по-видимому, было внове.       — Вы не пугаетесь? — спросил он.       — Вы улыбаетесь, — ответила ему Луна. — И совсем не злой, значит больно делать не будете.       — Вы же не собака, больно не покусаете, — подхватила Сью. — И не эсэс…       — Вот как… — гоблин задумался, перебирая пергаменты, разложенные на столе. — Хорошо, Амелия и Ксенофилиус Лавгуд, у вас полный равный брак. Вы знаете, что это такое?       — Равноправный, — улыбнулась женщина, прижав к себе Сью и погладив потянувшуюся за рукой Луну. Ни Амелия, ни Ксено не заметили изменений внешности девочек, что уже о многом говорило гоблину.       — Равноправный, — кивнул он. — Сьюзан Варвара и Луна Елена Лавгуд являются вашими детьми по плоти, крови и магии. Никто не посмеет этого оспорить.       — У нас настоящий папочка и мамочка, — по привычке объяснила Сью Луне. — А еще нас зовут, как тут и как… там, понимаешь? Мы больше не номера!       — Вы больше не номера, малышки, — откликнулась Миона, и девочки прямо с рук родителей потянулись обнять ее.       — Вот как… — опять произнес сотрудник банка, поразившись тому, что видел. — Двое благословленных Магией. Воин и его Леди. Интересно.       — Скажите, а что это значит? — поинтересовался Алексей, происходящее понимавший с трудом.       — Вы воин, — твердо глядя ему в глаза, произнес гоблин. — Вы видели смерть, теряли близких, ненавидели врагов. Вы вставали на пути зла, останавливая его, и убивали тех, кто нес горе вашей земле. Народ гоблинов уважает таких, как вы. Воин не может творить несправедливость, не убьет просто так, но всегда будет стоять на защите того, что ему дорого.       — Ничего, дорогой, — заметила Амелия ошарашенному новостями мужу. — Потом на месте Хогвартса фонтан построят.       — Ваша Леди, — поклонился гоблин. — Вы ведь спасали детей, юная леди. Вы терпели муки ради них и утешали, проводя в последний путь. Ваших детей убивали на ваших глазах. Как и вас. Я нигде не ошибся?       — Нет… — всхлипнула Миона, прижимаясь к Алеше. К ней же потянулись руки малышек.       — Вы Леди, благословенная Магией, — торжественно произнес сотрудник банка. — Покусившийся на вас ставит себя вне закона и будет проклят. Ну и кроме того, вы являетесь Наставницей Сьюзан Варвары и Луны Елены.       — А что это значит? — удивилась Миона.       — У нас есть мама и папа, — вмешалась Луна, не дав гоблину ответить. — Но ты тоже наша мама, поэтому ты будешь нас нас-та-влять, вот! Только… — она очень жалобно посмотрела на свою наставницу.       — Алеша… — позвала Миона своего жениха. Сразу же кивнувший мальчик выдал малышкам по кусочку хлеба, отчего те сразу же счастливо заулыбались, заставив кивнуть сотрудника банка.       — В целом, это верно, — кивнул он. — Ну а подробности вы узнаете в свое время. Кроме того, вы помолвлены. Это, конечно, не обязывает вас жениться, но защищает от чар и зелий. Не ото всех, конечно…       Узнав, что Леди действительно леди в маггловском мире, Амелия улыбнулась. Только вот на улице опять были черные мантии. Малышки спрятали лица в одежде родителей, а Миона просто закрыла глаза — страх вернулся. Ксено, увидев это, покачал головой, задумавшись. Помочь этой проблеме было можно, какие-то наработки имелись, поэтому переглянувшись с Амелией, мужчина кивнул самому себе.       — Гермиона, Гарри, возьмите порт-ключ, — протянула Амелия небольшое кольцо молодым людям. — Приходите к нам в любое время, дети будут рады. Они так вас искали…       — Маленькие мои, — потянулась к Сью и Луне Миона. Погладив обеих, девочка вдруг обнаружила кусочек хлеба прямо у своих губ и, конечно же, не удержалась. На душе стало спокойнее.       Амелия и Ксено отправились домой, как и Миона с Алешей. Малышкам пора было кушать, старшим детям тоже, но теперь девочка ощущала какое-то тепло, поселившееся в душе, что ее очень радовало. Теперь оставалось только купить все необходимое и можно было отправляться домой, чем они и занялись.       — Извините, — обратился мальчик к одному из сопровождавших их магов. — А можно как-то сделать так, чтобы Миону не ставили на скамеечку в магазине мантий?       — Большая проблема? — поинтересовался мужчина.       — Как будто собираются… — Миона всхлипнула, будто ощутив петлю на шее. Глаза мага расширились — он понял.       — Измерим дома и закажем совой, — предложил выход сопровождающий, заставив девочку заулыбаться.       Маги понимали, что основная проблема не в злой воле магов, а в голове девочки, где все еще живет очень страшное место. И как раз с этим ничего сделать было нельзя.       — Давай тогда домой? — предложил Алеша, на что его, как оказалось, невеста, согласилась.

***

      Выборы в Магическом Мире Великобритании прошли как-то очень быстро и почти незаметно. Вот только вчера были прения и споры, а сегодня новый Министр Робин Стоун уже проходит инаугурацию. Обыватели выдохнули, никаких сюрпризов не ожидая, но буквально на следующий же день посыпались декреты и распоряжения — инспекция Азкабана, реформа правоохранительной системы, реформа образовательной системы, включение в школьную программу Хогвартса маггловских предметов. Это вызвало большое возмущение, как-то неожиданно быстро прекратившееся.       Мистер Малфой после угрозы допроса менталиста под Веритасерумом, сдулся очень быстро. За ним последовали и прочие, заявлявшие, что были под Империо, поэтому оппозиция предпочла сидеть тихо и дома, а не возмущаться в Азкабане. Новые предметы решили вводить для первокурсников — все, для второкурсников и далее — облегченную программу. Кому-то надо было начинать с начальной школы, кто-то мог продолжать обучение, поэтому дети отныне делились на четыре группы.       Международные маги принялись перетряхивать Магическую Британию в отношении преступности, воровства, коррупции. Так как жили они не здесь, то никого жалко не было, как и не боялись эти самые маги, имевшие большой опыт общения с преступностью. Когда британцы опомнились — постепенно становилось поздно. И вот тогда новый Министр сел за стол переговоров с магглами. Детали этих переговоров широко не освещались, но герцогиня Росс ходила настолько довольная, что у Эммы уже возникало желание куда-то убежать.       Впрочем, все изменения почти не коснулись Мионы и Алеши, предпочитавших проводить время наедине друг с другом. Девочке было очень страшно, просто запредельно временами. Поэтому Марк решил поговорить с дочерью.       — А боишься ты чего? — поинтересовался мужчина, обняв расслабившегося у него в руках ребенка.       — А вдруг что-то случится, и я опять окажусь… там? Там же тоже был поезд… — призналась Миона, отдыхая от страха.       — Мы что-нибудь придумаем, — пообещал мужчина. Он успокоил доченьку, а потом пошел общаться с супругой на тему альтернативных путей отправки ребенка.