Не брошу

— Мори? Мужчина средних лет сидит в кабинете своего заместителя и читает вчерашнюю газету. Завидев источник звука, он радостно улыбнулся. — Накахара! Не мог тебя не поблагодарить: ещё раз большое спасибо! Вобщем, можешь идти домой, к работе вернёшься через две недели, — активно пожимая руку, протараторил брюнет. — Да, хорошо. Но можно я сначала выпишу одного пациента? — М? Это так необходимо сделать тебе самому? — Да. — Хм, ну ладно. Рассказывай давай, что случилось, кто случился, почему ты здесь ночевал всё это время… — хитрый взгляд фиолетовых глаз прожигал насквозь. От этого озабоченного главврача ничего не скроешь! — Хах? Кто вам?.. — У меня свои связи. Послушай, я очень ценю твою любовь к работе, но обязательно проявлять её таким образом? Ещё и в палате у пациента, — тихий смешок окончательно выбил рыжего из колеи. — Вы. Как? — Я же говорю, свои связи. У тебя с ним что-то есть? И чего я спрашиваю? Просто так с посторонним человеком не спят на одной койке, — не сказать, что Огай был в восторге от такого номера, но и не зол, и даже не разочарован. Он излучал неподдельный интерес. — Мы признались друг другу два дня назад… — с неловкостью произносил парень, стыдясь этого чувства, стыдясь своей, как он считал, слабости и глупости. — Если ты неравнодушен к нему, думаю, он достойный человек, Чуя. Мы не доверяем всем подряд и не можем быть честными со всеми, однако тебе с ним комфортно, так что не бойся раскрываться перед ним и не волнуйся, — врач по-отцовски потрепал парня по плечу. Мужчина никогда не встревал в чужие дела, особенно посторонних людей, но если это дорогой и близкий ему человек, он просто не может пройти мимо. Так случилось и с Накахарой, что смог вздохнуть с облегчением и поверить в светлое их с Дазаем будущее. Дома тихо. Слишком тихо… Тишина порой сводит с ума, порой помогает разбираться в себе, порой спасает от внешнего мира. Но сейчас она давит на горло, сжимая бледные пальцы, перекрывает кислород под названием адекватность, и жизнь уже не радует. Одиночество спутник тишины. Они неразлучны, смотрят, как куклы со стеклянными глазами, напрягают, вынуждая вернуться к людям. Сейчас в квартире находится человек, мирно дремлющий на нерасстеленной кровати, обнимающий подушку. Он недавно попрощался со своим возлюбленным, проводил домой и подарил невесомый поцелуй в губы, словно вдыхая жизнь. Пообещал принять его в любое время, но… Кто ж знал, что этот имбецил захочет припереться в одиннадцать вечера?! Звонки в дверь не прекращались, и Чуя мысленно проклинал весь мир, особенно придурка, стоящего за дверью. Секунда… Представляю вам картину маслом: Накахара в чёрной майке и шортах, достигающих колен, убийственно смотрит на улыбающегося Дазая, который, к слову, вырядился как на свидание, да ещё и с букетом роз, и бутылкой вина. С горем пополам, рыжий заводит в квартиру гостя и, зевая, идёт ставить чайник. — Чу~, а ты ещё милее, когда одет в домашнее. — А ты не раздражаешь меня, когда даёшь спать. Осаму, блин! Время — ночь. — Ты обещал, плюс мне было скучно, — беззаботно раскидывая руки в стороны, потянулся шатен. — Обещание я сдержал, — обнимая парня и садясь ему на колени, голубоглазый прошептал, — а вот ты с работой до конца не разобрался. Наглая ухмылка на лице врача ещё сильнее подстегнула риелтора к действиям. Легким поглаживанием по бедру, Чуя ответил тихим стоном в ушко, ероша расчесанные волосы. — Неплохо, но я ставлю тебе ультиматум: ты мне даёшь отдохнуть, хорошенько выспаться, разгребаешь то, что у тебя накопилось и только тогда делаешь уже со мной, что хочешь. Сейчас не самое подходящее время, Дазай, — Накахара тепло улыбнулся и обнял парня за плечи, ясно давая понять, что ещё не готов. Осаму же обнял в ответ, поглаживая узкую спину. — Я готов ждать столько, сколько понадобится, Чу~ Шатен сегодня ночевал у врача. Ну как ночевал… Парни сначала проболтали полночи о том и о сем, а потом уставшие завалились на диван-кровать в зале, сразу отключаясь. Говорят, сны что-то значат и о чем-то предупреждают. Ещё до конца не установлено, правда это или нет. Когда тебе в последний раз что-то снилось? Что это было? Какой, думаешь, сон сейчас видит Осаму? Интересно? Ну читай… Это лес? Такие действительно бывают? Слишком красивый, величественный, могучий. Дазай, словно муравей, среди гигантов-сосен, пропускающих сквозь мохнатые лапы любимые золотые лучики солнца, восторженно глядел на представленное великолепие. Птицы чирикают, отдалённо напоминая детскую песенку, весело кружатся над головой. Неподалёку протекает хрустальная речка, настолько чистая и блестящая, что века бы не хватило налюбоваться. Трава под ногами мягко обволакивает босую стопу, чуть охлаждя росой. Воздух свеж, на душе легко. До слуха доносится чей-то смех. Посмотрев в сторону речки, парень увидел Чую. Тот звал за собой шатена, приглашая поплескаться. — Дазай! — эхом отдавалось в ушах. Кареглазый с радостью побежал к врачу, на ходу скидывая рубашку. Голубоглазого подхватили сильные руки и подняли вверх, затягивая в долгий поцелуй. Вдруг рыжий откинулся назад и повалил обоих в воду. Глубина немыслима! Но ведь это сон, здесь возможно всё. Она поглащает, обволакивает тела, замедляет момент и сердцебиение. Накахара берёт в свои ладони лицо риелтора и делится своим кислородом, прикрывая глаза. Свет. На груди Осаму спит его любовь, обхватив его руками и ногами, мило сопя и изредка подрагивая. Кареглазый полежал минут пять и, кое-как достав телефон, глянул на время. Пора будить, но не просто, а в стиле Дазая: вычурно и пошло. — Чуя~, — проводя руками под майкой рыжего, протянул Осаму. Врач нехотя открыл глаза и, то ли смутившись, то ли из желания выкинуть какую-то дичь с утра, коротко чмокнул в губы парня и отскочил, залетая в ванную. Уже там Накахара понял, что облажался, но с другой стороны, он не хотел, чтобы его заставили краснеть, а это бы произошло, если бы он не ретировался. Из ванны послышался звук падающих капель, нещадно бьющих кафельный пол душа. Дазай надел рубашку и пошёл готовить завтрак. Брюки помяты, а всё потому что у рыжего нет вещей размера Осаму. Жаль, конечно, но у него ещё есть время зайти домой переодеться. На кухне обнаружились все необходимые ингридиенты. Хоть дома Чуя и не ночевал в последнее время, но о холодильнике позаботился. Пора за работу. В ванной комнате перед зеркалом стоял рыжий. Приём душа окончен, можно выходить, но… Взгляд задержался на отражении. Нагое тело, худое, измотанное, уставшее, бледной угловатой фигурой выделялось на гладкой поверхности. Из всего этого отчётливо выделялась чуть потемневшая из-за воды причёска. Накахара провёл рукой по шее и, одевшись в футболку и шорты, вышел. — Ты готовишь что-ли? — вытирая полотенцем голову, поинтересовался, входя на кухню, голубоглазый. — Как ты догадался? — с сарказмом усмехнулся Дазай. — М? Посушу тебе волосы! Садись! — Это необязательно, я могу и сам… Осаму ничего не хотел слушать. Подхватив парня, он усадил его на пушистый ковёр в зале, взял фен и сам примостился сзади. Тёплый поток воздуха разносил запах шампуня по комнате и, как ни странно, освежал. Руки слегка массировали голову, перебирая и накручивая на пальцы прядки медных волос, гладили тонкую шею. Накахара прикрыл глаза, позваляя ещё минут пять ворошить свои локоны. — Я всё! — Осаму выключил фен и поцеловал в макушку парня. — Спасибо, — легко улыбнулся врач, — идём? — Да, надеюсь, тебе понравится! — воодушевленый риелтор приобнял рыжего и повёл его к накрытому столу. Получилось сносно. Кофе, жаренные в яйце ломти батона, а также бутерброды с сыром вдоволь утолили утренний голод. Дазай после трапезы вскочил, обнял парня и, обещав позвонить, быстро убежал на работу. Свободный день, долгожданный свободный день надо бы провести с пользой! Накахара быстро вымыл посуду и принялся за уборку. Когда он в последний раз это делал? Месяц назад? Сейчас это неважно, факт остаётся фактом: дома срач. Стыдно стало перед гостем, повсюду пыль и грязь. Вооружившись пылесосом и половой тряпкой, Чуя кинулся исправлять ситуацию. Дазай же, забежав домой, а после и в агенство, направился к первому клиенту. Молодая девушка активно жестикулировала, описывая квартиру, по её словам, трёхкомнатную, просторную, без котла, с отоплением, с ремонтом, но не так, чтобы от цены глаза из орбит вылетели и ей не пришлось находить недостающие деньги у папика, которого она только бросила, или, ещё хуже, на трассе. Весь монолог она делала парню недвусмысленные намёки, но тот, быстро всё записав, смылся к следующему человеку. Продуктивный денек, ничего не скажешь. С обоих парней пот катился градом, а ноги горели огнём. К вечеру, завалившись домой, Дазай принял душ и написал врачу. — Приветик) скучал? — Вечерок! Ну допустим;) — Ну и отлично! Может встретимся? — Я не против, вот только выйти сегодня куда-нибудь не получится (устал, как собака… — Понимаю. Давай ко мне? Фильм посмотрим, выпьем) — Диктатуй адрес! Выезжаю! Полчаса и на кофейном столике в уютной квартире Осаму расположились различные сухарики, чипсы, печеньки, ну и пара бутылок пивка — куда без них, правильно? Шатен, между прочим, тоже постарался прибраться к приходу дорогого гостя, разложив все вещи в шкаф, приготовив плед и диски с фильмами. Чуя пришёл с половиной добра, что сейчас находится на столе, и принялся выбирать фильм. — Чу~, дай плед, пожалуйста, — на середине просмотра кино стало почему-то холодно. Может из-за того, что балконная дверь открыта, а на улице весна? Или может от боевика стало не по себе? Рыжий развернул плед чёрного цвета, сел на колени Осаму и укутал обоих. — Хм, так даже лучше. — Ещё бы! — лукавая улыбка оживила некогда сосредоточенное на экране телека лицо. — Я ценю твою «заботу» и, надеюсь, скоро смогу тебя как следует отблагодарить, — кареглазый провёл носом по шее парня, приятно щекоча. — Отблагодаришь, не переживай, — Накахара повернулся к риелтору и нежно поцеловал его в губы. Ответ моментальный, более настойчивый и жадный. Оторвавшись, Чуя устроился поудобнее на чужих коленях и облокотился на возлюбленного, спиной ощущая быстрое сердцебиение. Осаму сидел напряжённый. В штанах стало тесновато. «Дазай! Это от поцелуя?! Позорище! Лишь бы не заметил, лишь бы не заметил! " — Осаму. «Твою мать… " — Да, Чу? — Дашь чипсиков? — невинно провёл тонкими пальчиками по коленям риелтора. Шатен понимал, что если поддастся вперёд, то спалится, поэтому, встав с дивана и подхватив голубоглазого на руки, поцеловал его в щеку, усадил на место, дал вкусняшек и ушёл в ванную, пообещав вернуться поскорее. Накахара усмехнулся: «Мог бы меня попросить помочь ему с этим». Спустя некоторое время, Осаму, выходя из туалета, напоролся на врача. Тот окинул взглядом парня. — Ладошки не болят? Бедный мужчина хотел провалиться сквозь землю. — Прости… Кхм. — Да ладно, это естественно, — проходя обратно в зал, уселись на диван. — Однако мне приятно, что ты терпеливо ждёшь. — Что не сделаешь ради тебя, — тепло улыбнулся кареглазый, приобнимая своего любимого. За одним фильмом пошёл в ход второй, за вторым третий, на третьем парни один за другим вырубились. Смотрелось мило: Чуя уткнулся носом в плечо шатена, а тот в свою очередь крепко прижал к себе врача и спал полулежа. Звонок на телефон Дазая разбудил обоих.