Is that hot enough?

В клубе многолюдно, громко и душно, как будто сегодня не вторник, а как минимум выходные перед общенациональными праздниками. Музыка играет сегодня на редкость противная — чтоб диджея черти в жопу драли — так что трое парней вполне успешно тратят вечер не на пьяные танцы, а на разговоры с удрученным положением своей личной жизни другом. Феликс с Сынмином, одинаково задумчивые и озадаченные, сидят по обе стороны от расстроенного Чонина, уткнувшегося лбом в поверхность барного стола и едва не хнычущего, пытаясь придумать, как ему помочь. Судя по рассказам младшего, что уже достаточное количество времени состоит в отношениях с Бан Чаном, его парень — по всем законам альфач, и вообще зверюга, по которому течет пол универа — дохуя заботливый и нежный любовник, который вот уже вторую неделю динамит его, а если не продинамит, то обязательно завалит нежностями, и типа да, это круто, но иногда хочется совсем не этого. Вернее сказать, всё чаще хочется совсем не этого. — Хочется, чтобы ему башню сорвало к чертовой матери, а он целомудренный пиздец. И в последнее время ходит подавленный, не рассказывает ничего, но я же вижу, что его что-то беспокоит, помочь хочу. Ну я же рядом, ну блядь, обрати на меня внимание, мы пара или кто? — Чонин губы кусает, отнимая лицо от стола, скрещивает руки на груди и устало откидывается на спинку дивана. Трахаться хочется до искр из глаз. И помочь ему хочется, выслушать, расслабить. — А я тоже не настолько раскован, чтобы напирать прям как-то… Хочется адски, но… Из всех новообразовавшихся парочек друзей их с Чаном отношения, грубо говоря, самые свежие, как раз горят первыми проблемами и недопониманием. Остальные уже пережили большую часть взлетов и падений на старте, так что ловят сейчас не самые приятные флешбэки. — Могу я тебе кое-что напомнить, нераскованный ты наш? — подает голос Сынмин, играя бровями, на что Феликс тут же давится хохотом. Он знает, что за этим последует. — О, нет! — тушуется Чонин, неловко смеясь и пряча лицо в ладонях. — О, да! — ржёт Ким вслед за Ли. — Я никогда эту картину не забуду, извращенцы. — Ой, ну подумаешь, передернули друг другу по-дружески… — ничуть не смущаясь вспоминает Феликс их с Чонином пьяную выходку на вечеринке полуторагодовой давности. — Ты вечно об этом напоминать будешь? Мне до сих пор стыдно, — всё ещё закрывается руками Ян. — А мне нет! — хихикает Феликс, стуча его ладонью по плечу, той самой. — Будет, что вспомнить зато. — Я это к тому, что не настолько ты скромный и застенчивый, каким хочешь казаться, — флегматично начинает Сынмин, отпивая немного из стакана. — Возможно и Крис тоже. У каждого есть свои собственные слабости и особенно извращенские мысли. Признаться честно, Чонин так и думал. Дайте ему подходящую ситуацию, и он своего парня из койки не выпустит, пока они из сил не выбьются… Чонин завидует Феликсу — с сексуальным аппетитом Хёнджина не сравнится, наверное, никто во вселенной. Секс в этой парочке происходит, судя по наблюдениям друзей, едва ли не чаще, чем моргание. У них идеальная синхронизация, тандем, прозванный на весь универ «double fuck», потому что никто не остался равнодушным к тому, что двое самых красивых парней решили сойтись друг с другом, а не с кем-либо еще, хотя находили это дохуя закономерным. Чонин завидует Джисону и Минхо, у которых с тех пор, как они съехались, начался тотальный медовый месяц. Растянулся, правда — уже, к примеру, идёт седьмой или девятый… Годовщина не за горами. В общем конца и края не видно. Чонин даже Сынмину завидует — они с Бинни на публике как кошка с собакой, мозг друг другу имеют, грызня и подъебы вперемешку с неприкрытым флиртом, но все знают, что происходит за пределами их перепалок и неозвученных отношений. А у него вот Чан, с которым он бы при первой же возможности секс-марафон устроил, да всё как-то не получается, вечно им что-то мешает… — Звони Бинни, сейчас эксперта спросим, — бросает Феликс Сынмину, у которого — ну конечно же ни разу не притворно — брови ползут вверх. — Давай-давай! Его новый номер только у тебя есть. — С чего ты взял вообще? — возмущается Сынмо, на что Феликс включает максимально беспристрастное лицо со взглядом в стиле «ты издеваешься?». — Ты ему вчера звонил при нас, — отвлекается от своих пиздостраданий Ян. — Это он мне звонил, а не я ему! — Долго из себя строить будешь? Набирай говорю, — понижает голос Ликс и Ким цокает, доставая телефон и набирая номер. Мобильник падает на стол и на экране горит вызов контакта с наименованием «Со Козлина», на что Чонин с Феликсом синхронно прыскают от смеха. Несколько продолжительных гудков и в трубке слышно запыхавшегося Чанбина, что, по всей видимости, еще находился в спортзале. В его голосе с налёта слышится яростная радость, что ему позвонил тот, кто надо. — Привет, щеночек, соскучился? — дохуя радостный Со на том конце провода вероятнее всего лыбится во все 32, что заставляет Феликса и Чонина хихикнуть, а Сынмина бросить на них убийственный взгляд. — Много чести, пф, — хмыкает Сынмин, включая всё своё псевдоравнодушие к бесконечным подкатам Бинни. — Я тут с ребятами зависаю, у них к тебе пара вопросов, а твой новый телефон есть только у меня, потому что ты мне вчера звонил, — Сынмо старается максимально оправдаться и откреститься от дальнейших подкатов, но Чанбина подобным не проймешь. Этого «хорошего мальчика» он уже вдоль и поперек изучил. — Во имя твоего душевного равновесия сделаю вид, что всё так и есть, — Со включает рокового искусителя, а «щеночек» со скрипом закатывает глаза куда-то внутрь черепной коробки со звучным «Тц». — Кто там у вас? — Привет, Бинни, это мы, — салютует в трубку Феликс и Чонин здоровается следом. — Ты там не с Чаном случайно? — Нет, он ушел час назад, у него вроде как дел куча. Я один, так что можете вываливать, нас никто не подслушает, — несмотря на то, что Чан его бест бро, Чанбин всегда готов хранить секреты друзей друг от друга, в этом ему не было равных — он точно никогда не выдаст ничего лишнего. — Что-то произошло или происходит? Сорян, я просто тоже в последнее время весь в делах, даже не успеваю за тем, что у вас там. — Ты всегда прощён авансом, ты же знаешь, — машет рукой Феликс, а сам отвлекается на вибрирующий телефон и открывая переписку со своим ненаглядным Хваном беззастенчиво облизывается, мгновенно отвлекаясь от разговора, по всей видимости на очередное сообщение эротического содержания с очередным секси-селфи. Чонин зло посматривает на Феликса исподлобья, потому что они с Хёнджином проебали сегодня физкультуру трахаясь где-то в удаленном уголке универа, он это точно знал. Серьезно, они вообще кроме секса друг с другом чем-нибудь занимаются, блядь?! — Короче, расклад такой неутешительный, знаешь… — вздыхает Чонин, подвигая телефон Сынмо поближе к себе, чтобы Со мог хорошо его слышать. — Моему младшему брату с уроками помогает сестра Феликса… — Рейчел? — Нет, блядь, ты дослушай сначала, а? Рейчел старшая, а младшая Оливия. Оливия учится в параллели с Ханной, которая в их школу перевелась в начале года… — Ты же про младшую Чана сейчас? Поясняй, чтобы я понял. — Да, младшая сестра Чани, господи, ты дашь мне рассказать или перебивать продолжишь? — Окей, молчу, не злись, мелочь. — Пф, — гасит в себе агрессию Чонин. Сынмин внимательно вслушивается в их диалог, уронив голову на сложенные руки и любопытно моргая. Феликс напоследок хихикает перед своим мобильником и присоединяется к разговору обратно с горящими щеками. — В общем, они хорошо общаются и информацию друг другу сливают со скоростью света. Ханна через всю эту цепочку знакомств узнала, что у старшего брата есть парень в лице меня и проболталась предкам раньше положенного — он пока не собирался их в известность ставить. В итоге Лукасу — его младшему брату — по барабану, у них друг от друга секретов не было, мама спокойно отнеслась, хоть и распереживалась, а отец ходит с тех пор хмурной, он эту новость тяжело принял. У них натянулись отношения и это послужило тому, что Чани уже вторую неделю ходит нервный и динамит меня… А я скучаю… Во всех смыслах, если ты понимаешь, о чем я… — Я так-то эту всю историю уже от него самого слышал мельком. Ты мне скажи, чем я помочь могу? — По словам той же Ханны, он либо с тобой в качалке, либо предкам помогает по дому и с работой, либо в учебе весь — всё-таки будущий продюссер… Скажи, почему он меня динамит? Он говорил что-нибудь? Мне кажется мы расстанемся нахер такими темпами… — Чонин кусает щёку изнутри и начинает волноваться снова, хотя, казалось бы, только успокоился. Теперь же переживания нахлынули на него с новой силой. Чанбин снисходительно усмехается в трубку. — Мелкий, вы точно не расстанетесь, потому что Чан тебя бережёт дохуя, он же в тебе души не чает буквально, готов пылинки сдувать если надо, — Чанбину правда хочется успокоить Яна, ибо его лучший друг в этого лиса влюблен без памяти. — Он просто решил, что пока дела с семьей не порешает, тебя заебывать своими проблемами не станет. Он мне так и сказал. Он сам соскучился по тебе, поверь, это видно. Даже в качалке о тебе пиздит не затыкаясь — я ему про программу тренировок, а он мне «Как там Йени», блядь. Заебал самую малость уже, если честно, — Чанбин ржёт, а у Чонина всё внутри схлопывается. Крис его настолько любит и... Ох. — Бинни, почему он такой идиот? А я ему тогда зачем, как если не поддерживать и быть рядом? Я же могу его расслабить, снять стресс и напряжение, так, что он еще неделю будет ходить спокойный… Так он же не дается, — Чонин стонет, снова утыкаясь в стол лбом. Феликс сочувственно похлопывает его спине, Сынмин озадаченно всматривается в свои сложенные руки, размышляет и прикидывает. Непродолжительная пауза, в которую все думают, как помочь несчастным Чанчонам, и Чонин поднимает от стола лицо с нечитаемым выражением лица, шепча, но очень громко, и жмурясь. — Мы почти две недели не спали, - ему хочется завыть. — А если мне что-то и перепадет, он же опять будет относиться ко мне как к драгоценности, как ты и сказал, пылинки сдувать… А я может жестко хочу, — Чонин закусывает палец и стонет. Все уже давно поняли, что мальчика кроет. Мальчику хочется, чтобы его «папочка» отодрал его как последнюю блядь, выместив весь скопленный стресс и перенаправив энергию, но вместо этого он запирает все в себе и Чонина это нещадно бесит, но сцены устраивать не хочется, да и нахуй надо. Парни сочувственно кивают, всё понимают. Две недели… Охуеть. Как держится еще. В универе практически не пересекаются, а встретиться толком негде – у Чана дом огромный, но в нем всегда кто-то есть, а у Чонина сосед по комнате задрот хиккующий, его даже спровадить некуда… — Есть на самом деле один действенный способ, которым можно воспользоваться в нынешних условиях. Если уж ты на стену лезешь, то я тебя уверяю, он весь свой недотрах вымещает в качалке как бешеный. Короче… Мы конечно бро и все такое, но про его пристрастия я нихуя не знаю, он меня в них никогда не посвящал, но я могу поставить что угодно, что тебе он такие вещи доверяет. Покопайся в памяти, тщательно, проанализируй его пристрастия — кинки, фетиши, девиации. Должен быть какой-то особенно извращенский триггер. Все грешат подобным. Те, кто нет — пиздоболы. Просто подумай, я серьезно. Чонин крепко задумывается над словами друга. Тот же, пользуясь предоставленной заминкой, обращается к Сынмину, разительно меняя интонацию голоса с обыкновенного на заискивающий: — Минни, пока Йени занят обдумыванием, может расскажешь, как сильно скучал по мне? — На меня твои чары не действуют, можешь не стараться, — равнодушно перебирает пальцами по поверхности стола Ким, только яростно сверкая глазами, что выдают его с потрохами. — Не хочешь кстати как-нибудь ко мне в спортзал забежать? Мы могли бы позаниматься вместе… — многозначительно тянет Со, зная, какая именно реакция у младшего на его мышцы и то, как он тренируется. — Или ты бы просто составил мне приятную компанию. — Я знаю, что ты под всем этим имеешь ввиду, Бинни, — едко льёт прямо в динамик сладким голосом Сынмин. — Ты пошлое беспринципное вульгарное животное. — Согласен со всем кроме одного. Принципы у меня железобетонные, — хихикает Чанбин, а следом выпрашивает. — Выйди от ребят на пару минут, пожалуйста, хочу с тобой немного поболтать без посторонних… Сынмин встает, всем своим видом демонстрируя, будто делает Со превеликое одолжение, хотя блеском в глазах нещадно палится, да и скрыться с трубкой наперевес торопится как можно скорее. Как только его спина исчезает в толпе, Феликс придвигается к Яну ближе, чтобы было удобно вести более раскованный диалог. Внешний вид у него при этом самый заговорщицкий. — Ну давай, вспоминай, — хлопает он Чонина по предплечью. Брюнет кусает губы и думает, что если кому и вываливать что-то очень секретное, то Феликсу — он не будет ржать и остальным не скажет, на него можно положиться. — Есть один занятный момент… — начинает Чонин, нервно поглаживая рукой щеку, а затем переплетая пальцы обеих рук на столе и не переставая совершать с ними какие-либо манипуляции — он жутко нервничает. — Я могила, — заверяет Феликс, подталкивая друга к откровениям. — Ты ведь знаешь. — Поэтому тебе и скажу, но… — Чонин жмурится и раскрывает глаза, придвигаясь к Феликсу и начиная вываливать ему подробности. — Короче… Один единственный раз, когда мы вместе у него дома ночевали, когда никого не было, мы напились. Прилично так надрались, знаешь, до откровенных разговоров. Это как раз в самом начале практически было, что нас и сблизило, — это он про старт их отношений. Ох, Феликс помнит, как эти двое сойтись не могли, пока их друзья чуть ли не толкнули друг другу навстречу — до сих пор бесит. Но слушает внимательно, готовый предлагать варианты возможных решений, как только, так сразу. — Ну вот и разговорились мы тогда на темы предпочтений… Я еще тогда, к слову, намекал, что хотел бы пожестче, но он видимо забыл под градусом… А он рассказал, что его заводит смотреть как другие занимаются сексом… — Не вижу ничего необычного и предосудительного пока, — пожимает плечами Феликс. — Все смотрят порно. Те, кто не смотрит — пиздят. Чонин мнётся и, кажется, что щеки начинают пылать, потому что приходится подбирать слова, чтобы объяснить, что увлечение его парня, как бы сказать помягче… Немного выходит за грань. — Ликс, там всё настолько далеко от порно, что я не знаю, как сказать. В общем, он рассказал, что и порно разное смотрел, и прямые эфиры вебкама и еще несколько вариантов подобного анонимного «досуга» онлайн — это не то. Вот вообще. Подглядывать и подслушивать реальных людей для него верх кайфа и адреналина, кипящего в крови. Из-за этого он какое-то время на первых курсах ошивался на вечеринках и притворялся спящим, чтобы рядом с ним кто-то занимался сексом. Если на это получалось передернуть — это было апогеем блаженства с его слов. Губы Феликса растягиваются в одобряющей пошленькой ухмылочке. Слишком хорошо карты складываются, однако. Хоть и рановато для радости. — Ты думал я осужу его за это или тебя за такую информацию? — Ну вообще не то чтобы... Да? Нет? Просто я тебе доверяю, правда, — Чонин зачесывает волосы назад, на они все равно падают на лицо. — Это хорошо. Я тебе уже сказал, что я могила, — перекрещивает сердце Феликс. — А ты сам к подобному как относишься? — его тон становится более заговорщицким, когда он намеренно его занижает. Ему слишком интересно. — Ну… — вот на этом моменте Чонин нервничает пуще прежнего, пытаясь унять непонятно откуда взявшуюся дрожь в теле. — Я не то, чтобы фанат подобного… — он облизывает пересохшие губы и решается вывалить всё как есть сдавленным шепотом. — Да, да, блядь, я согласен, это адски горячо, в этом есть какой-то определенный кайф. Сам заставал подобное всего лишь раз, но я думал на месте сдохну… Феликс наблюдает как у брюнета зрачки расширяются и как часто он дышит, пытаясь справиться с волнением. — Но просто не становиться же свингерами ради такого, не знаю, в групповухах участвовать… Фу. Это не то. Я однолюб вообще-то, да и Чани до мозга костей моногамен, — Чонин как-то мрачнеет, хоть всё еще и испытывает непонятные чувства. — А, знаешь, Йени… — как бы невзначай, нарочито небрежно произносит Феликс. — Я бы трахнулся с Джинни так, чтобы нас могли спалить в процессе. Есть в этом что-то охуительно горячее на мой взгляд, — и взгляд у Феликса хитрый, развратный, предвкушающий. Чонин в его глаза смотрит и молча охуевает от подобного заявления, поэтому Феликс продолжает, только больше дров подкидывая в разгорающийся костер надежды друга. — Секси-кинг Хёнджин… — Ли прерывается на мечтательный вздох с закусыванием губ. — Он у меня без тормозов вообще. Где мы только не трахались. У нашего мистера рокера иногда так крышу срывает, что ему плевать где, главное, чтобы акт страстной любви состоялся. Чонин вдруг хочет что-то сказать, но замирает на полуслове, прикусывая язык, пока Феликс продолжает свою пламенную речь. — Нас однажды Лив застукала, — он хихикает в свою кошачью лапку. — Она сразу же ретировалась конечно же, красная как помидор, и это было просто максимально неловко – младшая сестра всё-таки. Но после того, как она ушла, оргазм был такой сильный, что мы не сдержались и еще поорали напоследок. Сестренка была, мягко говоря, под впечатлением конечно… Но, кажется, извращенство у нас в крови, потому что позже я ее спалил за написанием фанфиков. Про нас же, — он смеется и даже чуть краснеет. Вау, Феликс умеет краснеть? — Там было такое… Такое, что мы потом попробовали и нам понравилось. Ян мягко говоря в шоке и не знает, как на подобное реагировать. Глаза бегают, но ему начинает казаться, что в этом всем есть какой-то намек на то, что ситуацией нужно попользоваться, только пока что он не имел ни малейшего понятия как именно. — Ты… — он вдруг сипит и прокашливается, чтобы звучать увереннее. — Я правильно понимаю то, что ты… В общем, что ты предлагаешь? Скажи прямым текстом, пожалуйста, а то мне кажется я сейчас неправильно пойму, озвучу и ситуация выйдет максимально неловкой, — парень прячет взгляд и старается не радоваться преждевременно. — Я думаю мы прекрасно друг друга поняли, Йени, — придвигается к его уху Феликс и у Чонина поток мыслей на этой фразе активируется самым неподконтрольным образом. Становится жарко. — Мне кажется хорошей идеей как-нибудь подтолкнуть твоего парня к тому, чтобы знатно развлечься с тобой, сыграв на самом главном его фетише, а для достижения эффекта использовать не кого попало, а тех, кому ты доверяешь — нас: меня и Хёнджина. Чонин чувствует, как щеки пунцовеют, а в голову лезут очень-очень-ОЧЕНЬ развратные картинки… — Ты как себе это представляешь вообще? У нас даже негде… — брюнет шепчет, хотя за музыкой его в любом случае никто бы не услышал. — В универе я этого делать не буду, в общаге тоже. Для такого плана нужно что-то покрупнее… — Предоставь это мне, — подмигивает Феликс. – У меня есть охуительная идея, как сделать всё в лучшем виде так, чтобы все были в плюсе. Сынмин возвращается ровно тогда, когда нужно, чрезвычайно вовремя на скромный взгляд Ли, который уже чуть ли не светится в предвкушении. Парни делают вид, что не замечают, что он чем-то взволнован. У друга всё на лице написано на всех языках мира. «Тем лучше» — отмечает про себя Феликс. Он знает Сынмина с детского сада и об их с Бинни отношениях тоже едва ли не всё, что они пытаются скрыть, потому что Феликс крайне наблюдателен и интуиция у него развита на должном уровне. Он убалтывает парня на совершенно случайную тему, как бы между прочим расспрашивая о том загородной доме, что принадлежит его родителям и в который они изредка катаются, чтобы зависнуть всей компанией. И тут уже с Сынмином переходит на заговорщицкий шепот, заставляя краснеть, широко раскрывать глаза, охуевать и кивать, хмыкая в сторону. О чем именно в этот момент Ликс допытывает Сынмо, Чонин не имеет ни малейшего понятия, но не может перестать думать о том, что Ли уже успел ему ляпнуть. Неужели у него правда есть какой-то план? Ох, было бы просто чудесно, если да. На телефон приходит сообщение от Чана: «Привет, малыш, прости, что в последнее время я совершенно занят( Обещаю, как только всё уладится, я обязательно уделю тебе время. Как насчет ближайших выходных? Может распланировать заранее и встретиться наконец» У Чонина на лице появляется блаженная улыбочка и из груди вырывается вздох облегчения, потому что Чани не забывает о нем и бросать не собирается. Он только хочет отправить Бану ответ, как Феликс отвлекается от Сынмина, который падает в очередную переписку с Со, забирает у Яна телефон и печатает вместо него его парню сообщение: «У Феликса есть охуительные планы, я думаю тебе понравится» — Эй! — с улыбкой возмущается Чонин, когда Ли возвращает ему телефон, что так бесцеремонно забрал. — Ты потом на коленях будешь сидеть передо мной, рассыпаясь в благодарностях, «малыш», — хихикает ему на ухо Феликс. «О, сюрприз? Я совсем не против)» — отвечает Крис. Предвкушение горит трескучим костром. Осталось дожить до выходных.

✧ ✧ ✧

Феликс чертов гений. Это несносное австралийское солнце умеет плести интриги похлеще чем кто-либо вообще. Ближе к выходным он выцепил Чонина в универе и отвел в дальний коридор, чтобы поболтать без посторонних, вываливая как на духу всё, что успел провернуть за спинами друзей. — Слушай сюда, ты охуеешь, — палит как из автомата Феликс, откусывая яблоко и бросая такое же другу. Ли едва ли не светится тому, как всё провернул и соврал бы, сказав, что не хочет себе за это памятник. Да хоть медальку на крайний случай. Чонин поправляет лямку на сумке, оглядываясь по сторонам — никого — готовый слушать. Он прислоняется к подоконнику и украдкой посматривает на вальс снежинок за окном. — Давай вываливай уже, я сгораю от неведения! — Чонин тоже громко хрустит красным фруктом на весь коридор, готовый слушать. — Я тебе обещал хранить молчание, ты тоже тогда молчи, иначе всё сорвется ко всем чертям, окей? Ян кивает и торопливо жует, ежесекундно поправляя волосы — очень нервный жест. — Хорошо. Короче… Изначальный план был в том, чтобы поехать на все выходные в загородный дом Кима ввосьмером. Но для моего плана нам нужен этот дом и только четверо из нас, поэтому пришлось шаманить. Минсонов я собирался спровадить, но так вышло, что они в любом случае поехать с нами не смогут — просто поблагодарим за это высшие силы! — очередной укус яблока и еще более горящий взгляд. — От Сынмо с Бинни тоже нужно было как-то избавиться, поэтому Со я подговорил утащить нашего щеночка на все выходные к себе — поверь, у него это вышло без особого труда, я даже поржал и пообещал сохранить всё в тайне. Сынмин не знает, что мы в курсе, так что выдаст нам версию о том, что поехать не сможет потому что какие-то личные дела нарисовались. Наша задача — реагировать как можно более спокойно и натурально. Феликс откидывается спиной о стену, приближаясь к самому интересному, улыбаясь всё более загадочно. — Да бля, ты можешь интригу не нагнетать? Я взорвусь скоро! — Ян пихает его в бок локтем, на что тот смеется. — Не могу, так просто не будет интересно. — Феликс, блядь! — Ну всё-всё! Я подхожу к самому главному — Сынмо всё-таки отдает нам ключи на все выходные под честное пионерское, что дом мы не разбомбим и всё уберем после себя как следует, иначе мать ему башку открутит. Матери он кстати сказал, что с нами едет - не могу перестать ржать, честно, — Феликс жмурится, заходясь хохотом, но приходит в себя достаточно быстро. — А дальше самое интересное, Йени — кроме нас с тобой парни не знают, что мы поедем вчетвером. Наша задача правдоподобно отыгрывать удивление и всё такое. А потом… — Шатен снова начинает говорить шепотом, отчего у друга мурашки бегут по коже. — Потом у меня есть кое-какие планы на ночь. Но раньше времени я тебе о них не расскажу, — и снова смех и хруст яблока. — Живи с этим! — Феликс!!! — взрывается Чонин и хочет побить наглого австралийца, но понимает, что тот и так уже подсуетил всем, чем только мог. Даже Чану отписался заранее, так что да — совместной ночёвке быть.