Любовь зла, полюбишь и ...врага?!

      Президент Ли, уже в который раз, внимательно прослушивает показания своих дипломатов по диктофону. Ничего особенного. Чтобы Тэхён как-то вел себя подозрительно, он не находит. Все обычно. Единственное, что его задевает, это когда Тэхён рассказывает дипломатам, что ему поставили ультиматум — переспать с Чон Чонгуком. И ведь сначала он не соглашается. Это потом, после разговора с Ли, Ким дает согласие. Но ведь Ли сам отпустил Тэхёна, подспудно зная, что что-то этакое произойдет. Так почему его сейчас это коробит? Он задумался. Вдруг ему в голову приходит мысль, что Чон просто захапал себе Тэхёна таким образом. Ведь Ким такой сексуальный, красивый, умный, и его решили оставить для своих утех. Сам-то он думал, что ради мира придётся поступиться Тэхёном ненадолго. Типа, отдать своего мальчика в аренду. Неприятно, конечно! Но что же здесь поделаешь. Всё ради мира! И Техён должен это понять. Президент Ли, уже в который раз, набирает телефон Хосока. И удивительно, но в этот раз трубку берут сразу. — Господин Президент? — не веря ушам, спрашивает Ли. — Да, господин Президент, я вас слушаю. — Прошу Вас объяснить, почему задержали моего Министра? — Господин Президент, надеюсь вам уже доложили ваши сотрудники. — Но я не пойму… — Вам понимать и не надо! Вы хотели мир — получите! С остальным, что происходит на моей территории, я разберусь сам! — сказал, как в лицо плюнул. — Но… — И никаких «но». И больше этих вопросов не задавайте. Вам что важнее? Мир или Министр? По моему, когда мы с вами это обговаривали, вы выбрали мир! Так чего же сейчас вы забили тревогу? И да, Феликс, — переходя на неформальное общение, вдруг заговорил Хосок, — забудь Тэхёна, он в твою страну больше не вернется! Ещё долго держит трубку телефона у своего уха Ли. Он слушает эти монотонные гудки, как будто вот сейчас они закончатся и ему кто-нибудь всё объяснит. Он сидит и слёзы капают прямо на стол. Он сейчас вспоминает своего Тэхёна, такого необъяснимо притягательного, милого, обходительного, порою жёсткого, но всегда желанного. Надо было всё-же, надо было жениться на нём! Тогда бы ни одна тварь не посмела его отнять! Ну и пусть, что безродный. Ну и пусть не богатый. Ну и пусть бы его окружение не приняло этого, и родители были бы против. Какой он был дурак, что не наплевал на все устои их общества и не женился. Сейчас его Тэхён был бы рядом. А он сам — счастливым человеком. Он вспоминает его тело, которое прогибалось от его неистовых ласк, такое нежное, медового цвета, пахнущее какой-то умокружащей свежестью. Он вспоминает его губы, такие податливые, влажные. Он вспоминает его руки, с такими красивыми пальцами, которые он любил целовать. Он вспоминает его низкий, бархатный голос, который доводил его до безумия… Ли чувствует, как поднимается его возбуждение и уже страсть захватывает его. Он рычит в трубку секретарю: — Вызови мне срочно Джехёна! Секретарь понимающе кивает сам себе головой и набирает на дисплее номер. Через несколько минут в кабинет Ли входит красивый молодой омега. Он работает здесь же, в Ставке. Ли знает, что этот омега никогда ему ни в чём не откажет. Молодой карьерист, бывший омега по вызову, профессионал в своём деле. И, как запасной вариант, всегда готов помочь Президенту. Он заходит, похотливо улыбаясь. Давно Президент не пользовался его услугами. По пути заученными красивыми движениями скидывает с себя одежду и, подходя к столу, на коленях залезает под него и ползёт к ногам Ли. Оказываясь между его ног, он пошло улыбается, стягивая брюки Президента на пол. Перед его глазами, вываливается достоинство Ли. Член уже сочится, просит ласки, немного подрагивая от нетерпения. Ли расслабляет в коленях ноги, а Джехён насаживается своим ртом на этот возбуждённый член. Руки Президента, по-хозяйски обхватывая макушку, начинают управлять головой Дже. Сверху слышится стон, внизу — пошлое хлюпанье от фрикций. Член, не стесняясь, каждый раз вбивается в горло. Из саднящего горла, начинает течь тягучая слюна. Она течёт изо рта, падая на пол. Из горла доносятся нечленораздельные звуки. Когда Дже втягивает в себя щёки, сверху начинают ещё резче насаживать его голову на член. Ли, не чувствуя скорой разрядки, вдруг резко поднимает парня на стол, раскладывая его к себе спиной. Больным шлепком хлопает его по заднице и, не церемонясь, раздвигает половинки. Щедро намазывая между ними холодным лубрикантом, он и дальше не старается растянуть его. Ему важнее сейчас быстрее получить разрядку. Иначе внутри всё разорвется от назревшей там бомбы. Широким мазком он входит на всю длину своим возбуждением, и, не давая привыкнуть к заполненности, жёстко вбивается в тело. Парень в его руках извивается от боли, но хозяйские руки крепко держат, не давая ускользнуть. Гортанный крик боли раздается изо рта нижнего. Ли грубо затыкает ему рот рукой, другой заводит его руки за спину, прижимая его к поверхности стола. Продолжая вбиваться, Президент чувствует подкатывающее пламя. Тело изнутри начинает трясти, как самолёт в воздушной яме. Он ускоряет темп и, выбивая последние толчки, изливается внутрь нижнего, рыча в глухом стоне: «Тэхён! Тэхён!» От изнеможения падает на тело нижнего, по пути до крови прикусывая его шею, и лежит на нём, обжигая его редкими злыми слезами. Нет, не Тэхён это! Потом поднимается. Джехён смотрит на него ненавидящим взглядом. Ли, смотря на него, как на пустое место, лениво указывает ему на дверь— тот, быстро одевшись, сгорбленно уходит, шумно хлопая дверью. — Получи свои деньги у секретаря. Я распорядился, — ему вслед ровным голосом чеканит Ли. Он сидит за столом, утомленно подперев свое лицо руками. Тело успокоилось. Душа — не успокоится никогда!

***

Месяц спустя.       С тех пор, как был заключен мир, между странами установились нейтральные отношения. И вроде бы и войны уже нет, но и брататься никто особо не собирался. Но, как говорится, «лучше худой мир, чем добрая ссора». И когда в странах происходили какие-либо значимые события, президенты обеих сторон старались показать на весь мир свои добрые соседские отношения друг к другу. Так было надо — политика! На предыдущей правительственной встрече, в кулуарах, Чон Хосок обмолвился Ли, что скоро он покинет этот пост. Пора передавать бразды правления своему сыну. Тогда ещё Ли подумал про себя: «Ну, совсем спятил». Сам-то он уже выиграл очередные выборы. И с новыми силами собирался править своей страной, восстанавливать её из послевоенной разрухи. Но вслух он поинтересовался, почему в такой ответственный момент Чон захотел всё бросить. Ведь надо поднимать страну, а молодой отпрыск вряд ли осилит это. Чон многозначительно улыбнулся и ответил: — Я уже и так задержался на этом посту. Своё дело я доделал, пусть теперь этим занимается молодёжь. А я помогу, чем смогу. Но, по секрету тебе скажу, очень хочется спокойно уже пожить и понянчить внуков. Тебе это вряд ли понять сейчас — я же старше тебя! — И, засмеявшись, хитро подмигнул. У Президента Ли отвисла челюсть от такого честного признания. И, пользуясь этим доверительным, дружеским моментом, он взял под руку Чона, проведя его к стойке с шампанским, протянул ему наполненный фужер и предложил выпить за его скорое освобождение с поста президента и за его приемника. Видимо, достоин, если отец так ему доверяет. Чон Хосок тост поддержал и сказал в ответ, что у его сына есть такая мощная поддержка в лице его молодого мужа, что за его будущую работу в эшелоне власти отец не волнуется. Ли удивленно посмотрел на Чона, он и не думал, что его сын женат… Потом он ненавязчиво, будто его не особо это интересует, по дружески спросил: — Раз уж у нас с тобой завязалась такая доверительная беседа, расскажи мне про Тэхёна. Как он там? Был ли суд? Признан ли он виновным? На сколько осудили? Ведь с тех пор, как ты мне запретил о нем спрашивать, я ничего о нём не знаю. И смогу ли я ему чем-либо помочь? Чон, расчувствовавшись, успокоил Ли: — С Тэхёном всё в порядке. Не волнуйся. Ты его скоро увидишь. — Как скоро я его смогу увидеть? — с придыханием спросил Ли. А в душе всё перевернулось. Он его увидит! И может быть, вернёт?! — Когда приедешь к нам с ответным визитом, на инаугурацию нового Президента. Пока они пили шампанское, фоторепортёры уже нащёлкали их, мирно стоящих и улыбающихся друг другу. На следующий день во всех средствах массовой информации появились их снимки, и весь мир понял, что президенты обеих республик дружат между собой и больше войны не предвидится.       После той беседы с Чон Хосоком Ли не спал уже которую ночь, ожидая приглашения. Он всё думал и думал о Тэхёне: как его увидит, как обнимет и расскажет ему о своих страданиях, и упадёт на колени, чтобы он простил. И сделает ему предложение руки и сердца. А потом… Он его заберёт с собой и они будут счастливы вместе. И каждую ночь будут наслаждаться теплом друг друга. И вот, наконец, сегодня его секретарь приносит заветную телефонограмму. Через два дня состоится инаугурация нового Президента Северной Республики. Ли срочно издаёт приказ о приготовлении к отъезду и создаёт команду сопровождения. В неё, как ни странно, попадают всё те же дипломаты, которых уже освободили из следственного изолятора, где они натерпелись страха за свою жизнь и свободу. Они без восторга принимают этот приказ, ведь никому не хочется вновь почувствовать себя неловко, вспоминая ту поездку. Но приказ есть приказ. И они безропотно собираются в путь-дорогу. А Ли заказывает дорогое обручальное кольцо своему мальчику и начинает прорабатывать сценарий, как он будет просить его руки. Но тут ему в голову закрадываются некие сомнения. А вдруг Тэхён его не простит и откажет? «Да не может быть такого! " — одёргивает он сам себя. С какой стати Тэхёну отказываться от успешного, богатого и красивого Ли, тем более — Президента. Кому он ещё будет нужен, безродный и небогатый? И он отгоняет от себя эти дурацкие мысли. Мечтательно закрывая глаза, он, впервые за всё время, проваливается в спасительный сон. И ему всю ночь снится, как они с Тэхёном занимаются любовью…