Комнаты… и ещё комнаты?

      Когда сестра разделась, у Саши мигом встал его член. Он пульсировал от дикого возбуждения, особенно осознавая то, что сейчас он оторвётся на ней по полной.       — Сядь да раскрой ножки свои, чтобы мог повидать я киску твою! — приказал он, шлёпая её по заднице.       — Х-хорошо, м-мой г-господин! — сказала она, садясь на пол и раскрывая свои ножки.       — Когда ты брила свои джунгли? — спросил Саша недовольным тоном.       — М-месяц н-назад… — сказала она.       — Ладно. Проехали. — сказал он.       Стоячий член вошёл в её влагалище со всей силы, что сестра аж заорала от боли. Силушки в нём было сейчас неимоверно много. Он одним рывком слегка порвал её, настолько мощным было проникновение. Член входил и выходил из её маленькой дырки, расширяя её своими движениями. Вскоре оттуда потекла кровь, так как его пенис натирался об вагинальные стенки до кровотечений. Это было донельзя больно, особенно такими резкими рывками.       Боль, унижение, отчаяние — всё это скопилось у неё внутри. Она осознала, что заслужила все эти мучения. Она орала от боли, пока её долбили в вагину. Член стал красным от крови, но он рос и сильнее пульсировал, создавая и передавая вибрации в её теле. Вскоре он кончил в неё, немного попав на её грудь. Он принялся слизывать сперму с груди, это была самой вкусной жидкостью для него в данный момент. Ему хотелось ещё и ещё. поэтому он протиснул свой язык в её влагалище и стал лизать сперму с вагинальных стенок. Сестра стонала от этого, эй было и приятно и отвратительно от чужого проникновения в её тело.       — А теперь повернись ко мне раком! — приказал он ей.       — Х-хорошо, мой господин… — сказала она.       Её анальное отверстие было маленьким, так что нужно было его расширить. Член ещё был возбуждён, так что, не теряя времени, он стал долбиться в анал. Снова крики, снова боль. Они снова настигли её, ей хотелось поскорее со всем этим покончить, но она ничего не могла поделать, не она же главная в этой ситуации, а он.       — Ну что, нравится? — спросил он у неё.       — Н-не… — хотела она сказала, но ей не дали говорить.       — Что ты там сказала, жалкая тварь? — спросил садист, после чего ударил её по ягодицам со все силы.       — К-конечно, м-мне н-нравится!… — соврала она, чтобы не сделать ещё хуже.        — Вот и супер. — ответил он.       Он долбил её в анал, натирая стенки своим членом, от чего там пошла кровь. Она текла небольшим ручейком из жопы, утекая на пол. Он уже расширил её отверстие, но этого ему было мало. Поэтому он начал делать это в два раза быстрее, и процесс пошёл намного быстрее. Она орала и била руками об пол, пытаясь звать на помощь.       — Ещё хоть один крик, убью! — сказал он, угрожающим тоном.       Она кивнула ему в знак согласия. После этого она замолчала, терпя адскую боль. Вскоре пенис кончил, и всё вытекающее из него попало в анус. Повторилась та же история, что и с влагалищем. Он стал слизывать своим язычком сперму из анала. Она не могла сдерживать свои стоны, поэтому, из её уст вышел протяжный стон. Подумав, что ей приятно, он стал быстрее всё слизывать до единой капельки.       — Обожаю сперму, слизывал бы её всю жизнь! — сказал он, слизывая последние капли. Слизав все капли, он захотел себе вкусного минета.       — Открой свой ротик! — приказал он.       — Х-хорошо, м-мой г-господин… — сказав это, она открыла рот пошире. Она ощутила у себя во рту его член. Она поняла, что нужно делать.       Не смея ему перечить, она начала сосать его хуй. Ей было мерзко и противно брать в рой, но она не хотела стать трупом раньше, чем планировалось, хотелось ещё пожить, хотя…она физически мертва. Возможно, что Закулисье, это чистилище, либо же сам ад. Она была очень грешным человеком за всю свою жизнь, так что она, когда-то тоже прошло через всё это и теперь живёт здесь, но она даже не знала, что вот так вот всё закончится. Это была лишь её душа, которой не нужно было есть, пить, спать, она просто была, не более.       Она сосала ему, то сбавляя темп, то увеличивая темп. Он был невкусным и мерзким, а ещё, по мере сосания, он увеличивался, и скоро он перестанет влезать в её рту. Надо было скорее заканчивать этот минет, да и самому Александру, кажется, уже надоел минет. Так что, когда член кончил ей в рот, Саше явно захотелось чего-то другого.       — Я так устал, мои яйца все в поте. Так что, будь добра, вылижи мне яйца, и мне плевать, что тебе будет это очень мерзко! — сказал он эгоистичным тоном.       — Х-хорошо, м-мой г-господин… — сказала она, начиная тихонько плакать.       Вытянув свой язык, она подползла немного поближе к яйцам, и стала лизать им мужские потные органы. Они были очень отвратны по вкусу, от пота ещё и воняло так, что у неё начались рвотные позывы. Мало того, что у Саши были «джунгли» на лобковых волосах, так ещё и волосы были потные и сестре пришлось и их слизывать. Вдруг, Александру приспичило поссать. Сестра, поняв это, подставила свой рот, прямо над его членом. Брат, поняв, что ему не нужно переться в туалет, стал ссать прямо ей в рот, словно в унитаз. Ей никогда не был раньше знаком вкус мочи, а сейчас она ознакомилась с ним.       Тошнотворный и отвратительный. Хотелось всё это выплюнуть, или хотя бы закрыть рот, чтобы не пускать всё это внутрь себя, но она прекрасно знала, что будет, если не слушаться.       Она никогда и не думала, что опустится настолько глубоко, на такое днище. За всю свою жизнь, хоть и короткую, но жизнь, в семье её статус был выше, чем у брата, а она могла делать с ним всё, что её душе только пожелается, и её за это не наказывали, нет, они наоборот винили во всём Сашу, аля:       — Ты никто в нашей семье, мы не хотели сына, поэтому, ты — никто в нашей семье! Запомни это, на всю жизнь! — говорили это мать со отцом.       А теперь что? Карма настигла её, ещё в пятнадцать лет, когда она умерла в автокатастрофе, но брат, несмотря ни на что, переживал и любил её, даже когда она умерла, он не забывал её. Но, блять, карма была жёстче, чем должно было быть. Теперь брат глумится нал ней, а не она. Всего один удар тяжёлым предметом и этот ебучий напиток, стали роковой ошибкой в её действиях. Надо было просто извиниться ей, и он бы её простил, ведь, в глубине души, он прощал её всегда, а здесь бы тем более простил, но она, мымра тупая, не подумав, решила просто стукнуть его арматурой и напоить напитком похоти и разврата, чтобы тот, под воздействием этого чудо-напитка вставил в неё свой член.

Кхем, что-то мы отошли от «интригующего» инцеста, так давайте же вернёмся к нему.

      — Ох, как хорошо я сходил поссать! — сказал он, смотря на страдающую сестру и ехидно улыбаясь.       Впрочем, ей пришлось всё это взглотнуть. Зато, по его мнению, плюс был в том, что сестра смогла попить, и он дал ей попить яблочного сока, или лимонада собственного производства! Какой заботливый человек, не так ли?       — Ой, у меня опять яйца вспотели! Блииин! Слушай, у тебя нет выбора, так что лижи мои яйца. — сказал он.       Сестра молча стала их опять слизывать, избавляя от пота. Благо, пота было меньше, чем в прошлый раз, поэтому она справилась быстрее, чем в прошлый раз.       — А теперь… вылижи мои стопы! — сказал он, словно издеваясь над ней.       — Мгм… — сказав это, она начала лизать ему стопы. Это было всяко лучше, чем…лизать два яйца, блять.       Вылизав пот с правой стопы, Саше приспичило, сука, покакать. Он понял, куда можно справить нужду.       — Ну ты поняла, да? — сказал он, зная, что она ему явно не откажет.       — Да поняла я! — сказала она. Брат посчитал, что она ответила ему грубо.       — А вот так грубо не надо со мной разговаривать! Понятно? — спросил он злым тоном.       — Хорошо, мой господин, — сказала она, но уже нормальным, по его мнению, тоном.       Подставив рот под его анус, Саша стал высирать говно из своей жопы. Она знала, что ей нужно будет сначала пережёвывать это говно, а потом придётся проглотить. Буэ, мерзость какая.       И вот, говно попало ей в рот. Со слезами на глазах, она начала жевать это, ощущая мерзкий запах и вкус. Хотелось это всё выплюнуть и проблеваться, но, блять, делать ей в этой ситуации было нечего.       Так что, пережевав и сглотнув его дерьмо, она чуть не задохнулась и поперхнулась от ужасного запаха и отвратительного вкуса фекалий.       «Это было отвратительно!» — думала сестра, пока брат не перебил её мысли.       — Ты забыла? Тебе ещё надо вылизать мою левую стопу! Так что работай, жалкая рабыня. — сказал он зловещим тоном.       — Эх… — сказала она тихим при тихим голосом, чтобы он её не услышал.       Вылизав его стопу, брат, совсем неожиданно для неё заявил то, что полностью отрезвило сестру. А следующие слова были таковы:       — Ну что, сестричка! Твоё желание, перед местью, я исполнил, то есть — вставить в тебя и отыметь. А теперь, настал час расплаты. — заявил ей брат с большой и зловещей улыбкой.       — К-какой, т-такой м-мести?! — нервничая и теребя свои волосы, спросила она.       — А вот такой! — сказав это, он ударил кулаком по лицу сестре.       — Ай… — сказала она.       — Заткнись! — сказав это, он ударил её ещё раз по носу, да так, что кровь из носа потекла.       — Отстань, я и так уже намучалась, тем более, блять, поедая твоё говно. — решив сдерзить, сказала она.       — А вот за такие слова, ты сейчас умрёшь! — сказал он со злостью. — Лучше беги. — добавил он.       Но у сестры не было сил, чтобы подняться и убежать, но она, попытавшись встать, получила ногой по спине.       «Мне конец, кажись, настал… » — думала она. Её слова были правдой, Саша хотел убить её.       — Так, где там моя бита? — спросил он. — Вот же она! — найдя её, сказал он.

Дальше полная жесть!

      Размахнувшись, он ударил её битой по голове, да так, что у неё хрустнула черепушка. Сестра орала от боли, но ей никто не придёт на помощь, так как уровень полностью, или практически пуст.       — Можешь орать сколько влезет, никто, повторюсь, никто не придёт к тебе на помощь. — он заявил это ей с полной безжалостнью и пофигизмом.       Сестра уже даже начала хрипеть, а не орать. Саша, взяв ножик, начал резать вагинальные стенки маленьким ножиком, что валялся недалеко от него. Сестра в тот момент лишь хотела одного, смерти. Она ещё тысячу раз пожалела в том, что вкачала ему этот ужасный напиток. Карма была с ней очень жестока. Брат зашёл настолько далеко, что случайно порезал одну из фаллопиевых труб. Настолько далеко от засунул свою руку. Он тогда понял, насколько сильно он расширил её вагину. Не став терять возможности, он решил сделать ещё кое-что гадостное и противное, а именно проковырять её мозг. Но перед этим, он ещё немного порезал стенки шейки матки, а потом немного порезал яйцеклетку.       Так как черепушка уже была немного поломанной, проковырять до мозга через голову будет проще. Замахнувшись ножом, он пырнул его в голову. Сестра сидела в одной позе и практически не дышала. Она была на грани жизни и смерти. Он смог дойти до мозга и немного поковыряться там. Он решил попробовать его, и…это было охуеть, блять, как вкусно! Даже вкуснее, чем та сперма из влагалища. Затем, чтобы окончательно её добить, он нашёл топор под кроватью и одним махом снёс ей голову. Обезглавленное тело упало на пол, под звук катящейся по полу головы.       Но и этого ему было недостаточно! Он решил пожарить её некоторые части тела на сковородке, чтобы полностью отведать его вкус. Сначала он отрезал пару пальчиков на левой руке, но, очевидно, для него этого было мало. Он отрезал все пальцы, даже на ногах. Они были такие сочные и вкусные, что хотелось их вкусить ещё раз, но в жареном состоянии и виде, они будут, ну просто белиссимо! А ещё он отрезал оба уха, ну ещё и решил пожарить ту фаллопиеву трубу, что он достал вместе с ножом.       Поставив всё это жариться на сковородке, он с улыбкой вспоминал то, как радовались его родители рождению сестры, а как его рождению никто не был рад. Да-да, он даже такое вспомнил. А улыбался он потому, что теперь сестры вообще больше не существует, лишь воспоминания о ней. Пока он там размышлял, пальчики и прочее-прочее уже были готовы для поедания.       — Ну-ка, посмотрим, что я там наготовил! — сказал он с большим удовольствием.       Это был пиздатый вкус для него. И так было с каждым пальчиком, пока он не дошёл до трубы, которая, почему-то…постукивала как сердце, хотя, она уже никому не принадлежала. Это было ещё лучше. Словно таяло во рту, от такой приятной вкуснятины. Да, даже фаллопиевая труба, отрезанная, от уже его мёртвой сестры, была заебись какой вкусной. От всего этого у него пересохло в горле, и чтобы утолить жажду, он решил испить её крови.       Он сделал, как он думал, правильный выбор. Высосав всю кровь из тела, он решил, что нужно убрать весь этот беспредел, но перед этим он сделал фото со своей мёртвой сестрой, так сказать, на память. Он вспомнил про тот самый волшебный пылесос (да-да, я про него не забыл), который он, когда-то, когда он только вот попал в это измерение, нашёл в здании с голубым небом и кучей белых облаков. Ностальгия та ещё, конечно. Подключив его к своему повербанку, он засосал её мёртвое тело, от греха подальше. Сразу же после этого, у него чё-то закружило в голове.       — Чёт мне хуёво, как-то ста… — не успел каннибал договорить, как потерял сознание и рухнул на пол.