Искусство лишено красоты
11 мая 2023 г., 11:00
Лиза усмехнулась. Надо же, а здесь почти ничего не изменилось. Все те же улочки, таверны и лавки, неизменные ученые и студенты, наполняющие город и чуть ли не вытесняющие обычных людей из их собственных домов. Все то, за что Минчи так полюбила Сумеру, и в чем так больно было разочаровываться
Сама Лиза ощущала себя призраком. Призраком, гуляющим по городу мудрости, будто бы ища что-то, чего не существует. Сначала она убеждала себя в том, что едет сюда за помощью, к лекарям. Но добравшись, она поняла, что бесплодные поиски лечения будут не тем, ради чего Минчи проделала такой долгий путь, ради чего она уже мысленно распрощалась со спокойной жизнью, да и жизнью в целом. Неужели… Просто замучала ностальгия? Прошло ведь столько времени… Времени, что вскрывало память как мазохист, пытало прошлым как псих, крутило кино на изнанке линз. Какой недоумок взял его в медицинский? Непонятно.
Задумчиво постучав ноготком по столу, девушка вздохнула. Сложный выбор… Куда же ей сегодня сходить? Может, заглянуть в Дом Даэны, почитать? Но там можно нарваться на чересчур обеспокоенных знакомых, что немедленно засыпят расспросами о жизни в Мондштадте. Или заглянуть в таверну, пропустить стаканчик-другой сумерского вина? Нет, не стоит пить прямо с утра. Решено! Путь Лизы лежит туда, где подают свежайший кофе — в кафе.
День был поистине жарким. Даже в легкой сумерской одежде было почти душно, учитывая то, что девушка стремилась закрыть от чужих глаз каждый сантиметр своей кожи. Перчатки смотрелись особенно странно, но то была необходимость.
И каково было удивление девушки, когда проходя одну из улочек она услышала чьи-то возмущенные вопли. Любопытство одолело ее, и забыв о своем желании выпить кофе, она двинулась на звук.
Людей на главной улице оказалось немало. Чьи-то встревоженные, равнодушные, заинтересованные взгляды тугими веревками стягивали рослого мужчину, активно пытающегося вырваться из хватки нескольких матр. Лица его Лиза не видела, но даже так было понятно, что она его не знает.
— Увести его на допрос. — другой, на сей раз знакомый голос заставил уголки женских губ расползтись в разные стороны, а глаза хитро сощуриться.
Невысокий парень, можно сказать — совсем юноша, возвышался над согнувшимся задержанным, скрестив смуглые руки на груди и сверля пустынника тяжелым взглядом тициановых глаз. Держался он строго и уверенно, и если бы Лиза не знала этого человека, подумала бы что он понятия не имеет как улыбаться.
Проводив взглядом матр и пустынника, генерал махаматра чуть расслабился, оглядел толпу, и…
— Лиза? — светлые брови парня взлетели вверх, лицо приобрело удивленное выражение. — Что ты здесь делаешь?
— Са-айно, ну разве так приветствуют старых друзей? — засмеялась Лиза, распахивая руки для объятий. Юноша, поколебавшись, неловко обнял ее в ответ.
— Не ожидал тебя здесь встретить. Неужели ты решила вернуться в Академию? — поправив упавшую на лицо челку, Сайно вновь скрестил руки на груди.
— Нет, не в этом дело. У меня отпуск. — улыбнулась она. — А ты на службе?
— Да. Поймали группу контрабандистов, а их лидер, — он махнул рукой в сторону скрывшихся матр. — попытался сбежать.
— Как вижу, неудачно. Не хочешь выпить кофе?
Сайно задумался. С одной стороны, ему нужно допросить арестованных, с другой — они с Лизой давно не виделись, да и в участке есть доверенные лица.
— Идем. — наконец согласился он.
Уютное кафе, куда они пришли, было донельзя спокойным. В отличие от таверны, люди здесь вели себя тише, и временами в помещении стояла буквально гробовая тишина, нарушаемая лишь постукиванием чашки о блюдце или похрумкиванием какой-то сладостью.
Лиза не любила кофе. Ей всегда казалось, что он слишком горький, слишком бодрящий, слишком… Не в ее вкусе. Но почему-то именно сегодня ей казалось, что выпить чашечку этого напитка будет лучшим решением.
— Бедняжка, совсем себя не жалеешь. — улыбнулась девушка, глядя на Сайно, чуть ли не залпом выпившего свой обжигающий кофе. — Тебе нужно брать больше выходных.
— Если я буду отдыхать, то кто позаботится о правопорядке? — возразил махаматра, закидывая ногу на ногу. — С возвращением властительницы Кусанали, преступники почему-то решили что и плата за нарушение законов ослабла.
— Ха-ха, что ж, в таком случае Сумеру может спать спокойно, пока ты на службе.
— Еще и Фатуи… — Сайно покачал головой. — От них проблем в три раза больше, а ловить их сложнее.
— Фатуи? — улыбка Лизы сошла на нет, пальцы, держащие чашку, едва не расслабились.
— Да. Я слышал, у вас в Мондштадте теперь заключен с ними контракт?
Лиза неуверенно кивнула.
— Они обещали больше не приносить нам проблем. — тихо произнесла она. — Я им не верю, но… Пока вроде бы все спокойно.
Сайно прищурился. Осмотрев ее с ног до головы, он произнес.
— Не знал, что тебе нравится сумерская одежда. Когда были студентами, все нос воротила, надевала лишь из необходимости.
— Вкусы меняются. — ее глаз нервно дернулся, что не укрылось от внимательного Сайно.
— У тебя все в порядке? Выглядишь… — он кашлянул, явно пытаясь не задеть ее. — Не очень.
— Все хорошо. Просто немного устала.
Дальнейший разговор плавно перетекал из одной темы в другую, и друзья не заметили, как прошло несколько часов. Кинув взгляд на настенные часы кафе, Лиза ахнула.
— Великие Архонты, Сайно! Сколько мы уже болтаем? Тебя там не хватятся?
— Ничего страшного, и без меня разберутся. — спокойно ответил махаматра. — Устрою себе, как ты сказала, «выходной». — уголок его губ дрогнул, и он почти улыбнулся. Почти. — Прогуляемся?
***
Шелест листвы и далекое пение птиц прекрасно способствовали восстановлению нервов. Природная тишина удивительнейшим образом отличалась от искусственной, поддерживаемой в лаборатории. Та тишина давила на разум, заставляла начинать глубоко копаться в собственных мыслях, вспоминать то, что не хотелось или попросту не было нужно. Эта тишина оттягивала неизбежное. Но тишина полей Сумеру, наоборот, приносила удовлетворение. Здесь мозг мог отдохнуть, настроение поднималось, и даже появлялось желание жить, а не существовать. Дотторе сидел под деревом, согнув одну ногу и положив на нее руку, а вторую вытянул. Для Предвестника его статуса подобное положение было весьма странным, но в ту секунду мужчина ощущал себя вовсе не членом Фатуи, а простым студентом, отдыхающим после учебы. Забавно… Это ощущение рыло в нем пропасть, но из этой пропасти открывался замечательный вид на фальшивые, но такие красивые звезды. Ему казалось, что ниже падать уже некуда. Все, это предел, дно достигнуто уже давно, и выбраться нельзя — характер не позволяет. Но потом оказалось что и дна-то под ним нет. Он так устал бежать от своих мыслей и чувств… Все стало таким однотипным. Достижение цели больше не приносило радости, попытки стать лучшей версией себя подавлены. Новый день по настроению ничем не отличался от предыдущего. С каждым днем все меньше хотелось саморазвиваться, и казалось, что так будет всегда, и разорвать кольцо никак нельзя. Веки устало смыкались, окружающий фон помехами то возникал то пропадал в засыпающем сознании, появилось ощущение, что рядом кто-то есть. Этот кто-то гладил по щеке, ласково перебирал его волосы цвета светлого циана, обнимал так трепетно, так нежно, успокаивая. И так уж получилось, что Доктор сам и не заметил, как задремал. Проснуться, однако, пришлось очень скоро. Затекшая спина и шея ничуть не соответствовали отдохнувшему разуму. На небо уже опускались первые сумерки, и становилось прохладно. Фантомное тепло исчезло, и если бы не меховой воротник, Доктору точно стало бы холодно. Внезапно он услышал всплеск воды в озерце неподалеку — кто-то явно захотел намочить ноги. Поднявшись со своего места, Доктор из чистого любопытства повернул голову на шум, решив напоследок посмотреть на нарушителей царившей тишины. Какая-то девушка, облаченная в традиционную сумерскую одежду, месила ногами грязь с водой, беседуя со своим спутником. С такого расстояния и из-за темноты разглядеть их было сложно, но подходить ближе Доктор не рискнул. Не захотел. Просто ушел, мелькнув на мгновение перед чужими глазами, совсем ненамеренно, случайно. Может быть.***
Ах, как же приятно под конец дня снять эти ужасно неудобные туфли, дать свободу пока еще здоровой коже ног, пройтись по глиняному берегу речушки, что протекала аккурат за городом. Ступни, естественно, вскоре перестали быть такими чистыми, но разве не в этом ли счастье? Побаловать себя маленьким нарушением собственных принципов. Улыбнувшись собственным мыслям, девушка поудобней перехватила лямки туфель, что несла в руке. Красивая обувь, ее уж точно не хотелось пачкать. — Раньше ты не гуляла… вот так. — раздался голос со спины. — Все строила из себя леди. И такой закрытой одежды не носила. Лиза оглянулась. Ее друг, а по совместительству молчаливый охранник, все так и сидел на пне, брезгливо морщась при каждом ее шаге в грязь. Она надеялась, что ради прогулки с ней он переключится с режима генерала махаматры, но ее надежды ничуть не подтвердились. Этот человек был так непохож на того, кого она знала, и так похож одновременно. Младшенький братик. — Сайно, не будь занудой. — почему-то у девушки сегодня было крайне дурашливое настроение. — И носила, и гуляла, только не днем и не с тобой. — По ночам бегала? И скрывала от профессора Сайруса? И от меня? — ох уж этот махаматра, вечно вопросы задает. — Ну а как иначе? Младшенький братик стал бы черезчур усердно опекать меня. — подмигнула она, игнорируя его фирменный взгляд «не называй меня так». — Не кипятись. Я доверяю тебе. — Тогда расскажи в чем дело. Твой внезапный приезд… Не случаен. Я это знаю. — Все совпадения — случайны. Но на языке совпадений говорит судьба. — ее тон был слишком печален, чтобы закрыть на это глаза. — Считай, что я просто приехала навестить места былой юности. Повисла тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков. К этому моменту Лиза была уже по колено в воде, и благо закатанные штаны еще держались. Наверное, стоило купить платье… А со спины ведь и не отличишь от обычной жительницы Сумеру, но то была лишь маскировка. Перчатки, скрывающие болезненные пятна, по-прежнему были на ней, и смотрелись не слишком уместно. Но то необходимость. И ведь никто ничего ей не скажет? Даже будучи студенткой, когда на нее обращались чьи-то упреки или неодобрение, она попросту выключала некое внутреннее слуховое устройство. С годами ничего не изменилось, что не могло не радовать. — Хочешь, я поделюсь с тобой рецептом счастья? — внезапно и для самой себя, спросила Лиза на полном серьезе. — Что? — Сайно лишь поднял бровь. — Берем день и хорошо очищаем его от зависти, огорчений, равнодушия. Добавляем три полные ложки оптимизма, горсть веры, ложечку терпения и щепотку вежливости к окружающим. Щедро заливаем любовью, украшаем лепестками доброты и внимания. Подавать ежедневно с гарниром из теплых слов и сердечных улыбок. — зачитывая строки из некогда прочитанного ею романа, Лиза не смотрела на друга. Она смотрела на звезды, на луну, на мир вокруг. Потому что все это заслуживало большего внимания, нежели Сайно. — Лиза, не уходи от темы. — парень скрестил руки, пристально выпытывая взглядом ответ на свой вопрос. — Зачем ты здесь? Девушка вновь обернулась. Вышла из воды, вновь утонув по щиколотки в вязкой глине, и задумалась. Сайно — друг. Сайно — поддержит. Но Сайно — не божество, да и не знает он божеств, что смогли бы излечить от влияния Бездны. Это его не касается. Это — ее личное проклятие. Ее сравнимые с плотью растений глаза встретились с его, такими яркими, напоминающими красноплодник. И тут же были переведены куда-то в сторону, не выдержав тяжкого взгляда. Зеленые радужки обошли всю местность вокруг, обогнули массивное дерево и зацепились за… Постойте, этого не может быть. Ей точно показалось. Привидилось. Померещилось. Он не мог быть там. Она сморгнула, помахала головой, затем вновь распахнула веки, и… Не нашла никого. Пространство под злосчастным деревом оказалось совершенно пустым. Ее сердце сжалось от болезненного осознания, а на лице отразился такой широкий спектр эмоций, что и Сайно оглянулся на источник причины такого поведения подруги. — Все в порядке? — кажется, то был сотый раз за этот день, когда он повторил этот вопрос. — Все хорошо. — она едва выдавила улыбку, мысленно уже обшаривая каждый миллиметр того участка земли. — Ясно. — Ты мне веришь? — Нет. Она усмехнулась. На что еще она могла рассчитывать? — Лиза, ты злишься? — Не злюсь. Если бы ты сказал «да», мне было бы намного страшнее. Расставшись с Сайно, Лиза еще некоторое время бродила по окрестностям города. Почему-то ей страшно не хотелось идти домой, хотелось только дышать полной грудью и вести монолог со звездами, хотелось во всей своей красе ощутить вкус жизни. Почему это желание всегда просыпается только ночью? Ответа на этот вопрос найти она не могла.
