Жива?

‎Утро началось не с кофе. Я проснулась раньше будильника и проверила время. 7:43. Мда. . Если б я так в школу вставала. . . ‎Закрыла глаза, но сон не шел. Аккуратно села. Стас еще спит, ну и пусть. . . придурок. . ‎Подошла к окну, посмотрела вниз. С седьмого этажа всё внизу казалось маленьким. Тишина, никого нет. Да и кому нужно вставать в такую рань? ‎Я пыталась увидеть кого-то. . ну кого-то странного. Может та перевернутая коляска? Или та женщина всё ещё там? Но из моего окна не было видно ничего такого. Утро как утро. Темнота, немного снега, грязь и мусор. Что еще говорить о Питерском дворе. ‎ Выдохнула. Может всё приснилось? ‎Опустила ноги с кровати и встала. Из соседней комнаты слышалось сопение. Мама тоже спит, будто всё нормально, будто ничего не случилось. ‎Я снова посмотрела на экопн телефона. Новые сообщения: ‎- Сори, вчера не ответила. ‎- Да, мы приедем с Вадимом. ‎ - Родители не отвечают на звонки. ‎- В паблике написали не выходить из дома. ‎ Я выдохнула, успокоившись. Еще вчера я написала Соне, она так долго не отвечала. Всё ли с ней в порядке? ‎ Мои мысли прервал звонок в дверь. Я вздрогнула и покосилась на выход из квартиры. ‎А что если там? . . ‎Нет, такого не должно быть. . ‎Выдохнула. Соберись, Каролина. ‎ Аккуратно подошла к двери на носочках, пытаясь не издавать ни звука и посмотрела в глазок. ‎– Наум Геннадьевич? ‎ Рука потянулась к ручке, но тут же замерла. . Он конечно вчера помог, рассказзал, но. . . Он сказал, что у него рак. А если он прав и эти люди нападают из-за. . . Господи, почему все так сложно звучит. . ‎Выдохнула и снова проверила глазок. Он не уходит и вроде выглядит нормальным. ‎Потянула за ручку и раскрутила замок. ‎ – Здравствуйте. . ‎ – Ох. . это ты. . ‎– Да, – я не отходила от прохода, не давая ему войти. ‎– А Маргарита Дмитриевна здесь? ‎ – Еще спит. ‎ – А ты. . . ‎ – Каролина. ‎ – Да, точно, так ты пустишь меня? ‎ Я замялась ‎ – Твоя мама приглашала меня к вам. ‎ Я выдохнула и сдалась отступив в сторону. ‎ – Зачем вы вообще нам всё рассказали? ‎ Он усмехнулся и провел рукой по залысине. ‎– Ну, я живу один, так что… ‎– Вам было одиноко?, – я скептически подняла бровь, закрывая дверь. В комнатах послышался шорох, просыпаются, давно пора. ‎ – Не в этом дело, – он поморщился. ‎– А. . . , – меня осенило, – вы хотели, чтобы вас защитили. ‎ – Что? ‎ – Ну. . в группе безопаснее, не так ли? ‎Из комнаты вышла мама в халате. ‎ – Ох, Наум Геннадьевич, вы рано. . ‎ – Доброе утро, не спалось. ‎ Я закатила глаза, не спалось ему. ‎Мама сочувственно кивнула: ‎– Тяжелые времена. ‎Я фыркнула: ‎– Ну да, давайте пожалеем друг друга, как это. . полезно! ‎– Каролина! ‎ Я отвернулась, не хотелось извиняться. Но почему они ведут себя, будто случилась просто какая-то неприятность. Они де взрослые, умные. Наверняка после 18 что-то в голове щелкает и ты прозреваешь. Аналитический ум и так далее. . . Но они ведут себя словно это не люди нападают на людей, а просто картошка подорожала. ‎Я не смотрела на их лица и пошла на кухню. Уже тошнило от голода. Открыла холодильник и замерла. ‎Стоп. А если я сейчас поем и это будет последний раз, когда я ем? ‎– Ты что там, зеркало увидела? Так испугалась, кхе-кхе, – Стас стоял в коридоре и усмехался. ‎ – Твою фотку, – буркнула я и достала яйца. ‎Он закатил глаза и скрылся в туалете. Совсем обнаглел. . ‎ Мама с Наумом в комнате о чем-то говорили но я снова задумалась. Нет, это серьезно. Еда же кончается, как мы купим новую, если на улице зараженные? А что если и в магазинах зараженные? Или вообще магазины исчезнут. ‎От таких мыслей, перехотелось есть и я убрала яйца обратно в холодильник. ‎ – Мам! ‎ – Что? , – раздалось из комнаты. ‎ – Иди сюда. ‎ Спустя пару минут в проеме появилась встревоженная мама, а за ней и старикашка. ‎ – Что случилось? ‎Я фыркнула. ‎ – Ну. Даже не знаю, мы вроде вчера обсудили что случилось. ‎ Мама нахмурилась. ‎ – Ты напугала меня. Что сейчас? ‎ – Нам нужно посчитать еду. ‎ Наум поднял брови, сжал губы, словно обдумывая. ‎ – О чем ты. . , – мама не договорила. ‎ – Она права. ‎– Спасибо. ‎– Зачем нам это? ‎– О, снова собрание, кхе-кхе? О чем болтаем? ‎– О том что ты идиот! ‎– Каролина! ‎– Что, мам, он сам виноват! ‎ Наум Геннадьевич потер переносицу. ‎– Товарищи. . мы так ничего не добьемся. . . ‎ Я закатила глаза. Внутри медленно закипало. Я не стала спорить, просто подошла к холодильнику и начала выставлять всю еду на стол.. Внутри меня откуда-то появились силы. и они сосредоточились в груди, метались там внутри, словно бились о ребра. Неприятно. Но я не могла сидеть на месте. Руки делали и я не уставала. ‎ – Ну ты конечно. . проголодалась, кхе-кхе. ‎ – Заткнись, – я продолжала опустошать холодильник и морозилку. ‎– Каролина успокойся. . ‎ – Нет, ваша дочь права, нужно пересчитать припасы. ‎ Я бросила на соседа острый взгляд. ‎– Вам тоже стоит. ‎ Он кивнул. Мама поджала губы, она нахмурилась, но не останавоивала меня, нервно теребя кольцо. ‎ – Ура, мы сходим с ума, у меня лучшая в мире семья, кхе-кхе. ‎ Я проигнорировала. ‎Мама выдохнула и подошла ближе, протянула руку и тоже достала на стол замороженную рыбу. Я не смотрела на неё, но выдохнула. Значит я всё делаю правильно. ‎ – Ну класс... И мама туда же. ‎ – Стас, не сиди без дела, посмотри консервы в кладовке. ‎ Я улыбнулась, приятно когда тебя поддерживают. ‎ – Я могу как-то помочь? ‎ – Наум Геннадьевич, идите, пересчитайте свою еду. ‎– Я могу принести её сюда, сложим припасы. ‎Я громко фыркнула. У него ничего нет? Поэтому от такое предлагает? ‎Мама кивнула. ‎– Так и поступим. ‎ Стас закатил глаза и бурча что-то про то, что это бред поплелся к кладовке. ‎Я критически осмотрела стол. то чувство в груди, похожее на стаю мух не проходило. ‎ – Молочка стухнет первой.. ‎Мама кивнула. ‎ – В шкафах еще есть крупа. ‎ Я посмотрела на неё. Она выглядела раздавленной и измученной. Это из-за меня? Должна ли я попросить прощения? ‎ – Я нашел оливки, кхе-кхе ‎ – Там еще фасоль должна быть. . ‎ – Фу. . ‎Я усмехнулась. ‎ – Ну, придется тебе есть фасоль, если еды не будет. ‎ – В твоих мечтах. ‎Я улыбнулась. Почему-то мне так успокоили наши подразнивания. Я достала рваный листок бумаги и начала записывать. ‎Спустя полчаса вернулся Наум, таща своё съестное. ‎ – Вот ‎ – Так мало? ‎ – Я одинокий мужчина, мне много не надо. ‎ – Скорее одинокий старик, кхе-кхе ‎ – Стас! ‎ Я закатила глаза, но протянула руки к его пакетам. ‎ – Сейчас всё посчитаем. ‎ *** ‎Спустя несколько часов мы плавно перенеслись в гостинную. Еда была выложена, посчитана и убрана обратно. Листочка не хватило, пришлось доставать школьную тетрадку. Стас развалился на диване. Мама почему-то начала убираться в квартире. Это ей перед Наумом стыдно стало или она тоже чувствовала как скребет в груди? ‎Наум сидел рядом со мной и рассуждал. ‎– Значит пока что не будем трогать то, что долго хранится, едим готовое, молочное, яйца, овощи, фрукты. ‎– Ага, а из яиц выведем цыплят, а что, мясо будет! ‎ Я бросила на брата острый взгляд. ‎– Никого выводить не будем.., – я посмотрела на бумагу, – я не могу понять, на сколько дней нам этого хватит? ‎– Это смотря как экономить, вот был у нас раньше кризис. Мы тогда… ‎– Давайте не про тогда, а про сейчас, Наум Геннадьевич, – вставила мама, резко появившись из коридора. ‎Он выдохнул ‎ – При экономии еды хватит на неделю. Можно экономить еще сильнее, тогда хватит на две, но скоропортящееся всё равно нужно съесть. ‎Я нахмурилась. В голове закрутились шестеренки. ‎ – А магазины? ‎Наум Геннадьевич молча покачал головой. ‎Мама села рядом и начала кому-то звонить. Пошли гудки но никто не отвечал. ‎Я снова уставилась в бумаги. Стас тоже молчал. я начинала злиться. Это просто не честно. Это какой-то бред. ‎ – Наум Геннадьевич, а вы точно всё нам рассказали? У вашего друга из центра нет какого-то решения? ‎ Он хмыкнул. ‎– Нет, девочка, он больше ничего не сказал. ‎ Я разочарованно встала, откинув бумаги. Можно вечно считать еду, но что с того? От этого мир не изменится. Мама вздохнула, снова и снова пытаясь дозвониться до кого-то. ‎– Кому ты звонишь всё время? ‎– Папа не отвечает. ‎ Я замерла. Папа. Я отвела взгляд и снова устало села. ‎ – Отстой, – произнес брат и я впервые была с ним согласна. ‎Достала телефон из кармана и снова написала Соне: "Вы где?". Ответ не заставил себя долго ждать. ‎- Едем. ‎- Уже у подъезда. ‎ Я выдохнула, а потом напряглась, сжав телефон и ответила "Не заходите в лифт, идите пешком". Отложила мобильный. ‎ – Скоро Соня с Вадимом придут. ‎ Наум резко насторожился. ‎– Кто это? Кто должен прийти? ‎ Мама подняла бровь. ‎– Ты их пригласила? ‎ Я хмыкнула. ‎– Ты сама сказала вчера им написать. ‎– Конечно она их позвала, она не может без своей лучшей подружки ‎ – Отстань. ‎ – А на Вадима она просто запала. ‎Я разозлилась. ‎– Хватит! Я просто решила, что так будет лучше. Их родители не отвечают, а они в коммуналке живут, вы знаете. ‎Мама выдохнула. Наум напряженно смотрел в окно, словно боясь чего-то. Стас закатил глаза. ‎В дверь раздался звонок. ‎